им — закрытая книга, которую точно не стоит судить по обложке, не вникнув в содержимое. о нем нельзя сказать чего-то с точностью, он достаточно мутный. только строить предположения и пытаться собрать пазл.

как говорится, некоторые забавные вещи не всегда законные, а им не просто ходит — он бежит по лезвию между правильным и адреналином, всегда на грани.

о себе он практически не рассказывает. с ним собеседник чувствует, что вывалил душу наизнанку, но о чангюне так ничего и не узнал, ибо до конца он крайне маловероятно раскроется, оставив за собой недосказанность.

• любит черепашек ниндзя по сей день. дома имеется статуэтка с рафаэлем, любимым персонажем по совместимости;

• табачный фаворит — мальборо рэд, без пачки он из дома не выходит;

• ходит в свободное время в боксёрский зал, в котором некогда с лучшим другом и сокомандником будущим познакомился.

плохой дэдпул. 7. хороший дэдпул.

джоэ вырос в одном из самых депрессивных районов осаки, в семье, где « стабильность » означала лишь то, что отец-тиран придет домой пьяным в одно и то же время. мать работала на трех работах, а маленькому джоэ доставалось за любую мелочь: не так посмотрел, слишком громко дышал. отец часто тушил сигареты об его руки и теперь эти следы скрыты под татуировками.

единственным спасением были старые журналы о гонках и заброшенная свалка машин неподалеку. в 12 лет он впервые завел разбитую тойоту и понял: когда ты за рулем, ты сам решаешь, куда повернуть, и никто не может тебя ударить.

свою первую серьезную аварию устроил в 16, когда угнал байк у якудза. все думали — труп, а он через неделю пришел в тот же бар за пивом. в том же возрасте, после очередной драки с отцом, джоэ просто ушел из дома, угнав его единственную ценную вещь — старый седан. он приехал в токио с пустыми карманами, но с бешеным инстинктом самосохранения. он брался за самую грязную работу в автомастерских, спал в гаражах и постепенно вырос в профессионального гонщика. его карьера шла в гору, пока его не « сожгли ».

на самом деле, джоэ не всегда был клоуном. десять лет назад он был восходящей звездой легальных треков, идеальным японским гонщиком с безупречной репутацией. но он перешел дорогу не тем людям — крупному синдикату, который держал ставки. его машину не просто подрезали на трассе, ее буквально зажали между фурами и ушли в кювет на скорости 200+. машина превратилась в груду металломета, вспыхнула, а джоэ оказался зажат внутри. пока он горел, те люди стояли рядом и смотрели, чтобы никто не вызвал спасателей. его считали погибшим. официально ким джоэ сгорел в ту ночь.

не тут то было, после долгих попыток вернуть его к жизни, он открыл глаза, выжил. он пошел через адскую реабилитацию, буквально выцарапал себя из обломков, содрав кожу и сломав половину костей. когда ты буквально вернулся с того света, новый техрегламент или угрозы якудза кажутся детским садом.

спустя два года на трассах токио появился безумный ярко-красный автомобиль с дизайном молнии маккуина. никто не узнал в этом шумном, вечно поддатом шутнике того самого элитного гонщика.

джоэ вернулся, но он сменил кожу. он набил иероглифы на спине « アドレナリン » (адреналин) и цветы смерти на месте ожогов, взял псевдоним « дэдпул» который пошел от иностранных фанатов и любви к марвел и начал вести себя так, будто каждый его день — последний. он специально выбрал нелепую раскраску машины, чтобы унижать тех, кто относится к гонкам слишком серьезно.

сейчас, когда в лиге начался хаос из-за нового регламента, джоэ чувствует себя как рыба в воде. лидеры в панике, аутсайдеры в шоке, а дэдпул просто заказывает ещё один раунд в стрип-клубе. он — « серый кардинал », который через барменов и танцовщиц знает подноготную каждой команды.

он не ищет мести — он ищет момент, когда всё рухнет окончательно, чтобы пролететь сквозь этот взрыв на своей « игрушечной » машине с криком « кчау! ». он человек, которому нечего терять, ведь он уже был на том свете, и там оказалось чертовски скучно.

японец корейского происхождения, рост 188 см, телосложение жилистое, поджарое, сухое. фигура кажется хрупкой, но под одеждой скрываются плотные, как канаты, мышцы и сеть шрамов. кожа светлая, но с нездоровым желтоватым оттенком из-за постоянного недосыпа, алкоголя и пережитых ожогов. самая заметная деталь — темно-красные, почти вишневые контактные линзы. они полностью перекрывают его естественный цвет глаз, придавая взгляду неестественный и слегка дьявольский отсвет, особенно в неоне ночного токио. зрачки в этих линзах кажутся неестественно расширенными.

его лицо буквально « помечено » его прошлым. глубокий, рваный шрам рассекает левую бровь, уходя в волосы. второй шрам, более старый и белесый, идет по правой щеке, начинаясь чуть ниже внешнего уголка глаза.
вокруг шеи и на ключицах видны следы термических ожогов, частично перекрытые татуировками, кожа там более грубая и бугристая.

