Как недавно упоминал, я пытался писать фантастику с глубокими смыслами, и это у меня не получилось.
Не получилось, да не всё.
Встречайте завтра утром фантастический рассказ «Фантастический рассказ»!
Не получилось, да не всё.
Встречайте завтра утром фантастический рассказ «Фантастический рассказ»!
7👍133🔥75🤗33❤21
Александр Кравцов
ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ
Бац.
Мониторинговая платформа с двумя особями рептилоидного типа материализовалась на краю очередной планетарной системы.
— Так, что тут у нас, — прощелкал более крупный и главный, формируя на огромном экране изображение и одновременно подгружая данные, — третий объект от центра.
Картинка появилась, пространство стремительно побежало навстречу и остановилось на планете с одним большим естественным спутником и массой мелких светящихся точек — искусственных.
— Они уже вышли за пределы атмосферы, — большой рептилоид подождал, пока данных загрузится больше, — о, гуманоиды.
— Не люблю гуманоидов, — более маленький облизал языком правый глаз, он всегда делал так, когда нервничал или злился, — от них одни неприятности. Большая война была с такими же. В истории отмечено, что мы их победили. Но как-то странно. Как будто — не до конца.
— Да, там значится, что их рассеяли. Тех гуманоидов тоже обнаружили в результате мониторинга. Только к тому моменту они успели освоить ядро и два рукава своей галактики. Может лучше было их вообще не трогать, — большой демонстративно показал младшему обрубок своего хвоста, — теперь задача таких как мы — не пропустить любую, даже гипотетическую угрозу нашей доминации.
— Не дать никому развиться, — маленький злобно потер одну лапу о другую, — может сбросим эту планету с орбиты и двинулись дальше?
— Они уже вышли в космос, это приведет только к еще одному рассеиванию. Чтобы их гарантированно уничтожить необходимо дестабилизировать светило. Но если тратить время и энергию в таком объеме на каждую малую цивилизацию, сил не хватит ни на что. Тем более, судя по предыдущему отчету, вселенная схлопнется раньше, чем они с такой скоростью развития начнут причинять нам какие-то неудобства.
— А я бы всё равно…
— Итак, смотрим, — на экране появилось изображение передвигающегося куда-то на двух конечностях кожаного аборигена, — пока ничего особенного, основная масса — рабочие особи. А вот это уже интересно, — картинка разделилась на две части: на одной атлетически сложенный гуманоид карабкался вверх по почти отвесной вертикальной поверхности, на другой — большеголовое бесформенное тело нависло над свитками с какими-то чертежами и схемами, — два отдельных результативных подвида: интеллектуальный и волевой. Если бы эти качества сочетались в одной особи, могли бы принести нам серьезные проблемы. Но к счастью, не демонстрируют даже намека на кооперацию. В крайнем случае, объединяются с такими же, как сами. Тем не менее, для профилактики отправим им долговременный смысловой сигнал, пусть концентрируются на несозидательных активностях: головастые занимаются интеллектуальными играми и творчеством, а мускулистые — тестируют физические пределы собственных организмов и преодолевают экстремальные преграды.
— А может они нужны друг другу для размножения? — меленький рептилоид показал неприличный жест означающий яичную кладку.
— Для этого у них существует еще один подвид. Готово, теперь сюда можно долго не возвращаться, — большой рептилоид смахнул изображения, экран опустел, — кто у нас следующий?
— Полуразумные камни у тройной звезды.
— С этим, я думаю, мы справимся быстро.
Бац-бац.
Мониторинговая платформа с рептилоидами растворилась в пространстве.
(продолжение завтра)
ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ
Бац.
Мониторинговая платформа с двумя особями рептилоидного типа материализовалась на краю очередной планетарной системы.
— Так, что тут у нас, — прощелкал более крупный и главный, формируя на огромном экране изображение и одновременно подгружая данные, — третий объект от центра.
Картинка появилась, пространство стремительно побежало навстречу и остановилось на планете с одним большим естественным спутником и массой мелких светящихся точек — искусственных.
— Они уже вышли за пределы атмосферы, — большой рептилоид подождал, пока данных загрузится больше, — о, гуманоиды.
— Не люблю гуманоидов, — более маленький облизал языком правый глаз, он всегда делал так, когда нервничал или злился, — от них одни неприятности. Большая война была с такими же. В истории отмечено, что мы их победили. Но как-то странно. Как будто — не до конца.
— Да, там значится, что их рассеяли. Тех гуманоидов тоже обнаружили в результате мониторинга. Только к тому моменту они успели освоить ядро и два рукава своей галактики. Может лучше было их вообще не трогать, — большой демонстративно показал младшему обрубок своего хвоста, — теперь задача таких как мы — не пропустить любую, даже гипотетическую угрозу нашей доминации.
