Желающее производство Брайана Джонсона 1/2

Эксцетричный миллионер Брайан Джонсон известен тем, что он основал компанию Blueprint, которая занимается изучением реверсивных процессов старения, и на протяжении многих лет с помощью тщательно выверенных диетарных, спортивных, косметических и иных биотехнологий активно пытается деселерировать и даже обратить вспять свой процесс старения. Джонсон вызывает у меня смесь ненависти с восхищением — не в последнюю очередь потому, что он делится исследованиями и программами про реверсированию старения онлайн в открытом доступе на своём сайте (названным в лучших трансгуманистических традициях Don’t Die), демонстрирует научные ывкладки своих телесных достижений и в принципе не особо хищнически настроен на сокрытие корпоративных секретов своей команды учёных. С ненавистью же потому, что в полноценном виде рутина Джонсона доступна только тем, кто может позволить тратить по 2 миллиона долларов в год на процедуры, обследования и персональную команду учёных, которые выводят, по сути, отдельную биологическую расу сверхчеловека — примеры того, как различные люди применяют на себе методы блюпринта обычно получаются стандартными фитнес-практиками, по типу «ешь меньше, занимайся больше». Моё опасение лежит ещё и в том, что у Джонсона есть своя философская парадигма — зероизм: «не умирать, потому что мы не знаем, как долго и хорошо мы можем жить» (вариация спинозовского «мы ещё на знаем, на что способно тело»).

«Люди использовали истории для создания общества: откуда мы пришли; почему мы здесь; что существует после смерти; что создаёт смысл; что правильно и что неправильно. Исторически сложилось так, что на повседневные решения, связанные со здоровьем, влияли истории. Например, идеологические списки того, что можно и что нельзя есть. Социальные нормы, сигнализирующие о том, что модно. Осмысление того, что желательно и похвально.

STEM (Science, Technology, Engineering & Math) предложили новый подход к здоровью.

Blueprint — это STEM для здоровья. Я и моя команда стремились сделать то, чего еще никто не делал: дать организму возможность управлять собой. На практике я делаю это, регулярно проводя сотни измерений биологических процессов в организме, позволяя сердцу, печени, легким и почкам самим говорить о том, что им нужно для идеального состояния. Мой разум — существо, рассказывающее истории, — несанкционированно делает покупки, просматривает кладовую, спонтанно заказывает пиццу, ест десерт — в общем, принимает любые решения, связанные с едой. Это мое автономное "Я".

Моя практическая и непосредственная цель — выравнивание 35 с лишним триллионов клеток, которые делают меня тем, кто я есть. Выравнивание, насколько это возможно, для оптимального здоровья и молодости.

Что все это значит?

Это время, наше время, прямо сейчас — начало XXI века — будет определяться радикальной эволюцией интеллекта: человеческого, искусственного интеллекта и биологии. Наша возможность — стать этим захватывающим будущим.

Стремитесь выглядеть и чувствовать себя наилучшим образом? Станьте участником системы, в которой ваше тело + наука и данные делают всю работу. Это сродни тому, чтобы сказать "да" интернету, компьютерам и искусственному интеллекту, чтобы улучшить нашу жизнь так, чтобы она превзошла наши природные способности.

Такая автоматизация — и отказ от саморазрушительного поведения — позволяет нам совершенствоваться с той скоростью, с которой вы можете автоматизировать важные функции, не задумываясь о них — в данном случае о своем здоровье. Совершенствоваться со скоростью нарастающего прироста, открывая будущее с более широкими возможностями, чем способны охватить наши фантазии, — будущее нулевого принципа.

Талант попадает в цель, которую никто не видит (Первые принципы); Гений попадает в цель, которую никто не видит (Нулевые принципы).

К счастью, мы существуем; давайте играть в бесконечную игру вместе».

Желающее производство Брайана Джонсона 2/2

Если вы почувствовали знакомый технобро душок, схожий с эффективно акселерационистским, то вы не одни — желающее производство и техника опять оказались отделены от социального производства и политического действия, и нам предлагается положиться на морализм в вопросах человеческого здоровья вместо обширных реформ. В какой-то степени, анархо-коллектив GynePunk, любимый Хелен Хестер. делает для улучшения природных способностей и преодоления природных ограничений своим коллективным биохакингом и творчеством не меньше, а может даже больше, чем миллионер-ютубер.

