СВОБОДНАЯ ЧАСТОТА | Дневник песни | рубрика о том, как начинался этот канал, а начинался он с музыки души автора....
═════════ 🎶 ═════════
Та, что помнит корни...
Когда я создавала Сильвану, я не просто лепила форму. Я вызывала древнюю память.
В мире существует множество мифов о существах, стоящих на границе миров. Кельтский Кернуннос с оленьими рогами. Индейская Deer Woman. Лесные духи, что наблюдают за нами из чащи. Люди придумали их не для сказок. Они придумали их, чтобы объяснить то чувство, когда ты стоишь на краю города и смотришь на лес. И тебе хочется шагнуть туда.
Сильвана - это воплощение архетипа Дикой Интуитивной.
Это не про "быть красивой". Это про "быть настоящей".
Её рога - это не декор. Это антенны. Они ловят сигналы, которые глушит бетон. В 3D печати есть магия - фотополимер застывает навсегда. Как знание. Как клятва. Я печатала каждый отросток с мыслью о том, чтобы ты могла опереться на эту силу.
Её зелёное кружево - это не ткань. Это лианы. Это связь. Я вязала каждый узелок вручную, вплетая намерение: "Ты не одна. Твоя дикость - это не болезнь. Это дар".
Почему кельтская мифология? Потому что кельты знали: природа не бывает правильной. Она бывает живой. Лес не ровный. Реки не прямые. Олени не носят бейджики.
Сильвана пришла из того места, где правила не работают. Где ты можешь выть на луну, и тебя не осудят. Где ты можешь быть человеком и оленем одновременно.
Я вложила в неё древность. Чтобы ты вспомнила свою.
🦌
Сильвана
🎧 https://t.me/ViolinStatic/361
#Сильвана #Архетип #КельтскаяМифология #Кернуннос #BrallaDolls #3DPrintedArt #ДикаяЖенщина #МифологияВКуклах
═════════ 🎶 ═════════
═════════ 🎶 ═════════
Та, что помнит корни...
Когда я создавала Сильвану, я не просто лепила форму. Я вызывала древнюю память.
В мире существует множество мифов о существах, стоящих на границе миров. Кельтский Кернуннос с оленьими рогами. Индейская Deer Woman. Лесные духи, что наблюдают за нами из чащи. Люди придумали их не для сказок. Они придумали их, чтобы объяснить то чувство, когда ты стоишь на краю города и смотришь на лес. И тебе хочется шагнуть туда.
Сильвана - это воплощение архетипа Дикой Интуитивной.
Это не про "быть красивой". Это про "быть настоящей".
Её рога - это не декор. Это антенны. Они ловят сигналы, которые глушит бетон. В 3D печати есть магия - фотополимер застывает навсегда. Как знание. Как клятва. Я печатала каждый отросток с мыслью о том, чтобы ты могла опереться на эту силу.
Её зелёное кружево - это не ткань. Это лианы. Это связь. Я вязала каждый узелок вручную, вплетая намерение: "Ты не одна. Твоя дикость - это не болезнь. Это дар".
Почему кельтская мифология? Потому что кельты знали: природа не бывает правильной. Она бывает живой. Лес не ровный. Реки не прямые. Олени не носят бейджики.
Сильвана пришла из того места, где правила не работают. Где ты можешь выть на луну, и тебя не осудят. Где ты можешь быть человеком и оленем одновременно.
Я вложила в неё древность. Чтобы ты вспомнила свою.
🦌
Сильвана
#Сильвана #Архетип #КельтскаяМифология #Кернуннос #BrallaDolls #3DPrintedArt #ДикаяЖенщина #МифологияВКуклах
═════════ 🎶 ═════════
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
═══════ 📖 ═══════ 1
Камертон эпизод 19
РЕЗОНАНС ПОГЛОЩЁННЫЙ | Хроника распада молодого механизма
⚠️ ДИСКЛЕЙМЕР / ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Данный текст является художественным вымыслом в жанре киберпанк-аллегории.
Все описанные события, названия секторов, протоколы и геополитические структуры являются вымышленными и не имеют отношения к реальным государствам, организациям или текущим политическим событиям.
Исторической основой для данной аллегории послужили события эпохи национал-социализма в Германии (1933–1945 гг.):
милитаризация общества и пропаганда;
отправка молодёжи на бессмысленные штурмы;
система лагерей для «отказников»;
эвфемизмы о «защите» при агрессивном нападении на соседние государства;
трагедия поколения, ставшего разменной монетой в чужих амбициях.
