Интересный факт:
Stinger вошёл в историю как одно из немногих одиночных видов вооружения, кардинально повлиявших на ход крупного конфликта. В 1980-х годах ЦРУ в рамках операции «Циклон» начало поставки этих комплексов афганским моджахедам для борьбы с советской авиацией. Внезапная способность террористов с высокой вероятностью сбивать вертолёты Ми-24 и штурмовики Су-25 с дальности в несколько километров вынудила советские ВВС радикально изменить тактику. Самолётам пришлось уйти на большие высоты, что резко снизило точность бомбометания и эффективность авиационной поддержки наземных войск. По некоторым оценкам, Stinger ответственен за сотни потерянных советских и афганских правительственных воздушных судов. Этот опыт на десятилетия вперёд сформировал представление о мобильном ПЗРК как об оружии, способном «закрыть небо» и изменить баланс сил.

Тяжелая огнеметная система ТОС-1 «Буратино» / ТОС-1А «Солнцепёк»

Идея создания этой уникальной системы родилась в СССР в конце 1960-х — начале 1970-х годов по инициативе командования войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ). Военным требовалось мощное оружие для поддержки пехоты и танков в ближнем бою, способное эффективно «выкуривать» противника из укреплений, пещер и городской застройки, где обычная артиллерия была малоэффективна. Разработка велась в обстановке строгой секретности. Задание получили Омское Конструкторское Бюро Транспортного Машиностроения (шасси) и Тульское НИИ «Сплав» (ракеты). Первые опытные образцы, известные под заводским индексом «Объект 634», были готовы к концу 1970-х, а в 1980 году комплекс успешно прошёл государственные испытания, однако принятие на вооружение затянулось.

Название «Буратино» система получила за длинный «нос» — пакет из 30 направляющих для 220-мм реактивных снарядов, установленный на шасси танка Т-72. Это шасси обеспечивало необходимую защиту экипажа из трёх человек и проходимость, поскольку ТОС-1 должна была работать на переднем крае, в прямой видимости цели. Дальность стрельбы первоначально составляла от 400 до 3600 метров, что определяло её тактическую нишу — уничтожение целей на относительно небольшой, но критически важной дистанции. Главной ударной силой стали не фугасные, а термобарические и зажигательные боеприпасы. Принцип их действия чудовищно эффективен: при подлёте к цели распыляется аэрозольное горючее облако, которое затем подрывается, создавая колоссальную ударную волну, избыточное давление и температуру до 2000-3000 °C, выжигая всё в радиусе поражения.

Боевое крещение «Буратино» прошло в Афганистане в 1988–1989 годах, где система успешно применялась против укрытий в горной местности. Официально на вооружение СССР она была принята только в 1995 году. К этому времени назрела необходимость в модернизации, и в 2001 году мир увидел ТОС-1А «Солнцепёк». В новой версии количество направляющих сократили до 24, но за счёт совершенствования ракет максимальная дальность стрельбы выросла до 6000 метров. Кроме того, вся логистика комплекса — и боевая машина, и транспортно-заряжающая — была переведена на единое танковое шасси, повысив надёжность и ремонтопригодность.

«Солнцепёк» стал грозным аргументом в современных конфликтах. Система активно и результативно применялась во Второй чеченской кампании, в Сирии, а с 2022 года — в ходе Специальной Военной Операции. Её способность одним залпом накрывать площадь до 40 000 квадратных метров делает ТОС-1А незаменимой для уничтожения укрепрайонов, скоплений живой силы и техники. Эволюция комплекса продолжается: на смену гусеничным машинам приходит колёсная ТОС-2 «Тосочка» на шасси «Урал» с повышенной мобильностью и дальностью стрельбы, а также разрабатывается новая гусеничная ТОС-3 «Дракон».

Messerschmitt Bf 109

Разработка этого истребителя, ставшего символом мощи немецких ВВС во Второй мировой войне, началась в обстановке интриг и скептицизма. В начале 1934 года Технический департамент Рейхсминистерства авиации (RLM) объявил конкурс на создание современного одноместного истребителя-моноплана для замены устаревших бипланов. Компания Bayerische Flugzeugwerke (BFW) Вилли Мессершмитта изначально даже не получила приглашения из-за личной вражды конструктора с государственным секретарем Эрхардом Мильхом. Только после вмешательства высокопоставленных лиц и политического скандала фирма была допущена к конкурсу.

