Сергей Аксёнов:
Прощай, Дед!
Отделять восклицательный знак от последнего слова пробелом я научился у Эдуарда Лимонова. Так не теряется эмоция. Эмоция — это важно. Особенно сейчас.

Для меня Лимонов был прежде всего политик. Интересоваться его мнениями я начал году, кажется, в 1992-1993-м. Через политическую публицистику. Сначала вышла книга-сборник статей, эссе «Убийство часового», затем «Исчезновение варваров». Обе выбивались из постперестроечного политического мейнстрима. И сильно. Тогда я принял их, скорее, сердцем. Поверил, что всё так и есть. К середине 1990-х вера перешла в убеждение.

Лимонов всегда опережал свое время. Торопился.
https://drugros.ru/stati/xqxkk8vv

Даниил Дубшин вспоминает:
Сегодня возвращался в метро с каких-то своих дел. Поезд проезжал "Маяковскую".

Там, наверху, в семи минутах хода от метро Эдуард больной и, должно быть, невесёлый, - подумал я. - Доеду до дома надо отыскать на дисках фотографии, что я делал в Киргизии - изумрудные луга, горы со снеговыми вершинами, инопланетные руины советской цивилизации, бездонные Кёль-озёра - и отправить Эдварду, пусть порадует глаз.

У него была любовь к фотографиям экзотических мест, присылаемых ему друзьями в оных местах побывавшими. И был вкус к хорошей фотографии, абы какие "фотки" он не ценил.

Оказался дома. Через час сообщили.
Фотографии посылать более некому.

В середине февраля я зашёл к нему по какой-то надобности, какой не помню.

Прощались. Пожали руки, ладошка у него стала маленькая и совсем была холодная. Очки он снял, я взглянул ему в глаза и увидел, что они стали стариковскими-стариковскими - очень светлыми, а были всегда карие с прозеленью.

Эти светлые-светлые теперь смотрели на меня, и Лимонов, их обладатель, произнёс, без печали и огорчения:

- Отойду я, наверное, скоро....

Вот тебе и "демон". Было это сказано просто, со смирением и достоинством, и в моём разумении совсем по-христиански. "Отойду"... слово уже почти забытое. Но вот он выбрал именно это слово.

29-го февраля мы виделись, как оказалось, в последний раз. Отправляли издателю компьютерный набор его последней (он это знал) книги. Эдуарду было больно, говорить он практически не мог. Но мы ухитрились трижды поругаться по поводу текста, некоторых правок. Он вспыхивал, гневался, я был терпелив и упрям. Через полтора часа работы написали совместное письмо редактору, и манускрипт (если так можно о файле) уехал по проводам (или как они там перемещаются, биты информации) Полине из издательства Individuum.

Я отодвинулся от стола. Лимонов взял восьмушку листа А4 и чёрной тонкой ручкой написал:

"Что предпочитаете?
- Коньяк.
- Вино.
- Водка (хорошая)"

Почему-то я не отвечал устно, а пододвинул клочок бумаги к себе и приписал внизу: "Вино!".

Так, записочками, мы с ним общались до того лишь раз в жизни - в 2000м году, когда он затевал ту авантюру (приключение), про которую спустя двадцать лет им была написана книга "Будет ласковый вождь".

Только тогда, в квартире на Калошине переулке записочки сжигались, а эта вот, из квартиры в переулке Пыхов-Церковном осталась нетленной.

Прошли в кухню, узкую как каюта гоночной яхты. Дед подливал и подливал, и бутылку крымского "Муската" я быстро уговорил. А он пить уже не мог, и любовался тем, как выпиваю я.

- Казы, казы же есть! - воскликнул Эдуард. - как же я забыл!

И старательно скормил мне полкруга конской колбасы, оттерев её от белого солевого налёта домашним ситцевым полотенцем, и нарезая на кружки неуместно огромным шеф-поварским ножом.

- Вы что, вдоль её пытаетесь разрезать? - спросил я недоуменно наблюдая очередной этап взаимодействия ножа и колбасы.

- Ты, Данила, как дитя! - говорить ему было нестерпимо больно. - Не разрезать - надрезать, чтоб шкуру удобней снимать.

- Я и есть во многом, если подумать, дитя. - сообщил я ценную информацию.

- Да я тоже... - то ли произнёс, то ли промычал он.