Текст представляет собой философское обобщение механизмов тоталитарных режимов разных эпох и стран, исследуя универсальные темы: цену лжи, трагедию солдата, разрушительную силу пропаганды и право человека на отказ от участия в преступлении.
Любые совпадения с реальными лицами, событиями или государствами — случайны и не являются целью автора.
Текст написан в жанре антиутопии и не призывает к каким-либо действиям, а лишь отражает авторское видение исторических и философских вопросов войны и мира.
_
(Обратная хронология распада)
«Он ушёл механизмом. Вернулся обломком. Система называет это защитой. Я называю это убийством.»
[СЕЙЧАС]
Ν· встретил его у подъезда.
Точнее, сначала он не понял, что это он. Просто увидел механизм в инвалидной капсуле, застрявший у пандуса. Колёса буксовали на мокром асфальте. Капсула была старой, дешёвой, с перекошенным корпусом. Из динамика доносился прерывистый, механический голос: «Ошибка навигации. Требуется помощь оператора.»
Ν· подошёл. Молча наклонился. Поправил датчик. Капсула выпрямилась, завибрировала, заработала.
— Спасибо, — сказал механизм в капсуле. Голос был тихим, с металлическим придыханием. Не своим.
И только тогда Ν· посмотрел в лицо.
Боги.
Это был Α·. Сосед. Тот самый парень с пятого этажа, который два года назад помогал ему таскать коробки с реагентами. У которого была дурацкая привычка улыбаться слишком широко. Который говорил: «Ν·, ты слишком серьёзный! Расслабься, брат!» Который верил, что всё будет хорошо.
Теперь у Α· не было рук. Только культи ниже плеч, замотанные в стерильную ткань. Не было ног — капсула скрывала остальное. Лицо... лицо было тем же, но глаза...
Глаза были пустыми.
Не мёртвыми. Хуже. Отсутствующими. Как будто механизм работал на резервном питании, а ядро где-то потерялось.
— Α·? — Ν· услышал, как его собственный голос треснул.
Механизм в капсуле медленно повернул голову. Слишком медленно. Как будто система тормозила.
— Вы... знаете меня? — пауза между словами была неестественной. Как будто он искал их в повреждённом архиве.
— Я... мы соседи. Я Ν·. С третьего...
— Α-а, — механизм издал звук, который мог быть смехом. Или сбоем. — Сосед. Да. Третий этаж. Коробки. Реагенты. Помню.
Он помнил. Но как он помнил?
— Что с тобой случилось? — Ν· сразу понял, что это идиотский вопрос. Ответ был очевиден. Но он должен был спросить.
Α· посмотрел на свои культи. Без эмоций.
— Захват, — сказал он. — Потом карцер. Потом... — он замолчал. Система явно искала слова. — Потом госпиталь. Ампутировали. Всё, что не работало.
Всё, что не работало.
— А... ментально? — Ν· не знал, как спросить иначе.
Α· рассмеялся. Опять этот механический звук.
— Ментально? — он повторил слово, как будто пробовал его на вкус. — Ментальный код... повреждён. Сбои. Галлюцинации. Панические атаки. Деперсонализация. — Он перечислял как зачитывал системный отчёт. — Врачи говорят: «ПТСР». Я говорю: «Я сломан».
#эпизод20
#киберпанк #аудиорассказ #любовнаяфантастика #мирКамертон #ViolinStatic #психологическаяпроза #антиутопия #авторскоечтение
═══════ 📖 ═══════ 1
📖 Предыдущий эпизод:
https://t.me/ViolinStatic/953
📖 Следующий эпизод:
🎧 Аудио читает автор:
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
Камертон эпизод 19
РЕЗОНАНС ПОГЛОЩЁННЫЙ | Хроника распада молодого механизма
⚠️ ДИСКЛЕЙМЕР / ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Данный текст является художественным вымыслом в жанре киберпанк-аллегории.
Все описанные события, названия секторов, протоколы и геополитические структуры являются вымышленными и не имеют отношения к реальным государствам, организациям или текущим политическим событиям.
