А сегодня мы перенесёмся на остров Кюсю... ❤

〰️〰️〰️〰️〰️〰️〰️
— Не смей, Керо-кун! Даже не думай притащить сюда это дерево!
Дзёрогумо стояла в гостевом зале рёкана «Дзигоку», отпустив на волю паучью сущность. Блестящие смертоносные нити паутины, повинуясь её гневу, тянулись к спокойно улыбающемуся горё, который держал в руках акварельный рисунок украшенной ели.
— Госпожа, к нам уже не первый год прибывают гости с запада. Они просят уважить их праздник и хотят отметить его с местным колоритом.
— Может, мне стоит уважить их нашими праздниками?! — прорычала Гумо. — Например, устроить хякки ягё прямо здесь! Вот они обрадуются параду ста демонов у них под боком!
— Чем тебе так не угодило всего одно дерево? Оно даже места много не займёт! — не унимался Керо.
— Сначала одно дерево, потом — разукрашенные яйца, следом — тыквы и маски…
— Смею напомнить, госпожа, что костюмированный день с тыквами осенью понравился всем гостям. Наши ёкаи впервые смогли спокойно пообщаться со смертными в своих истинных формах. А мы хорошо заработали.
— Всё равно! Я против!
Отбросив рисунок, ставший поводом для бурного спора, Керо подошёл к Гумо и заключил её в крепкие объятия. Хозяйка «Дзигоку» замерла, чувствуя, как паучиха в ней затихает.
— Не бойся, — прошептал горё. — Мир меняется, но это не значит, что наш век подходит к концу.
— Я не… — она осеклась, понимая, что верный спутник, как всегда, сумел заглянуть ей в мысли. — Я знаю, что ты прав, Керо. Просто скучаю по былым временам. Скучаю по…
Гумо не произнесла имя. Не хотела ворошить прошлое, к которому и так тянулась всем существом. Боялась, что, вспомнив, снова совершит ошибку, снова привяжется к кому-то столь недолговечному.
А Керо не боялся. Он знал, что воспоминания и быстротечность смертной жизни — это то, за что ёкаям стоит держаться.
— Вспомни, сколько Масахару трудился, чтобы «Дзигоку» стал ещё уютнее для смертных. Вспомни, как онсен и рёкан расцвели при нём. Он хотел бы новшеств и праздников, госпожа.
Дзёрогумо не смогла ответить. Только кивнула, обнимая горё в ответ и всё-таки погружаясь в тепло воспоминаний.
А на следующий день в «Дзигоку» впервые была поставлена душистая ель, на которой мелодично позвякивали игрушки в виде изящных стеклянных паучков.