— Не дать никому развиться, — маленький злобно потер одну лапу о другую, — может сбросим эту планету с орбиты и двинулись дальше?
— Они уже вышли в космос, это приведет только к еще одному рассеиванию. Чтобы их гарантированно уничтожить необходимо дестабилизировать светило. Но если тратить время и энергию в таком объеме на каждую малую цивилизацию, сил не хватит ни на что. Тем более, судя по предыдущему отчету, вселенная схлопнется раньше, чем они с такой скоростью развития начнут причинять нам какие-то неудобства.
— А я бы всё равно…
— Итак, смотрим, — на экране появилось изображение передвигающегося куда-то на двух конечностях кожаного аборигена, — пока ничего особенного, основная масса — рабочие особи. А вот это уже интересно, — картинка разделилась на две части: на одной атлетически сложенный гуманоид карабкался вверх по почти отвесной вертикальной поверхности, на другой — большеголовое бесформенное тело нависло над свитками с какими-то чертежами и схемами, — два отдельных результативных подвида: интеллектуальный и волевой. Если бы эти качества сочетались в одной особи, могли бы принести нам серьезные проблемы. Но к счастью, не демонстрируют даже намека на кооперацию. В крайнем случае, объединяются с такими же, как сами. Тем не менее, для профилактики отправим им долговременный смысловой сигнал, пусть концентрируются на несозидательных активностях: головастые занимаются интеллектуальными играми и творчеством, а мускулистые — тестируют физические пределы собственных организмов и преодолевают экстремальные преграды.
— А может они нужны друг другу для размножения? — меленький рептилоид показал неприличный жест означающий яичную кладку.
— Для этого у них существует еще один подвид. Готово, теперь сюда можно долго не возвращаться, — большой рептилоид смахнул изображения, экран опустел, — кто у нас следующий?
— Полуразумные камни у тройной звезды.
— С этим, я думаю, мы справимся быстро.
Бац-бац.
Мониторинговая платформа с рептилоидами растворилась в пространстве.
(продолжение завтра)
25👍131🔥61❤50🤗23
Бац.
Почти сразу почти в том же самом месте материализовалась еще одна рептилоидная платформа.
Разбитый большой экран и обожженные стены должны были подсказать, что недавно за нее прошел бой. В углу валялся засохший глаз ящерицы.
Три вооруженных гуманоидных фигуры в защитных скафандрах склонились над маленьким экраном портативного монитора.
— Действовать надо быстро, пока рептилии не запеленговали наше появление, — отметил один.
— Редкая удача — сразу два высокоэффективных наших типа на одной планете. Если их объединить и дать немного времени, ящерицам не поздоровится, — поддержал его второй.
— Братьям нужно помочь, — согласился третий.
— Найди достаточно популярного умного, отправь ему ключевой импульс, что они и сильные духом должны объединяться. Чтобы рептилии не распознали, пусть облечет эту мысль в художественную форму. Пускай это будет фантастический рассказ, — первый.
— Принято, сделано, — второй.
— Сворачиваемся, — третий.
Бац-Бац.
(окончание завтра)
Почти сразу почти в том же самом месте материализовалась еще одна рептилоидная платформа.
Разбитый большой экран и обожженные стены должны были подсказать, что недавно за нее прошел бой. В углу валялся засохший глаз ящерицы.
Три вооруженных гуманоидных фигуры в защитных скафандрах склонились над маленьким экраном портативного монитора.
— Действовать надо быстро, пока рептилии не запеленговали наше появление, — отметил один.
— Редкая удача — сразу два высокоэффективных наших типа на одной планете. Если их объединить и дать немного времени, ящерицам не поздоровится, — поддержал его второй.
— Братьям нужно помочь, — согласился третий.
— Найди достаточно популярного умного, отправь ему ключевой импульс, что они и сильные духом должны объединяться. Чтобы рептилии не распознали, пусть облечет эту мысль в художественную форму. Пускай это будет фантастический рассказ, — первый.
— Принято, сделано, — второй.
— Сворачиваемся, — третий.
Бац-Бац.
(окончание завтра)
9👍92🔥48❤33🤗24
От автора.
Вот сижу я и думаю: то ли гуманоиды надоумили меня написать это, чтобы донести до людей, то ли рептилоиды, чтобы занялся писательством вместо продуктивной деятельности.
Вот сижу я и думаю: то ли гуманоиды надоумили меня написать это, чтобы донести до людей, то ли рептилоиды, чтобы занялся писательством вместо продуктивной деятельности.