Исторической основой для данной аллегории послужили события эпохи национал-социализма в Германии (1933–1945 гг.):
милитаризация общества и пропаганда;
отправка молодёжи на бессмысленные штурмы;
система лагерей для «отказников»;
эвфемизмы о «защите» при агрессивном нападении на соседние государства;
трагедия поколения, ставшего разменной монетой в чужих амбициях.
Текст представляет собой философское обобщение механизмов тоталитарных режимов разных эпох и стран, исследуя универсальные темы: цену лжи, трагедию солдата, разрушительную силу пропаганды и право человека на отказ от участия в преступлении.
Любые совпадения с реальными лицами, событиями или государствами — случайны и не являются целью автора.
Текст написан в жанре антиутопии и не призывает к каким-либо действиям, а лишь отражает авторское видение исторических и философских вопросов войны и мира.
_
(Обратная хронология распада)
«Он ушёл механизмом. Вернулся обломком. Система называет это защитой. Я называю это убийством.»
[СЕЙЧАС]
Ν· встретил его у подъезда.
Точнее, сначала он не понял, что это он. Просто увидел механизм в инвалидной капсуле, застрявший у пандуса. Колёса буксовали на мокром асфальте. Капсула была старой, дешёвой, с перекошенным корпусом. Из динамика доносился прерывистый, механический голос: «Ошибка навигации. Требуется помощь оператора.»
Ν· подошёл. Молча наклонился. Поправил датчик. Капсула выпрямилась, завибрировала, заработала.
— Спасибо, — сказал механизм в капсуле. Голос был тихим, с металлическим придыханием. Не своим.
И только тогда Ν· посмотрел в лицо.
Боги.
Это был Α·. Сосед. Тот самый парень с пятого этажа, который два года назад помогал ему таскать коробки с реагентами. У которого была дурацкая привычка улыбаться слишком широко. Который говорил: «Ν·, ты слишком серьёзный! Расслабься, брат!» Который верил, что всё будет хорошо.
Теперь у Α· не было рук. Только культи ниже плеч, замотанные в стерильную ткань. Не было ног — капсула скрывала остальное. Лицо... лицо было тем же, но глаза...
Глаза были пустыми.
Не мёртвыми. Хуже. Отсутствующими. Как будто механизм работал на резервном питании, а ядро где-то потерялось.
— Α·? — Ν· услышал, как его собственный голос треснул.
Механизм в капсуле медленно повернул голову. Слишком медленно. Как будто система тормозила.
— Вы... знаете меня? — пауза между словами была неестественной. Как будто он искал их в повреждённом архиве.
— Я... мы соседи. Я Ν·. С третьего...
— Α-а, — механизм издал звук, который мог быть смехом. Или сбоем. — Сосед. Да. Третий этаж. Коробки. Реагенты. Помню.
Он помнил. Но как он помнил?
— Что с тобой случилось? — Ν· сразу понял, что это идиотский вопрос. Ответ был очевиден. Но он должен был спросить.
Α· посмотрел на свои культи. Без эмоций.
— Захват, — сказал он. — Потом карцер. Потом... — он замолчал. Система явно искала слова. — Потом госпиталь. Ампутировали. Всё, что не работало.
Всё, что не работало.
— А... ментально? — Ν· не знал, как спросить иначе.
Α· рассмеялся. Опять этот механический звук.
— Ментально? — он повторил слово, как будто пробовал его на вкус. — Ментальный код... повреждён. Сбои. Галлюцинации. Панические атаки. Деперсонализация. — Он перечислял как зачитывал системный отчёт. — Врачи говорят: «ПТСР». Я говорю: «Я сломан».
#эпизод20
#киберпанк #аудиорассказ #любовнаяфантастика #мирКамертон #ViolinStatic #психологическаяпроза #антиутопия #авторскоечтение
═══════ 📖 ═══════ 1
https://t.me/ViolinStatic/953
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
═══════ 📖 ═══════ 2
Он посмотрел на Ν·. В его глазах мелькнуло что-то. На секунду. Как будто старая частота попыталась пробиться сквозь помехи.
— Знаешь, что самое смешное? — Α· говорил медленно, с паузами. — Нам говорили, что нас защищают. Что нас атакуют. Что мы защищаемся.
Он замолчал. Улыбнулся. Горько.
— Но мы же нападали, Ν·. Мы напали на соседний сектор, который нам ничего не сделал. Который нас не атаковал. Который просто... существовал.