Не веря в победу и действуя на свой страх и риск, Мессершмитт и его главный конструктор Вальтер Ретель пошли наперекор техническому заданию. Их цель была радикальной: создать максимально лёгкий и компактный планер вокруг самого мощного из доступных двигателей. Они использовали наработки от своего же спортивного самолёта Bf 108 «Тайфун», внедрив революционные для своего времени решения: цельнометаллический монококовый фюзеляж, полностью закрытую кабину и убирающееся шасси. Первый прототип, оснащённый британским двигателем Rolls-Royce Kestrel, поднялся в воздух 28 мая 1935 года.

На испытаниях в Травемюнде Bf 109 столкнулся с предубеждением пилотов, привыкших к бипланам. Его узкая колея шасси делала рулёжку сложной, а закрытая кабина казалась ловушкой. Однако в воздухе он не имел равных. Превосходя всех конкурентов, включая фаворита — Heinkel He 112, в скорости и скороподъёмности, Bf 109 был выбран основным истребителем люфтваффе. С февраля 1937 года начались поставки первой серийной модификации Bf 109B («Бруно»).

Гениальность конструкции Bf 109 заключалась в её продуманной простоте и адаптивности. Лёгкое трапециевидное крыло с автоматическими предкрылками и щелевыми закрылками компенсировало высокую нагрузку на квадратный метр и давало отличные скоростные качества. Фюзеляж был спроектирован модульным: его можно было разбирать на крупные узлы для удобства транспортировки по железной дороге, быстрой сборки и ремонта в полевых условиях. Именно это требование и определило главный конструктивный недостаток — узкое шасси, крепившееся к фюзеляжу, а не к крылу. На взлёте и посадке, особенно на неровных полевых аэродромах, машина становилась коварной, унеся жизни многих пилотов.

Истинная мощь «Мессера» раскрылась в постоянной эволюции. Его сердцем стали двигатели Daimler-Benz, превратившие его из перспективного истребителя в грозное оружие.

За десять лет было построено более 34 000 самолётов Bf 109, что сделало его самым массовым истребителем в истории. Он стал настоящим «рабочей лошадкой» люфтваффе, воевавшей на всех фронтах от Северной Африки до Восточного фронта, и машиной, на которой летали три величайших аса в истории авиации: Эрих Хартманн (352 победы), Герхард Баркхорн (301 победа) и Гюнтер Ралль (275 побед)

Интересный факт:
История Bf 109 не закончилась в мае 1945 года. Испания, получившая ранее немецкие чертежи, продолжала выпускать эти истребители под обозначением HA-1112 «Бучон» («Голубь») до 1958 года. Парадоксально, но из-за нехватки оригинальных двигателей Daimler-Benz их оснастили британскими моторами Rolls-Royce Merlin — теми самыми, что стояли на их заклятых врагах, «Спитфайрах». Таким образом, последние «Мессершмитты» в мире летали с «сердцем» своего главного противника и даже снимались в легендарном фильме «Битва за Британию», изображая самих себя.

Junkers Ju 87 «Штука»

Разработка этого самолёта, ставшего символом блицкрига и одним из самых узнаваемых образов Второй мировой войны, началась в глубокой тайне. В начале 1930-х годов, когда Германия ещё была скована Версальскими ограничениями, запрещавшими ей иметь штурмовую авиацию, инженеры компании «Юнкерс» во главе с Германом Польманом работали над проектом специализированного пикирующего бомбардировщика. Идея была не нова, но немецкие конструкторы довели её до крайности: им требовался самолёт, способный не просто сбрасывать бомбы с крутого пикирования, а делать это с ювелирной точностью, становясь, по сути, летающей артиллерией для поддержки танковых клиньев.

Первый прототип Ju 87 V1, оснащённый британским двигателем Rolls-Royce Kestrel, поднялся в воздух в 1935 году. Его облик был пугающим и абсолютно функциональным. Крыло в форме «обратной чайки» позволило разместить массивное неубирающееся шасси и обеспечить пилоту отличный обзор вниз. Именно эти «лапы», закрытые характерными обтекателями, стали визитной карточкой «Штука». Для обеспечения невероятной точности бомбометания конструкторы предусмотрели автоматическое устройство вывода из пике: после сброса бомбы самолёт сам выполнял манёвр, спасая пилота от перегрузок и потери сознания. Но главным «психологическим оружием» стали сирены «Иерихонская труба», установленные на обтекателях шасси или крыле. Во время пикирования поток воздуха заставлял их выть пронзительным, нарастающим визгом, который сеял панику на земле и стал звуковым сопровождением блицкрига.