Джонсон утверждает, что за два года он достиг замедления темпов старения на 12 лет по среднему показателю ВСР, снизил свой возраст на 14 лет, что повреждения, вызванные старением, накапливаются медленнее, чем у 88% 18-летних людей, что уровень воспаления в организме на 85% ниже среднего 18-летнего, что достиг нижних 0,5% объёма висцерального жира, мышечного жира и подкожного жира и тому подобное. Он каждый принимает около сотни витаминов и добавок, таких как креатин, таурин, цитрат магния, аллюлозу, все витамины группы В, D, E, селен, лютеин и тд. Джонсон неоднократно заявлял, что он стремится к полной автоматизации жеста, движения и жизни, для него алгоритмы, рутина и гастевское отношение к быту — часть его философии зероизма. И, надо сказать, я в чём-то симпатизирую такому подходу, так как люблю различные автоматизирующие гаджеты и предметы, компилирующие и перенарезающие жесты до самых мельчайших. Вопрос, до какого предела можно автоматизировать жест и при этом развивать локомоторные движения тела, оставим для следующего раза.

Мне хочется остановится на том, почему 40-летний миллионер обладает психологической необходимостью замедлить или даже обратить свои биологические процессы, необходимостью, которая пришла ему в голову после того, как он разбогател. И я думаю, что такая невротизация лежит в основе современного оккультно-технологического желания.

Делез и Гваттари в своём замечательном «Анти-Эдипе», часто упоминают психоаналитическое разделение, связанное с отношением к имени-отца, который совершает символическую кастрацию отношения ребёнка к матери (т. н. символического фаллоса, объекта а), невроз и психоз, где первый возникает, когда кастрация принимается ребёнком и он следует паттернам поведения отца, и когда имя отца подвергается отбрасыванию, и ребёнок создаёт свои новые реальности и где символический порядок хрупок и нестабилен.

Неразрешимый, виртуальный, реактивный или реакционный — таков Эдип. Делёз и Гваттари заявляют, что различия между этими двумя группами на самом деле не существует, поскольку в обоих случаях причиной является желающее производство — последней причиной, в роли которой выступают или психотические подрывы, которые разрывают Эдипа, или невротические резонансы, которые его создают (например резонанс культа молодости или визионерского будущего). Психоанализ, обсуждая эту двоицу, пускался в идеализм, десексуализируя, убирая фактор времени, обращая его в генеалогию травмы, невелируя общественный характер разрыва. Истинная же причина разрыва — в желающем производстве, в его отношении с общественным производством, в его отличии по режиму или конфликте с этим производством, и в его модусах инвестирования.

«Признать желание — значит как раз восстановить деятельность желающего производства на теле без органов, именно там, где шизофреник свернулся, чтобы заставить это производство молчать или приглушить его. Это признание желания, эта позиция желания, этот Знак отсылает к порядку реального и актуального производства, который не смешивается с косвенным или символическим удовлетворением, который и в своих простоях, и в своих пусках отличается от доэдиповой регрессии не в меньшей степени, чем от прогрессивного восстановления Эдипа».

Я — дрожащий эдипальный треугольник Брайана Джонсона.

И завершая тему Брайана Джонсона — новогодний подарок дорогим машинам желания.

На заднем плане видео, где Джонсон (явно не знакомый с Александром Богдановым, так что это совпадение), переливает молодую кровь своего сына себе, а свою своему отцу, по-космистски возрождая его и себя. Объединённые духом и кровью в алхимии богостроения.

В столетие смерти Ленина хочется напомнить, что ленинская политика не равна самому Ленину и истории большевизма, она смотрела намного дальше в будущее. Его политфилософия на момент революции была прогрессивной, его утопия, выписанная из его дореволюционных книг, на практике не была выполнена. Воплотить её - задача сегодняшнего дня.

Инициативы по созданию условий равного взаимодействия разных социальных групп, антиимпериализм, социализация средств производства, коммунитаризм, уничтожение условий неравенства а не тех, кто его воспроизводит - всё это так или иначе достижения ранних лет ленинского советского проекта. Либертарный Ленин в теории не равен авторитарному Ленину на практике.

У Луначарского и Богданова были свои проекты либертарных утопий, Коллонтай была также довольно революционной в отношении женской эмансипации по меркам начала века. Все они так или иначе - раннебольшевистский проект, нереализованный, либертарный и интернациональный. И чтобы полноценно понять Ленина после конца советского проекта Ленина необходимо концептуально переработать.