9🔥70👍38🤗28❤17
НЕКОТОРЫЕ ФАКТЫ НАПИСАНИЯ ФАНТАСТИЧЕСКОГО РАССКАЗА «ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ»
Между зарождением идеи о готовым текстом прошло три дня.
Текст писался утром понедельника.
Рассказ был написан в один присест за два часа под вчерашними пирожками с брусникой и яблоком.
При написании в качестве допинга применялся «раф соленая карамель».
В первоначальном замысле рептилоиды были жабоидами.
В итоге автор решил не плодить новых сущностей: только всем понятные рептилоиды и гуманоиды, ничто не должно отвлекать от главного смысла рассказа — кооперации умных с упрямыми.
Сначала «Фантастический рассказ» планировалось писать в содружестве с литературным редактором, но, так как он боролся в это время с текстом другого фантастического рассказа, автор не удержался, и написал его самостоятельно.
Название фантастического рассказа, над которым работал литературный редактор — «Следующий уровень».
Между зарождением идеи о готовым текстом прошло три дня.
Текст писался утром понедельника.
Рассказ был написан в один присест за два часа под вчерашними пирожками с брусникой и яблоком.
При написании в качестве допинга применялся «раф соленая карамель».
В первоначальном замысле рептилоиды были жабоидами.
В итоге автор решил не плодить новых сущностей: только всем понятные рептилоиды и гуманоиды, ничто не должно отвлекать от главного смысла рассказа — кооперации умных с упрямыми.
Сначала «Фантастический рассказ» планировалось писать в содружестве с литературным редактором, но, так как он боролся в это время с текстом другого фантастического рассказа, автор не удержался, и написал его самостоятельно.
Название фантастического рассказа, над которым работал литературный редактор — «Следующий уровень».
11🔥87👍39❤32🤗11
Александр Кравцов, Муслим Чеченов
ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ «СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ»
Лаборатория — часть 1
Несколько минут он вглядывался в мониторы, тщетно надеясь увидеть хоть какие-то признаки реакции. Но нет — линии графиков оставались идеально прямыми, все датчики показывали одно и то же значение — ноль.
Опять неудача — которая это уже будет по счету? Иван Ручьёв захлопнул ноутбук и какое-то время сидел неподвижно, пытаясь успокоиться. Затем протянул руку к пульту управления и вручную отключил питание установки. Очередная серия экспериментов, которую он готовил последние две недели, закончилась так же, как и все предыдущие — ничем. Мегаватты энергии, которые он отправил в Портал, модулируя сигнал бесчисленным количеством способов, растворились без следа, игнорируя законы физики. Никаких изменений — проклятый артефакт так и не ответил.
Он провёл ладонью по лицу и с отвращением посмотрел на заваленный бумагами стол — экзотическое зрелище в эпоху виртуальных нейроинтерфейсов. Подражая своему наставнику, Иван предпочитал записывать свои мысли руками — по его мнению, это дисциплинировало мыслительный процесс. Однако сейчас ему казалось, что все эти бесконечные ряды уравнений, схем, заметок на полях лишь имитируют его: он ходит по кругу и, не желая признавать поражение, просто записывает одни и те же мысли на разные лады. Пересилив себя, он взял в руки блокнот с последними записями и стал проверять расчеты, но тут же бросил — сил во что-либо вникать уже не было. От бессонницы цифры плыли перед глазами, сливаясь в бессмысленные узоры.
Сколько часов он не спал? Он бросил взгляд на часы — по московскому времени было уже четыре часа утра. До местного рассвета оставалось ещё почти пять. Хотя слово «рассвет» звучало слишком условно для Ганимеда: здесь, на самом дне Борозды Лакхму, где находилась станция, с восходом Солнца картина никак не менялась — все те же почти отвесные стены каньона, холодный свет равнодушных звезд и гигантский, занимающий полнеба диск Юпитера, нависший почти над головой.
— Кофе, — сказал он вслух, как будто отдавая приказ самому себе.
В углу лаборатории стояла маленькая кофеварка — старомодная, с металлической колбой и потрескавшейся пластиковой панелью. Иван наполнил её водой, засыпал измельчённые зёрна и включил нагрев. Жидкость зашипела, закипела, заполняя помещение сухим, терпким ароматом.
Он поднял кружку, собираясь сделать первый глоток, когда под ногами что-то едва ощутимо дрогнуло. На секунду ему показалось, что это воображение: слишком уж тихо и ровно. Но вибрация повторилась, усилилась, посуда на столе задребезжала, стеклянная колба кофеварки звякнула о металлическую подставку.
— Черт, — пробормотал он. — Опять трясет.
