Наконец, укрепляйтесь в Господе и в могуществе силы Его;
облекитесь во всеоружие Божие, чтобы могли вы противостать козням диавола,
потому что борьба у нас не против крови и плоти, но против начал, против властей, против повелителей этого мира тьмы, против злых духов на небесах.
Поэтому возьмите всеоружие Божие, чтобы могли вы оказать сопротивление в день злой и, всё преодолев, устоять.
Итак стойте, опоясав чресла ваши истиной, и облекшись в броню праведности,
и обув ноги в готовность благовествовать мир;
при всём том взяв щит веры, которым вы сможете угасить все раскалённые стрелы лукавого;
и шлем спасения возьмите, и меч Духа, что есть слово Божие.
Послание к Ефесянам 6:10
облекитесь во всеоружие Божие, чтобы могли вы противостать козням диавола,
потому что борьба у нас не против крови и плоти, но против начал, против властей, против повелителей этого мира тьмы, против злых духов на небесах.
Поэтому возьмите всеоружие Божие, чтобы могли вы оказать сопротивление в день злой и, всё преодолев, устоять.
Итак стойте, опоясав чресла ваши истиной, и облекшись в броню праведности,
и обув ноги в готовность благовествовать мир;
при всём том взяв щит веры, которым вы сможете угасить все раскалённые стрелы лукавого;
и шлем спасения возьмите, и меч Духа, что есть слово Божие.
Послание к Ефесянам 6:10
❤2
Божественный огонь, иначе говоря, Тело Господа нашего Исуса Христа, от частого призываемого в помощь получаем, когда подобно Давиду державу к Нему сердечного и умного безмолвия держим. От чего же рождаются и добродетели и даются заповеди, и отгоняется забвение, растлевающее сердечное безмолвие, как вода огонь. Да не уснёшь от лености инок в смерть, но Исусовым именем бей супостата, и Его Имя да прилипнет к дыханию твоему, и тогда уразумеешь эту пользу безмолвия, когда божественных и пречистых Тайн Христа Бога и Царя со страхом и трепетом сподобишся будучи недостойным. Огнь Божественный, тело Господа, входя в нас, лукавые духи отгоняет, и бывшие грехи нам прощает, и ум остается нам без смущений.
Соблюдая ум наш, так снова и снова творя, божественное тело просвещая ум наш, светозарным его да створит.
Преподобный Исихий Иерусалимский, V век.
Соблюдая ум наш, так снова и снова творя, божественное тело просвещая ум наш, светозарным его да створит.
Преподобный Исихий Иерусалимский, V век.
"Рай сугубо есть, чувственный и умный, сиречь (иначе говоря) в Эдеме благодатный. Эсть оубо Эдэма место высоко зело, иако быть третьему до небеси иакоже".
Преподобный Григорий Синаит, XIII век, "Главы сильно полезные", "Славянское Добротолюбие, том 1", на основе перевода Величковского с греческого, "Самиздат 2016", стр.203-206.
Древние тексты особое место уделяют понятию "глаголить на губе". Писание повествует, что до построения Вавилонской башни (Быт.11), люди разговаривали на губе. Древние отцы стремились аскезой от Бога получить такую возможность назад, говорить на губе. Это и есть ЯЗЫК РАЯ, глаголить на губе. В данном тексте, преподобный Синаит, прямо указывает, это "чувственный и умный" "благодатный" "рай", аж до третьего неба". Идя среди толпы человек способен чувствовать на себе взгляд кого то одного, буквально "буравящего его взглядом", и буквально поворачивается и встречается взглядом с этим смотрящим. Это и есть, язык губы, тонкое чувство.
"Светилище истинной (реальное) прэждэ будущаго жития есть, еже без помыслов сердце Духом действуемо, всё бо там свершается, и глаголится духовное. И не стяжавший сие отсюду, камень есть, лишь пригодный в потребление в назидание божественного храма, а не храма, как священнодействующий Духа".
Проще говоря, не обретающий РАЯ пригоден, лишь в назидание другим, как негодящий камень, для Духовного мира, - погибает, и не спасается.
