Нужно ли здесь что-то говорить?

Или мой язык уже спутался в немой узел, пытаясь вытолкнуть то, что так и не смогло оформиться? Я хотел сказать так много, так безумно много, что мой разум стал похож на переполненный чердак, где каждая мысль, каждая эмоция, каждое слово сталкивались, путались и, в конце концов, исчезали в этом хаосе. Я забыл, как это все поместить в своих мыслях, как расставить по полочкам, чтобы потом бережно достать и показать.

И вот, после всей этой внутренней бури, мне больше нечего сказать. Тишина наступает, оглушительная и пустая, как эхо после обвала. Я так пытался все унести, собрать в охапку, удержать, словно невидимый груз, который становился все тяжелее и неподъемнее. Но чем сильнее я цеплялся, тем быстрее оно выскальзывало. Я растерял все до последнего слова, до последней запятой, до последней интонации, которая могла бы передать хоть каплю того, что творилось внутри.

Может быть, теперь слова излишни? Может быть, они были лишь хрупкой оболочкой для того, что на самом деле требовало совсем иного языка? Я смотрю на тебя, на мир вокруг, и мне кажется, что в этот самый миг жесты, взгляд, молчание стоят большего. Что невысказанное эхо чувств, не переведенное в звуки, может быть куда более громким и понятным. Что вся эта потерянная речь была лишь подготовкой к чему-то более глубокому, что может быть передано без единого слова, без единого звука, просто присутствием.

Да, наверное, слова действительно излишни.

Пусть теперь говорит тишина.

— А тебе твой острый язычок эмаль на зубах не царапает?

— Моя эмаль? Она, кажется, выдержит даже твою самую едкую критику, а вот ты... похоже, просто ищешь повод, чтобы меня раскусить поближе, да?

— Ты такой яркий, Чимин словно вспышка. Слишком много для глаз, знаешь. И переваривать тебя... ну, это всегда отдельное испытание, которое почему-то не надоедает.

— Зато я привлекаю внимание и кажется, твоё — особенно. В отличие от твоего вечного недовольства, которое, знаешь ли, не так уж и отпугивает, когда привыкаешь.

— Очень... да. Очень привлекаешь. И это, знаешь, проблема.