Все почистил, не ругайтесь, а то опять мусорка будеет

Ты под гипнозом. И не пытайся пошевелиться. Не смей!
Не отводи глаза, когда перед тобой змей!
Так-то лучше... Не мечтай о побеге, брось!
Я искуситель: если что – искусаю тебя насквозь.
Я такой: сею ужас и весь лес погружаю во мрак.
Итак, моё шипение – это условный знак.
Сейчас возьму и проглочу тебя! Выплюну только пух.
Постой, я что, говорю тебе это вслух?!
Неудобно вышло. Непривычные ощущения.
А ну, иди-ка погуляй пока, прошу прощения...
Вот так впервые я нарушил негласный обычай,
Сам не заметил, как в дискуссию вступил с добычей.
Что не могло не отразиться на моей охоте.
Планами делиться с оппонентом не принято вроде.
Особенно когда встречаются разные виды.
Особенно когда участники будут убиты.
А я наивно перемены не видел в упор,
Хотя всё чаще жертву тянуло на разговор:
"Пожалей! Пощади! Умоляю тебя, не надо!" –
Постепенно слово стало оружием хуже яда.
И я старался притвориться хитрецом –
Не удалось. Меня отнюдь не этому учили мать с отцом.
Мне так противно быть коварным. Презираю лесть!
Я не умею врать. Я говорю как есть.
Потому мои попытки подобраться к цели ближе
Становились безуспешными. Я разоблачён, унижен.
И под угрозой моё сытое благополучие.
Зато я честен, и совесть меня не мучает.
Добытая обманом пища по сути – отрава.
Я толкать на гибель невиновных не имею права.
Удар исподтишка – позор и безобразие.
Теперь любые травмы – с обоюдного согласия.

Будьте любезны, полезайте мне в пасть.
Мне не хотелось бы на лжи строить власть.
Поэтому прошу по-хорошему.
Я прошу по-хорошему.
Это просьба, а не приказ.

Эй, напоритесь на клыки, например.
Да, я убийца, но я не лицемер.
Поэтому душу как положено.
Я душу как положено.
Я душу как положено вас.