Исихазм, мир безмолвия
Преподобный Григорий Синаит, XIII век, "Главы сильно полезные", "Славянское Добротолюбие, том 1", на основе перевода Величковского с греческого, "Самиздат 2016", стр.203-206.
Древние тексты особое место уделяют понятию "глаголить на губе". Писание повествует, что до построения Вавилонской башни (Быт.11), люди разговаривали на губе. Древние отцы стремились аскезой от Бога получить такую возможность назад, говорить на губе. Это и есть ЯЗЫК РАЯ, глаголить на губе. В данном тексте, преподобный Синаит, прямо указывает, это "чувственный и умный" "благодатный" "рай", аж до третьего неба". Идя среди толпы человек способен чувствовать на себе взгляд кого то одного, буквально "буравящего его взглядом", и буквально поворачивается и встречается взглядом с этим смотрящим. Это и есть, язык губы, тонкое чувство.
"Светилище истинной (реальное) прэждэ будущаго жития есть, еже без помыслов сердце Духом действуемо, всё бо там свершается, и глаголится духовное. И не стяжавший сие отсюду, камень есть, лишь пригодный в потребление в назидание божественного храма, а не храма, как священнодействующий Духа".
Проще говоря, не обретающий РАЯ пригоден, лишь в назидание другим, как негодящий камень, для Духовного мира, - погибает, и не спасается.
Исихазм, мир безмолвия
Впрочем, когда разговариваешь с русскими, всегда создаётся подобное впечатление. Кажется, будто все думают о чём-то, не имеющем ни малейшего отношения к теме беседы. О чём-то древнем, далёком. Персонажи Достоевского, Толстого, Гоголя, Гончарова, Чехова говорят со страстью, и всё равно чувствуется, что они думают о другом, всегда об одном и том же: о смерти, о самом верном способе стать Христом.
Бал в Кремле — Курцио Малапарте
Бал в Кремле — Курцио Малапарте
❤3
Перед имеющими оскверненный слух не станем повергать того, чего не следует всем разглашать. Не попустим, чтобы в сравнении с нами оказались достойными большего почтения поклоняющиеся бесам, служители срамных басен и вещей, потому что и они скорее прольют кровь свою, нежели откроют учение свое непосвященным.
Святой Григорий Богослов, IV век.
Святой Григорий Богослов, IV век.
Итак, смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые,
дорожа временем, потому что дни лукавы.
Итак, не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия.
И не упивайтесь вином, от которого бывает распутство; но исполняйтесь Духом,
назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу,
благодаря всегда за всё Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа,
повинуясь друг другу в страхе Божием.
Послание к Ефесянам 5 глава.
дорожа временем, потому что дни лукавы.
Итак, не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия.
И не упивайтесь вином, от которого бывает распутство; но исполняйтесь Духом,
назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу,
благодаря всегда за всё Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа,
повинуясь друг другу в страхе Божием.
Послание к Ефесянам 5 глава.
Наказание непременно будет, непременно придёт; воскресение и всё с ним связанное уже при дверях. Откуда, скажешь, это видно? Не говорю – из пророков, потому что у меня речь не к христианам только; но хотя бы то был язычник, я смело обращаюсь и к нему, предлагаю доказательства и ему, и научу его; а как – послушай.
Многое предсказал Христос. Если бы это не сбылось, то ты мог бы не веровать и тому; если же всё это сбылось, то почему ты сомневаешся в остальном? Труднее было поверить, пока ничего не сбылось, нежели не верить, когда всё сбылось. Но лучше поясню мысль свою примером. Христос предсказал, что Иерусалим будет взят и подвергнется такому разрушению, какого не было никогда, и что он более уже не будет восстановлен, — и предсказание оправдалось самым делом (См. Лк. 19:44). Предсказал, что будет великая скорбь (Мф. 24:21), — и сбылось. Предсказал, что проповедь распространится, как посеянное горчичное зерно, — и мы видим, что с каждым днём она более и более распространяется по вселенной. Предсказал, что оставившие отца, или мать, или братьев, или сестёр, будут иметь и отцов и матерей, — и это, как видим, исполняется на деле (Мф. 19:29). Предсказал: В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир (Ин. 16:33), то есть никто не преодолеет вас, — и это, как видим, сбылось на деле. Предсказал, что создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее, и притом гонимой, и что никто не истребит проповеди (Мф. 16:18), — и об (исполнении) этого предсказания свидетельствуют события.