Боевое крещение Ju 87, уже в модификации «Берта» (Ju 87B), получил в 1939 году в Польше, а затем в 1940-м во Франции. Его точные удары по мостам, железнодорожным узлам, артиллерийским батареям и скоплениям войск расчищали путь танковым дивизиям. Казалось, что «Штука» непобедима. Однако во время Битвы за Британию в 1940 году иллюзия развеялась. Медлительный, неповоротливый и слабо защищённый от атак сзади, Ju 87 оказался лёгкой добычей для скоростных истребителей «Спитфайр» и «Харрикейн». Немцы несли чудовищные потери, и применение «Штук» против Великобритании пришлось резко сократить.

Но на Восточном фронте, где советская авиация в первые годы войны часто уступала в качестве, Ju 87 вновь стал грозной силой. Появились новые модификации: Ju 87D с усиленным бронированием и более мощным двигателем, и — главная эволюция — Ju 87G. Эта версия, известная как «Каноненфогель» («Птичка с пушкой»), была уже не пикировщиком, а истребителем танков. Под её крыльями устанавливались две 37-мм автоматические пушки Flak 18.
Пилотируемый такими асами, как Ганс-Ульрих Рудель (который, по немецким данным, уничтожил более 500 советских танков), Ju 87G стал настоящим кошмаром для бронетанковых частей противника

Интересный факт:

Одним из самых узнаваемых и пугающих атрибутов Ju 87 были сирены «Иерихонские трубы», которые при пикировании издавали душераздирающий вой. Однако в начале кампании на Восточном фронте эти сирены с большинства самолётов сняли. Причина была технической: они создавали аэродинамическое сопротивление и снижали скорость. Но вскоре пилоты стали требовать вернуть их обратно. Оказалось, что психологический эффект от этого воя был колоссальным — он сеял панику не только среди солдат, но и среди лошадей, вызывая хаос и дезорганизацию в тылу. Командование люфтваффе удовлетворило просьбу, и сирены вновь появились на «Штуках».

Тяжёлый танк Т-10 (Объект 730)

Разработка этой машины началась в конце 1940-х годов. После войны в армии скопилось несколько типов тяжёлых танков (ИС-2, ИС-3, ИС-4), каждый из которых имел свои недостатки в надёжности, маневренности или был просто слишком тяжёл. Одновременно работы над перспективными гигантами вроде 68-тонного ИС-7 зашли в тупик из-за чрезмерной массы и стоимости. В феврале 1949 года вышло постановление, жёстко ограничивавшее массу нового тяжёлого танка 50 тоннами и ставившее задачу создать сбалансированную, технологичную и ремонтопригодную машину.

Конструкторское бюро Челябинского Тракторного Завода под руководством Жозефа Котина приняло решение не изобретать велосипед, а взять лучшее от уже существовавших образцов. За основу был взят проект под индексом Объект 730, имевший долгую предысторию. Работы велись в авральном режиме: к осени 1949 года нужно было представить первые прототипы для войсковых испытаний. Конструкторы создали, по сути, сборную солянку из удачных решений: форму корпуса с «щучим носом» позаимствовали у ИС-3 и ИС-7, семикатковую ходовую часть — у ИС-4, а от того же ИС-7 взяли передовые пучковые торсионы для подвески. Однако мощную 130-мм пушку «семёрки» пришлось заменить проверенной 122-мм Д-25ТА, так как та не помещалась в габариты новой башни...

Танк, проходя испытания, сменил несколько имён: от ИС-5 до ИС-8. Однако политика внесла свои коррективы. После смерти Иосифа Сталина в марте 1953 года начался процесс десталинизации. 28 ноября 1953 года машину, уже готовую к принятию на вооружение, окончательно переименовали, дав нейтральное обозначение Т-10.

Несмотря на компромиссную конструкцию, Т-10 оказался весьма совершенной машиной. Электромеханический досылатель снарядов вдвое увеличил скорострельность. Мощный 700-сильный дизель В-12-5 разгонял 50-тонную махину до 42 км/ч. А литая башня с толщиной лба до 250 мм и сложные углы наклона 120-мм лобовых листов корпуса обеспечивали отличную защиту. В серию танк пошёл в 1954 году и непрерывно модернизировался. Апогеем развития стал Т-10М с новой 122-мм пушкой М-62Т2, стабилизатором, системой ПАЗ и ночными прицелами. Производство продолжалось до 1966 года, а всего было выпущено около 1500–1600 машин всех модификаций.