За шесть месяцев пребывания здесь он уже привык к беспокойному нраву планеты — приливный эффект, вызванный могучей гравитацией Юпитера, деформировал ледяную кору Ганимеда, и накапливающееся в ней напряжение время от времени разряжалось в виде периодических всплесков сейсмической активности. Как правило, это выглядело как серия небольших толчков продолжительностью не более пары минут. Иван подождал, пока они затихнут и вновь поднес кружку ко рту.
По станции словно прокатился тяжелый вздох и в ту же секунду: пол, стены — все пришло в движение. Со стола лавиной посыпались бумаги, следом за ними на пол с грохотом рухнул один из мониторов. Где-то снизу послышалась серия глухих ударов и сразу за ними — низкий, нарастающий гул.
— Твою ж!… — горячий кофе, выплеснувшийся из кружки, окатил его с головы до ног.
Основное освещение погасло и сразу следом за этим раздался пронзительный сигнал аварийной тревоги. Через секунду свет вернулся, но вместе с ним — световая индикация путей эвакуации. Бесстрастный голос ИИ станции прозвучал сразу после сирены:
— Внимание, аварийная тревога! Нарушена герметичность внешнего корпуса. Обнаружена утечка воздуха в Блоке А. Рекомендуется немедленная эвакуация.
(продолжение завтра)
ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ «СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ»
Лаборатория — часть 1
Несколько минут он вглядывался в мониторы, тщетно надеясь увидеть хоть какие-то признаки реакции. Но нет — линии графиков оставались идеально прямыми, все датчики показывали одно и то же значение — ноль.
Опять неудача — которая это уже будет по счету? Иван Ручьёв захлопнул ноутбук и какое-то время сидел неподвижно, пытаясь успокоиться. Затем протянул руку к пульту управления и вручную отключил питание установки. Очередная серия экспериментов, которую он готовил последние две недели, закончилась так же, как и все предыдущие — ничем. Мегаватты энергии, которые он отправил в Портал, модулируя сигнал бесчисленным количеством способов, растворились без следа, игнорируя законы физики. Никаких изменений — проклятый артефакт так и не ответил.
Он провёл ладонью по лицу и с отвращением посмотрел на заваленный бумагами стол — экзотическое зрелище в эпоху виртуальных нейроинтерфейсов. Подражая своему наставнику, Иван предпочитал записывать свои мысли руками — по его мнению, это дисциплинировало мыслительный процесс. Однако сейчас ему казалось, что все эти бесконечные ряды уравнений, схем, заметок на полях лишь имитируют его: он ходит по кругу и, не желая признавать поражение, просто записывает одни и те же мысли на разные лады. Пересилив себя, он взял в руки блокнот с последними записями и стал проверять расчеты, но тут же бросил — сил во что-либо вникать уже не было. От бессонницы цифры плыли перед глазами, сливаясь в бессмысленные узоры.
Сколько часов он не спал? Он бросил взгляд на часы — по московскому времени было уже четыре часа утра. До местного рассвета оставалось ещё почти пять. Хотя слово «рассвет» звучало слишком условно для Ганимеда: здесь, на самом дне Борозды Лакхму, где находилась станция, с восходом Солнца картина никак не менялась — все те же почти отвесные стены каньона, холодный свет равнодушных звезд и гигантский, занимающий полнеба диск Юпитера, нависший почти над головой.
— Кофе, — сказал он вслух, как будто отдавая приказ самому себе.
В углу лаборатории стояла маленькая кофеварка — старомодная, с металлической колбой и потрескавшейся пластиковой панелью. Иван наполнил её водой, засыпал измельчённые зёрна и включил нагрев. Жидкость зашипела, закипела, заполняя помещение сухим, терпким ароматом.
Он поднял кружку, собираясь сделать первый глоток, когда под ногами что-то едва ощутимо дрогнуло. На секунду ему показалось, что это воображение: слишком уж тихо и ровно. Но вибрация повторилась, усилилась, посуда на столе задребезжала, стеклянная колба кофеварки звякнула о металлическую подставку.
— Черт, — пробормотал он. — Опять трясет.
За шесть месяцев пребывания здесь он уже привык к беспокойному нраву планеты — приливный эффект, вызванный могучей гравитацией Юпитера, деформировал ледяную кору Ганимеда, и накапливающееся в ней напряжение время от времени разряжалось в виде периодических всплесков сейсмической активности. Как правило, это выглядело как серия небольших толчков продолжительностью не более пары минут. Иван подождал, пока они затихнут и вновь поднес кружку ко рту.
По станции словно прокатился тяжелый вздох и в ту же секунду: пол, стены — все пришло в движение. Со стола лавиной посыпались бумаги, следом за ними на пол с грохотом рухнул один из мониторов. Где-то снизу послышалась серия глухих ударов и сразу за ними — низкий, нарастающий гул.