из тату у него весь правый рукав. плотный рисунок из переплетающихся стеблей и цветов хиганбаны (ликорис, цветы смерти) ярко-алого цвета. среди цветов можно разглядеть мелкие, хаотично разбросанные кости домино и игральные карты. вдоль позвоночника идет вертикальный столб из крупных, грубых иероглифов アドレナリン (адреналин), набитых черной краской. иероглифы будто « прорастают » из основания шеи, где кожа сильнее всего повреждена ожогами. на костяшках пальцев правой руки выбито « f-a-s-t », на левой — « l-i-v-e ». на фалангах пальцев — мелкие символы: черепа, молнии, значок йены.

предпочитает своеобразный стиль. обожает объемные, яркие куртки. его фаворит — атласный бомбер-сукадзян ярко-алого цвета с золотой вышивкой дракона на спине, который он носит расстегнутым даже в холод. под курткой — либо рваная черная футболка с логотипом какой-нибудь старой панк-группы, либо сетчатая майка, не скрывающая тату. широкие черные джинсы с многочисленными порезами и потертостями, подпоясанные ремнем с массивной пряжкой в виде черепа. из обуви массивные, видавшие виды кроссовки черного или красного цвета. на шее на толстой цепочке висит старый армейский жетон с выгравированной датой его « первой смерти » и группой крови. на руках — куча дешевых металлических колец и браслетов из кожи и шипов.
в левом ухе — три серебряные серьги-колечка. он всегда носит с собой пачку леденцов « чупа-чупс » (с вишневым вкусом, под цвет линз) и складной нож-бабочку, которым постоянно вертит в руках в моменты скуки или напряжения. от него всегда пахнет смесью дорогого парфюма, табачного дыма, бензина и клубничного освежителя воздуха из его машины.

характер джоэ — это гремучая смесь из клоунады, фатализма и абсолютного отсутствия тормозов. он существует в том состоянии, которое врачи назвали бы « посттравматическим психозом », но сам джоэ называет это « наконец-то протрезвел ». для него жизнь превратилась в одну большую мета-иронию, где четвертая стена между ним и смертью давно рухнула.

джоэ — это человек, который может во время погони на скорости 250 км/ч начать рассуждать по рации, какой бургер в токио самый недооцененный, или включить детские песенки в качестве психологической атаки на оппонента. он не просто гоняет — он устраивает шоу. его юмор черный, как отработанное масло, и зачастую неуместный: он будет шутить про шрамы и аварии, когда его держат под дулом пистолета, доводя врагов до исступления своей несерьезностью. он кажется ненормальным, потому что его реакции инвертированы — там, где нормальный человек чувствует страх, джоэ чувствует невыносимый зуд веселья.

после того как он « сгорел » в первый раз, в джоэ поселилось искреннее убеждение, что он — главный герой какой-то очень тупой комедии, и сценарист просто не даст ему умереть слишком рано. это делает его самым опасным гонщиком в лиге. он идет на такие маневры, от которых отказываются даже безумцы, не потому что он смелый, а потому что ему искренне любопытно, багнет ли реальность в этот раз. он часто говорит о себе в третьем лице или обращается к пустому пассажирскому сиденью, будто споря с невидимым зрителем.

его можно встретить в стрип-клубе, где он будет сидеть в обнимку с танцовщицами, тратя последние деньги на шампанское для всего бара, а через час он может копаться в мусорном баке в поисках той самой классной запчасти. он максимально фамильярен со всеми: от грозных боссов якудза, которых он может похлопать по плечу, до суровых механиков, которым он дает нелепые прозвища. джоэ обладает странным обаянием — его хочется либо пристрелить, либо обнять, но никто не остается к нему равнодушным.

за бесконечным потоком шуток и клоунским поведением скрывается человек, который смертельно устал от тишины. его болтливость — это способ заглушить звон в ушах, оставшийся после взрыва, и крики из детства. если застать его в редкий момент одиночества, когда маска дэдпула сползает, можно увидеть холодного, расчетливого и очень грустного парнишку, который знает о боли всё, но предпочитает высмеивать её, чтобы она не сожрала его снова.

он — серый кардинал именно благодаря своему языку. люди не воспринимают шута всерьез, а зря: пока джоэ паясничает и выпрашивает скидку на выпивку, он подмечает каждую деталь, каждое дрожание рук инженера или фальшивую ноту в голосе певичек. он знает правду о новом регламенте, но выдает её только порциями, завернутыми в саркастичные анекдоты.

джоэ не просто читает марвел, он живет по их канонам. в его бардачке вместо страховки лежат коллекционные выпуски о болтливом наемнике, а на приборной панели приклеена фигурка дэдпула с качающейся головой. он искренне считает уэйда уилсона своим « духовным отцом » и цитирует его чаще, чем великих гонщиков. если кто-то при нем скажет, что комиксы — это для детей, джоэ может всерьез прострелить такому умнику колесо или начать лекцию о мультивселенных на три часа.

