​​Промессия: история нереализованной технологии

С конца XX века традиционные способы обращения с мёртвым телом (погребение и кремация) стали переосмысляться. Погребение все чаще критикуется за большую стоимость, а кремация — за разрушающее климатическое воздействие. Следствием такого переосмысления стали попытки создать новые способы обращения с мёртвым телом, отвечающие современности. Одним из таких способ стала промессия.

Автором этой идеи была шведский биолог и инженер Сюзанна Вийг-Масак. Ещё с юности она увлекалась садоводством, в особенности живой интерес у неё вызывало компостирование. Она считала, что традиционные способы обращения с мертвым телом препятствуют тому, чтобы после смерти «вернуть долг» природе, которая давала нам жизнь. Объединив свои познания в биологии и инженерии Вийг-Масак разработала технологию промессии.

Согласно задумке, мёртвое тело предварительно охлаждают до −18°, а затем помещают в жидкий азот. В нём тело становится очень хрупким. Далее с помощью вибрации тело разрушается до порошкообразного состояния. После этого с помощью холодного испарения из «праха» удаляется лишняя влага. По окончании процедуры с полученным «прахом» родственники и близкие умершего могут распоряжаться самостоятельно.

В 1997 году Сюзанна основала компанию Promessa Organic AB, для реализации своей идеи. Однако, несмотря на многочисленные выступления и интервью, она так и не была реализована. Вплоть до 2015 года — до банкротства и закрытии компании — не было создано ни одного устройства, который бы реализовал эту идею. Дело было настолько далеко от реализации, что ничего кроме не супер качественных рендеров и схем, для иллюстрации подобрать не смог. Кроме того, технология промессии подвергалась серьезной критике. Например, профессор анатомии Бенгт Йохансонн, что то, как промессия описана у Вийг-Масак, невозможно реализовать чисто физически. Замороженное тело очень твёрдое, и чтобы его превратить в «прах» потребуется куда большая сила, чем просто вибрация.

Основательница технологии промессии ушла из жизни в 2020 году. С момента закрытия компании и до своей смерти Сюзанна обучала «послов промессии», которые продолжают её дело, рассказывая о технологии и борятся за легализацию промессии как альтерантивного способа обращения с мертвым телом.

Интересно, что Вийг-Масак пыталась продвигать свою идею и в России. Для постройки первого проматория был выбран Новосибирск. Сначала долго не могли найти инвесторов, а затем случился ковид, позже умерла сама Вийг-Масак. Словом, ничего не вышло...

​​«Тихие соседи: Кладбище как архитектурная задача»

Я много рассказывал про современные тенденции в похоронной индустрии, о смене трендов на более экологичные и индивидуализированные практики погребения. Зачастую всё это было про страны Запада, а Россия оставалась в стороне от этих трендов. Однако не так давно я обнаружил, что Институт Генплана Москвы подготовил проект под названием «Тихие соседи», и он меня очень впечатлил.

Главная идея этого проекта: интегрировать кладбище в городскую среду, сделав его «пространством физически и психологически комфортным для каждого». Как утверждается в предваряющем проект исследовании, кладбище сегодня — это «фактически объект коммунальной инфраструктуры, который зачастую имеет маргинальный облик и при этом мощный нереализованный сакральный смысл». Собственно, чтобы реализовать этот сакральный потенциал было предложено 2 решения.

I. Мемориальный парк

По сути, это гибридное кладбище, коих за последние десятилетия стало много на Западе. Гибридное кладбище — это всё то же кладбище, но на котором возможны естественные или эко- захоронения. Согласно плану проекта таких эко-захоронений должно быть чуть более 20%, а всё остальное — это обычные захоронения (65%) и административно-хозяйственный комплекс (5%). Для организации экологичных захоронений авторы проекта предлагают использовать уже давно известную технологию биоразлагаемых урн. Территория, на которых произведены эко-захоронения, должны стать парками, тем самым включив кладбище в городское пространство. Если честно, то чего-то прорывного в этом решении нет, но сам факт, что такой проект есть и даже побеждает на фестивале от Комитета по архитектуре и градостроительству города Москвы — это очень круто.

II. «Мой колумбарий»

Название, конечно, своеобразное, отсылающее к технологическим проектам Москвы, однако идея интересная и, скажу честно, до этого с таким не встречался. В каждом районе города предлагается разместить подземному, «укрытому от городской суеты», колумбарию, где можно разместить урну с прахом своего близкого или родственника. Урна из статического объекта становится мобильным и, по задумке, может быть перемещена в другой колумбарий, если родственник решит переехать. Нужно ли будет прикрепляться к колумбарию через Госуслуги, не сказано. Вообще идея разместить по колумбарию в каждом районе города напоминает раннесоветские стремления построить крематории в каждом городском районе, но построен был только один. Несмотря на некоторую комичность и наивную амбициозность, именно это решение меня впечатлило больше всего.

