Из Японского моря https://youtu.be/t-8ZkNSo0GQ

Юные сталинградцы, пионерские отряды , «враг вокруг»: всё было уже, но было искреннее и светлее. А сейчас всё это проявляется будто через искривленное мутное стекло. Только дети красивые и настоящие. Мой репортаж из Волгограда https://youtu.be/YE8-IEw4n3w

мой второй сюжет из Волгограда
https://youtu.be/zXcavg1Gv9k
"Спустя 80 лет после Сталинградской битвы – одной из самых кровавых глав Второй мировой войны – волонтёры все еще находят останки погибших солдат. Город на юге страны стал символом победы Советского Союза над нацистской Германией, сейчас он приобретает новое значение в период российской военной операции на Украине."

Из Бреста https://youtu.be/Xxi03o03d7k

Уже попискивают весенние птицы, овчарка радуется свежей голой земле. Колючая проволока режет голубое небо, а между моей камерой и Украиной сто шагов и противотанковый ров, разорвавший некогда популярную дорогу.
Сегодня белорусские военные, если не молчат, то говорят, что хотят мира. Но после случившегося в прошлом феврале, слишком мало или, наоборот, слишком много зависит от их желаний и чувств.
От Бреста до Минска, где неожиданно вновь выпал снег, мы смотрели, как они тренируются на стрельбищах и танковых полигонах, говоря о готовности к обороне и «провокациям». Но в воздухе, а больше всего в речах мирных людей, разлита какая-то безнадёжность. Будто стоят на самом краю обрыва, над бушующим потоком, всё смешивающим и несущим в бурю. И не знают, устоят ли, или их туда столкнут.

Andrey BORODULIN / AFP
#Belarus #Ukraine #conflict

Моя мать избивает мою любимую девушку. Моя любимая девушка плюёт в неё и пытается отбиваться. Наши семьи стонут от боли и отчаяния. Часть родственников сходят с ума от злобы, другие c нами в безнадёжной ссоре.
Что делаю я? Месяцами, уже годами снимаю эту бойню, записываю мнения об этом ужасе, наивно надеясь, что эти суждения кого-то успокоят. Мои съёмки смотрят соседи и прохожие, для многих из них - эти кадры и "гуманистичные репортажи" - лишь повод удовлетвориться, что у них самих всё не так уж и плохо. Кто-то из соседей топчется в подъезде с тихим сочувствием, другие рады подкинуть нам в драку то нож, то арматуру. Есть вероятность, подожгут наш дом и отметят "победу" на наших похоронах. Вот только за ними вспыхнет новая бойня.
Мне стыдно, не могу вступиться за мать, потому что я люблю эту девушку. Я полюбил её в зимние ночи в Карпатах. Мы вместе загорали на азовском пляже и в Гидропарке, играли в снежки и целовались на Владимирской Горке.
Мы вместе грелись у баррикад. Когда эти баррикады вспыхнули и обагрились кровью - это было пиком страсти, когда мы забывали и о семье, и о доме. За слепой страстью, как и за изменой, следует расплата. За маленьким "допустимым" насилием следует цепь страшных убийств.
Я люблю её друзей и родных, кто были бесконечно добры ко мне - Игорь, Настя, Пашок, Федя и Люба. Юля. Мы вместе ночевали, ели черешню, купались и танцевали. Говорили о наших любимых книгах и слушали любимые песни. А теперь мы не говорим, потому что в этом вопле и мате не слышим друг друга, не верим друг другу. А жив ли Игорь? Я не знаю, мне не видно в этом чёрном дыму.
Знаю, моя любимая девушка уже никогда не посмотрит на меня добрыми глазами, она готова презирать и стрелять в меня. Но я продолжаю любить её.
Мне кричат под окном:
- Твоя мать сумасшедшая! Останови её и сдай в дурдом! Или сам вали оттуда, пока тебя не прибили!
Я больше верю в чужие молитвы. В тех, кто молча помогает невинным. Кто не делает это под флагами, потому что флаг - это ложь и слепота его несущего.
Были недели, когда я продирался к тем людям, кто этой дракой растоптаны, пытаясь поговорить с выжившими мирными, уворачиваясь от сторожевого контроля, показать хотя бы блики горя невинных, хотя бы капли из рек их слёз. Тогда из семьи той, кого я люблю, даже коллеги, выкрикивали мне: «Ты поехал с оккупантами!». С моей шипели: «У тебя Западный заказ!». Мне теперь уже плевать на эти "реакции".
Меня волнует, что странные и страшные люди уже впереди моей матери, лупят направо и налево, прикрываясь нашей фамилией.
Кажется особенно мрачным: чужими друг другу стали мы, дети одной матери. Ещё более жесточайшая, ближайшего будущего бойня кроется в кулаках, лежащих в карманах на стороне моей семьи. Чужие вовне, враждебные и мстительные друг другу.
Я не могу бросить мать. Я помню детство и отрочество, полные света, благодаря ей. Помню наизусть её откровения, и до сих пор трепещу перед книгами, которые она мне читала. Которые сейчас изорваны и тоже топчутся в этой драке.
Даже если моя мать потеряла рассудок, я не могу ударить её. Мы с ней - это не дом, не город и даже не страна. Она вылечится. Главное для меня этой весной, чтобы они, мы не добили друг друга. Продолжу мою наивную работу, стараясь не врать и не вредить. И действительно верю, что спасёмся только любовью и состраданием.

Главное, что привёз из поездки в Белоруссию. То, что надеялся там услышать https://youtu.be/TL9hKBc-R3A

На Красной площади отметили 70-летие со смерти Сталина https://youtu.be/QjHfVmFb0dg