Статья леворадикального французского философа и члена Революционной коммунистической лиги Даниэля Бенсаида об эмансипаторной роли ленинизма в современности.

«Сегодня мы можем очень хорошо видеть, как ослабление этих принципов, далёкое от благоприятствования более высокой форме демократии, приводит к кооптации со стороны средств массовой информации и легитимизации путём плебисцита лидеров, которые ещё меньше контролируются рядовыми членами. Более того, демократия в революционной партии направлена на принятие решений, которые принимаются коллективно, чтобы действовать на балансе сил. Когда поверхностные хулители ленинизма заявляют, что освободились от удушающей дисциплины, они на самом деле лишают дискуссию всей её значимости, сводя её к форуму мнений, который никого не обязывает: после обмена свободой слова без какого-либо общего решения, каждый может уйти таким, каким пришёл, и никакая совместная практика не позволяет проверить обоснованность рассматриваемых противоположных позиций. Наконец, акцент, который делают – в частности, переработанные бюрократы из бывших коммунистических партий – на кризисе партийной формы, часто позволяет им избегать разговоров о кризисе программного содержания и оправдывает отсутствие стратегической озабоченности».

Научно-популярный блогер Кайл Хилл отправляется на Дрезденскую атомную электростанцию в Иллинойсе, США, целует контейнер с ядерными отходами, проходит многочисленные этапы безопасности, чтобы показать, что атомная энергетика, будучи компетентно финансирована и регулируема, может быть одним из самых безопасных способов производства энергии. По крайней мере до тех пор, пока перспективные разработки термоядерного синтеза не выйдут из лабараторий.

Один из моих любимых авторов-музыкантов, который, может быть. и заразил меня японофилией ещё в подростковом возрасте это Кэндзи Сиратори, кибервирулетный постландианец. Его русским переводом (если такую адаптацию можно назвать переводом) «Крови электрической» я зачитывался наряду с «Мясной лавкой в раю» Джеймса Хэвока, где терроризм языка, визуализация кибернетического электрошока эпохи раннего интернета, машинный язык и машинное насилие оргазмирует во что-то литературно прекрасное, если, конечно, ваше представление о прекрасном схожи с моими и вы понимаете «Тэцуо — железного человека» Синъи Цукамото как прекрасный фильм о машинной любви.

В антиутопическом и хаотичный мире «Крови Электрической» повествование ведётся от лица искусственного интеллекта, спаянного с человеком, переживающего футуристические и сюрреалистические образы, так сказать, вайб тут идёт первее повествовательной целостности. Сам Сиратори отмечал в интервью своими основнымы вдохновителями Уильяма Берроуза и Антонена Арто (что, впрочем и видно в дребезжащих шизофренических срезах текста, представляющего собой кибертело языка и машинного кода, стирающего границы обоих символических систем).

Сиратори также известен как джапанойз музыкант, и с 2006 года коллабится со многими индастриал, эмбиент, EBM и goth группами ( Richard Ramirez, Владимир Хирш, Torturing Nurse, Dead Man’s Hill, Astro).

«Кровь Электрическая – это черная ревербация нежного машинного сеппуку, расплавленный отток внутренностей из листового металла и банков подавленной памяти в воющую пустоту насилия. Это кошмар столкновения киборга в новой плоти, последний поезд из Ада мутантов, где эмбрион охотится в тайне».

ОСТОРОЖНО
ЭТА МАШИНА УБИВАЕТ
Ликвидация
‹‹Записываю витал-икону+наши хромосомы из выделений в присос =кровь хромосомы::горизонт жидкостей тела=убить как собаку, разложенную до голого гена =ТВ/спазм// Я разочарован в объёмной инокуляции гидромашины::бесконечный круговорот масс плоти::исчезаю с телом машинной природы ТоК::‹‹высасываю порно нервный газ бойроида// Душа/грамма самосокрушения до квантовой трагедии NDRO// Выход=преступник внутренней-системы-органов›› Определяет++мазо=траффик::от ToKAGE, скапливающихся в городе Городе Трупов// Душа/грамм их разжижают внутренние жидкости тела++себя, что вызывает в цифровом вампире функцию насилия::чудовнще разрастающееся запечатлено в голограмме пса и реверберации// Жестокость замученной памяти/