Будет ли реализовано хоть одно из предложений? С большой долей вероятности нет. В первую очередь, из-за малого финансирования и устаревшего законодательства.

Как бы то ни было, мне кажется, что такие проекты важны, как минимум для того, чтобы начать обсуждения о состоянии кладбищ, о том, как сделать места нашего упокоения более комфортными и достойными. В конце концов, любой разговор о смерти — это разговор и о живых.

Ну... я

​​О смерти за чашкой чая

Осень 2011 года. Небольшая компания незнакомых людей из 6 человек приходит в непримечательный дом в Восточном Лондоне. В доме закипал чайник, на стол выставлялись сладости. Это могла быть обычная посиделка, ничем не выделяющаяся из миллиона других. Но на протяжении нескольких часов эти люди говорили... о смерти. Эта встреча в Восточном Лондоне позволила им проговорить то, что в повседневной жизни скорее всего не удалось бы, и встретить людей, испытывающих схожие чувства и готовые их разделить.

Примерно так прошло первое мероприятие, которое позднее станет известно многим как Death Cafe. Его организовал веб-дизайнер Джон Андервуд вместе со своей мамой. На организацию неформального разговора о смерти их вдохновил швейцарский антрополог Бернард Кретта (1938—2022), который с 2004 года встречался с людьми в кафе и ресторанах, чтобы непринужденно обсудить вопросы смерти и умирания. Эти разговоры проводились им в рамках проекта по изучению обрядов и обычаев, сопровождающих смерть. Эти встречи получили название Cafés mortels. За всё время Кретта удалось поговорить с более 3000 человек.

Главное отличие Cafés mortels Кретта от Death Cafe Андервуда в том, что последнее стало чем-то вроде франшизы и распространилось по всему миру. В 2012 году было выпущено руководство по организации собственного Death Cafe, после чего «кафе смерти» стали организовываться в самых разных уголках мира. В 2016 году было открыто первое Death Cafe в России. Они, кстати, действуют до сих пор как вживую, так и онлайн.

Death Cafe — это явный отголосок «Движения за осознание смерти», стремление осмыслять смерть и открыто говорить о ней. Более того, Death Cafe — это и пространство, где люди разных социальных слоев, вероисповеданий, мировоззрений могут комфортно высказать свои мысли, рассказать о своих переживаниях. Социолог Джон Фонг, выпустивший монографию о Death Cafe, очень описал значение таких собраний. Они являются возможностью «использовать наши встречи о смертью таким образом, чтобы они были коллективно жизнеутверждающими».

В прошлое воскресенье я сходил на очную встречу Death Cafe в Петербурге. Я был там впервые, но многие посещали их по несколько раз в разных форматах и разных городах. Люди делились своим опытом утраты, нащупывали слова, которыми можно о ней говорить. Несмотря на разный опыт, возраст, социальный статус — все были наравне. Голос и мнение каждого были важны и равнозначны. Не просто так, главным описанием встречи было многократное произносимое слово «теплота». Действительно встреча прошла крайне уютно и доброжелательно.

Мой опыт потери был в далеком детстве. Мои бабушка и дедушка умерли ещё до того, как я пошёл в школу. Поэтому я был там скорее как «профессиональный слушатель». Обсуждали мы в основном то, как мы реагируем на утрату. К концу встречи мы пришли, как мне кажется, к полезному для всех выводу: абсолютно любые чувства нормальны, нет какого-то «правильного» способа переживать утрату. Если что-то приносит вам облегчение, то не нужно сверяться с общественным мнением — в такой ситуации оно способно лишь вызвать у вас чувство вины.

Домой мы с моей девушкой возвращались, продолжая разговор о том, как культура и общество фреймирует наше горевание. А ещё нам любезно разрешили взять оставшиеся сладости. В общем, мне очень понравилось. Думаю, по возможности схожу ещё. И вы приходите! Как писал Джон Фонг, будем становиться
«процветающими авторами нашей смертности».

Внезапная мортальность в одном из скверов Петербурга

Немного пропал — дописываю аннотацию к докладу для участия в конференции. В прошлом году меня с моей темой не взяли. Надеюсь, в этом году всё сложится хорошо!

Stay tuned, как говорится...