— Твою ж!… — горячий кофе, выплеснувшийся из кружки, окатил его с головы до ног.
Основное освещение погасло и сразу следом за этим раздался пронзительный сигнал аварийной тревоги. Через секунду свет вернулся, но вместе с ним — световая индикация путей эвакуации. Бесстрастный голос ИИ станции прозвучал сразу после сирены:
— Внимание, аварийная тревога! Нарушена герметичность внешнего корпуса. Обнаружена утечка воздуха в Блоке А. Рекомендуется немедленная эвакуация.
(продолжение завтра)
20👍59🔥36❤32🤗5
Лаборатория — часть 2
Несколько секунд Иван пытался осмыслить сказанное.
— Что случилось? — спросил он наконец, оборачиваясь к ближайшему терминалу. — Какие у нас повреждения?
— Зарегистрирована сейсмическая активность, выходящая за проектные параметры. В результате толчка нарушена целостность фундамента Блока А. Произошло разрушение секций прочного корпуса 4 и 5. Вероятна взрывная декомпрессия отсеков с А-0-7 по А-0-12. Основные генераторы отключились, все системы переключены на аварийное питание — голос ИИ был спокоен, но с первых слов Ивану стало понятно, что ситуация критическая.
— Обнаружено поступление воды на нижние уровни Блока А. Предположительно, в результате выброса подземных вод. Иван, вы должны срочно покинуть это место!
— Я понял. Сколько у меня времени?
— Повреждения значительные. Утечка воздуха пока не остановлена. Давление упадет ниже безопасных значений через 4 минуты 15 секунд. Эвакуируйтесь в блок Б и оставайтесь там до завершения аварийных работ. Ожидаемый срок восстановления целостности корпуса… — ИИ помедлил долю секунды … — 12 часов 42 минуты.
— Хорошо. Что с Порталом?
— Датчики не регистрируют никаких отклонений от нормы. Защитный купол вокруг объекта исправен, все системы функционируют нормально.
— Я пойду туда. Там есть автономные системы жизнеобеспечения и собственные генераторы. И отключи ты уже эту чертову тревогу!
Мигающие красным огни аварийной сигнализации погасли. Иван бросил взгляд на стол. Листы с формулами лежали на полу, на уцелевших мониторах в диалоговом окне системы в ожидании команды мигал курсор.
«Нужно скачать данные экспериментов» — мелькнула мысль.
Он потянулся к компьютеру, вставил носитель и запустил выгрузку. Глухой гул внизу становился все громче, пол начал мелко дрожать. Он догадывался, что это значит — ледяной панцирь, на котором стоит станция, треснул, и в образовавшийся разлом сейчас стремительно поступают десятки тонн воды из недр планеты. Какое там давление — пятнадцать атмосфер, кажется? В любом случае, хватит для того, чтобы снести переборки, которые и так не были рассчитаны на такие условия. С минуты на минуту здесь может образоваться новый гейзер.
— Ручьёв, — произнёс ИИ уже более жёстко, — сейчас же покиньте этот блок. — Эти данные не стоят вашей жизни.
— Подожди, — сказал Иван. — Ещё минута.
Он понимал абсурдность происходящего. Полгода одиночества в этой станции, десятки вариантов экспериментов, и всё без результата. Портал — или как его осторожно называли в отчётах, «объект» — оставался неподвижной, глухой сферой. Сколько он себя ни уговаривал, всё это всё больше походило на бессмысленное упрямство.
«Шесть месяцев потрачены впустую, — подумал он. — И я пытаюсь спасти доказательства этого. Кому они нужны?»
Станцию снова тряхнуло, на этот раз — куда сильнее, чем прежде. Свет в лаборатории мигнул и погас окончательно. Снова включился сигнал тревоги, к которому теперь примешивался отчетливый свист уходящего воздуха. Иван почувствовал, что уши закладывает — время истекло.
Он схватил блокнот, вырвал носитель из гнезда терминала и бросился к гермодвери коридора, который вел к Куполу.
(продолжение завтра)
Несколько секунд Иван пытался осмыслить сказанное.
— Что случилось? — спросил он наконец, оборачиваясь к ближайшему терминалу. — Какие у нас повреждения?
— Зарегистрирована сейсмическая активность, выходящая за проектные параметры. В результате толчка нарушена целостность фундамента Блока А. Произошло разрушение секций прочного корпуса 4 и 5. Вероятна взрывная декомпрессия отсеков с А-0-7 по А-0-12. Основные генераторы отключились, все системы переключены на аварийное питание — голос ИИ был спокоен, но с первых слов Ивану стало понятно, что ситуация критическая.