Он поднял культю. Жест был беспомощным.
— И за это... за эту «защиту»... я заплатил руками. Ногами.
Ν· стоял. Не зная, что сказать. Какие слова могли залатать такую частоту?
— Мне жаль, — сказал он. Идиотские слова. Но других не было.
Α· пожал плечами (насколько мог).
— Мне тоже, — сказал он. — Мне тоже жаль.
Он развернул капсулу. Медленно. С трудом.
— Увидимся, сосед.
И уехал.
Ν· смотрел ему вслед. Пока капсула не скрылась за углом.
Потом он достал терминал. Открыл новостную ленту.
«Имперские войска закрепились в секторе 7-Д! Очередная тактическая победа!»
Сектор 7-Д.
Маленький сектор. Который «брали» уже семь раз за год. Который разрушен до основания. Который никому не нужен.
Α· был там.
И теперь он был этим.
Ν· закрыл терминал.
Он пошёл домой. Медленно. Каждый шаг был тяжёлым.
Дома он сел на балкон. Молча.
⦿Я вышла. Села рядом. Не спрашивала. Просто положила руку на его плечо.
— Α·? — спросила она тихо.
Ν· кивнул.
— Он... — Ν· не мог закончить.
— Я знаю, — ⦿Я прижалась к нему. — Я видела.
Она видела. Конечно, видела. Её АРХИВ-ЯСНОСТЬ считывала частоты лучше любого сканера.
— Ему сказали, что он защищает, — Ν· говорил медленно. — А он нападал. На сектор, который его не трогал.
— Им всем так говорят, — ⦿Я сказала это без злобы. Без сарказма. Просто констатация.
— И они верят?
— Некоторые верят. Некоторые нет. Но все идут.
— Зачем?
⦿Я помолчала.
— Потому что система не спрашивает «зачем». Она говорит «надо». А если ты не идёшь — тюрьма. Без выбора.
Она взяла его руку.
— Α· выбрал тюрьму?
Ν· покачал головой.
— Нет. Он выбрал бой. А в бою... — он замолчал.
— В бою не живут, — закончила ⦿Я.
Она знала. Все знали.
Штурм — это мясорубка. Ты бежишь по полю. В тебя стреляют. Ты стреляешь. Ты умираешь. Или тебя калечат. Или ты убиваешь. И потом живёшь с этим.
Α· не умер.
Но он и не жил.
Теперь он был механизмом без рук. Без ног. С повреждённым кодом. С пустыми глазами.
И система называла это «защитой Контура».
Ν· рассмеялся. Тихо. Горько.
— Что смешного? — спросила ⦿Я.
— Ничего, — сказал Ν·. — Ничего смешного.
— Просто... нам врут. Каждому. Что нас защищают. Что мы нападаем, чтобы защититься. Что они нас атакуют.
Он посмотрел на ⦿Я.
— Но это ложь, да?
⦿Я кивнула.
— Ложь, — подтвердила она. — Мы напали. Без причины. Без провокации. Просто потому что могли.
Она взяла его за руку.
— И теперь Α· платит за эту ложь. Руками. Ногами. Разумом.
Ν· сжал её руку.
— А мы?
— А мы... — ⦿Я замолчала. — А мы пытаемся выжить. И сбежать. Пока не стали такими, как он.
Они сидели в тишине.
Где-то внизу гудела капсула Α·. Механический голос повторял: «Ошибка навигации. Требуется помощь оператора.»
Но помощи не было.
Не было для Α·.
Не было для тысяч таких, как он.
Не было для сектора, который они разрушали.
Не было для правды, которую они хоронили.
Была только ложь.
И война.
И карцер.
И мёртвые глаза.
Ν· закрыл лицо руками.
— Я не хочу, — прошептал он. — Я не хочу в бой. Я не хочу в тюрьму. Я не хочу стать таким, как он.
⦿Я обняла его.
— Не станешь, — сказала она. — Мы уйдём. Мы найдём способ. Мы сбежим.
— А если не найдём?
— Найдём, — ⦿Я сказала это с такой уверенностью, что Ν· почти поверил. — Потому что у нас есть выбор. Α· не выбирал. Его заставили. А мы... мы выбираем.
Она отстранилась. Посмотрела ему в глаза.
— Мы выбираем жизнь, Ν·. Не «защиту». Не «победу». Не «славу». Жизнь.