Такие предсказания тогда были весьма невероятны. Почему? Потому, что все они состояли в словах, а доказательств сказанному ещё не было представлено. Теперь же всё это тем больше заслуживает веры.
Предсказал, что когда проповедано будет это Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец (Мф. 24:14), — и вот мы уже достигли кончины: большая часть вселенной уже оглашена (Евангелием), и затем предстоит кончина. Устрашимся, возлюбленные! Что, скажи мне: тебя беспокоит эта кончина? Она действительно близка, но предел жизни и кончина каждого гораздо ближе. Дней лет наших, — говорит псалмопевец, — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет (Пс. 89:10). День суда близок: устрашимся хотя этого.
— Святитель Иоанн Златоуст, гомилии на Послание к Евреям
Многое предсказал Христос. Если бы это не сбылось, то ты мог бы не веровать и тому; если же всё это сбылось, то почему ты сомневаешся в остальном? Труднее было поверить, пока ничего не сбылось, нежели не верить, когда всё сбылось. Но лучше поясню мысль свою примером. Христос предсказал, что Иерусалим будет взят и подвергнется такому разрушению, какого не было никогда, и что он более уже не будет восстановлен, — и предсказание оправдалось самым делом (См. Лк. 19:44). Предсказал, что будет великая скорбь (Мф. 24:21), — и сбылось. Предсказал, что проповедь распространится, как посеянное горчичное зерно, — и мы видим, что с каждым днём она более и более распространяется по вселенной. Предсказал, что оставившие отца, или мать, или братьев, или сестёр, будут иметь и отцов и матерей, — и это, как видим, исполняется на деле (Мф. 19:29). Предсказал: В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир (Ин. 16:33), то есть никто не преодолеет вас, — и это, как видим, сбылось на деле. Предсказал, что создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее, и притом гонимой, и что никто не истребит проповеди (Мф. 16:18), — и об (исполнении) этого предсказания свидетельствуют события.
Такие предсказания тогда были весьма невероятны. Почему? Потому, что все они состояли в словах, а доказательств сказанному ещё не было представлено. Теперь же всё это тем больше заслуживает веры.
Предсказал, что когда проповедано будет это Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец (Мф. 24:14), — и вот мы уже достигли кончины: большая часть вселенной уже оглашена (Евангелием), и затем предстоит кончина. Устрашимся, возлюбленные! Что, скажи мне: тебя беспокоит эта кончина? Она действительно близка, но предел жизни и кончина каждого гораздо ближе. Дней лет наших, — говорит псалмопевец, — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет (Пс. 89:10). День суда близок: устрашимся хотя этого.
— Святитель Иоанн Златоуст, гомилии на Послание к Евреям
Перед сном маленький человечек раскрыл маленькую книжечку и немножко почитал какую-то буковку.
🥰3
Заканчивается воскресная служба. Как это обычно и бывает, подходят люди – кто-то побеседовать, кто-то задать вопрос, кто-то обсудить намеченные дела по приходу. Сначала говорим в храме, потом перехожу в кабинет: там мы и присесть сможем, да и требуют некоторые беседы большей, скажем так, камерности. Часа в два, когда, кажется, со всеми я уже переговорил и можно что-то наконец перекусить после Литургии, дверь открывается и заходит человек с очень скорбным лицом, глазами, наполненными печалью, так что мысль о чашке чая сразу отбегает далеко прочь.
– Вы сейчас проповедь говорили о Гадаринском бесноватом, – начинает он немного, как мне подумалось, издалека, – так это я…
И как бы в ответ на мой встревоженно-недоуменный взгляд поясняет:
– Многие годы я себя убиваю и даже не знаю, почему еще не сделал этого на самом деле… А в вашей проповеди со многим я не согласен.
Пытаюсь соединить оба высказывания вместе, но потом отказываюсь от этой задачи. Важнее ведь другое: что за беда, что за несчастье привели человека в такое состояние, что он уже многие годы помышляет о смерти как о чем-то вожделенном и ощущает себя при том бесноватым?
