Наблюдаю такую картину на детской площадке: молодой папаша выгуливает своего сына, которому года 4. Тут к мелкому подходит кошка, и он недолго думая фигачит ее со всей силы, бедное животное тут же ретируется.
Отец подходит к своему чаду, не кричит, не ругает, а садится перед ним на корточки и спокойно говорит: — Ты большой? — Да. — Сильный? — Да. — Такой большой и сильный, что можешь ударить маленькую слабую кошечку? — ... — Вот я больше и сильнее, но знаешь, почему не бью тебя? . . Потому что сила нужна для того, чтобы защищать тех, кто слабее, понял? ... А не для того, чтобы бить маленьких и беззащитных. Сильные так не поступают, понял? — Понял... — Что ты понял? — Маленьких бить нельзя... а то никогда сильным не будешь. — Молодец.
... Респект и уважуха таким родителям!

Сирена скорой разрывала тишину. Наша машина вылетела на встречку, и я помню только оглушающий хруст металла.

Когда я очнулась в реанимации, врач сказал, что я выжила чудом, а вот водитель той машины... погиб.
Его сын, Денис, каждый день дежурил в коридоре.
Я ждала от него проклятий и ненависти — ведь из-за ошибки нашего водителя он потерял отца.
Но вместо гнева в его глазах была лишь оглушающая тоска.

Он стал приходить в мою палату, сначала просто чтобы молчать рядом.
Мы оба оказались на дне самой страшной ночи в жизни.
Но из этой общей боли и глубокого прощения постепенно выросло чувство, которое спасло нас обоих.

У нас в подъезде жил кот, окрас был желтовато-персиковый, он был не чей, и мы его кормили. Вернувшись домой, обратила внимания, что этого кота нет. Я была очень расстроена, потому что это очень ласковый и добрый котик. Как оказалось, он мешал соседке, она отвезла его загород. Но несколько дней назад этот кот пришел к магазину, который находится недалеко от нашего дома. Его не было 4 месяца. Как же я была счастлива снова его увидеть, сразу же забрали домой. Вот так вот, в год желтой собаки, нашелся наш "желтый" кот.

Взяла телефон мужа позвонить свекрови, а там звонки от некой «любимой». Внутри все оборвалось, перед глазами пролетели все счастливые моменты из жизни... Неужели все это было ложью? Номер незнакомый. Начинаю краснеть, нервничать, ходить из угла в угол и все-таки решаюсь на звонок. Внезапно зазвонивший мой телефон вернул меня в реальность. Это была моя новая (вторая) симка. А записал муж меня так, потому что я сама же возмутилась, что записана была как «Жена-2».

Одно время я с родителями жила в городке Облучье Еврейской А. О. Приехав туда, мама сразу устроилась на работу, хорошую с точки зрения зарплаты, но неважную с точки зрения местоположения. Чтобы в первый день прийти туда вовремя, матери пришлось выйти из дома затемно. Приятного в этом было мало, дорога шла через большой парк. И вот идёт она по тропинке, пугается каждого шороха, и вдруг совсем близко слышит отчётливый скрипучий голос: "Кто-о?!"

Она замерла. Далее следует вопрос: "Куда-а?!" После чего она рванула вперёд так, что не помнит как выбежала из парка на дорогу. Возвращаясь вечером с работы (было не поздно, светло, поэтому не страшно), пошла опять через парк. И опять услышала вопрос: "Кто-о?!" Оглянулась и увидела на ветке огромного ворона, самодовольно взирающего на неё сверху.

Позднее соседи рассказывали, что птица эта раньше была домашней, а затем хозяева уехали и выпустили ворона на волю, благодаря чему многие десятки людей в городке едва не стали заиками. Интересно то, что ворон знал ещё несколько фраз типа "Зачем? ", "Стоять!" и "Проходи".

Однажды шестилетняя на тот момент я и мама поехали отдыхать на море.

Мы совершенно не бедствовали, можно сказать, даже были богаты. Там я познакомилась с местной девочкой. В силу детской непосредственности мы быстро подружились, стали играть вместе. Девочка была из явно бедной семьи, и научила она меня игре в «нищих». Мы обмазывались грязью, надевали старую рваную одежду и жалобно просили туристов дать нам денег или хотя бы покормить. Тогда мне казалось, что это очень весело. Ребенком я была нежадным: отдавала всю «выручку» новой подружке. После почти десяти удачных заходов (по несколько в день) я рассказала об этой прекрасной игре маме. Мама в шоке попросила отвести ее к подружке. Я с готовностью отвела. Мама со слезами на глазах дала маме подруги целый ворох моей одежды, из которой я уже выросла (все, естественно, в хорошем состоянии), достаточно денег и еще много хороших моих вещей: игрушек, обуви и многого другого...

С той девочкой мы до сих пор общаемся, пусть и на расстоянии.
Теперь она вполне обеспечена и мы с хохотом вспоминаем наши приключения.

Тут многие пишут, что замки — от честных людей. Ну, не скажите. У меня на даче сарай. Я всегда вместо навесного замка на дверь проволоку "шестерку" завязываю. (1) Как бы это должно давать понять потенциальному взломщику, что в сарае ничего ценного нет. Но не всегда этот прием срабатывает. И тогда взломщик, после того как раскрутит проволоку, приложив пусть и небольшие, но усилия (т. к. закручиваю я эту сталистую проволоку в жгут), встретится с тем, что за накладкой с проушиной имеется внутренний замок. Но его можно даже и не пытаться открыть, потому что это муляж. На самом деле замок-секретка открывается магнитом и верёвкой.