Интересный факт:

Т-10, в отличие от многих других советских танков, никогда официально не экспортировался и даже не поставлялся союзникам по Варшавскому договору. Он считался стратегическим оружием для качественного усиления ударных группировок на главном, европейском театре военных действий. При этом его унифицированное и надёжное шасси оказалось настолько удачным, что стало основой для целого семейства уникальной тяжёлой техники: на нём создавали самоходные орудия, тяжёлые миномёты и даже экспериментальные пусковые установки тактических ракет.

Хлор: первое оружие массового поражения нового времени

Хлор стал газом, с которого началась современная «химическая война». До Первой мировой войны он был известен как побочный продукт химической промышленности и дезинфицирующее средство. Всё изменилось 22 апреля 1915 года в районе бельгийского города Ипр. Немецкая армия, воспользовавшись попутным ветром, выпустила из 6 тысяч баллонов около 168 тонн хлора в сторону позиций французских и британских войск.

Вид жёлто-зелёного облака, невиданного доселе оружия, вызвал панику. Хлор, будучи тяжелее воздуха, заполнял окопы. Он вызывал химические ожоги лёгких и слизистых, мучительный кашель, отёк дыхательных путей и смерть от удушья. В той первой атаке пострадало около 15 тысяч человек, тысячи погибли. Германия пыталась оправдаться, заявляя, что Гаагская конвенция 1899 года запрещала лишь «отравляющие снаряды», но не газовые атаки из баллонов. Табу было нарушено, и ответ союзников не заставил себя ждать: уже к осени 1915 года они также начали применять химическое оружие.

Зарин

После 1918 года развитие химического оружия не остановилось. В 1930-х годах в Германии в ходе поисков новых инсектицидов был случайно открыт первый представитель страшного класса нервно-паралитических агентов — зарин.

Его действие было в десятки раз сильнее иприта. Зарин блокирует работу фермента, жизненно важного для нервной системы. Симптомы отравления развиваются за секунды: сужение зрачков, удушье, обильное слюноотделение, конвульсии и паралич. Смерть наступает от остановки дыхания. В отличие от газов Первой мировой, для поражения достаточно ничтожной дозы, а противогаз не всегда гарантирует защиту, так как зарин может действовать через кожу.

Крупнейшие боевые применения зарина зафиксированы во время Ирано-Иракской войны (1980–1988). Однако в массовое сознание он вошёл как оружие террористов: в 1995 году члены японской секты «Аум Синрикё» распылили зарин в токийском метро, в результате чего погибло 13 человек, а отравилось более 6 тысяч.

Белый фосфор,

известный в армиях под прозвищами вроде «Вилли Питер», занимает особое место в военной истории. Это не классическое отравляющее вещество, а многоцелевой боеприпас. На воздухе он самовоспламеняется, горит ослепительным пламенем с температурой до 1300 градусов Цельсия и почти не поддаётся тушению водой. Эти качества определили его три основные роли на поле боя: как мощное зажигательное средство, способное вызывать массовые пожары, как источник густой белой дымовой завесы для маскировки, и, что наиболее страшно - как оружие против живой силы.

Горящие частицы белого фосфора, попадая на тело, вызывают глубокие, трудноизлечимые ожоги, часто доходящие до кости. Они продолжают гореть, пока не выгорят полностью или не будут лишены доступа кислорода. Помимо термических повреждений, раны отравляются фосфорной кислотой, а всасывание фосфора в кровь ведёт к системному поражению органов. Его первое массовое военное применение относят к Первой мировой войне, но наиболее широко он использовался во Второй мировой — в зажигательных бомбах, гранатах и снарядах. Несмотря на разработку международных конвенций, белый фосфор не был полностью запрещён, поскольку формально считается зажигательным и дымовым средством, а не химическим оружием. Однако его применение в населённых пунктах или против гражданских лиц почти всегда рассматривается как нарушение норм международного гуманитарного права.

Интересный факт:
Во время Фолклендской войны 1982 года британские силы столкнулись с необычной проблемой, связанной с белым фосфором. Аргентинская армия применяла его в миномётных снарядах, но холодный и ветреный климат островов часто охлаждал снаряды ниже температуры самовоспламенения. В результате многие из них не взрывались при падении, превращаясь в опасные неразорвавшиеся «мины», которые могли детонировать позже — от малейшего потепления или механического воздействия, создавая дополнительную угрозу уже после окончания боевых действий.