Об этом я, конечно же, и спрашиваю.
– Ничего особенного со мной не происходило. Просто мир сошелся в одной точке, и стало невыносимо больно, словно ад в душе. Это такая мука… Жить нет никаких сил! Вот вы мне сейчас, я знаю, какие-то советы будете давать… А вы сами-то были в таком состоянии? Знаете, что это такое?
Думаю, что знаю – хотя бы отчасти. И говорю о том, что мог бы сказать в подобном случае самому себе. И, наверное, в той или иной форме не раз говорил. Жизнь – удивительный дар Божий, и как же не благодарить Господа за нее, даже если и бывает она периодами совсем не проста, если одно испытание сменяет другое и потеря следует за потерей? Она наполнена свидетельствами Его любви, которые и в самых скорбных обстоятельствах остаются очевидными для верующего сердца. И даже если вся жизнь представляется сегодня одной сплошной, непрерывающейся черной полосой, то теплится в душе надежда на Бога, убежденность в том, что будет в ней что-то хорошее, то, ради чего и дал Он ее тебе. Иначе и быть не может!
«Жизнь – удивительный дар Божий…» – «Вы неправы», – он смотрит на меня тяжело, не мигая
А если речь идет лишь о том, что тебе «просто» тяжело – не из-за событий каких-то трагических, не из-за потери близкого человека, не из-за чьей-то подлости и чьего-то предательства – а из-за того лишь, что не умеешь ты жизни радоваться, ценить каждый ее час и быть благодарным ее Подателю за самую возможность бытия, то учись этому, и научишься, и выйдешь из этого «мрака осязаемого».
Человек смотрит на меня – тяжело, не мигая – и резюмирует:
– Вы неправы.
И опять, упреждая мои дальнейшие вопросы, дополняет:
– Вы, как и все, ничего не понимаете: у меня нет ничего этого – ни благодарности, ни сознания, что жизнь дар… Я просто не могу жить. Я разрушен.
Я снова говорю о том, что знаю наверняка, в чем убежден, в чем не сомневаюсь нимало:
– Если потрудитесь, то и осознание это придет, и благодарность душу наполнит. Мы так устроены, что когда понуждаем себя к определенным размышлениям, когда останавливаемся на мыслях по-настоящему важных, истинных, то постепенно раскрывается нам их глубинный смысл, и начинаем мы не только умом соглашаться с ними, но и сердцем их силу ощущать. А что до «разрушенности»… Человек обладает удивительной способностью к восстановлению. Он может быть «разобран до основания», выжжен, в пепел буквально горем превращен – и восстать, несмотря ни на что, из этого пепла, подобно фениксу. Только бы было у него такое желание, и не забывал бы он о том, что не способен без Христа ни на что, зато с Ним может всё.
– А я не хочу восстанавливаться. Я ничего не хочу!
– Подождите, а зачем же вы тогда пришли? Если, и правда, ничего не хотите?
– Чтобы вы мне помогли! Пациент приходит к врачу, чтобы тот ему помог!
– Вы сейчас проповедь говорили о Гадаринском бесноватом, – начинает он немного, как мне подумалось, издалека, – так это я…
И как бы в ответ на мой встревоженно-недоуменный взгляд поясняет:
– Многие годы я себя убиваю и даже не знаю, почему еще не сделал этого на самом деле… А в вашей проповеди со многим я не согласен.
Пытаюсь соединить оба высказывания вместе, но потом отказываюсь от этой задачи. Важнее ведь другое: что за беда, что за несчастье привели человека в такое состояние, что он уже многие годы помышляет о смерти как о чем-то вожделенном и ощущает себя при том бесноватым?
Об этом я, конечно же, и спрашиваю.
– Ничего особенного со мной не происходило. Просто мир сошелся в одной точке, и стало невыносимо больно, словно ад в душе. Это такая мука… Жить нет никаких сил! Вот вы мне сейчас, я знаю, какие-то советы будете давать… А вы сами-то были в таком состоянии? Знаете, что это такое?