И был такой случай. Пришёл я по весне на дачу. А перед сараем - три сломанных круга от болгарки, навесы спилены, там, где "внутренний замок", тоже пропил. Но дверь так открыть и не смогли. И в итоге горе-взломщики сделали подкоп. Но в сарае на самом деле ничего не было, кроме пары лопат. И ребята только зря потратили время. Правда, вот нацарапали на двери сарая мне сообщение: "Нах... ты так делаешь?"

Я разведена и у меня трое детей. С мужем мы не сошлись характерами, не было ни измены, ни насилия, просто решили разойтись и все. Мне было уже 40 и я думала, что уже никого не встречу. Я работаю в крупной фирме начальником отдела кадров и несколько месяцев назад к нам устроился молодой человек, лет 25-ти. Он был хорошим работником, но еще более способным любовником. Мне с ним очень хорошо, даже в года своей юности не было ни с кем так приятно. Я его не рассматривала, как своего мужа. Но через неделю я выхожу за него замуж, уволюсь с работы, переедем с ним в Азию и будем наслаждаться жизнью. Я даже и не подозревала, что и в таком возрасте можно встретить свою любовь. Поэтому никогда не поздно начать все с нуля и повернуть свою жизнь с ног на голову и быть счастливой.

В двухтысячных работала администратором в гостинице.

Приехал к нам на месяц милый итальянский профессор. Но вот незадача, авиакомпания потеряла его багаж.

На следующий день привезли потерянный чемодан, итальянец его при нас открыл и говорит, что это не его. Связались с авиакомпанией, они говорят, что точно его, но на всякий случай продолжат искать потерю, профессор чемодан не забирает, и он остается в гостиничной камере хранения.

Вся стойка портье берет над ним шефство, по максимуму снабжает его одноразовыми расходниками, ему меняют халаты. Прачечная каждый вечер стирает ему одежду и выдает утром чистую и сухую.

Администраторы регулярно звонят в авиакомпанию, новостей о чемодане нет. Где-то через неделю следует ответ, что мы уже надоели с этими звонками и что чемодан точно его.

Мы зовем нашего итальянского гостя, он открывает еще раз чемодан, приподнимает верхние вещи. После этого краснеет, бледнеет и говорит, что чемодан все-таки его.
Оказалось...

чемодан ему упаковывала мама, и сверху положила новый свитер, который он и не признал, благодаря чему мы неделю бесплатно его обслуживали.

София познакомилась с Марком на юбилее прабабушки. Ей — двадцать, ему — двадцать три. Семья представляла их как «троюродных», и весь вечер они втайне мучились: случайное касание рук у старого патефона и ночные прогулки вдоль реки отозвались совсем не родственным чувством.
Несколько месяцев они боролись с собой. Влюбляться в брата — пусть и дальнего — казалось запретным. Они то отдалялись, боясь шепота за спиной, то снова срывались на долгие звонки.
Развязка наступила случайно на семейном празднике. Разглядывая старый альбом, бабушка вскользь обронила: Марка усыновили еще младенцем, когда его биологические родители погибли.
В тот вечер страх, давивший на них месяцами, просто испарился. Никакой общей крови — только двое людей, которые наконец смогли обнять друг друга без чувства вины.

Старшему сыну было около пяти-шести лет, а нашему щенку-йорку Бруно — меньше года. В тот день ребенок смотрел мультфильмы перед обедом, а я была на кухне и готовила еду под музыку. Неожиданно ко мне с лаем ворвался Бруно — начал кружиться и царапать мне ноги. Подумала, что он просто требует внимания, но в этот момент у меня внутри что-то щелкнуло: я побежала проверить сына, который практически заснул. Но это был не сон: у него сахарный диабет первого типа: то, что кажется сном, может быть резким падением сахара. Я быстро измерила показатели глюкометром, увидела очень низкие цифры, схватила ребенка и помчалась отпаивать сладким чаем с конфетами. Такое бывает, все пришло в норму. Но Бруно явно прибегал предупредить меня: «Скоро случится беда!». С того самого момента я очень доверяю чувствам собак — они специалисты в невербальных сигналах.

Мы с Аней знали друг друга с детского сада: вместе строили шалаши, делили один велосипед на двоих и доверили друг другу все свои тайны. Годы шли, но наша дружба оставалась той самой нерушимой опорной точкой.
Все изменилось осенним вечером. Провожая Аню до дома под проливным дождем, я привычно укрыл ее зонтом. Наш взгляд пересекся, и в тишине под шум капель я внезапно понял: детская привязанность давно переросла в нечто большее. Я осторожно коснулся ее руки. Аня улыбнулась и сделала шаг навстречу, словно всегда этого ждала.

Увидела, как бродячие собаки загнали в угол крошечного котенка и явно собираются сделать что-то нехорошее. Подобрала палку в кустах и с воплем побежала на стаю, они в испуге разбежались в разные стороны, а этот дрожащий крошечный комочек поехал в свой новый дом, сидя в моей шапке. Муж сначала ругался, что притащила этого блохастика к нам, но уже вторую ночь подряд просыпается по ночам и идет кормить малыша молочком из шприца