​​Первоапрельская «шутка»

В 2017 году в преддверии 1 апреля компания Funeralbooker заявила о запуске услуги кремации на дому. На фоне роста цен на проведение кремации она должна была помочь людям экономично провести похороны. Всего за £ 299.99 можно было арендовать установку CremMate. Как утверждалось, она оснащена цифровым алгоритмом PYRE, который автоматически рассчитывает время кремации основываясь на возрасте, весе и росте покойного. Также CremMate обладала возможностью окрасить дым в «цвета любимой команды» покойного, оборудована капсулами с благовониями и имела двойной газовый разъём, чтобы можно было заодно и устроить барбекю. Словом, чудо-аппарат.

Казалось бы, достаточно легко было понять, что это шутка. Однако, как утверждает сама компания, все выходные они отвечали на многочисленные телефонные звонки. На самом деле эта первоапрельская шутка очень точно уловила современные похоронные тренды: стремление к снижению расходов, индивидуализация похорон и проведение их самими родственниками без посредничества похоронных бюро. Кто знает, может CremMate из шутки превратится в реальную услугу.

​​От «отрицания» к «принятию»

Думаю, многие из вас знают о «5 стадиях принятия» (возможно, некоторые, как и я, впервые узнал о них по мемам). Но не все знаю, что называются они «модель Кюблер-Росс». Имя Элизабет Кюблер-Росс (1926—2004) не то чтобы на слуху, а зря — женщина потрясающая.

Родилась она в Цюрихе. Она была болезненной девочкой. Когда Элизабет родилась, её вес не достигал даже 1 кг, но благодаря заботе матери ей удалось выжить. В возрасте 5 лет Элизабет заболела пневмонией и попала в больницу, где впервые столкнулась со смертью — умерла её соседка по палате. В разгар Второй мировой она помогала беженцам в родном Цюрихе. После войны она продолжала оказывать посильную помощь во многих европейских странах. В 1947 году Кюблер-Росс посещает концлагерь Майданек, что укрепило её решение посвятить жизнь помощи людям.

В 1957 году Элизабет Кюблер-Росс заканчивает Цюрихский университет и переезжает в США. Там она продолжает обучение и начинает свою психиатрическую карьеру. Работала она с больными шизофренией и с теми, кого в то время называли «безнадежными пациентами» (люди с терминальными стадиями заболеваний). В 1965 году она приезжает в Чикаго, где вместе с 4 студентами-теологами на протяжении нескольких месяцев общались со смертельно больными людьми. Как пишет Кюблер-Росс, они стали для них «учителями в вопросах смерти и умирания». Впоследствии такое общение переросло в междисциплинарный семинар, участие в котором принимали участие не только медицинский персонал, но и социальные работники и священнослужители. Впервые врачи услышали переживания и проблемы своих пациентов.

На основе этих семинаров Кюблер-Росс написала книгу «О смерти и умирании» (1969), быстро ставшую бестселлером. Именно в ней были сформулированы и описаны 5 стадий, через которые проходят люди со смертельными диагнозами. Но, пожалуй, самое главное в этой книге то, что Кюблер-Росс очень точно подметила острое противоречие современной ей медицинской системы: стремясь спасти человеческую жизнь, врачи превращают человека в объект, «он больше не личность, за него что-то решают; его мнение не имеет никакого значения». Именно с таким объективированием всю свою жизнь боролась Кюблер-Росс

Элизабет Кюблер-Росс также стояла у истоков хосписного движения в США в 70-х годах. В 80-е активно помогала больным СПИДом и работала над дестигматизацией этой группы людей. Словом, Кюблер-Росс внесла огромный вклад в то, чтобы смертельно больные из «пациентов», «объектов, которым спасают жизнь» снова стали восприниматься как люди со своими переживаниями, мыслями и желаниями.

​​«Играя в похороны»: животные и приобщение к смерти

Во время подготовки к докладу о кладбищах домашних животных наткнулся на несколько статей о том, что похороны животных — обычай, известный с 1950-х годов и является частью детской социализации. Дети при таких похоронах воспроизводят сложившийся в их обществе «человеческий» похоронный обряд. Животные, таким образом, выступают своего рода «проводниками в мир смерти». Нередко именно смерть животного — это первый опыт смерти, с которым сталкивается человек. Однако вместе с тем, похороны животных могут быть включены в более широкий контекст детских «игр в похороны». Фольклористами описаны случаи, когда «похороны» устраивали каким-то бытовым вещам.

Если говорить про мой субъективный опыт, то вещи я не хоронил, а вот животных — да.  Помню, что в садике хоронили птичку. Закапали, сделали холмик и в изголовье поставили чем-то скрепленные в виде креста палочки. Про свои чувства в тот момент я вспомнить не смог, но, полагаю, вряд ли это было чувство глубокого проживания и горевания по поводу смерти птицы. Но это был мой первый более-менее осознанный опыт столкновения со смертью.