Думаю, что знаю – хотя бы отчасти. И говорю о том, что мог бы сказать в подобном случае самому себе. И, наверное, в той или иной форме не раз говорил. Жизнь – удивительный дар Божий, и как же не благодарить Господа за нее, даже если и бывает она периодами совсем не проста, если одно испытание сменяет другое и потеря следует за потерей? Она наполнена свидетельствами Его любви, которые и в самых скорбных обстоятельствах остаются очевидными для верующего сердца. И даже если вся жизнь представляется сегодня одной сплошной, непрерывающейся черной полосой, то теплится в душе надежда на Бога, убежденность в том, что будет в ней что-то хорошее, то, ради чего и дал Он ее тебе. Иначе и быть не может!
«Жизнь – удивительный дар Божий…» – «Вы неправы», – он смотрит на меня тяжело, не мигая
А если речь идет лишь о том, что тебе «просто» тяжело – не из-за событий каких-то трагических, не из-за потери близкого человека, не из-за чьей-то подлости и чьего-то предательства – а из-за того лишь, что не умеешь ты жизни радоваться, ценить каждый ее час и быть благодарным ее Подателю за самую возможность бытия, то учись этому, и научишься, и выйдешь из этого «мрака осязаемого».
Человек смотрит на меня – тяжело, не мигая – и резюмирует:
– Вы неправы.
И опять, упреждая мои дальнейшие вопросы, дополняет:
– Вы, как и все, ничего не понимаете: у меня нет ничего этого – ни благодарности, ни сознания, что жизнь дар… Я просто не могу жить. Я разрушен.
Я снова говорю о том, что знаю наверняка, в чем убежден, в чем не сомневаюсь нимало:
– Если потрудитесь, то и осознание это придет, и благодарность душу наполнит. Мы так устроены, что когда понуждаем себя к определенным размышлениям, когда останавливаемся на мыслях по-настоящему важных, истинных, то постепенно раскрывается нам их глубинный смысл, и начинаем мы не только умом соглашаться с ними, но и сердцем их силу ощущать. А что до «разрушенности»… Человек обладает удивительной способностью к восстановлению. Он может быть «разобран до основания», выжжен, в пепел буквально горем превращен – и восстать, несмотря ни на что, из этого пепла, подобно фениксу. Только бы было у него такое желание, и не забывал бы он о том, что не способен без Христа ни на что, зато с Ним может всё.
– А я не хочу восстанавливаться. Я ничего не хочу!
– Подождите, а зачем же вы тогда пришли? Если, и правда, ничего не хотите?
– Чтобы вы мне помогли! Пациент приходит к врачу, чтобы тот ему помог!
– Совершенно с вами согласен… Только и врач может помочь пациенту лишь в случае, если тот готов выполнять его рекомендации, а если на всё, что он ему ни посоветует, что ему ни выпишет, пациент отвечает лишь: «Я с вами не согласен» и «Мне ничем не помочь», то какого же результата сможет он добиться?
На какое-то время воцаряется молчание. Затем человек немного оживляется:
– Да… И что вы мне еще скажете?
– Что скажу?.. Что поскольку вы давно пребываете в этом состоянии, то вам обязательно надо обратиться к специалисту: хорошему невропатологу или психоневрологу. Потому как и нервная система, и психика ваша очевидным образом существенно повреждены. И опять повторюсь: учитесь Бога благодарить за всё и радоваться – как тому великому, что Он дает нам, так и самому малому. Оно тоже великое…
– Всё это я уже слышал. Вам просто нечего мне сказать, вам до меня дела просто нет. Вам ни до кого дела нет! И знайте, что если случится что со мной, то и ваша в этом вина. Бог вас простит, и я прощаю, и вы меня простите!
На этом разговор обрывается, поскольку собеседник мой выбегает буквально из кабинета. А я остаюсь – расстроенный и подавленный. Но у меня и мысли не возникает догнать и остановить его. Не оттого, что не жалко. Не оттого, что дела нет. Опыт подсказывает: бесполезно. И здравый смысл о том же говорит. Только помолиться, помянуть, воле и милости Божией предоставить.