он часто жалуется на « плохую рисовку » токийского неба или на то, что авторы этого сезона гонок явно ленились, прописывая техрегламент.

во время заезда он может вслух описывать свои действия, имитируя облачка с текстом: « и тут наш герой резко дергает ручник, уходя в занос, пока читатели затаили дыхание! ».

на его массивных ботинках можно заметить брелоки в виде щита капитана америки, а на связке ключей болтается окровавленный молот тора. он даже набил маленькую татуировку с логотипом мстителей где-то в очень « неудобном » месте, чисто ради того, чтобы шокировать танцовщиц или врачей.

несмотря на свой образ жизни « сегодня жив — завтра в кювете », он тратит баснословные суммы на редкий мерч. он может приехать на встречу с якудза в эксклюзивной футболке с комик-кона, которая стоит как половина его двигателя, и искренне расстроиться, если на нее попадет капля чужой крови.

его рот не закрывается даже тогда, когда он спит. юмор джоэ — это минное поле из неуместных шуток ниже пояса, двусмысленных намеков в сторону соперников и самоиронии на грани фола. он может прокомментировать размер спойлера противника, сравнив его с чем-то крайне неприличным, прямо в общий радиоканал за секунду до старта.

его ритуал перед заездом выглядит как попытка самоубийства. он смешивает две банки самого дешевого и едкого энергетика с двойным шотом японского виски или дешевого сётю. после того как эта смесь оказывается внутри, он нежно, почти интимно целует руль своей машины, шепча ей что-то ласковое и глубоко нецензурное.

нервные окончания джоэ будто выгорели вместе с его старым скайлайном. он — кошмар любого медика. пока врач вкалывает ему анестезию, джоэ может отмахнуться, зажечь сигарету и начать травить анекдот, не обращая внимания на иглу, торчащую из разорванного плеча. боль для него — лишь подтверждение того, что он всё еще не призрак.

в любом стрип-клубе токио он не просто клиент, а часть мебели и доверенное лицо. он знает, у кого из девчонок приболел ребенок, а кому нужно помочь разобраться с наглым коллектором. джоэ часто решает их « гражданские » проблемы — иногда добрым словом, иногда ломиком по коленям обидчика, — из-за чего в злачных местах у него всегда безлимитный кредит и искренние улыбки персонала.

он принципиально не пользуется вилками. любая еда — от стейка до онигири — отправляется в рот прямо с лезвия его ножа-бабочки. это выглядит жутко и эффектно одновременно.

его легкие — это угольный склад. он курит одну за одной, отдавая предпочтение самым крепким сигаретам без фильтра. даже в машине во время заезда в салоне стоит такая дымовая завеса, что линзы джоэ начинают светиться в этом тумане еще ярче.

джоэ часто разговаривает с видеорегистратором в своей машине, обращаясь к нему как к « дорогому зрителю ». он комментирует свои действия так, будто ведет стрим для богов или мертвецов, и искренне верит, что за его жизнью кто-то наблюдает и ставит лайки.

он почти не спит в квартирах. джоэ чувствует себя в безопасности только в салоне своего маккуина. часто механики находят его утром спящим прямо за рулем с открытым ртом и зажатой в руке пачкой леденцов.

в то время как другие гонщики накручивают пафосный фонк, из динамиков джоэ на всю улицу может орать опенинг из старого аниме для девочек-волшебниц или поп-хиты 90-х. это часть его стратегии: психологически раздавить противника нелепостью происходящего.

он обожает нарушать личное пространство. джоэ обязательно приобнимет за плечи сурового копа, будет вертеть пуговицу на пиджаке у менеджера лиги или полезет мерить чужие очки. это сбивает людей с толку и дает ему преимущество в диалоге.

у него в кармане всегда что-то щелкает — зажигалка, нож, монетки или жвачка. тишина для него слишком громко напоминает о звуке пламени в той аварии, поэтому он генерирует шум 24/7.

🪽между старых обшарпанных серых домов, мы могли обрести безмятежность.

