раскалённые ножи, метание шкафами и измены прилагаются))

держитесь за воздух!

бастилия.

высокое высокое небо,
так бесстыдно зацелованное соснами,
отражается в твоих глазах,
разбивая мой страх невозможности.

твои белые пряди по ветру
разлетаются, как от удара,
ледяные брызги родного нам финского
обжигают мои плечи плевками.

в недовольстве наш старый знакомый
кажется ещё более скверным,
непригодным для прогулок в дожди,
в ноябре в безмятежно обрушенной нежности.

глубина твоих слов атакует,
ты пикируешь с каждым выдохом,
всё ближе и ближе ко мне,
распахиваешь губы свои
в непристойной и дерзкой близости.

и бастилия в моём сердце
всеми силами отбивается от идеи капитуляции,
но каждая секунда раздумий
стоит мне года жизни,
года потери себя в безнадёжной прострации.

французская крепость с грохотом рушится,
сердце сжимается от обретённой свободы,
на кону стоит слишком многое,
чтобы не отдаться тебе,
чтобы отказаться от вкуса завершённого боя.

я цепляюсь за твои скулы руками,
изучаю каждый сантиметр краснеющей от холода кожи.
пальцами шагаю ото лба до горбинки на непокорном носу
и костяшками задеваю узкие бледные губы.

ты вздрагиваешь и прячешь шею в бадлон,
украденный из моего чемодана сегодня утром.
он пахнет поездом и коньяком,
такие гастрольные глупые шутки.

но я знаю, что ершишься ты не от ветра
и даже не от дождя вперемешку с листвою.
ты боишься признаться себе,
что победа стоит в дверях,
что это конец,
что больше не будет той боли.

что сражения на наточенных шпагах,
уколы в спину ночами,
ледяные и до мерзости чуждые руки
больше никогда не случатся
с тобой и со мной… с нами…

я сгребаю тебя по-медвежьи в охапку,
мой шарф колет холодную кожу и щекочет ресницы,
но это до ужаса детское чувство безлимитного счастья
сбивает меня с толку и рождает наши улыбки.

и, как видишь, мы стали взрослыми
и местами совсем не тоненькими,
но любовь обнажённая и настоящая
всё ещё с нами, как в августе того лета,
как в начале всего неизмеримо хорошего…

©️Я