‹‹модуль=сердце::рождённое в хаотичных условиях ТоК::клетки мозга, где в дыхании болезненные приступы// Выход::Страх=клетка::осмос::›› Трасса блуждающего нерва::нарко-эмбриона, поданного на вход убийственной игры самого себя как собаку// Тело заразно++в центре среды пытающей техномассы плоти бойроида, истекающей эмоциями киборг-ротора//++ сообщается с гидро-манией::душа/грамм её выгорает до скрипта планеты реальности++ Город Трупов пса, побудившего клетки своего мозга на смертоносное чудовище ассасина связанного::чудо в аннигиляции чуть раньше::внутренний спазм// Эмоциональная машина, чей ген=искажённое ТВ::ЗАГРУЗКА// Состояние генома/::мозг себя восстанавливает экстаз техно люпуса=пространство+ +во время спазма па планету трагедии нано-машины, что бьётся//++тело/дольный режим‹‹нарко-эмбрион потерян в диких фантазиях мертвого зодиакально-личиночного акселератора внутри гротескных телесных жидкостей пса// Массы плоти::что инокулируют крик техно-джанки// он сочленяет территорию искусственного солнца:базисная ограничительная линия экзоскелетов›› вселениая XX мозга раздражена и тронута::жестокий толчок в амнезийный огонь/

‹‹игра себя инокулирована внутрь – в форму пробирки для крови// Трагедийная программа пса::пытаю синапсы в массах плоти бойроида сексуального антропоида с материалом в мозгу, истекающим психополовым// Безумие хромосомы подаётся на вход траходрону Города Трупов//++ мозг ToKAGE вдыхает// Квантовые массы плотской жизненной реакции::они взрываются// Я убиваю виртуальный образ гена=ТВ::во лжи негативной нервной системы себя//:: пожирающая кости форма убийственного стремления к репликации::она в завязке::гиперлинк к пластиковой модели сердца техно-джанки:++ эмоционально это цель вируса// Что сходится с тенью и происхождение паранойи// Плацентарный Мир ободранного скелета медного каннибала, что был опустошён – цифровой=вамп сывороточный ноль машины мирских желаний:: Я сдаюсь::‹ ‹пламя терминального контура›› гибельный эллипс нервных ретро-горелок пылает в ангельской машинной лавине/

Майнкрафт всегда меня поражал не просто возможностью стоить, исследовать и крафтить всё, что вздумается игроку, но и самой архитектурой цифрового пространства, позволяющего (и даже призывающего внутренней логикой аккумулирования ресурсов и терраформирования ландшафтов) строить суперкомпьютеры и мощные многоядерные процессоры, достичь полной автоматизации, играть в майнкрафт в майнкрафте, печатать на 3д принтере, оптимизировать производство ресурсов и выступать моделью постдефицитного общества.

Большая часть инженерных проектов в игре совершается с помощью электропроводки красного камня. Есть несколько типов инженеров красного камня — компьютационные/логические создатели компьютеров и мини-игр, оптимизаторы ферм ресурсов, разработчики летающих машин и автоматических дверей.

Сам Майнкрафт построен на детерминистических алгоритмах процедурной генерации миров. Миры создаются посредством конгруэнтных генераторов для создания карт шума Перлина, которые служат октавами для фрактальных карт шума броуновского движения, которые затем обрабатываются в многослойной сетке операторов, похожих на клеточные автоматы, для определения биомов, которые в конечном итоге модулируют амплитуду фрактальной карты плотности, управляющей высотой местности.
Шум Перлина, напротив, известен тем, что создаёт очень приятные и гладкие изображения. Для этого он генерирует случайные значения на сетке гораздо большего размера, чем конечное изображение, которое требуется получить. Затем все точки между ними аккуратно интерполируются между этими случайными значениями, в результате чего получается гораздо более гладкое изображение.

Фрактальный шум создаётся путём сложения нескольких карт шума Перлина, сэмплированных в разных масштабах. Каждая новая карта, называемая октавой, имеет вдвое большее разрешение, чем предыдущая, но её вклад также уменьшается вдвое. Фрактальный шум хорошо подходит для создания правдоподобно выглядящих ландшафтов, потому что он добавляет разное количество деталей на разных масштабах. Это именно то, что можно увидеть на реальном ландшафте, фрактальные шумы на большом масштабе прекрасно моделируют как нейронные связи в человеке, так и нашу Вселенную.

Майнкрафт также чрезвычайно интересен своей мифопоэтической техникой.

