любая цитата, описывающая вашего персонажа

это закон джунглей: или ты, или тебя.

чангюн рос в обычной среднестатистической семье механика и домохозяйки в токио. его отец был наполовину японцем. все как у всех, ничего примечательного — мамин супергерой и папин хулиган, любящий машинки "hot wheels" и черепашек ниндзя.

имя ему выбрала мать, ссылаясь на то что сын и без того тотальная копия своего отца, к тому же, и с фамилией его будет ходить.

родительская история любви нашла свое начало на бостонских улицах, оба учились в одном универе, только на разных факультетах.

малый он был с характером. слушался родителей, само собой, но упрямство и стойкость такая же часть его, как рука или нога. он вмешивался в акты несправедливости ещё в садике, когда мелким задирам давал щелбан или лопаточкой по голове, если они кого-то обижали. после этого его на секцию по боксу отправили осваивать навыки.

в мастерской отца он время коротал, сколько себя помнит. мал да удал, как говорится, едва два года исполнилось — он уже умел инструменты подавать и фонарик держал с крайне сосредоточеным видом, словно выполнял миссию по спасению человечества.

в первом классе он не был первым по чтению, зато знал о преимуществах дисковых тормозов и инжектора, и каждые выходные выезжал с отцом к окраинам токио, чтобы порулить в меру своих возможностей. хотелось научиться как можно быстрее, дабы к выдаче прав быть подготовленным заранее.

к разводу родителей, разве что, готов он не был. дети слов не понимают, они считывают поведение: учатся различать интонации, чувствовать напряжение, улавливать смысл без слов. мать с отцом думали, что он не замечает разлад в их отношениях, но он становился все более очевидным. развод стал кульминацией, которая была вьспринята им, как и любым ребёнком, в отрицательном ключе.

расстались родители на нейтральной ноте, не испытывая в отношении друг друга негатива. естественно, остался осадок, но так бывает — люди расстаются, их дороги расходятся, в этом нет ничего плохого. они, как взрослые здравомыслящие люди это понимали, однако их сын чувствовал себя в этой суматохе себя не то прозрачным, не то пустым местом. никто не попытался даже поговорить с ним. никто перед ним не объяснился. родители поставили его перед фактом — разводу быть, он останется с отцом.

все произошло слишком быстро: заявление в загс, перевоз вещей, переезд матери, иными словами — дикий ритм, в котором он не успел даже пискнуть.

она нашла себе нового мужчину и с ним же и улетела. её ухажер был канадцем, обычным добрым парнем, за которым она последовала. отец не осуждал её за то что она двигалась дальше. семилетний им с этим согласен не был, однако повлиять ни на что не мог. ему не хватало матери рядом вместо тех денег, что она ежемесячно перечисляла. их контакт, в общем то, на волоске держался, а новость о второй беременности вовсе свела его к нулю. этот поступок был для него предательством, окончательным подтверждением, что она его вычеркнула из своей новой жизни.

чем больше он рос, тем больше не хотел с ней взаимодействовать как-либо. года шли и та хрупкая детская обида рассеялась, но и в общении с ней он не нуждался. подростковый возраст, как никак.

после развода отец забрал его в японию — на свою родину, там где жили бабушка и дедушка. им корейский с натяжкой помнил, не то что японский, отчего первое время объяснял все на английском. языковой барьер являлся временной трудностью, ведь дети впитывают, как губка. хирагана и катакана перестала казаться непонятной и пугающей.

дома его почти не было. то с друзьями, то километры наматывал на отцовской машине посреди ночи, стащив ключи. несколько раз его принимали патрульные полицейские за агрессивный стрит и езду без прав, тем самым научился не попадаться.

за рулём авто он был свободным, мог рассекать улицы вечернего токио от шибуи до роппонги бесконечно. сцепление, газ и тормоз считывались продолжением собственных конечностей.

чангюна практически никогда не было дома, за редким исключением — когда с братом некому было остаться. к младшему им относился нейтрально, изначально прочертил грань, за которую заходить нельзя было. он понятие не имеет, как восьмилетний мартин смог вытянуть глыбу ледяную в лице чангюна на контакт. до пункта, где бесконечные вопросы и постоянные "чангюн-а" становились привычными, даже рутинными. тот был похож на котёнка, хвостиком следующим за старшим братом, который поставил крест на каких-либо взаимодействиях со своей семьёй. видать, не на всех. к мартину он со временем оттаял.