Так что последняя наша встреча случилась праздничным пиром. Я думаю, это правильно. Я думаю, что так и должно было быть.

Потом Эдуард вышел провожать меня на лестницу. Уже закрывались механические двери лифта, а он, чуть согнувшись, всё махал и махал ладошкой.
https://drugoros.ru/stati/gpbje2w4

Евгений Берсенёв на смерть Эдуарда Лимонова:

Вроде все как всегда… А вот сегодня утром просыпаешься, по привычке заглядываешь в смартфон, а там еще с прошедшей ночи множество СМС, сообщений в Telegram и WhatsApp: "Дед умер...", "Дед ушел..." и тому подобных.

Заводишь компьютер – соцсети полны аналогичных посланий… 22 февраля хотел поздравить Деда с днем рождения. "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети..." – автоответчик был краток.

Тех, кто общался с Эдуардом Вениаминовичем, часто поражала довольно тонкая грань между простецким мужиком, с которым можно запросто стакан водки накатить, и утонченным эстетом, гламурным (в лучшем, как ни странно, смысле этого слова – если такой вообще может быть) персонажем. Перевоплощение из одного в другого могло занимать доли секунды. При этом никакой фальши, лицемерия, раздвоенности. Наверное, это вполне в русском стиле, когда и Магомаев, и Шнуров одинаково ценны для нашего уха…

Однажды Лимонов, отвечая на вопрос о таком перевоплощении, неказисто сформулированном юным поклонником его таланта, сказал: "Не знаю, может, детство меня таким сделало. Я родился в Горьковской области, юные годы прошли в Харькове – разные среды, разные города. В одном – такая широта, в другом – все просто, иногда по-бандитски кратко..." Позже, в одном в интервью, он уточнит: "Я простой мужичок с Волги..."
https://drugros.ru/stati/ia-prostoi-muzhichok-s-volgi

Владимир Абель: "Если бы нужно было пойти в тюрьму вместо Лимонова, я бы пошёл..."

Едва ли с лета 2003-го и в течение последующих трех лет был человек, общавшийся с Лимоновым чаще, чем я. У нас были товарищеские рабочие отношения. Товарищеские, но прежде всего рабочие. Строго на "вы", с соблюдением иерархии. Я был хорошим начальником штаба при главнокомандующем.

Оглашать содержание тех наших бесед пока преждевременно. Те, кто в теме, меня поймут.

Если бы нужно было пойти в тюрьму вместо Лимонова, я бы пошел, нужно было бы умереть - умер бы. Странно звучит для нашего прагматичного времени, но это правда.
https://drugoros.ru/stati/mya5rxxd

"Наше имя - Эдуард Лимонов!"

Санкт-Петербург, Дворцовый мост. Нацболы прощаются с Эдуардом Лимоновым.

https://drugoros.ru/novosti/xxqrj3nn

Сегодня простились

https://m.youtube.com/watch?v=iOt1551daLk

Заявление исполкома "Другой России"

Товарищи!

17 марта не стало нашего Вождя Эдуарда Лимонова. Он ушел в канун великих потрясений, которые затронут весь мир и Россию в том числе.

Однако он подготовил нас к тому, чтобы достойно пройти любые испытания. Остались его идеи, напутствия, пророчества и нереализованные проекты.

В кратчайшие сроки предстоит проделать огромную работу.

В связи с этим исполком заявляет:

1. Политическое наследие Лимонова принадлежит исключительно Партии.

2. Партия превыше всего! Всему личному составу необходимо приложить все усилия к развитию партийных отделений. Активно вербуйте новых сторонников, станьте ловцами душ.

Тем партийцам, которые находятся в спячке: проснитесь! Стряхните с себя ворох бытовых проблем и сомнений и приступите к построению организации в своем городе. Помните, судьба России в ваших руках.

3. Активно участвуйте в протестной жизни своего города и страны. Нацболы должны быть везде, на переднем крае протеста. Задавать тон и подавать пример.

4. 25 апреля в Москве состоится совещание руководителей региональных отделений Партии. Каждому гауляйтеру и комиссару явка строго обязательна. О времени и месте будет сообщено позже.

5. Исполком начинает подготовку к проведению всероссийского съезда Партии. Он пройдет этой осенью.

Будем работать, будем жить.

Россия - все, остальное - ничто!

https://drugoros.ru/novosti/b8v7j2rm