«СПАРТА» и «ПАТРАС»
День рождения Бунина

Пароход, на котором он бежал из России, назывался «Спарта». 2 дня простояли на одесском рейде. В рассказе Бунин применил анаграмму и переименовал судно в «Патрас». Так по-французски звался греческий город Патры.

«Пароход, конечно, уже окрестили ноевым ковчегом, - человеческое остроумие не богато. И точно, кого только не было на нем! Были крупнейшие мошенники, обремененные наживой, покинувшие город спокойно, в твердой уверенности, что им будет неплохо всюду. Были люди порядочные, но тоже пока еще спокойные, бежавшие впервые и еще не вполне сознавшие всю важность того, что случилось. Были даже такие, что бежали совсем неожиданно для себя, что просто заразились общим бегством и сорвались с места в самую последнюю минуту, без вещей, без денег, без теплой одежды, даже без смены белья...  
Что должен был чувствовать весь этот сброд? На что могли надеяться все те, что сбились на «Патрасе», в том совершенно загадочном, что ожидало их где-то в Стамбуле, на Кипре, на Балканах? И, однако, каждый из них на что-то надеялся, чем-то еще жил, чему-то еще радовался и совсем не думал о том страшном морском пути в эту страшную зимнюю ночь, одной трезвой мысли о котором было бы достаточно для полного ужаса и отчаяния. По милости Божьей, именно трезвости-то и не бывает у человека в наиболее роковые минуты жизни. Человек в эти минуты спасительно тупеет».

Иван Бунин. «Конец».
Париж, 1921

PS. Говорят, нынешний бег замедлился. Это так, к слову.

ОКТЯБРЬ

Лавы лиственной рваческий поед,
Истончение лесополос.
Ты, октябрь, молодой монголоид,
Жив набегом и редковолос.

Как же короток срок твоих муток,
Вдрызг исчеркан косой черновик,
Если рыхлый сплошной первопуток
Ликвидирует замыслы вмиг

И занудой бумагопрядильной
Поползёт моровая зима...
Жги, монгол! Как в горячке родильной,
Пусть подлунная сходит с ума!

Пусть останется голое место,
Ржавый мусор в углах... Как всегда
Накануне ремонта и бегства,
Пусть кривая сочится вода.

Рви мосты! Ничего не оставим!
Все промоины, все бочаги
На беде настоим и поставим
Иероглиф «не видно ни зги».

А потом, словно пьеса ремарку,
Нас самих победит этот мрак
И накроет твою иномарку
Ноября простодырый армяк.
©

ВАСИЛИЙ БЕЛОВ. 90 ЛЕТ. ПЕРЕЧИТАЙТЕ!!!

«Как-то гостил я у Белова в родной его деревне Тимонихе. И стал невольно свидетелем одной сцены. Пришла старушка с бумажкой, на которой записан адрес дочери… Пришла, чтоб писатель написал письмо ее дочери и выговорил бы ей вины ее перед родными — не пишет, совсем забыла… И столько было у старушки веры и надежды, что «Васенька, ангел наш» (она как-то произносила: «аньдели») сумеет так написать ее дочери, что та поймет, наконец, что… О, сколько веры она принесла с собой, та хлопотливая старушка! Да и горе ведь принесла — отбилась дочь-то от дома, совсем отбилась. Я сперва подумал, что это какая-нибудь двоюродная тетя Белова, а та самая дочь, которую поглотил город, стало быть, двоюродная его сестрица — отсюда такая свойская доверчивость. Оказалось, нет — чужая».

Шукшин о Белове

ВЕРА МАРКОВА (1907–1995)

МОЛИТВА

Уже земле я неподсудна.
Дозволь из всех Твоих путей
Один мне выбрать, самый трудный:
Пошли меня хранить детей!

Когда дрожит небесный круг
От нестихающего крика,
Но мать не пробудил испуг,
Пошли меня, пошли, Владыко,
Принять дитя из мёртвых рук.

Прекрасен труд мастерового,
Люблю игру его затей.
Отдай другим резец и слово,
Меня пошли хранить детей!
1982

Ps. Вера Николаевна Маркова — непревзойденная переводчица японской поэзии:
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи
Вверх, до самых высот!

#дети
#стихивтелеге

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ АЛЕКСАНДРА ЕРЁМЕНКО
День, кажется, близится к финалу, а не сказано почти ничего. Надо успеть! Что сделал Саша в русской поэзии? Почему все сразу узнали его, как Буратино в театре Карабаса-Барабаса, и откликнулись ему? Ерёма вывел за скобки так называемого лирического героя, а в процессе вовсе убрал поэтическое Эго. Медитативную лирику с ее бесконечным "Я,Я,Я" он заменил суггестивной, поставив ходасевичевское "дикое слово" в новые условия. Личные местоимения у Ерёменко играют совершенно иную роль, нежели у назначенных "лириков". Эта замена, возможно, ограничила диапазон высказывания, но высказанное - осталось и, надеюсь, останется навсегда. А.П. Квятковский, автор лучшего справочника по теории поэзии, пишет: "Понятие "подтекста" служит грубым приблизительным аналогом для определения существа суггестивной лирики".
Ps. Фото 1987-го. Саша невероятно красив и харизматичен.