я тебе никогда не скажу про любовь, но храни мою чертову нежность. 🪽

‎«помечтает и забудет» – отмахивается молодая женщина, наплевательски относясь к запланированным решениям и слабо расценивая правдивость слов своего сына. мартин – был одним из напористых детей, не боящихся вступать в, противоречивые его мнению, обсуждения. в семейных спорах была поднята проблема будущего дела в связи с становлением эдвардса на пару лет старше. 
‎
‎             провинциальная семья эдвардс распологалась на просторах родного города торонто. здесь, в коридорных улицах и шумных парках, незаметно шли детские годы. если дети сами по себе бывали чрезмерно активными в тот период, то маленький мартин – вдвое раз, слишком резво восполнялся энергией для новых приключений. уже с раннего возраста, мартин, будучи окруженным масштабным кругом друзей и знакомых, позабыл о понятии бывать дома. тот уют и ту заботу, которую заслуживает абсолютный каждый ребенок, мальцу не везло получать регулярно. родители: мать, женатая дважды, женщина, занималась «всем сразу и везде успевая», мальчик не до конца улавливал, чем постоянно заняты мамины руки и внимание. но основные финансы на стабильную жизнь составлял бизнес отца, мастера шиномонтажа, точно также как и поддерживающая дело, мать, не находил свободной минутки для простого «выпить утреннего кофе» без спешки с сыном. мальчик не понимал подобного отношения к себе, но и винить, со временем, перестал. то, что не дали ему родители, дала еще одна, не менее значимая в его взрослеющей жизни, фигура. фигура сводного, как оказалось, старшего брата.
‎
‎о существовании родственной связи мартин узнал намного позднее, чем должен был. уже в подростковом возрасте, мать с внезапностью предупреждает о том, что к скорому времени к ним примкнет разделенная часть семьи. чангюн, стоящий у порога дома не выглядел доброжелательным, даже здороваться не стал. только после замечания матери, чангюн с явным нежеланием тянет мартину руку в знак приветствия. парень впервые не понимал своих чувств, отреагировав на его жест с грубой запоздалостью.
‎
‎    в первое время им казался ему невидимым, почти призраком, что вполне был способен неприметно проходить сквозь стены квартиры. плотно прижавшись к двери комнаты, было возможно услышать хриплую трескотню женщины, очередной раз отчитывающую ежедневные пропажи старшего сына. ее лекции в тоне материнского волнения о том, что отдаление от родительского контроля может привести к негативным последствиям, ответно окинуты непробиваемым игнором. его холод огорождал родителей от сына, но долголетнее тепло младшего сумело не только сохранить близость как братьям, но и растопить ту грань незнакомцев. мартин неправильно перебрал привычку чангюна отлучаться «в мир иной», там, где предела нет фантазиям и мечтам. там, где не достали бы мама с папой. там, где мартин по немножку осязает чувство живости.

а настоящее воссоединение парней, как родных, достигло апогея на ночной трассе, раскрывая все утаенные карты. пак не преуспел за прогрессированной сменой событий, насколько быстро просьбы непоседы прикрыть деяния от родителей, эмоциональные отчёты школьного дня и детские перепалки перешли к совместному просмотру гоночных серии на старомодном телевизору, диалогах, главный вопрос в которых гласил: «какой автомобиль мощнее?», а тем более, мартин не ожидал что окажется в салоне одной из тех машин, чью эффективность, с гордостью захваливал старший. тогда, мартин осознал, почему тот исчезает в самые шумные ночи, когда под окном редко, но раздается рев машин. он удивился, но это удивление было приятным, чем-то выбивающим из под шаблон. глаза искрятся при виде дизайнерских авто, вмещенных в украденных, дорогих журналах. автогонки стали для него отвлекающим фактором, но таким, на что как раз-таки хотелось переключиться.
‎
‎мартин выделил то вдохновение, вызванное после единственного, но всерешающего вечера, проведенного на ночной трассе. столкновение интересов привело к сближению има и пака, мягко переплетая их истории воедино. подросток чаще следовал за ним, пропадал в толпах, к которым приводил его брат. они пахли странно, но притягивающе – одноразовое удовольствие, после которого ты не увидешь ни одно лицо, ни одно авто. но это ему было по душе, он ощущал себя в своей стихии. в стихии беспредельного и приторного только в первое время, мира.
‎
‎все бы ничего, мартин бы продолжил наслаждаться временной иллюзией захватывающей системы гонок, до наступления переломного момента на пути. чангюн, брат, с которым только недавно им удалось наладить контакт, скрылся прочь. уехал, оставив за собой только пыль и сухие слова, висящие в атмосфере. и ещё одно: записка с японским номером. мартин принял ее как за шанс увидеться с братом снова, потому и горе распространять не стал, а лишь скомкав в пальцах, убрал глубже в карманы.
‎
‎он ждал.
‎
‎ждал ровно настолько, пока самостоятельно не разочаровался в том, что проживает. жизнь в скуке, без той насыщенности в ней, что запомнилась ему при брате. восемнадцать лет – не праздник, когда именниник чувствовал себя лишним, брошенным на произвол судьбы. следующий день изживал краски, не оставляя хоть оттенок той радости и смысла того, от чего он отказывается. отказывается от желания, изображённой на ярком плакате на пол стены с известным автогонщиком, создающий образ вдохновения, но только после первого гонщика в его жизни – чангюна. перешагнув дальнейшую ступень возраста, молодой юноша решается на более чем решающее его судьбу поступок – метнуться в японию, выбирая ту же цель, что и старший брат: занять место в автоспортивной индустрии.
‎
‎из плюсов, что могло бы сократить путь к успеху, это ранняя подготовленность. в первую очередь, опыт достался от времяпровождения с братом, а уже потом от личного. после его отъезда, мартин не бросил свой интерес к трассе, он лишь закрепился, отвлекая юношу на заветный план. его окружение собрало в себе всех, кого можно, и даже, одного единомышленника, чьи замыслы синхронно совпадали с намерениями парня. кихо – парень с района неподалеку, в ком мартин предпочел ощущать опору. они вместе пропадали до утра, и находили их склеенных к друг другу. юношеская, на тот момент, спонтанность уняла страх и подвергла риску. пересчитав накопленные средства, их достаточность только усугубило стремление попасть в сферу мечты. как только все барьеры обмякли, мартин, воспользовавшись первой возможностью выехать, покидает страну родимую, не забыв про кихо под крылом. теперь только он, близкие люди, любимое дело и большой, столичный город токио.