AH-64 Apache

Разработка этого ударного вертолёта началась в США в 1972 году. Программа родилась на обломках амбициозного, но чрезмерно сложного проекта скоростного винтокрыла AH-56 Cheyenne. Армии США требовался надёжный и живучий «охотник за танками», способный сражаться в Центральной Европе против превосходящих бронированных сил СССР в любое время суток и в любую погоду. В конкурсе, объявленном в 1973 году, сошлись две компании: Bell со своим YAH-63 и Hughes Helicopters с YAH-64. Прототип будущего «Апача» впервые поднялся в воздух 30 сентября 1975 года. После напряжённых испытаний, где оценивалась не только огневая мощь, но и живучесть конструкции, победа была отдана более маневренной и технологичной машине от Hughes. В строй вертолёт, получивший официальное обозначение AH-64 Apache, поступил в январе 1984 года.

Главной «изюминкой» вертолета стал невероятно продвинутый для своего времени комплекс авионики и вооружения, превращавший его в высокоточное оружие. Экипаж из двух человек: пилота и оператора вооружения — размещался тандемом. Ключевым элементом стала система TADS/PNVS (Target Acquisition and Designation Sight/Pilot Night Vision Sensor) над носовой частью. Оператор с её помощью мог в темноте или сквозь дымку обнаруживать цели на большом расстоянии, а пилот — вести вертолёт на сверхмалой высоте, огибая рельеф. Основным противотанковым оружием стали лазерно-наводимые ракеты Hellfire. Для борьбы с пехотой и легкобронированными целями служила 30-мм автоматическая пушка M230 Chain Gun, а также блоки неуправляемых ракет. Броня кабины выдерживала попадания пуль калибром 12,7 мм, а критически важные системы были дублированы, чтобы вертолёт мог продолжать полёт даже после серьёзных повреждений.

Венцом эволюции стал вариант AH-64D Apache Longbow. Над несущим винтом появился характерный обтекатель радиолокационной станции «Лонгбоу». Этот радар позволял вертолёту «видеть» из-за укрытия: подняться, на несколько секунд сканировать местность, обнаружив десятки целей, классифицировать их (танк, грузовик, ПВО) и, спрятавшись обратно за холмом, произвести пуск ракет Hellfire по данным радара. Это сделало «Апач» настоящим убийцей танков, действующим по принципу «выглянул-выстрелил-спрятался»..

«Шерман Каллиопа» (T34 Rocket Launcher)

Концепция размещения ракетной установки на танке «Шерман» родилась в 1943 году как стремление американского командования дать бронетанковым частям собственное, немедленное и сокрушительное средство огневой поддержки. Перед лицом мощных немецких оборонительных линий в Европе, которые плохо поддавались разрушению стандартными танковыми орудиями, требовалось оружие, способное накрыть площадь взрывами и шрапнелью за считанные секунды. Так появился Rocket Launcher T34 — система залпового огня, которую солдаты немедленно прозвали «Каллиопой» за сходство её направляющих труб с паровым органом.

Система представляла собой массивную ферму, установленную на башне «Шермана». Шестьдесят трубчатых направляющих для 4,5-дюймовых (114 мм) реактивных снарядов М8 крепились к специальной балке, прикрученной к щекам башни. Управление огнём было инженерной задачей: ферма соединялась с пушкой специальным кронштейном, который позволял наводить ракеты в вертикальной плоскости, просто поднимая или опуская танковое орудие. Однако это же решение было и главным недостатком — пока установка была на месте, стрелять из пушки было нельзя. Экипажи, столкнувшись с этой проблемой в бою, часто проводили кустарные доработки, чтобы вернуть возможность использовать основное вооружение. После залпа или в случае опасности конструкция могла быть сброшена с помощью специальных взрывных болтов, и танк снова становился обычным «Шерманом».

Боевой путь «Каллиопа» был короче и скромнее, чем её впечатляющий вид. Несмотря на то, что эти установки производились ещё до высадки в Нормандии, от идеи использовать их для расчистки пляжей отказались — высоко расположенная ферма делала танк слишком неустойчивым на десантных судах. Массово они появились на фронте только в 1945 году. «Каллиопы» использовались несколькими танковыми дивизиями и батальонами армии США во время наступления в Германии. Хотя выпущенные по площадной цели ракеты М8 были не слишком точны, эффект от залпа 60 снарядов за несколько секунд оказывался ошеломляющим. Система стала оружием психологической войны: душераздирающий вой летящих ракет и оглушительный грохот разрывов зачастую деморализовал противника сильнее, чем наносил физический урон.

#четакое? Угадывайте!


1. Его двухместный экипаж состоял из водителя и командира, который одновременно выполнял функции наводчика, заряжающего и офицера управления.
2. Машина послужила основой для создания СУ-76.
3. Выпущено больше 8 тысяч штук