Также я решил провести репрезентативный социологический опрос (спросил у нескольких своих друзей), результаты которого показывают, что у многих из них в детстве был опыт похорон животных и даже бытовых предметов. Все так или иначе воспроизводили «человеческие» похороны, создание особого ритуала для животного — скорее исключение. Для многих такие «похороны» — первый опыт встречи со смертью.

В ленте встретил вот такой рилс, обыгрывающий роли животных в отношениях с людьми

Think with ✨r e e l s ✨

​​Смерть в космосе

63 года назад началось освоение космоса. Этот процесс полон не только триумфальных свершений, но и трагических историй. С момента первого полета в космос погибло около 20 космонавтов. Примечательно, что ни один из них не умер по естественным причинам. Все смерти так или иначе были связаны с техническими неполадками. Если быть до конца точным, то именно в космосе погибли только члены экипажа «Союз-11»: В.Н. Волков, Г.Т. Добровольский и В.И. Пацаев. По этой причине сложившейся практики обращения с мертвыми телами в космосе нет.

Как поступать с мертвым телом на борту космического корабля — это не только этический, но и сложный логистический вопрос. Необходимо достойно сохранить тело, но также как можно быстрее вернуть его на Землю. Словом, задача не из простых. Однако у NASA есть протоколы, в которых прописан сценарий действий в таких случаях.

▫️Если смерть произошла на низкой околоземной орбите, например, на борту МКС, то экипаж может вернуть тело на Землю в специальной капсуле в течение нескольких часов;

▪️Если бы космонавт умер во время полета на Луну, то экипаж вернулся бы обратно за несколько дней. Вероятнее всего, основной заботой экипажа будет обеспечение собственного безопасного возвращения домой. Прямо как во время авиакатастроф: сначала маску на себя, а потом на соседа.

Но где же будет находиться тело, пока корабль возвращается на Землю? Надо понимать, что пространство космического судна максимально ограничено. Скорее всего тело пробудет в самой холодной части, там, где в обычное время хранится мусор и пищевые отходы. Да, место не самое приятное, как не посмотри... Но это не даст бактериям начать процесс разложения и позволит вернуть тело на Землю в сохранности.

В 2005 году компания Promessa, занимающейся экологическими захоронениями, предложила NASA возможный вариант обращения с мертвыми телами. Свою идею они назвали Body Back. Promessa предложила убрать тело в специальный мешок и запечатать его. Дальше начинается самое интересное. Тело в мешке отправляют в шлюзовый отсек, где при космической температуре в -270 °C оно замерзает. Затем роботизированная рука возвращает тело на борт и с помощью вибрации, превратило тело в пыль. Конечный результат, по сути, ничем не отличается от кремации (разве что праха в несколько раз больше и он намного чище). Но в 2015 году компания закрылась, а идея так и не была реализована.

Но как же самая логичная и первая приходящая на ум идея — выпустить тело в открытый космос? У моряков, например, такой способ уже давно стал традицией и оброс собственными ритуалами. Эта традиция даже совершенствуется и адаптируется к современности. Основная причина, по которой мертвые тела нельзя отправлять в открытый космос, следующая: мертвое тело с большой долей вероятности будет двигаться на одной орбите с кораблем, который его и скинул. По безжалостной канцелярской логике такое тело бы классифицировалось как «космический мусор». Выброшенное тело потенциально может создать опасность столкновения с другими орбитальными кораблями, что привело бы к ещё одной трагедии.

Хочется верить, что сценарии действий, описанные выше, никогда не понадобятся, а освоение космоса будет мирным и полезным для всего человечества!

Выступлению на конференции «Векторы-2024» быть. Точнее даже двум (отыгрался за прошлый год, получается):

▫️19.04. на секции «Котики и коровы: (критические) исследования животных» расскажу о кладбищах домашних животных и немного пофилософствую о human-animal relationships;

▪️21.04. на секции «Политизация телесности: биополитика и некрополитика» буду говорить о деятельности Death Awareness Movement. Альтернативные похоронные практики тоже освещу.

Первое выступление будет онлайн, а второе — очно, в Москве. Но можно попасть на секцию и дистанционно. Чтобы послушать доклады нужно зарегистрироваться. Сделать это можно, перейдя по гиперссылкам.

Буду рад видеть и слышать вас!

Мой доклад «Кладбища домашних животных и суверенная власть человека» будет сегодня в 14:30

Чтобы его послушать нужно зарегистрироваться по ссылке. Организаторы секции вышлют вам на почту ссылку-подключение к зум-конференции.

Приходите, будет интересно!

Upd: из-за технических проблем с моей стороны доклад будет в 15:15