внешний вид цепляет, когда это смесь двух происхождении: канадского и корейского. от отца канадца ему достались отличительные черты, острота и сигнатурный, вытянутый рост под сто девяносто.

а от матери кореянки – одновременно естественные и умиляющие повадки. выраженная мимика особенно подчеркивает его живую лыбу и белоснежный ряд зубов, придавая к физиономии «привычного мартина» – расслабленного и ликующего. тонкие пальцы обнажают сосудистую систему, тем временем, тесно обхватывают руль, что облегчало езду.

‎его сложно пропустить мимо глаз, когда перед тобой не всегда пролезающий в охват зрения, гигант. первой на глаза бросается прорисованная шея, татуировка на которой, напоминают черты извилистого дракона: мартин нанес свое первое тату, придерживаясь значения «силы характера» или свободы. небрежная, но одновременно стилизованная, прическа, идеально попадала под пропорции, дополняя его прирожденную неряшливость: концы клочков развились на потоке ветра, лезли в стороны, но на лоб не прилепились. кожа его совсем теплая, даже самой холодной зимой – мартин не замерзал, спасаясь собственной температурой.
‎
‎глаза, почти двумя обсидианами прожигают твою натуру, выискивая остатки запрятанной истины. зрачки мелькают, фокусируясь на рассеивающих внимания, вещах, но даже так – ни один нюанс не ускользает от взгляда.
‎
‎на среднее телосложение прилегали стильные лонгсливы, шея утежелялась массивным украшением, а на коже фаланг впечатывались следы от ношения колец. мартин всегда выглядел опрятно, и в то же время, дерзко для гонщика. иногда, перебарщивая с мелкими аксессуарами, друзья называют его «модником», сочетающий внешний вид даже с дизайном спорткара.
‎
‎мозоли на костяшках – не редкое явление, особенно для того, кто за рулем. особенно для того, кто добивается идеала и плавности на дороге так усердно, как мартин.

одно слово, которым можно было обозвать характер мартина – игривость. он редко бывает серьезным, холодным и расчётливым, разве что, припасая для исключительных моментов. весьма говорчивый темперамент, динамично балансирующий попытку не получить кулак в нос и успешный выигрыш любого спора. пак не блещет заумными аргументами, а лишь твердит по делу, цепляясь за слова и обещания противника. чужая оговорка – слабость, но для мартина неистовая сила.
‎
‎зрела гонка. звёздное небо уже давно растилалось над, набирающий гама, городом, созывая всех к последнему происшествию. в эпицентре – молодой, безымянный гонщик, пересиливший ответить вызову богатого, но неумелого спортсмена. под удивлённые возгласы народа звучит глухой рев мотора, машины свелись к единой линии, а взгляды в финальный раз встретились перед началом. соперник втирал скорую неудачу мартина, в целях внушить тень сомнения. но парень не поддался, отмахнувшись и заливаясь издевательским смехом.
‎
‎– тебе конец, – загораются гневные глаза гонщика, поблескивая на свете фар, пак заглядывается в них, почти различая собственное отражение. людская разгоряченность означает поражение, ведь когда эмоции берут вверх – напряжение не спадет до тех пор, пока шины, рано или поздно, не коснутся линии финиша. и парень это знал, используя знание на личном опыте. он лишь ухмыляется, в какой раз убеждаясь в своей правоте.
‎
‎– концом для тебя будет эта гонка, а для меня, – парень смолкает, а на губах остывает та самая ухмылка, – всего лишь разогрев.

пыль, потревоженная стартом гонки, замирает над поверхностью, пару секунд ослепляя зрителей от начала гонки. мартин невольно смыкается в замок, свисая длинным телом над панелью и смотрит точно в стекло, на которой все ещё не спала пыль. но вдруг, пробивается осознание, медлительно и инстинктивно, словно, шедшее своим ходом и только в таких моментах, напоминало о своей гарантированности. мартин вспоминает о спокойной победе, о летнем ветерке, ласкающем щеки и развивающим волосы, о том чувстве уверенности, не требовавшая усилий и напряжения. именно расслабленность описывало его основную тактику, где манера подачи плавная, и самые резкие повороты сглаживаются, преимущественно сохраняя изначальную скорость. это не мартин чувствует дорогу, а дороге позволяет чувствовать себя, свое авто. он колоритный, но не груб – как за рулём, так и с людьми вокруг.
‎
‎как лидер гоночной команды, он способен проявлять достаточное внимание и заботу по отношению к сокомандникам. в нем видят «водилу», «сплетника», или просто родного брата, который поделиться советом или протянет руку помощи. не терпит переступание на тех, кто на него полагается и доверяет – реагирует вспыльчиво, ни раз подводя конфликт к реальному разрешению: либо на трассе, либо бей. стремиться вытянуть команду из тени, отгораживая других от чувства «на фоне всех остальных». но в связи с чрезмерным старанием, часто забывает что он – часть согласованной команды, где может не чувствовать себя одиноким.

– знает несколько языков, но японский – чуть хуже остальных.
– любимое время года – весна, то время, сыпятся новые идеи и предложения, а их осуществление реально в связи с климатом.
– его стеснение вычисляется внезапной тишиной, такой редкой и ценной, до боли уязвимой для такого болтуна, как мартин.
– громкий настолько, что и без громкоговорителя сможет достучаться до тех, кто от него в пятистах метрах.
– у прохожих информация о нем, как о гонщике чаще всего вызывает удивление: как же все таки такой великан помещается в салон крохотной машины?
– в глазах наблюдающих он – «дамский угодник», присваивающий внимание зрителей себе. но если углубляться в его биографию, мартин лишен внимания с детства, потому имеет небольшую склонность быть во внимании со стороны внешнего мира.
– приятно пахнет морем и чем-то до боли родным, надолго засевшим в памяти.
– не до конца бывает искренен, но свою натянутость не замечает сам.
– иногда смешивает канадский, английский и корейский воедино в своей речи.

я видел ад изнутри, там скучно. пришлось вернуться и устроить его здесь.

история джун ена — это хроника распада человеческого существа, где каждый год жизни впечатан в историю как очередной круг ада. всё началось в тесном, пропахшем затхлостью доме, который стал для него полигоном для садистских экспериментов собственных родителей. систематические избиения, граничащие с ритуальным насилием, не оставили на его детской психике живого места, превратив её в кровоточащее месиво. пока сверстники учились читать, джун ен учился убивать. он рос в тени, тайно посещая подпольные залы, где до одури впитывал технику самых разных исскуств и единоборств; мма, муай-тай, боевого самбо, кэкудо, бжж, кикбоксинга и джиу-джитсу. он не просто тренировался — он дрессировал свою ярость, превращая каждое движение в смертоносный рефлекс, готовясь к единственному дню, который оправдает его существование. в двенадцать лет джун ен перестал быть ребенком и стал палачом. его месть не была импульсивной — она была хирургически точной и дьявольски хладнокровной. он выследил тех, кто подарил ему жизнь лишь для того, чтобы превратить её последние часы в кошмар, он действовал как истинный психопат: удар снотворного в шею со спины, тугие узлы и долгие часы в подвале, который наполнился звуками, от которых седели даже бывалые криминалисты. он не просто убивал родителей — он разбирал их на части, методично, с ледяным любопытством наблюдая за тем, как жизнь уходит по каплям. когда полиция нашла его, джун ен сидел среди того, что осталось от его семьи, и захлебывался в своем первом, настоящем приступе маниакального смеха. именно тогда в его деле появились официальные клейма: диссоциальное расстройство личности и биполярное аффективное расстройство.
годы в строгой колонии для несовершеннолетних стали для него школой высшего актерского мастерства. он быстро понял, что мир хочет видеть раскаяние, и он подарил его им, безупречно имитируя выздоровление, в то время как внутри него кристаллизовалась ещё большая, абсолютная тьма. выйдя на свободу в восемнадцать, он принес свое безумие на асфальт токийских окраин. джун ен стал темной лошадкой, которая заставляла других гонщиков креститься при виде его фар в зеркале заднего вида. он шел на такие маневры, от которых веяло суицидальным восторгом, и выигрывал не за счет техники, а за счет того, что его оппоненты боялись умирать, а он — нет. однако триумф на треке быстро приелся его изголодавшейся по хаосу душе. джун ен осознал, что быть пешкой, пусть и самой быстрой, — это унизительно. он совершил прыжок через головы авторитетов, используя накопленный в тени капитал и свой ебанутый дар манипуляции, чтобы занять кресло верховного спонсора. теперь, в свои тридцать один, он стоит над лигой как бог-психопат, для которого человеческая жизнь стоит дешевле литра высокооктанового бензина. новый регламент — это его способ выпотрошить спорт изнутри, заставляя некогда гордых гонщиков ползать на коленях в грязи за его подачки. он смотрит на них через стекло как на куски мяса, обреченные на убой, и каждый новый скандал, каждая разбитая жизнь лишь подпитывает его бесконечную, ядовитую манию, заставляя смеяться всё громче в пустоту своего кабинета.

ли джун ен обладает той внешностью, которая заставляет людей инстинктивно сделать шаг назад, еще до того, как он заговорит. его лицо соткано из противоречий, складывающихся в картину глубокого психического недуга. у него мертвенно бледная, почти восковая кожа, на которой отчетливо виден каждый сосуд, и утонченные, аристократичные черты лица. взгляд темных, почти черных глаз лишен всякого тепла; он либо пустой и остекленевший, устремленный в никуда, либо слишком сфокусированный, сверлящий собеседника с нездоровым, лихорадочным блеском.