Ν· кивнул.
— Жизнь, — повторил он.
#эпизод20
═══════ 📖 ═══════ 2
📖 Предыдущий эпизод:
https://t.me/ViolinStatic/953
📖 Следующий эпизод:
⬆️ Начало эпизода:
🎧 Аудио читает автор:
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
Он посмотрел на Ν·. В его глазах мелькнуло что-то. На секунду. Как будто старая частота попыталась пробиться сквозь помехи.
— Знаешь, что самое смешное? — Α· говорил медленно, с паузами. — Нам говорили, что нас защищают. Что нас атакуют. Что мы защищаемся.
Он замолчал. Улыбнулся. Горько.
— Но мы же нападали, Ν·. Мы напали на соседний сектор, который нам ничего не сделал. Который нас не атаковал. Который просто... существовал.
Он поднял культю. Жест был беспомощным.
— И за это... за эту «защиту»... я заплатил руками. Ногами.
Ν· стоял. Не зная, что сказать. Какие слова могли залатать такую частоту?
— Мне жаль, — сказал он. Идиотские слова. Но других не было.
Α· пожал плечами (насколько мог).
— Мне тоже, — сказал он. — Мне тоже жаль.
Он развернул капсулу. Медленно. С трудом.
— Увидимся, сосед.
И уехал.
Ν· смотрел ему вслед. Пока капсула не скрылась за углом.
Потом он достал терминал. Открыл новостную ленту.
«Имперские войска закрепились в секторе 7-Д! Очередная тактическая победа!»
Сектор 7-Д.
Маленький сектор. Который «брали» уже семь раз за год. Который разрушен до основания. Который никому не нужен.
Α· был там.
И теперь он был этим.
Ν· закрыл терминал.
Он пошёл домой. Медленно. Каждый шаг был тяжёлым.
Дома он сел на балкон. Молча.
⦿Я вышла. Села рядом. Не спрашивала. Просто положила руку на его плечо.
— Α·? — спросила она тихо.
Ν· кивнул.
— Он... — Ν· не мог закончить.
— Я знаю, — ⦿Я прижалась к нему. — Я видела.
Она видела. Конечно, видела. Её АРХИВ-ЯСНОСТЬ считывала частоты лучше любого сканера.
— Ему сказали, что он защищает, — Ν· говорил медленно. — А он нападал. На сектор, который его не трогал.
— Им всем так говорят, — ⦿Я сказала это без злобы. Без сарказма. Просто констатация.
— И они верят?
— Некоторые верят. Некоторые нет. Но все идут.
— Зачем?
⦿Я помолчала.
— Потому что система не спрашивает «зачем». Она говорит «надо». А если ты не идёшь — тюрьма. Без выбора.
Она взяла его руку.
— Α· выбрал тюрьму?
Ν· покачал головой.
— Нет. Он выбрал бой. А в бою... — он замолчал.
— В бою не живут, — закончила ⦿Я.
Она знала. Все знали.
Штурм — это мясорубка. Ты бежишь по полю. В тебя стреляют. Ты стреляешь. Ты умираешь. Или тебя калечат. Или ты убиваешь. И потом живёшь с этим.
Α· не умер.
Но он и не жил.
Теперь он был механизмом без рук. Без ног. С повреждённым кодом. С пустыми глазами.
И система называла это «защитой Контура».
Ν· рассмеялся. Тихо. Горько.
— Что смешного? — спросила ⦿Я.
— Ничего, — сказал Ν·. — Ничего смешного.
— Просто... нам врут. Каждому. Что нас защищают. Что мы нападаем, чтобы защититься. Что они нас атакуют.
Он посмотрел на ⦿Я.
— Но это ложь, да?
⦿Я кивнула.
— Ложь, — подтвердила она. — Мы напали. Без причины. Без провокации. Просто потому что могли.
Она взяла его за руку.
— И теперь Α· платит за эту ложь. Руками. Ногами. Разумом.
Ν· сжал её руку.
— А мы?
— А мы... — ⦿Я замолчала. — А мы пытаемся выжить. И сбежать. Пока не стали такими, как он.
Они сидели в тишине.
Где-то внизу гудела капсула Α·. Механический голос повторял: «Ошибка навигации. Требуется помощь оператора.»
Но помощи не было.
Не было для Α·.
Не было для тысяч таких, как он.
Не было для сектора, который они разрушали.