Ушел поэт Владимир КОСТРОВ. Его поэтическое наследие еще предстоит оценить тем, кто спохватывается только тогда, когда за ушедшим захлопывается дверь. Но, по крайней мере, одна фраза Кострова была у всех на слуху, пока он присутствовал среди нас: «Жизнь такова, какова она есть, и больше никакова».

* * *
Не как фольклорная подробность,
Как вызов против естества,
Был в русской жизни
Страшный образ —
Иван, не помнящий родства.

Ни огонька,
Ни поля чести.
Ни проливного бубенца.
Ни доброй памяти,
Ни песни,
Ни матери
И ни отца.

Тут не увечье,
Не уродство,
Не тать — рука у топора,
А сердца вечное сиротство
И в светлом разуме дыра.

И в ближней стороне,
И в дальней,
В часы беды и торжества
Нет участи твоей печальней,
Иван, не помнящий родства.

Владимир Костров (21 сентября 1935 — 26 октября 2022)

ЧЬЕ ТЫСЯЧЕЛЕТНЕЕ РАБСТВО?

Лев Шестов писал в неоконченной книге о Тургеневе: «Достоевский или Толстой, философствующие за свой страх, казались Тургеневу дерзкими невеждами, упрямцами, которым только недостаток образования придавал смелость и уверенность».
Собственно, из этого вечные претензии европейцев к нам и состоят: «потому что так нельзя, не принято». Что – не принято? В итоге ответ сводится к вилке не в той руке.
Шестов продолжает: «...привычки тысячелетнего рабства мысли тяготеют над культурным человеком. Считается обязательным видеть не то, что у тебя перед глазами, а то, что может быть полезным и нужным людям».
Толстой и Достоевский приучили Европу к существованию и даже ходу русской «неправильной» мысли. Но никто не сумел заставить полюбить эту мысль и принять ее.

#ТолстойДостоевский

ДЕНЬ ЧЕРНОГО МОРЯ

Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:

«Ай, Черное море,
Хорошее море!»

ЭДУАРД БАГРИЦКИЙ
1927 г.

Страшный суд

Свет погасят. Ни улицы, ни двора.
Спят в раю, но в рай тебе не попасть.
– Видишь, ровное минное поле? Пора, –
кто-то скажет. – Господи, Твоя власть.

И по полю минному, напрямик…
что жалеть, бояться теперь чего?
Поплетешься, двоечник-ученик,
и сто раз подорвешься. А до Него

далеко. Но пробьется небесный свет,
и в кармане засвищут вдруг соловьи,
и Он спросит, – Не больно, не страшно? Нет?
– Нет, не страшно, тут, Господи, все свои.

© Роман Рубанов

ПЕРЕПРАВА. НОЯБРЬСКАЯ НОЧЬ

80 лет назад вышло первое издание великого народного эпоса — поэмы Александра Твардовского «Василий Тёркин». Как можно так написать — непостижимо!

Переправа, переправа…
Темень, холод. Ночь как год.

Но вцепился в берег правый,
Там остался первый взвод.

И о нем молчат ребята
В боевом родном кругу,
Словно чем-то виноваты,
Кто на левом берегу.

Не видать конца ночлегу.
За ночь грудою взялась
Пополам со льдом и снегом
Перемешанная грязь.

И усталая с похода,
Что б там ни было, — жива,
Дремлет, скорчившись, пехота,
Сунув руки в рукава.

Дремлет, скорчившись, пехота,
И в лесу, в ночи глухой
Сапогами пахнет, потом,
Мерзлой хвоей и махрой.

Чутко дышит берег этот
Вместе с теми, что на том
Под обрывом ждут рассвета,
Греют землю животом, -
Ждут рассвета, ждут подмоги,
Духом падать не хотят.

Ночь проходит, нет дороги
Ни вперед и ни назад…

#ТвардовскийТёркин
#Переправа

НА КАКОЙ ГОЛОС РЕВЁТ

Книга Софьи Захаровны Федорченко «Народ на войне» — мощная реконструкция эпохи Великой войны и языка русского солдата. Первые фронтовые записи сестры милосердия Федорченко вышли в Киеве в 1917 г. Документальны эти записи или стилизованы автором по памяти? Солдатские разговоры, песни и заплачки художественно полноценны, а это главное в литературе. С. Алексиевич за пугающе аналогичный нарративный прием получила Нобелевскую, а С. Федорченко — обвинения в фальсификации и мистификации. Вот постмодернисты бы удивились!