этот взгляд обрамляют очки в черной оправе, которая подчеркивает нездоровый вид.

волосы у джун ена от природы слегка вьются, образуя небрежные, спутанные кудри, которые он редко приводит в порядок. его губы часто растянуты в неестественной, сломанной гримасе, которая никогда не напоминает улыбку, а скорее конвульсивное сокращение мышц, обнажающее зубы. металл стал частью его плоти. уши проколоты во многих местах, но самым заметным является индастриал — грубая стальная штанга, пронизывающая хрящи. на нижней губе красуется змеиный укус : два симметричных серебряных шипа, которые поблескивают, когда он говорит или скалится. но самое жуткое скрыто внутри: его язык раздвоен сплитом, и он постоянно играет половинками, словно рептилия. тело ли джун ена — это карта его саморазрушения. под слоями дорогой, винтажной одежды — бархатными пиджаками, шелковыми рубашками и антикварными украшениями — скрывается плоть, практически полностью покрытая хаотичным нагромождением татуировок. это не художественные рисунки, а наслоения черных линий, оккультных символов, анатомических подробностей и грубых надписей, которые он наносил себе сам или в подпольных салонах. татуировки переплетаются с белесыми, рельефными шрамами от побоев, порезов и прочего, создавая жуткую фактуру, которую он любит ощупывать, когда его накрывает. он выглядит как оживший труп, который нарядили в винтажный люкс, чтобы скрыть разложение, но безумие все равно прорывается наружу через пирсинг, тату и этот жуткий, нечеловеческий взгляд.

его внутренний мир — это территория выжженной земли, где на месте человеческих чувств пульсирует чистая, нефильтрованная мания. он существует в режиме вечного перегрева, когда мозг работает на оборотах, недоступных для нормального человека, выжигая остатки эмпатии и здравого смысла. его характер — это сплав высокофункциональной психопатии и затянувшегося маниакального эпизода, который он не пытается купировать, а, напротив, раздувает до масштабов катастрофы. для него не существует других людей как личностей; он видит лишь механизмы, плоть и податливость чужой воли, которую ему жизненно необходимо переломить. его присутствие всегда ощущается через звук — этот сухой, захлебывающийся смех, который кажется физически болезненным и неуместным. джун ен смеется не потому, что ему весело, а потому, что его внутреннее напряжение требует выхода, и этот звук становится саундтреком к любому его действию, будь то подписание многомиллионного контракта или наблюдение за тем, как гонщик на трассе теряет управление. он постоянно на взводе, его движения порывисты и лишены покоя: он может замереть в неудобной позе, впиваясь пальцами в оправу очков, а через секунду начать лихорадочно жестикулировать, выплевывая самые жестокие и ядовитые словечки. его неуравновешенность граничит с гениальностью в искусстве унижения. он говорит правду в лицо каждому, кто попадает в поле его зрения, с хирургической точностью находя самые уязвимые точки — старые травмы, финансовые дыры или скрытую трусость. он превращает общение в пытку, наслаждаясь тем, как собеседник начинает потеть и терять самообладание. в джун ене полностью атрофировано чувство опасности; он презирает собственную жизнь так же сильно, как и чужую, что делает его абсолютно непредсказуемым. он — тот, кто может внезапно изменить все правила лиги просто ради минутного каприза, чтобы посмотреть, как выстроенная годами система превращается в кровавое месиво. его новая сторона — это не просто выбор, это его естественная среда обитания, где он чувствует себя единственным живым существом среди картонных декораций, которые он сжигает одну за другой.

джун ен курит так много и часто, что кажется, будто вместо крови в его жилах течет смола. он отдает предпочтение тяжелым сигаретам или дорогим кастомным портсигарам. запах табака, смешанный с ароматом дорогого одеколона и бензина, — это его персональный шлейф, который заставляет людей задерживать дыхание в его присутствии.

его машина, так называемая « черная вдова » – это его единственная честная страсть из прошлого. матово-черная тойота супра iv поколения, форсированная до безумных показателей. она выглядит как сумасшедшая тень на ночных дорогах токио. джун ен сам копается в её движке, когда мания достигает пика — только сталь и масло способны на время утихомирить его внутренний хохот.

его единственная любовь — это довольно большой, угольно-черный доберман по кличке каин — единственное существо во вселенной, к которому джун ен проявляет нечто похожее на нежность. он дорожит этой собакой больше, чем собственной жизнью и всеми деньгами лиги. каин всегда рядом: в кровати, на деловых встречах или на переднем сиденье супры. если кто-то посмеет косо посмотреть на пса, джун ен вырвет этому человеку кадык, не переставая смеяться.

из-за своего расстройства он часто неосознанно ощупывает свои шрамы через ткань бархатных пиджаков или до крови кусает внутреннюю сторону щеки, из-за чего во рту у него постоянно привкус железа.