Мифопоэзис — это предложенная антропологами-супругами Франкфорт в 1940-х годах гипотеза о дологической стадии человеческих сообществ, в которой место абстракций, обобщений и безличных законов занимало событие как акт волевого действия со стороны богов и духов. По мнению Франкфортов, фундаментальным различием между отношением современного и древнего человека к окружающему миру заключается в деперсонализованности феноменального мира.

В мире Майкрафта, как у примитивных сообществ, нет универсальных законов, а природные и межизмеренческие изменения происходят либо по воле мифологических существ - драконов, рейдеров-поселенцев, либо игрока как терраформирующей и колонизирующей силы. Упорядоченный хаос практически бесконечного мира Майкрафта постоянно находится в противоречии с интенциями игрока, стремящимся эксплуатировать ресурсы и применять "оптимальные", универсальные законы к производству ресурсного избытка. Экстрактивная имплицитная логика казалось бы входит в противоречие с исследовательским и медитативным игровым процессом. Но благодаря мифопоэтике работы с окружающим миром, противоречащие друг другу логики входят в резонанс: на основе двух разных игровых стратегий создаются разные мифы, используются разные техники и технологии.

Так же, как существуют игроки-инженеры, игроки-спидраннеры, игроки-бойцы, Майкрафт является одним из немногих медиумов, где возможен выбор между несколькими интерпретациями в себе тождественного мира. Консенсус строителя, инженера красного камня и истребителя монстров нагружает ценностью соответствующую интерпретацию, обеспечивает уход от лудонарративного диссонанса, когда текст игры противоречит игровому процессу.

Синкретизм науки и мифа в Майнкрафте, выраженный в сосуществовании электричества и железных дорог одновременно с магическими зельями, драконами и иными измерениями, равно как и равноценность мага и учёного, говорит о целостности субъекта познания, снятия противоречия между природой и культурой, (маго)техникой, что демонстрирует космологическую форму, в которой наука и миф не подавляют друг друга, и не существовуют раздельно, но вступают в некоторые опосредованные жизнью и мыслью отношения, которые складываются на том основании, что миф, как и наука, не отлучен от притязаний на рациональность. Эту мифотехническую космологию можно увидеть в праткиках многих примитивных сообществ, например в зимбабийском насосе Анмари Мол.

Инженеры-строители Майкрафта, подобно Владимиру Татлину, возводят огромные башни-дворцы, т.н. мега-базы с полностью автоматизированным конвеером ресурсов.

"Непобедимый колосс, вклинившийся в городской силуэт Ленинграда своими огромными изгибами из литой стали" - это идеал любого профессионального игрока, который выбирает оптимизировать игровые механики. В монструозных мифических конструкциях мега-баз объединилась архитектоника утилитарности и эстетики, по-новому, по-авангардистски, происходит работа с пространством. Эти строители возводят свои базы по Татлину, который в манифесте 1920 года писал, что Башня III Интернационала стала попыткой «сплавить воедино художественные формы и утилитарное предназначение». В их объёмах, художественных формах, когтях и банях размещаются склады, библиотеки, кузницы, магические комнаты зельеварения, торговые площадки жителей деревень, порталы, фермы ресурсов, подобно тому, как по проекту Татлина, в Башне III Интернационала помимо вращающийся поверхностей и кубов размещались бы совет народных комиссаров, будущее мировое правительство, центральное отделение пропаганды, телеграф и радио. Мега-базы (следуя логике Мильнера) - это гигантские машины для жилья, космологические произведения искусства, разрывающие ландшафты, чтобы ещё сильнее спаяться с ними, скульптуры гигантского образа, резко устремленного вперед. Мега-базы, как Башня Татлина, предлагают "модель общественного тела, пребывающего в динамическом движении, вращающегося вокруг галактической спиральной оси истории".

Кажется не очевидным связь Татлина и Майнкрафта, но визионерское видение связи искусства и технологий, романтизм, связывают обоих этих концептуальных персонажей. Даже в том, что касается полёта, орнитоптера Летатлина, изящного аппарата, имитирующего крылья птиц, у Майнкрафта есть свой не менее изящный ответ - элитра, крылья насекомых, состоящие из лёгких и прочных зитиноввз пластин, с помощью которых игрок может парить в воздухе. У Татлина и Майнкрафта во главу угла ставится не просто рациональное перемещение, но физическое пережвание полёта.