— Обнаружено поступление воды на нижние уровни Блока А. Предположительно, в результате выброса подземных вод. Иван, вы должны срочно покинуть это место!
— Я понял. Сколько у меня времени?
— Повреждения значительные. Утечка воздуха пока не остановлена. Давление упадет ниже безопасных значений через 4 минуты 15 секунд. Эвакуируйтесь в блок Б и оставайтесь там до завершения аварийных работ. Ожидаемый срок восстановления целостности корпуса… — ИИ помедлил долю секунды … — 12 часов 42 минуты.
— Хорошо. Что с Порталом?
— Датчики не регистрируют никаких отклонений от нормы. Защитный купол вокруг объекта исправен, все системы функционируют нормально.
— Я пойду туда. Там есть автономные системы жизнеобеспечения и собственные генераторы. И отключи ты уже эту чертову тревогу!
Мигающие красным огни аварийной сигнализации погасли. Иван бросил взгляд на стол. Листы с формулами лежали на полу, на уцелевших мониторах в диалоговом окне системы в ожидании команды мигал курсор.
«Нужно скачать данные экспериментов» — мелькнула мысль.
Он потянулся к компьютеру, вставил носитель и запустил выгрузку. Глухой гул внизу становился все громче, пол начал мелко дрожать. Он догадывался, что это значит — ледяной панцирь, на котором стоит станция, треснул, и в образовавшийся разлом сейчас стремительно поступают десятки тонн воды из недр планеты. Какое там давление — пятнадцать атмосфер, кажется? В любом случае, хватит для того, чтобы снести переборки, которые и так не были рассчитаны на такие условия. С минуты на минуту здесь может образоваться новый гейзер.
— Ручьёв, — произнёс ИИ уже более жёстко, — сейчас же покиньте этот блок. — Эти данные не стоят вашей жизни.
— Подожди, — сказал Иван. — Ещё минута.
Он понимал абсурдность происходящего. Полгода одиночества в этой станции, десятки вариантов экспериментов, и всё без результата. Портал — или как его осторожно называли в отчётах, «объект» — оставался неподвижной, глухой сферой. Сколько он себя ни уговаривал, всё это всё больше походило на бессмысленное упрямство.
«Шесть месяцев потрачены впустую, — подумал он. — И я пытаюсь спасти доказательства этого. Кому они нужны?»
Станцию снова тряхнуло, на этот раз — куда сильнее, чем прежде. Свет в лаборатории мигнул и погас окончательно. Снова включился сигнал тревоги, к которому теперь примешивался отчетливый свист уходящего воздуха. Иван почувствовал, что уши закладывает — время истекло.
Он схватил блокнот, вырвал носитель из гнезда терминала и бросился к гермодвери коридора, который вел к Куполу.
(продолжение завтра)
24🔥53👍39❤29🤗6
Курортные отели на русскоязычных направлениях держат, в основном, украинок (они, очевидно, дешевле).
Которые ведут свою партизанскую войну: то трансфер за тобой в аэропорт не пришлют, то в коктейль плюнут.
Во избежание конфликтов они чаще всего представляются молдаванками. Но после просьбы назвать район Кишинева на букву Б (из пяти таких там два) исчезают в тумане.
В общем, совет: держитесь от них подальше.
Которые ведут свою партизанскую войну: то трансфер за тобой в аэропорт не пришлют, то в коктейль плюнут.
Во избежание конфликтов они чаще всего представляются молдаванками. Но после просьбы назвать район Кишинева на букву Б (из пяти таких там два) исчезают в тумане.
В общем, совет: держитесь от них подальше.
7🔥158👍101❤50🤗5
Купол — часть 1
Гермодверь закрылась за его спиной с глухим ударом. Несколько секунд Иван стоял, прислушиваясь к собственному дыханию — сила тяжести здесь была в шесть раз меньше, чем на Земле, но за время пребывания на Станции он совсем отвык от физических нагрузок.
Здесь пока царил полный порядок — во всяком случае он не заметил никаких признаков аварии. Не было слышно завываний сирены, штабеля оборудования и стеллажи с приборами стояли нетронутыми, так же, как и в тот день, когда их здесь оставили. Только слабо мерцала в свете потолочных ламп пыль, поднятая в воздух подземными толчками.
Купол был устроен иначе, чем основная станция — автономный комплекс, построенный так, чтобы выдержать почти любые катастрофы. Собственные генераторы, отдельные системы жизнеобеспечения, стены из многометрового слоя льда, защищающего от радиации и перепадов температур. Правда, его создатели больше опасались не внешних угроз — главной задачей этого комплекса было удержать в нем то, что может прийти в этот мир изнутри.
