Серовин и Коров – так в шутку Мамонтов путал фамилии художников, которые дружили больше 25 лет.

У Серова было насыщенное детство (первая фотка – авторпортрет). Его папа был критиком и композитором, но рано умер. Тогда мальчик с мамой – первой женщиной-композитором России – переехал в Европу. Он проводил время в Мюнхене и в Париже, где учился мастерству у Репина. Не одно лето прошло у Мамонтовых, которые дома называли его Тошей. Сам он был очень сдержанным, основательным, весьма принципиальным.

Жизнелюбивый, противоречивый Коровин был совсем другим (вторая фотка – его портрет кисти Серова). И жизнь его складывалась иначе. Художник родился в семье купца первой гильдии, но его отец разорился, и мальчика перевезли в деревню Большие Мытищи. Пока Серов катался на ньюфаундленде Рихарда Вагнера и брал уроки у гравера Карла Кеппинга, Коровин ходил на рыбалку и охоту. Он очень рано начал писать и вдохновляться живописью, а в 14 уже поступил в Московское училище живописи:

«Сам Саврасов, живой, стоит передо мной. Он огромного роста, у него большие руки, а лицо его, как у бога, и все, что он говорит, как от бога. До чего я любил его!».

И еще небольшая деталь, которая помогает понять характер темпераментного Коровина. Когда Саврасов из-за болезни покинул училище, Коровин перевелся в Академию художеств в Питере, но быстро оттуда сбежал из-за консервативности: «условность и серьезничанье по поводу несерьезного».

Юноши познакомились, как несложно догадаться, у Мамонтовых. Валентину было 19, Косте – 23, шел 1884 год. И, казалось, по разности характеров были обречены, как минимум, на неприязнь. Было и еще одно обстоятельство. Тоша был у Мамонтовых почти родным, своим. Костя оставался гостем, причем жена Мамонтова – Елизавета Григорьевна – держала Коровина на расстоянии: слишком уж порывист, несерьезен, «богемист».

Тем не менее, Коровин вошел в кружок, взялся за оформление домашней постановки «Снегурочки» по Островскому. Их дружба окрепла, когда Коровину заказали в 1889 году заказали большую картину «Хождение Христа по водам» для костромской церкви, и он позвал Валентина помочь. Серов был очень дотошен, хватался за каждую деталь рисунка, доводил работу до совершенства, и этот навык очень пригодился, чтобы написать Христа. Коровин отвечал за краску и жизнь полотна. На том они и сблизились.

Спустя 5 лет по инициативе Мамонтова художники отправятся на Русский Север – по недавно построенной Саввой чугунке до Архангельска.

Вы уже поняли, что об этом – в следующей серии?

В 2010 году Владимир Табак выпустил ко дню рождения Владимира Путина календарь с поздравлениями полуобнаженных студенток МГУ. Был распродан тираж 100 тысяч экземпляров. Читала книгу и заметила, как занятно перекликается история: в 1904 году популярная московская газета «Русский листок» издала «Альбом русских красавиц».

Стало интересно сравнить репрезентацию женской красоты с разницей в 100 с лишним лет. Опираемся на то, что в обоих случаях авторы отбирали девушек, соответствующих представлениям о прекрасном. Табак, понятно, хулиганил, но это характерно тому времени)

В «Альбоме русских красавиц» собраны очень разные кадры. Есть портреты известных актрис в сценических костюмах и маскарадных платьях, жеманные, из ателье. Часть – погрудные портреты финских шведок, одесситок, евреек и многих других в национальных костюмах. Есть и крестьянки: малороссиянки и белоруски. Ключевое, что стоит понимать о подборке 1904 года – она отражает эстетические пристрастия высшего сословия и европейского круга, а еще – модные тренды эпохи модерна.

На этих примерах занятно увидеть смену ракурса мужского взгляда на красоту.
Интересно, кто сегодня – объект вожделения?
Кидайте фотки идеала в комментарии.
Ну, без шуток, мне интересно.

Я удерживалась от лайфстайла как могла, в итоге перестала писать. Видимо, этот подход не работает, так что возвращаюсь в привычное русло — делюсь и жизнью, в том числе. Она у меня 7 раз в неделю проходит как в цирке на спорте. Визуал прикрепила.

Недавно я узнала, что могу бегать — без прикола, я ненавижу бег и в жизни не могла осилить больше 3 км. Но пару недель назад я внезапно для себя без цели и подготовки пробежала 11 км на дорожке, а потом 7 по парку. В обоих случаях я натерла ноги и поняла, что нужны специальная обувь и одежда.

Я разобралась в пронации/супинации, подобрала себе пару от Hoku, купила флиску, ветровку и даже повязку на голову. Оказалось, что и шмотки, и обувь очень влияют на результат. Как минимум, без правильных кроссовок колени сразу начинают болеть — а с этим я не хотела экспериментировать.

Спонтанный интерес к бегу случился ОЧЕНЬ кстати. Скоро я лечу в Латинскую Америку, где меня ждут хайкинги в разных климатах. Памятуя тестовую уличную пробежку в худи и ущербных кроссах, я поняла, насколько важен правильный шмот.

Я даже мысленно приготовилась к немодной одежде и «европейскому» луку (читай: аляпистый, вычурно функциональный, не стильный).

Оказалось, рынок спортивной одежды весьма продвинулся. Теперь я уверенно отличаю шузы для лесных тропинок, коротких хайков и длительных маршрутов, когда идешь с рюкзаком. Разбираюсь в тонкостях софтшелл штанов и плотности курток. А еще у меня появилось много, очень много спортивных носков.

Короче, одеться для спорта, даже безобидно туристического, — не только недешево, но еще и требует экспертизы. Несмотря на все трудности подбора нужных параметров каждого предмета, я даже собрала нестыдный лук.

Теперь ищу страны, куда отправлюсь на следующий хайк, потому что этот наряд явно стоит выгулять не один раз.