Сейчас у нас с Ираном много точек соприкосновения, например 15 пунктов.

У них не будет ядерного оружия — это пункт номер один. Это пункт номер один, два и три.

У них никогда не будет ядерного оружия — они согласились с этим.

Я бы сказал, что если они продолжат в том же духе, это положит конец этой проблеме, этому конфликту — и я думаю, что это положит конец ему очень, очень существенно.

Обсуждения состоялись вчера. Они продолжились вчера вечером. Они очень хотят заключить сделку. Мы тоже хотели бы заключить сделку.

Мы соберемся сегодня — вероятно, по телефону, потому что очень трудно найти страну. Я предполагаю, что им очень трудно выбраться оттуда.

Но мы встретимся в какой-то момент очень, очень скоро.

Мы имеем дело с человеком, который, по моему мнению, является самым уважаемым и лидером.

Это не Верховный лидер; о нем никто ничего не слышал, и мы не знаем, жив ли он.

Я не хочу, чтобы лидер Ирана был убит; никто не хочет выполнять эту работу прямо сейчас.

Мы хотим ядерную пыль. Мы собираемся этого добиться, и я думаю, что мы это получим.

Мы договорились об этом.

Мы хотим, чтобы не было ядерного оружия. Мы хотим мира на Ближнем Востоке.

Мы хотим обогащенный уран, мы согласились на это.

Если это произойдёт, это будет отличным началом для Ирана, чтобы восстановить себя.

Завтра утром мы должны были взорвать их крупнейшие электрогенерирующие станции, стоимость строительства которых превысила 10 миллиардов долларов США.

Один выстрел — и всё кончено. Они рушатся.

Зачем им это? Так что они позвонили. Я не звонил. Они позвонили. Они хотят заключить сделку.

Я просто хочу, чтобы в системе было как можно больше нефти. Мы даже не знаем, получит ли Иран эти деньги.

Любая небольшая сумма денег, которую получит Иран, не будет иметь значения в этой войне.

Я не фанат этого парня. Если вы посмотрите на его "Истины", он был за всё, а потом оказался не за всё.

Его жена была убита; он довольно быстро женился снова.

Мы дали ему работу в Белом доме, а вот что он делает со мной.

Все были убиты режимом. Они действительно начинают. Происходит автоматическая смена режима, но мы имеем дело с некоторыми людьми, которых я считаю очень разумными, очень надежными.

Люди внутри знают, кто они такие. Они очень уважаемы, и, возможно, один из них будет именно тем, кого мы ищем.

Посмотрите на Венесуэлу — как хорошо там все складывается. Мы очень хорошо справляемся в Венесуэле с нефтью и с отношениями между избранным президентом и нами.

Может быть, мы найдём кого-то подобного в Иране.