Лавируя между штабелями ящиков, занимавших почти весь внешний периметр сооружения, Иван, наконец, добрался до «полевого лагеря» — пустого контейнера, который он приспособил под временную лабораторию в первые дни своего пребывания здесь. Стол, стул, раскладушка, мониторы — обстановка спартанская, зато не нужно бегать туда-сюда через шлюзы, чтобы запустить установку после перенастройки.
Швырнув свои записи на стол, он опустился в кресло и только тогда заметил, что у него дрожат руки.
(продолжение завтра)
Гермодверь закрылась за его спиной с глухим ударом. Несколько секунд Иван стоял, прислушиваясь к собственному дыханию — сила тяжести здесь была в шесть раз меньше, чем на Земле, но за время пребывания на Станции он совсем отвык от физических нагрузок.
Здесь пока царил полный порядок — во всяком случае он не заметил никаких признаков аварии. Не было слышно завываний сирены, штабеля оборудования и стеллажи с приборами стояли нетронутыми, так же, как и в тот день, когда их здесь оставили. Только слабо мерцала в свете потолочных ламп пыль, поднятая в воздух подземными толчками.
Купол был устроен иначе, чем основная станция — автономный комплекс, построенный так, чтобы выдержать почти любые катастрофы. Собственные генераторы, отдельные системы жизнеобеспечения, стены из многометрового слоя льда, защищающего от радиации и перепадов температур. Правда, его создатели больше опасались не внешних угроз — главной задачей этого комплекса было удержать в нем то, что может прийти в этот мир изнутри.
Лавируя между штабелями ящиков, занимавших почти весь внешний периметр сооружения, Иван, наконец, добрался до «полевого лагеря» — пустого контейнера, который он приспособил под временную лабораторию в первые дни своего пребывания здесь. Стол, стул, раскладушка, мониторы — обстановка спартанская, зато не нужно бегать туда-сюда через шлюзы, чтобы запустить установку после перенастройки.
Швырнув свои записи на стол, он опустился в кресло и только тогда заметил, что у него дрожат руки.
(продолжение завтра)
27🔥69👍32❤18🤗3
Оказывается, это часть проекта «Поколение» Михаила Гребенюка. Большое дело делаешь, мой Друг!
10🔥98👍45❤33🤗3
Купол — часть 2
«Сколько мне придется здесь проторчать? — подумал он. — 12 часов, пока автоматы восстановят генераторы, пока залатают корпус. Не так уж плохо».
Но тут же застыл, вспомнив, что эту оценку ИИ выдал до второго толчка, который был гораздо серьезнее! Ремонт может затянуться, а у него с собой нет ни еды, ни воды. Даже если система жизнеобеспечения откажет, воздуха тут хватит на недели, но человеческое тело напомнит о себе гораздо раньше.
Он поискал глазами терминал связи с ИИ, но тут же вспомнил, что нарочно убрал его отсюда, чтобы не слышать бесконечные напоминания о необходимости сделать перерыв на сон или еду.
«Придется идти до поста управления установкой, — подумал он, — Заодно поищу чего-нибудь пожевать».
Иван поднялся и пошёл вдоль стеллажей с оборудованием в направлении центра купола. Комплекс был огромен — более 150 метров в диаметре. Во время первой экспедиции здесь одновременно работало почти 200 человек. Теперь же всё это пространство принадлежало одному ему. Пустые лаборатории, аккуратно разложенные приборы, консервационные контейнеры — всё казалось музейной экспозицией.
Он помнил, как сюда привозили оборудование первой экспедиции. Тогда в мире царило всеобщее ликование: человечество вот-вот раскроет тайну загадочного артефакта — первого неопровержимого свидетельства существования инопланетной цивилизации. Пресса сходила с ума, рассказывая обывателям о невиданных перспективах, о переходе человечества на следующий уровень развития. Неосторожное заявление группы исследователей из Института о том, что самое загадочное свойство находки — бесследное поглощение любых энергий, может объясняться их переносом в другое место, произвело эффект разорвавшейся бомбы. С тех пор его стали называть не иначе как Портал, не только публика, но и сами ученые.
С тех пор прошло 15 лет. Первая экспедиция, которая обошлась в 15 триллионов только государственных денег, проработала здесь три года, и не добилась ничего. Энтузиазм постепенно таял, бюджеты урезали, исследования сворачивались. Вторая, профинансированная международным консорциумом ведущих технологических компаний, была значительно скромнее — всего 20 человек. Но и она не оправдала вложенных средств.
Третья экспедиция состоит из одного человека: это он, Иван Ручьёв.
Он прошел мимо переносных щитов, окружавших центр купола, и остановился у прозрачного колпака силового барьера, за которым находилась абсолютно черная сфера.