***
Эх, вначале, как погнали нас семнадцатеро из деревни, ничего не понятно, а больше плохо… Ух и заскучали мы… На каждой станции шум делали, матерно барышень ругали, пели чточасно, а весело не было… А потом здорово учили нас, аж я с тела спал… А тут кругом соблазн и ни тебе свободы, ни тебе попечения… Зато теперь попал я на позицию… Так я плакал, как сюда ехал, просто с жизнью прощался… Маменька-то лет пятнадцать померши, а я все плачу, мамашенька, мамашенька, – причитаю…

***
Я на войну шел, все обдумал. Спорить не приходится, конечно. Однако я бы и спорить не стал. Один только у нас и случай, что война, от каторжной нашей жизни оторваться. Тут только я и на свет вылез, людей вижу да про себя понять время сыскал.

***
На какой голос ревёт, на какой голос поёт,
На тот на голос, что смерть даёт.
Приди, человек, до полсудьбы,
Приди, солдатушко, до полубоя,
Как и бой не бой, людям убой,
Как рвёт и землю, и дерево,
И солдатское тело томлёное...

Вот хорошая новость:
увержден план подготовки празднования 225-летия Пушкина

В него уже включено более чем 80 событий по всей России. Например:
общероссийская программа реставрации и реэкспозиции мемориальных пушкинских музеев и музеев-заповедников. Так, в Михайловском проведут реставрацию усадьбы Ганнибалов и подготовят новую экспозицию «Эмоции природы, природа эмоций. Пушкинский литературный ландшафт». В музее-заповеднике «Болдино» в Нижегородской области отреставрируют дом культуры, построенный в 1937 году. Реставрация ждёт музеи в подмосковных усадьбах Захарово и Вязёмы, где Пушкин часто бывал в детстве.

В Санкт-Петербурге, в доме 12 на набережной Мойки, где скончался поэт, запланировано создание нового информационного центра. Кроме того, будет обновлена экспозиция в Царскосельском лицее. Также в деревне Выра Гатчинского района Ленинградской области, где бывал Пушкин, планируют создать новую постоянную экспозицию в музее «Дом станционного смотрителя».

Отдельный пункт плана – ремонт, реставрация и создание новой экспозиции в музее Пушкина в Гурзуфе.

И вот что нравится именно мне - всем интернет-пользователям станут доступны десятки тысяч статей и монографий, посвященных поэту, а также рукописные источники, хранящиеся в Пушкинском Доме в рамках проекта по оцифровке фонда Института русской литературы (Пушкинского Дома). На базе этой электронной платформы также будет действовать отдельный научно-просветительский ресурс для школьников.

У Казанской Божьей Матери
Тихо теплются огни.
Жены, дочери и матери
К Ней приходят в эти дни.

И цветы к Ее подножию
Ставят с жаркою мольбой:
«Матерь-Дева, силой Божией
Охрани ушедших в бой...»

Сергей Городецкий
1915 г.

Радуйся, Заступнице усердная рода христианскаго!
С Праздником!

АРХИМЕД

Уж если специальная война
Нашла предлог — схлестнулись «в» и «на»
(То «в» Украине, то «на» Украине),
Видать, и правда дело в языке...
Вновь Архимед рисует на песке
И ратник римский лёгок на помине.

Смекает он, наёмник и скинхед,
Завирусясь хламидою блошиной:
Что там ни накорябай этот дед,
Выходит шкуросъёмная машина.

А мы всё греем тех, кто против нас,
Жалеем тех, кто с потрохами сдаст,
И веером от живота не косим,
Но сухпаёк суём, питьё подносим,
И где какой рванёт боеприпас,
У Архимеда лишний раз не спросим.
©

#предлоги
#Рим
#нетрогаймоичертежи

100 лет назад упрямец Говард Картер нашел во вдоль и поперек ископанной джентльменами удачи Долине Царей вход в гробницу Тутанхамона. 18-летнего, ничем не успевшего отличиться мальчика похоронили с невиданной роскошью, которая затмила научную ценность великого открытия.
Песню Наутилуса «Тутанхамон» помнят все. А стихи Николая Глазкова уже почти никто. Хорошие стихи, злободневные.

Как редкостная птица марабу
И как жуки степные – скарабеи,
Он был людей сегодняшних глупее, –
Тутанхамона видел я в гробу!

Позабывая важную борьбу,
Он утолял тщеславие пустое:
Хлестал придворных плетью золотою, –
Тутанхамона видел я в гробу!

С печатью величавости на лбу
Он золота имел посмертно много,
Но выглядел напыщенно, убого, –
Тутанхамона видел я в гробу!

Мои друзья, знакомые, коллеги,
Живущие в двадцатом бурном веке,
Зря не пеняйте на свою судьбу, –
Тутанхамона видел я в гробу!

Наш век свою имеет похвальбу,
Свои золотоносные распадки,
И благородней наших дней порядки, –
Тутанхамона видел я в гробу.
1979
#Тутанхамон

А батальоны шли с передовой,
Шли на парад окопные солдаты!
Недаром в небесах аэростаты
Качали удивленно головой!
Кто может победить такой народ?..

Не забывайте сорок первый год!

Юлия ДРУНИНА