джун ен почти не спит. ночами он либо гоняет по ночному токио, либо сидит в своем кабинете в абсолютной темноте, слушая старые виниловые пластинки с классической музыкой на оглушительной громкости. оглушительная громкость в звуке помогает ему структурировать вечный беспорядок в голове.

он практически не ест нормальную пищу, считая процесс жевания примитивным. его рацион — это алкоголь, чаще всего виски и бесконечные сигареты. он выглядит истощенным, но на деле это вовсе не так.

он никогда не снимает свои очки при посторонних. для него это своего рода щит, барьер между его безумным взглядом и миром, который он презирает. без них он чувствует себя слишком обнаженным и готовым убивать каждого встречного. хотя, есть момент, он снимает их во время драк и прочей движухи, немного переживая, что чужие рученки лишат его своей драгоценности.

когда он принимает решение, кому из гонщиков помочь разбиться, он подбрасывает старую, стертую монету. ему плевать на результат — он просто любит смотреть, как металл вращается в воздухе, решая судьбы тех, кого он считает мусором.

maybe, but i'm rich and i'm pretty, so it doesn't really matter

рождение с золотой ложкой во рту можно охарактеризовать дьявольским благословением и божественной карой в одном флаконе. в случае юна эта ложка из дорогого металла украшена драгоценными камнями, в отражении которых стефен часами мог высматривать свое отражение и не упасть в воду, уподобляясь образу нарцисса в произведении метаморфозы.

счастье в деньгах. они дарят комфорт и возможности, расширяют границы и вершат судьбы. иметь их в таком количестве равноценно подписанию контракта с дьяволом на свою душу — на полный отказ от нравственности и человечности.

семья юн была неприлично богатой. отцу кихо бизнес перешёл по наследству. это была крупная компания в сфере недвижимости. он ждал шанса больше двадцати лет, два десятка безжалостной конкуренции и внутрисемейных интриг, которые воспроизвести бы в своем фильме не смог бы ни один режиссёр. он не побоялся пойти по головам людей, с которыми рос с пелёнок.

господин юн в своей семье был младшим. компания должна была перейти старшему брату — дяде кихо. тот погиб вместе со своей женой и маленьким сыном в аварии. в том деле имелось множество противоречий, но следствие не началось. дело закрыли, как несчастный случай.

руки отца, скрытые за дорогими перстнями и сатиновыми деловыми рубашками, в крови не по локоть, а по плечо. планы по ликвидации неудобных ему людей воплощались чужими силами во избежании лишних проблем. от него всегда исходил тяжёлый мускусный аромат брендового парфюма с лёгкой, едва ощутимой, ноткой металла — каплей в кровавом океане.

репутация господина юна чиста, подозрительно чиста, и относительно немногие знают, что он свёл в могилу не только своего брата, пожилого отца тоже. это только начало списка.

своих детей мужчина воспитывал по классическому принципу перманентной конкуренции. с старшей сестрой стефена сравнивали с самого рождения. вбивали в голову, что он должен быть, как она: сдержанным, старательным, трудолюбивым. или, по крайней мере, брать с неё пример. будто нужен был не кихо, а её копия в мужском обличии.

юн не сказал бы, что старался быть лучше. этого мало. он изводил себя с самого детства.

"могло быть и лучше", — отец обосновывал это мотивацией, в пример сестру ставил, зная, как это злит его. он намеренно выделял сестру. намеренно демонстрировал её превосходство в контрасте с ничтожными достижениями своего сына. за малейшую ошибку в доме не унижали, а размазывали по стене всевозможными способами.

лучшие результаты, первые места и топ по успеваемости. кихо не помнит занятий кроме нескончаемой учёбы, репетиторов и секций. в ритме напряжения, где не вздохнуть спокойно. в механизме, где малейшая девиация — фатальная. этого оказалось недостаточно...

этого, блять, было недостаточно.

идеальная успеваемость являлась приоритетом не только перед свободным временем и хобби. витальными вещам юн уделял все меньше времени, потому что считал их бесполезной тратой. он мог не спать ночами и не съесть на протяжении нескольких дней. он не жил, а функционировал так, как его настроили, научился тотально игнорировать, как истощение, так и собственное я. результаты были, но он раздражался по любой мелочи: из-за упавшей ручки или неожиданного дождя. мог разнести свою комнату в хлам, если получил отметку ниже, чем ожидал. вредил себе и окружающим. ненавидел тех, кто лучше. кихо вёл себя с ними отвратительно, не скрывал неприязни и никогда за это не извинялся. он в принципе редко ощущал раскаяние. таким его растили. мужчину интересовал успех сына, каким путем он его добьётся — маловажно, цель оправдывает средства. жестокость юна, издевательства над остальными и регулярные конфликты не входили в зону внимания.

желаемого от отца он не добился. покуда сестра все блага получала, от него отмахивались то деньгами, то подарками. так всегда было. он не то второе, не то пустое место.