мартину, кажется, никогда с ним не было скучно. чангюн иногда брал его с собой к друзьям, где пака тискали все кому не лень. девушки с особым трепетом к младшему относились, дикое умиление испытывали к младшекласснику с кепкой набок и в футболке ac/dc, принадлежащей его старшему брату и больше пака в несколько раз.

чангюн во многое вляпывался, но и разбирался без посторонних вмешательства. мать вызывали в школу только за драки, в которых её сын стабильно был замешан. он не был из тех, кто молчит и терпит. таких людей в консервативном японском обществе принято считать проблемными. если отстаивать себя и ставить выскочек на место это проблематичность, то им крайне неугодный кадр.

чангюн о себе не распостранялся — специфика характера. никто не знал, с кем он и чем конкретно занимается. родители догадывались об отсутствии законности в этих непонятных похождениях, но предъявить ему было нечего. он делал свои дела тихо, достижениям огласку придавал только когда все уже сделал, а не на этапе подготовки. он не переваривал пиздаболов, разводящих один шум.

как-то раз он мартина взял прокатиться по вечернему городу втайне от родителей, брат к тому времени немного подрос, проходил через какой-то трудный период в школе. чангюн заметил смену в его настроении, попытался помочь ему отвлечься хотя-бы так. пак по сей день не знает, что та "классная" машина была угнанной. так сказать, взятой на прокат, но он вернул её позже.

как только возраст достиг порога совершеннолетия — в родительском доме в канаде его след простыл. он собрал вещи в тишине, не оповестив никого об этом, лишь записку с японским номером оставил в тетради младшего брата, который, видимо, отыскал её не сразу.

по наследству ему перешла небольшая квартира в сатагае и старый автомобиль. тот самый на котором его катал отец все детство.

появление на токийских автотрассах вызвало резонанс. возвращение гоуста оказалось таким же неожиданным, как и пропажа.

чангюн кошмар японского традиционализма. с первого взгляда он выглядит непримечательно, однако за слоем темной одежды скрываются татуировки, число которых постепенно увеличивается. летом, в более свободной одежде, он чувствует на себе косые и осуждающие взгляды, коим не придаёт внимания.

он прекрасно знает, что в общественные бани и бассейны его с таким раскрасом не пустят. не то чтобы его это сильно волновало.

чангюн не просто пламя — это взрыв. он прямолинейный, нетерпеливый, упертый, порой грубый. он не будет молчать, если ему что-то не нравится; не побоится переспросить, если что-то непонятно; и прописать по лицу рука у него не дрогнет.

пылкий нрав создаёт ему проблемы. он часто делает, а потом думает. лезет в драку без задней мысли и слова не подбирает, если его кто-то бесит. он не назвал бы себя центральной фигурой борьбы за справедливость, однако, став свидетелем такого случая, в стороне не останется.

им соединяет в себе две противоположные черты. с одной стороны, у него все на лице написано — каждая эмоция, но одновременно с этим своими переживаниями он редко с кем делится, потому что яро убеждён, что свои проблемы должен решать сам.

он харизматичный, предпочитает брать на себя лидерство, соревноваться, вести за собой. ему так привычнее, комфортнее всего.

в основном, общается он адекватно, при условии что кто-то не переходит черту.

им — закрытая книга, которую точно не стоит судить по обложке, не вникнув в содержимое. о нем нельзя сказать чего-то с точностью, он достаточно мутный. только строить предположения и пытаться собрать пазл.

как говорится, некоторые забавные вещи не всегда законные, а им не просто ходит — он бежит по лезвию между правильным и адреналином, всегда на грани.

о себе он практически не рассказывает. с ним собеседник чувствует, что вывалил душу наизнанку, но о чангюне так ничего и не узнал, ибо до конца он крайне маловероятно раскроется, оставив за собой недосказанность.

• любит черепашек ниндзя по сей день. дома имеется статуэтка с рафаэлем, любимым персонажем по совместимости;

• табачный фаворит — мальборо рэд, без пачки он из дома не выходит;

• ходит в свободное время в боксёрский зал, в котором некогда с лучшим другом и сокомандником будущим познакомился.