Когда прям тяжко, себя можно ставить на паузу. Потом оживёте заново. Это принцип жизни вот этой штуки — одной из самых неубиваемых тварюг родом с планеты Земля. В космосе ей тоже в принципе норм.

Знакомьтесь, водяной медвед, он же моховой поросёнок, он же тихоходка. Это такая невнятная милота с восемью лапками, и видна она только через микроскоп. Сегодня суббота — день странных форм жизни, и это одна из них.

Такие штуки сидят очень много где во влажности: причём не только в водоёмах, но и во мхах и лишайниках, например. Терпят заморозку, сушку, давление, космический вакуум, даже выстрелы и прочие краш-тесты.

Учёные не мелочились и запустили тихоходок в космос. 10 дней те тусовались на околоземной орбите, на высоте почти 300 километров от земли. Там, в целом, много всяких проблем, но на первых порах главных засады две: вакуум, который дико обезвоживает организм, и солнечная радиация. Одну группу тихоходок испытывали только вакуумом, а другую ещё и ультрафиолетом разных спектров.

На вакуум тихоходки плевать хотели — фигня это ваше экстремальное обезвоживание. И взрослые особи, и развивающиеся яйца всё спокойно снесли. Маленькие тихоходики потом вылупились и стали жить так же жадно и неистово, как их родители.

С солнечной радиацией всё было сложнее: под излучением почти никто не выжил, яйца тоже не вылупились. Но и там нашлись индивидуумы, которые умудрились оклематься по возвращении на Землю. В них чуть-чуть прыснули водичкой, те обрадовались и решили весело идти по жизни дальше. Не все, правда, прошли потом долго, но кто-то даже яйца успел отложить. В общем, ребята совершенно лютые.

Вопрос был логичный — а вы бессмертные или как?

Дело в том, что тактика тихоходки в кризисе (особенно в засухе) — свернуться клубочком. Так жизнь можно отложить до лучших времён — иногда на годы. Вот работа: когда водяной медвед высыхает, он скукоживается в специальный бочонок и замедляет свой метаболизм до сотых долей от нормы. Это как затянувшийся санитарный день для всего организма: ДНК временно перестаёт копироваться, новые белки не строятся. Вместо этого все ресурсы брошены на консервацию клеток.

Когда в теле снова появляется вода — ну доброе утро, что. Пора оживать: включаются гены, которые чинят сломанную ДНК, на работу выходит белок-дворник, который чистит тихоходку от всякого клеточного мусора, и всего такого. И жизнь вновь прекрасна — до следующего кризиса.

Но даже тихоходка иногда хочет на ручки. Её слабость в неумении далеко ходить. А ей хорошо бы хоть чуть-чуть перемещаться, чтобы не вырождаться и обмениваться генами. Поэтому иногда тихоходки ездят на сверхскоростных поездах — улитках.

И, по иронии судьбы, убить тихоходку той же улиткой — проще, чем космическим вакуумом. Если по засушенной тихоходке, которая поставила себя на паузу и чиллит там где-то в ожидании лучшей жизни, проползёт улитка, то она увлажнит её слизью. У тихоходки сработает ложный будильник на возрождение, и она начнет раскочегариваться. Но слизь высохнет слишком быстро и тихоходка не успеет сформировать свой защитный бочонок заново. А это смерть. Даже для самого живучего в мире мохового поросёнка.

--
Зверские рассказы | Самые неубиваемые посты
Тише едешь — дальше припаркуешься.

Я тут случайно увидел фото спаривающихся улиток.
Это отвратительно!
Нужно срочно делать пост на эту тему — написал нам @Yuh

Надеемся, это не очень сильно травмировало хрупкую психику нашего подписчика!

Потому что улитки размножаются абордажем. В целом, улит может сам оплодотворить яйца и высидеть их, но тогда получится почти клонирование вместо размножения. А прогресс в том, чтобы рекомбинировать гены. Поэтому цветам нужны пчёлы, а людям — игра в "Что, где, когда" и дискотеки. Поэтому улитки меняются генами крест-накрест, и уходят высиживать свои яйца вместе.

Ухаживание заключается в том, что вам надо загарпунить другую улитку. То есть с силой вонзить в партнёра острую «любовную стрелу» (сделанную из карбоната кальция, как раковина). Сначала бортовой залп производит одна улитка, потом вторая, потом они стягиваются борт к борту примерно за час и сидят размножаются около 7 часов.

Если что, мы сейчас говорим про разных улиток (модельные у нас Lymnaea stagnalis и Cantareus aspersus), и не все именно такие. У тех же прудовиков стрел нет.

Через стрелу впрыскивается аллогормон — он временно перестраивает организм получателя. Дело в том, что до хранилища доезжает только 2-3 сперматозоида из 10 тысяч, и потом там в конце сезона ещё выбор лучших среди выживших по итогу нескольких спариваний. Грамотный залп стрелой помогает увеличить шансы почти вдвое и хакнуть выбор. А вот для того, в кого попали, это рана и риск инфекции.

Но! Раз это вредит, значит, у получателя эволюционно появляется защита, а у стрелка — усиление атаки. И начинается гонка вооружений! Судя по 51 виду улиток, чем сложнее стрела и чем мощнее железы, тем хитрее принимающий орган у партнёра — с дополнительными карманами-обманками и всякими лабиринтами. И та же японская улитка Euhadra колет партнёра примерно 3 тысячи раз за свидание (около 2 уколов в секунду), лишь бы ввести побольше слизи в случайные места, надеясь попасть в нужную камеру через все остальные внутренние органы.

Так что не надо ухаживать друг за другом как улитки!

Потом обычные улитки откладывают яйца в почву, чтобы заныкать. Исключение — яблочная улитка Pomacea canaliculata, она живёт в воде, но кладку делает на стеблях и камнях. Это уводит яйца от водных хищников, но отдаёт сухопутным. С сухопутными проблем нет: в яйцах есть белок оворубин (до кучи ярко-красный), который тупо блокирует пищеварение хищника. Чтобы животное хорошо поняло, что не надо связываться с красными штуками, туда ещё добавляется бонусный нейротоксин PV2, смертельный для мышей. У кладки практически нет врагов — только один вид муравья во всём мире. Оворубин и прочее, кстати, весело доедают новорождённые улитята.

--
Зверские рассказы | Самые вкусные посты
Почуяв опасность, улитка прячется в домик. Там у неё водка и нож.