И задуматься очередной раз: почему нельзя помочь всем? И почему нельзя спасти всех? Настолько нельзя, что и Господь – милостивый и любящий – не всех спасает…
Да потому, что может человек настолько ничего не принимать, настолько все отвергать, что и захочешь ему что-то дать, не сможешь. И, страшно сказать, не только ты – Господь не сможет, потому что не насилует Он воли человеческой, хотя бы и была она неразумной или безумной даже. Нет ситуации, когда помощь Его невозможна, нет обстоятельств, по-настоящему безнадежных, но есть состояние – когда человек и помощи не хочет, и надежде совершенно чужд. И что ни скажешь, что ни предложишь ему, на все один ответ будет: «Мне никто не поможет!»
Не хочет человек никакой помощи и не нужна она ему. Потому что это – его выбор
Потому что не хочет человек никакой помощи и не нужна она ему. Потому что это – его выбор. И опять ничего не остается здесь после всех сказанных слов и всех употребленных усилий, кроме как помолиться и на Бога все возложить, в руки Его все предать.
Разве что еще запомнить все это и к себе применить… Когда сам будешь в состоянии таком или похожем, когда себе будешь говорить, умом и сердцем помрачившись: «Мне никто не поможет!» Тогда как нельзя кстати придется воспоминание это: человек, входящий в дверь со словами: «Я – Гадаринский бесноватый…» И так жалко, так нелепо, так страшно воспоминание это, что невольно от него отшатнешься и придешь в себя: «Нет, мне – поможет… Нет – мне есть за что благодарить… Есть чему радоваться…»
На какое-то время воцаряется молчание. Затем человек немного оживляется:
– Да… И что вы мне еще скажете?
– Что скажу?.. Что поскольку вы давно пребываете в этом состоянии, то вам обязательно надо обратиться к специалисту: хорошему невропатологу или психоневрологу. Потому как и нервная система, и психика ваша очевидным образом существенно повреждены. И опять повторюсь: учитесь Бога благодарить за всё и радоваться – как тому великому, что Он дает нам, так и самому малому. Оно тоже великое…
– Всё это я уже слышал. Вам просто нечего мне сказать, вам до меня дела просто нет. Вам ни до кого дела нет! И знайте, что если случится что со мной, то и ваша в этом вина. Бог вас простит, и я прощаю, и вы меня простите!
На этом разговор обрывается, поскольку собеседник мой выбегает буквально из кабинета. А я остаюсь – расстроенный и подавленный. Но у меня и мысли не возникает догнать и остановить его. Не оттого, что не жалко. Не оттого, что дела нет. Опыт подсказывает: бесполезно. И здравый смысл о том же говорит. Только помолиться, помянуть, воле и милости Божией предоставить.
И задуматься очередной раз: почему нельзя помочь всем? И почему нельзя спасти всех? Настолько нельзя, что и Господь – милостивый и любящий – не всех спасает…
Да потому, что может человек настолько ничего не принимать, настолько все отвергать, что и захочешь ему что-то дать, не сможешь. И, страшно сказать, не только ты – Господь не сможет, потому что не насилует Он воли человеческой, хотя бы и была она неразумной или безумной даже. Нет ситуации, когда помощь Его невозможна, нет обстоятельств, по-настоящему безнадежных, но есть состояние – когда человек и помощи не хочет, и надежде совершенно чужд. И что ни скажешь, что ни предложишь ему, на все один ответ будет: «Мне никто не поможет!»
Не хочет человек никакой помощи и не нужна она ему. Потому что это – его выбор
Потому что не хочет человек никакой помощи и не нужна она ему. Потому что это – его выбор. И опять ничего не остается здесь после всех сказанных слов и всех употребленных усилий, кроме как помолиться и на Бога все возложить, в руки Его все предать.
Разве что еще запомнить все это и к себе применить… Когда сам будешь в состоянии таком или похожем, когда себе будешь говорить, умом и сердцем помрачившись: «Мне никто не поможет!» Тогда как нельзя кстати придется воспоминание это: человек, входящий в дверь со словами: «Я – Гадаринский бесноватый…» И так жалко, так нелепо, так страшно воспоминание это, что невольно от него отшатнешься и придешь в себя: «Нет, мне – поможет… Нет – мне есть за что благодарить… Есть чему радоваться…»
❤1