(продолжение завтра)
«Сколько мне придется здесь проторчать? — подумал он. — 12 часов, пока автоматы восстановят генераторы, пока залатают корпус. Не так уж плохо».
Но тут же застыл, вспомнив, что эту оценку ИИ выдал до второго толчка, который был гораздо серьезнее! Ремонт может затянуться, а у него с собой нет ни еды, ни воды. Даже если система жизнеобеспечения откажет, воздуха тут хватит на недели, но человеческое тело напомнит о себе гораздо раньше.
Он поискал глазами терминал связи с ИИ, но тут же вспомнил, что нарочно убрал его отсюда, чтобы не слышать бесконечные напоминания о необходимости сделать перерыв на сон или еду.
«Придется идти до поста управления установкой, — подумал он, — Заодно поищу чего-нибудь пожевать».
Иван поднялся и пошёл вдоль стеллажей с оборудованием в направлении центра купола. Комплекс был огромен — более 150 метров в диаметре. Во время первой экспедиции здесь одновременно работало почти 200 человек. Теперь же всё это пространство принадлежало одному ему. Пустые лаборатории, аккуратно разложенные приборы, консервационные контейнеры — всё казалось музейной экспозицией.
Он помнил, как сюда привозили оборудование первой экспедиции. Тогда в мире царило всеобщее ликование: человечество вот-вот раскроет тайну загадочного артефакта — первого неопровержимого свидетельства существования инопланетной цивилизации. Пресса сходила с ума, рассказывая обывателям о невиданных перспективах, о переходе человечества на следующий уровень развития. Неосторожное заявление группы исследователей из Института о том, что самое загадочное свойство находки — бесследное поглощение любых энергий, может объясняться их переносом в другое место, произвело эффект разорвавшейся бомбы. С тех пор его стали называть не иначе как Портал, не только публика, но и сами ученые.
С тех пор прошло 15 лет. Первая экспедиция, которая обошлась в 15 триллионов только государственных денег, проработала здесь три года, и не добилась ничего. Энтузиазм постепенно таял, бюджеты урезали, исследования сворачивались. Вторая, профинансированная международным консорциумом ведущих технологических компаний, была значительно скромнее — всего 20 человек. Но и она не оправдала вложенных средств.
Третья экспедиция состоит из одного человека: это он, Иван Ручьёв.
Он прошел мимо переносных щитов, окружавших центр купола, и остановился у прозрачного колпака силового барьера, за которым находилась абсолютно черная сфера.
(продолжение завтра)
80❤57👍44🔥35🤗1
ЗЕМЛЯ ПОД ДЕВЕЛОПМЕНТ В МОСКВЕ
Если у человека есть земля под девелопмент в Москве, его алгоритм действий выглядит следующим образом: он складывает цену, нанимает брокера и тот выводит участок на рынок.
В половине случаев начинается аукцион: региональные девелоперы, чтобы зайти в Москву готовы купить что угодно, не считаясь с математикой. Продавец земли дополнительно зарабатывает.
В другой половине случаев тоже начинается аукцион, и в самом его разгаре владельцу земли раздается звонок из почти выше некуда и поступает предложение, от которого невозможно отказаться: очередной уважаемый человек решил на этой земле запарковать часть своих денег. Продавец земли серьезно недозарабатывает. А если проявляет упрямство, всё теряет.
Поэтому, если вы владелец земли и
а) абсолютно уверены в своей «крыше» — идите в рынок.
Если
б) крыши нет — продавайте кулуарно.
Мой партнер купит участок в Москве под жильё или офисник. Если у вас есть земля, и ваш вариант «б», напишите мне.
Если у человека есть земля под девелопмент в Москве, его алгоритм действий выглядит следующим образом: он складывает цену, нанимает брокера и тот выводит участок на рынок.
В половине случаев начинается аукцион: региональные девелоперы, чтобы зайти в Москву готовы купить что угодно, не считаясь с математикой. Продавец земли дополнительно зарабатывает.
В другой половине случаев тоже начинается аукцион, и в самом его разгаре владельцу земли раздается звонок из почти выше некуда и поступает предложение, от которого невозможно отказаться: очередной уважаемый человек решил на этой земле запарковать часть своих денег. Продавец земли серьезно недозарабатывает. А если проявляет упрямство, всё теряет.
Поэтому, если вы владелец земли и
а) абсолютно уверены в своей «крыше» — идите в рынок.
Если
б) крыши нет — продавайте кулуарно.
Мой партнер купит участок в Москве под жильё или офисник. Если у вас есть земля, и ваш вариант «б», напишите мне.
1👍69🔥29❤28🤗6