Не было для правды, которую они хоронили.
Была только ложь.
И война.
И карцер.
И мёртвые глаза.
Ν· закрыл лицо руками.
— Я не хочу, — прошептал он. — Я не хочу в бой. Я не хочу в тюрьму. Я не хочу стать таким, как он.
⦿Я обняла его.
— Не станешь, — сказала она. — Мы уйдём. Мы найдём способ. Мы сбежим.
— А если не найдём?
— Найдём, — ⦿Я сказала это с такой уверенностью, что Ν· почти поверил. — Потому что у нас есть выбор. Α· не выбирал. Его заставили. А мы... мы выбираем.
Она отстранилась. Посмотрела ему в глаза.
— Мы выбираем жизнь, Ν·. Не «защиту». Не «победу». Не «славу». Жизнь.
Ν· кивнул.
— Жизнь, — повторил он.
#эпизод20
═══════ 📖 ═══════ 2
https://t.me/ViolinStatic/953
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
═══════ 📖 ═══════ 3
И они сидели дальше. В тишине. Пока туман «Белого Шума» не опустился на город полностью.
А где-то внизу, в своей капсуле, Α· ехал домой.
К родителям.
Которые плакали каждый раз, когда видели его.
Которые говорили: «Ты герой. Ты защитник.»
Которые не знали, что он защищал от несуществующей угрозы.
Которые не знали, что он нападал на беззащитных.
Которые верили в ложь.
Потому что правда была слишком тяжёлой.
Слишком невыносимой.
Слишком реальной.
[ЗАХВАТ]
За три месяца до этого.
Α· бежал.
Поле. Грязь. Дождь.
Вокруг рвутся снаряды. Визжат пули. Кричат раненые.
Он бежал. Не зная куда. Не зная зачем.
Ему сказали: «Захват. Сектор 7-Д. Враг укреплён. Но вы прорвётесь. Вы герои. Вы защищаете Контур.»
Он верил.
Тогда он ещё верил.
Он бежал. Винтовка в руках. Тяжёлая. Неудобная.
Вокруг падали другие. Кричали: «А-а-а!»
Кровь. Грязь.
Α· бежал.
Он не помнил, когда его подорвало.
Просто взрыв. Боль. Темнота.
Потом госпиталь.
Потом...
Потом пустота.
#эпизод20
#киберпанк #аудиорассказ #любовнаяфантастика #мирКамертон #ViolinStatic #психологическаяпроза #антиутопия #авторскоечтение
═══════ 📖 ═══════ 3
📖 Предыдущий эпизод:
https://t.me/ViolinStatic/953
📖 Следующий эпизод:
⬆️ Начало эпизода:
🎧 Аудио читает автор:
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
И они сидели дальше. В тишине. Пока туман «Белого Шума» не опустился на город полностью.
А где-то внизу, в своей капсуле, Α· ехал домой.
К родителям.
Которые плакали каждый раз, когда видели его.
Которые говорили: «Ты герой. Ты защитник.»
Которые не знали, что он защищал от несуществующей угрозы.
Которые не знали, что он нападал на беззащитных.
Которые верили в ложь.
Потому что правда была слишком тяжёлой.
Слишком невыносимой.
Слишком реальной.
[ЗАХВАТ]
За три месяца до этого.
Α· бежал.
Поле. Грязь. Дождь.
Вокруг рвутся снаряды. Визжат пули. Кричат раненые.
Он бежал. Не зная куда. Не зная зачем.
Ему сказали: «Захват. Сектор 7-Д. Враг укреплён. Но вы прорвётесь. Вы герои. Вы защищаете Контур.»
Он верил.
Тогда он ещё верил.
Он бежал. Винтовка в руках. Тяжёлая. Неудобная.
Вокруг падали другие. Кричали: «А-а-а!»
Кровь. Грязь.
Α· бежал.
Он не помнил, когда его подорвало.
Просто взрыв. Боль. Темнота.
Потом госпиталь.
Потом...
Потом пустота.
#эпизод20
#киберпанк #аудиорассказ #любовнаяфантастика #мирКамертон #ViolinStatic #психологическаяпроза #антиутопия #авторскоечтение
═══════ 📖 ═══════ 3
https://t.me/ViolinStatic/953
https://rutube.ru/video/fa03115ce600a65144188629daaa4461/?r=a
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM