Кронпринцессе Норвегии предстоит пересадка лёгких
Кронпринцесса Норвегии Метте-Марит, вероятно, нуждается в трансплантации лёгких — об этом недавно сообщил королевский двор.
52-летняя супруга наследного принца Хокона страдает от лёгочного фиброза с 2018 года.
Осенние обследования выявили существенное прогрессирование болезни. «Мы приближаемся к моменту, когда трансплантация станет необходимой», — заявил Аре Мартин Хольм, руководитель отделения пульмонологии университетской больницы Осло.
Решение о включении в лист ожидания пока не принято, но медицинская команда уже ведёт необходимую подготовку. В случае постановки в очередь принцесса не получит никаких преференций — в Норвегии донорского органа обычно ожидают от 20 до 40 пациентов.
Скорейшей трансплантации и здоровья!!!
Кронпринцесса Норвегии Метте-Марит, вероятно, нуждается в трансплантации лёгких — об этом недавно сообщил королевский двор.
52-летняя супруга наследного принца Хокона страдает от лёгочного фиброза с 2018 года.
Осенние обследования выявили существенное прогрессирование болезни. «Мы приближаемся к моменту, когда трансплантация станет необходимой», — заявил Аре Мартин Хольм, руководитель отделения пульмонологии университетской больницы Осло.
Решение о включении в лист ожидания пока не принято, но медицинская команда уже ведёт необходимую подготовку. В случае постановки в очередь принцесса не получит никаких преференций — в Норвегии донорского органа обычно ожидают от 20 до 40 пациентов.
Скорейшей трансплантации и здоровья!!!
1 января The New York Times опубликовали новость о трансплантации сердца маленькой девочке - и это и правда необычно. https://www.nytimes.com/2026/01/01/well/90-minutes-to-give-baby-luna-a-new-heart.html
🫀 90 минут на новое сердце: дебют хирурга на трансплантации младенцу
В сентябре 2025 года доктор Морин Маккирнан выполнила свою первую самостоятельную трансплантацию сердца шестимесячному младенцу — одну из примерно ста подобных операций в США ежегодно. Для 39-летнего хирурга это стало кульминацией восьми лет подготовки.
⚠️ Почему это так сложно
Трансплантация сердца младенцам остаётся одним из наиболее технически требовательных вмешательств в кардиохирургии. Летальность до выписки — около 7%, а из ста пациентов в листе ожидания примерно 25 не доживают до операции.
⏱️ Критическое временное окно. С момента эксплантации донорское сердце подвергается холодовой ишемии. Общее ишемическое время — 4–6 часов, из которых на имплантацию отводится около 90 минут. Дальше риск первичной дисфункции трансплантата резко возрастает.
📐 Анатомическое несоответствие. Донорское сердце оказалось значительно меньше ожидаемого. Вместо стандартной бикавальной техники бригада применила биатриальную — с анастомозами по линии предсердий, что упростило сопоставление тканей разного диаметра.
🩸 Несовместимость по группе крови. Группа крови донора отличалась от реципиента. Перед кардиэктомией провели полную обменную трансфузию на АИК — методика возможна у младенцев благодаря незрелости иммунной системы.
🔬 Деликатность тканей. Пациентка уже перенесла несколько вмешательств с выраженным спаечным процессом. Анастомозы выполнялись нитью 7-0 на тканях толщиной менее миллиметра.
👶 Пациентка
Луна Марадиага Мальдонадо поступила в пресвитерианскую детскую больницу Нью-Йорка в два с половиной месяца с декомпенсированной сердечной недостаточностью. Диагноз — дилатационная кардиомиопатия: левый желудочек увеличен втрое, фракция выброса критически снижена.
За первый месяц — эпизод асистолии (4 минуты), ОНМК, резистентный судорожный синдром. Пациентка переведена на механическую поддержку и внесена в лист ожидания по статусу 1А. Ожидание донора заняло четыре месяца.
🏥 Ход операции
После стернотомии — кардиолиз (рассечение перикардиальных сращений). Подключение к АИК с обменной трансфузией, управляемая гипотермия до 32°C.
Кардиэктомия: пережатие аорты, пересечение магистральных сосудов, рассечение стенок предсердий. Эксплантированное сердце — размером с апельсин при норме с грецкий орех.
Донорский орган доставлен частным бортом в кардиоплегическом растворе при 4–8°C в Paragonix Sherpa Pac. Выполнены четыре анастомоза: левое предсердие, правое предсердие, лёгочная артерия, аорта.
После реперфузии — фибрилляция. Установлены временные эпикардиальные электроды, через 20 минут восстановлен синусовый ритм.
📊 Итоги: время ишемии — менее 90 минут, длительность операции — 6 часов, отключение от АИК — без инотропной поддержки.
📋 Послеоперационный период
- Экстубация — 2-е сутки
- Перевод из ОРИТ — 5-е сутки
- Иммуносупрессия: такролимус + микофенолата мофетил + ГКС
- Контрольные биопсии — без признаков отторжения
- Выписка домой — через 5 месяцев госпитализации и 2 месяца реабилитации
📈 Прогноз
По данным регистра ISHLT, медиана выживаемости при трансплантации сердца в младенческом возрасте — около 20 лет. Пожизненная иммуносупрессия несёт риски инфекций, посттрансплантационной васкулопатии и вторичных неоплазий.
💡 Что демонстрирует этот случай
- ✅ Возможность ABO-несовместимой трансплантации у младенцев
- ✅ Гибкость хирургической техники при нестандартной анатомии донора
- ✅ Значение мультидисциплинарного подхода при терминальной сердечной недостаточности
В сентябре 2025 года доктор Морин Маккирнан выполнила свою первую самостоятельную трансплантацию сердца шестимесячному младенцу — одну из примерно ста подобных операций в США ежегодно. Для 39-летнего хирурга это стало кульминацией восьми лет подготовки.
⚠️ Почему это так сложно
Трансплантация сердца младенцам остаётся одним из наиболее технически требовательных вмешательств в кардиохирургии. Летальность до выписки — около 7%, а из ста пациентов в листе ожидания примерно 25 не доживают до операции.
⏱️ Критическое временное окно. С момента эксплантации донорское сердце подвергается холодовой ишемии. Общее ишемическое время — 4–6 часов, из которых на имплантацию отводится около 90 минут. Дальше риск первичной дисфункции трансплантата резко возрастает.
📐 Анатомическое несоответствие. Донорское сердце оказалось значительно меньше ожидаемого. Вместо стандартной бикавальной техники бригада применила биатриальную — с анастомозами по линии предсердий, что упростило сопоставление тканей разного диаметра.
🩸 Несовместимость по группе крови. Группа крови донора отличалась от реципиента. Перед кардиэктомией провели полную обменную трансфузию на АИК — методика возможна у младенцев благодаря незрелости иммунной системы.
🔬 Деликатность тканей. Пациентка уже перенесла несколько вмешательств с выраженным спаечным процессом. Анастомозы выполнялись нитью 7-0 на тканях толщиной менее миллиметра.
👶 Пациентка
Луна Марадиага Мальдонадо поступила в пресвитерианскую детскую больницу Нью-Йорка в два с половиной месяца с декомпенсированной сердечной недостаточностью. Диагноз — дилатационная кардиомиопатия: левый желудочек увеличен втрое, фракция выброса критически снижена.
За первый месяц — эпизод асистолии (4 минуты), ОНМК, резистентный судорожный синдром. Пациентка переведена на механическую поддержку и внесена в лист ожидания по статусу 1А. Ожидание донора заняло четыре месяца.
🏥 Ход операции
После стернотомии — кардиолиз (рассечение перикардиальных сращений). Подключение к АИК с обменной трансфузией, управляемая гипотермия до 32°C.
Кардиэктомия: пережатие аорты, пересечение магистральных сосудов, рассечение стенок предсердий. Эксплантированное сердце — размером с апельсин при норме с грецкий орех.
Донорский орган доставлен частным бортом в кардиоплегическом растворе при 4–8°C в Paragonix Sherpa Pac. Выполнены четыре анастомоза: левое предсердие, правое предсердие, лёгочная артерия, аорта.
После реперфузии — фибрилляция. Установлены временные эпикардиальные электроды, через 20 минут восстановлен синусовый ритм.
📊 Итоги: время ишемии — менее 90 минут, длительность операции — 6 часов, отключение от АИК — без инотропной поддержки.
📋 Послеоперационный период
- Экстубация — 2-е сутки
- Перевод из ОРИТ — 5-е сутки
- Иммуносупрессия: такролимус + микофенолата мофетил + ГКС
- Контрольные биопсии — без признаков отторжения
- Выписка домой — через 5 месяцев госпитализации и 2 месяца реабилитации
📈 Прогноз
По данным регистра ISHLT, медиана выживаемости при трансплантации сердца в младенческом возрасте — около 20 лет. Пожизненная иммуносупрессия несёт риски инфекций, посттрансплантационной васкулопатии и вторичных неоплазий.
«Это сердце не будет работать вечно, — признаёт доктор Маккирнан. — Но мы дали ей время, которого иначе не было бы».
💡 Что демонстрирует этот случай
- ✅ Возможность ABO-несовместимой трансплантации у младенцев
- ✅ Гибкость хирургической техники при нестандартной анатомии донора
- ✅ Значение мультидисциплинарного подхода при терминальной сердечной недостаточности
Rules and tools. Два новых клинических руководства по трансплантации печени
Американская ассоциация по изучению заболеваний печени (AASLD) и Американское общество трансплантологии (AST) наконец-то выпустили два новых клинических руководства (Practice Guidelines) в журналах Hepatology и Liver Transplantation, ведущих научных изданиях AASLD.
Новые рекомендации отражают последние научные данные и консенсус экспертов и направлены на обеспечение справедливой и высококачественной медицинской помощи на всех этапах трансплантации печени.
Практическое руководство AASLD/AST по трансплантации печени у взрослых: оценка кандидатов - https://journals.lww.com/hep/abstract/9900/aasld_ast_practice_guideline_on_adult_liver.1508.aspx, опубликованное в журнале Hepatology, представляет собой всестороннюю, основанную на доказательствах «дорожную карту» оценки взрослых пациентов — кандидатов на трансплантацию печени. В документе обновлены и расширены рекомендации по срокам направления на трансплантацию, медицинской и психосоциальной оценке, синдрому старческой астении (frailty), нутритивному статусу, кардиопульмональному обследованию, инфекционным рискам и онкологическому скринингу, что отражает значительную эволюцию данной области за последние два десятилетия.
Практическое руководство AASLD/AST по трансплантации печени у взрослых: диагностика и послеоперационное ведение осложнений, не связанных с трансплантатом https://journals.lww.com/lt/abstract/9900/aasld_ast_practice_guideline_on_adult_liver.763.aspx, опубликованное в журнале Liver Transplantation, предлагает ключевую «дорожную карту» по ведению нетрансплантат-ассоциированных осложнений, которые в настоящее время во многом определяют отдалённые результаты трансплантации печени. Стандартизация доказательного подхода к таким проблемам, как сердечно-сосудистые заболевания, патология почек, инфекции, онкологические риски и качество жизни, направлена на увеличение продолжительности жизни и улучшение повседневного состояния здоровья взрослых реципиентов трансплантата.
, — отметила Грейс Л. Су, MD, FAASLD, президент AASLD. —
К сожалению, политика издателя обоих журналов - Липинкотт - не разрешает ни репостить протоколы, ни перевести их на русский язык (мы неоднократно запрашивали разрешение, получали его от AASLD, но издатель не позволяет). Поэтому вынуждены ограничиться ссылками. Но мы почитали, советуем Вам - там есть, что обсудить
Американская ассоциация по изучению заболеваний печени (AASLD) и Американское общество трансплантологии (AST) наконец-то выпустили два новых клинических руководства (Practice Guidelines) в журналах Hepatology и Liver Transplantation, ведущих научных изданиях AASLD.
Новые рекомендации отражают последние научные данные и консенсус экспертов и направлены на обеспечение справедливой и высококачественной медицинской помощи на всех этапах трансплантации печени.
Практическое руководство AASLD/AST по трансплантации печени у взрослых: оценка кандидатов - https://journals.lww.com/hep/abstract/9900/aasld_ast_practice_guideline_on_adult_liver.1508.aspx, опубликованное в журнале Hepatology, представляет собой всестороннюю, основанную на доказательствах «дорожную карту» оценки взрослых пациентов — кандидатов на трансплантацию печени. В документе обновлены и расширены рекомендации по срокам направления на трансплантацию, медицинской и психосоциальной оценке, синдрому старческой астении (frailty), нутритивному статусу, кардиопульмональному обследованию, инфекционным рискам и онкологическому скринингу, что отражает значительную эволюцию данной области за последние два десятилетия.
Практическое руководство AASLD/AST по трансплантации печени у взрослых: диагностика и послеоперационное ведение осложнений, не связанных с трансплантатом https://journals.lww.com/lt/abstract/9900/aasld_ast_practice_guideline_on_adult_liver.763.aspx, опубликованное в журнале Liver Transplantation, предлагает ключевую «дорожную карту» по ведению нетрансплантат-ассоциированных осложнений, которые в настоящее время во многом определяют отдалённые результаты трансплантации печени. Стандартизация доказательного подхода к таким проблемам, как сердечно-сосудистые заболевания, патология почек, инфекции, онкологические риски и качество жизни, направлена на увеличение продолжительности жизни и улучшение повседневного состояния здоровья взрослых реципиентов трансплантата.
«Практические рекомендации и руководства AASLD являются бесценным инструментом для клиницистов во всём мире. В совокупности эти документы представляют собой комплексную, ориентированную на пациента дорожную карту трансплантации печени у взрослых»
, — отметила Грейс Л. Су, MD, FAASLD, президент AASLD. —
«Рассматривая как вопросы отбора кандидатов на трансплантацию, так и принципы длительного ведения пациентов после операции, мы стремимся обеспечить лучшие клинические исходы, повышение качества жизни и более единообразный уровень медицинской помощи пациентам во всём мире».
К сожалению, политика издателя обоих журналов - Липинкотт - не разрешает ни репостить протоколы, ни перевести их на русский язык (мы неоднократно запрашивали разрешение, получали его от AASLD, но издатель не позволяет). Поэтому вынуждены ограничиться ссылками. Но мы почитали, советуем Вам - там есть, что обсудить
Уж сколько их упало в эту бездну. Множество ИТ-проектов по обработке и хранению медицинских данных от Microsoft, Google, IBM, не взлетело и кануло в цифровую Лету. Но пользователи столько раз скидывали туда свои анализы с просьбой назначить лечение, что настала очередь опьяненных новогодней премией в $1,5M сотрудников OpenAI. Они дрогнули. Встречайте ChatGPT Здоровье https://openai.com/ru-RU/index/introducing-chatgpt-health/ Что она скажет о трансплантации? Скоро узнаем
Openai
Представляем ChatGPT Здоровье
ChatGPT Здоровье — специальный раздел, где можно безопасно подключить данные о здоровье и приложения, с мерами конфиденциальности и дизайном, сформированным при участии врачей.
Заседание перенесем в ССК, 22 корпус НИИ Склифосовского, вход с Грохольского переулка, будет проходить в зале на 3 этаже.
Не все ответили про бобра, поэтому запустим новый опрос, если позволите.
Чего ждут в США 25 февраля?
Anonymous Quiz
32%
Выхода на рынок препарата «Лироктас»
11%
Выхода российской перфузионной машины
15%
Отмены испрошенного согласия
17%
Закрытия UNOS
9%
Перезапуска сериала про первые шаги в клинике молодого наивного доктора и его друзей
16%
Выхода на Netflix адаптации сериала «Склифосовский»
Лироктас - это дженерик адваграфа российского производства, пока данных о его запуске в США нет. Зато там есть Энварсус (мы о нем писали), это новая технология высвобождения препарата, вроде бы дающая преимущества перед стандартным адваграфом. Перфузионная российская машина (Трансбиотех) удачно стартовала в Испании и потихоньку двигается дальше, но в указанную дату ничего пока не было запланировано. Испрошенное согласие отменять не планируется, и при этой стратегии США на первых местах по показателям донорства. UNOS много раз ругали (даже в нашем канале), но закрывать пока их тоже не пытаются. Сериал "Склифосовский" тоже пока в США не выходит - думаю, не нашли достойных кандидатур на дубляж.
ЗАТО!!!
Перезапускается SCRUBS!!!! Сериал про дебют медицинской карьеры со всеми его надеждами, тяготами и разочарованиями. Это шедевр и на нём выросли поколения. Вдруг кто-то не помнит или не смотрел ) Вот отличная серия из этого сериала (s4e11) про этические аспекты пересадки почки, в которой сына пациента и потенциального донора играет Мэттью Перри https://vk.com/video-231527844_456239541?t=15s
ЗАТО!!!
Перезапускается SCRUBS!!!! Сериал про дебют медицинской карьеры со всеми его надеждами, тяготами и разочарованиями. Это шедевр и на нём выросли поколения. Вдруг кто-то не помнит или не смотрел ) Вот отличная серия из этого сериала (s4e11) про этические аспекты пересадки почки, в которой сына пациента и потенциального донора играет Мэттью Перри https://vk.com/video-231527844_456239541?t=15s
🔬 Новое руководство AASLD/AST 2025 по оценке кандидатов на трансплантацию печени: смена парадигмы
Не хочется повторяться, но тема уж больно важная. Подготовили конспект клинического руководства AASLD/AST 2025 (мы уже писали, почему не можем перевести его по-человечески).
Оно очень интересное.
Это не просто техническое обновление с новыми цифрами и порогами. Это фундаментальный пересмотр самой философии отбора пациентов.
⛔️ Было: система построена на принципе исключения — искали причины, почему человеку нельзя делать пересадку
✅ Стало: акцент сместился на включение и поиск возможностей помочь
Может сложиться ощущение, что новое руководство призывает трансплантировать всех без разбора — с любыми опухолями, пьющих и употребляющих наркотики.
Но это не так.
Система предлагает искать способы сказать «да»:
💚 Как помочь с зависимостью?
💚 Как обеспечить психиатрическую помощь?
💚 Как поддержать физически?
💚 Как преодолеть социальные барьеры?
Критерии остаются. Оценка остаётся строгой. Но она становится индивидуальной. Не автоматические отсечки по цифрам, а обсуждение каждого конкретного человека.
И это правильно.
📖 Читайте наш конспект → https://teletype.in/@elizoar/aasld-ast-2025
Не хочется повторяться, но тема уж больно важная. Подготовили конспект клинического руководства AASLD/AST 2025 (мы уже писали, почему не можем перевести его по-человечески).
Оно очень интересное.
Это не просто техническое обновление с новыми цифрами и порогами. Это фундаментальный пересмотр самой философии отбора пациентов.
⛔️ Было: система построена на принципе исключения — искали причины, почему человеку нельзя делать пересадку
✅ Стало: акцент сместился на включение и поиск возможностей помочь
Может сложиться ощущение, что новое руководство призывает трансплантировать всех без разбора — с любыми опухолями, пьющих и употребляющих наркотики.
Но это не так.
Система предлагает искать способы сказать «да»:
💚 Как помочь с зависимостью?
💚 Как обеспечить психиатрическую помощь?
💚 Как поддержать физически?
💚 Как преодолеть социальные барьеры?
Критерии остаются. Оценка остаётся строгой. Но она становится индивидуальной. Не автоматические отсечки по цифрам, а обсуждение каждого конкретного человека.
И это правильно.
📖 Читайте наш конспект → https://teletype.in/@elizoar/aasld-ast-2025
Teletype
AASLD AST Практическое руководство по трансплантации печени у взрослых: оценка кандидатов
Конспект документа, оригинал на https://journals.lww.com/hep/abstract/9900/aasld_ast_practice_guideline_on_adult_liver.1508.aspx
Есть события, которые попадают в учебники раньше, чем их успевают осмыслить. 18 января 2026 года случилось именно такое.
Тим Эндрюс, 67 лет, c терминальной почечной недостаточностью на фоне диабета, стал первым человеком, прошедшим полный цикл: от ксенотрансплантации генетически модифицированной свиной почки — к аллотрансплантации человеческой.
«Я первый, кто перешёл этот мост. Единственный в мире», — сказал он CNN прямо из палаты. Детали в комментариях
Тим Эндрюс, 67 лет, c терминальной почечной недостаточностью на фоне диабета, стал первым человеком, прошедшим полный цикл: от ксенотрансплантации генетически модифицированной свиной почки — к аллотрансплантации человеческой.
«Я первый, кто перешёл этот мост. Единственный в мире», — сказал он CNN прямо из палаты. Детали в комментариях
Поверите ли Вы в новость, как почка из Москвы была доставлена в Нью-Йорк и там пересажена?
Anonymous Quiz
52%
Ни за что
48%
Да, верю
Иногда нужно оглядываться в прошлое, чтобы там найти необычайные вещи. Михаил Михайлович вот помнит, а многие и не знали. Шестнадцатилетний московский юноша погиб в автокатастрофе поздно вечером в субботу. Сорок восемь часов спустя одна из его почек была успешно пересажена строителю из Бруклина в New York Hospital–Cornell Medical Center.
Трансатлантические пересадки органов случались и прежде, но операция, проведённая в понедельник вечером в Rogosin Kidney Center, стала первой с московским донором. Реципиентом оказался 32-летний Хосе Серрано.
Почка прибыла в Нью-Йорк в рамках неформальной договорённости между американскими и московскими врачами. Логика соглашения проста и несимметрична: в США почек для трансплантации критически не хватает, основным методом лечения терминальной почечной недостаточности остаётся диализ — очищение крови через аппарат. В Москве, напротив, делают ставку на трансплантацию, а закон о «смерти мозга» позволяет быстро изымать органы у умерших, обеспечивая стабильное предложение.
, — заявил доктор Альберт Рубин, директор центра.
Для самого Серрано, живущего на Мермейд-авеню в Кони-Айленде, сама идея получить русскую почку стала неожиданностью.
«Чувствую себя хорошо», — сказал он по телефону из больничной палаты на следующий день после операции.
Его спросили: каково это — получить почку, прилетевшую из Москвы?
«Потрясающе», — ответил он.
Настолько потрясающе, что вечером того же дня Серрано, его жена Луиза и двое маленьких детей — Беатрис и Хосе-младший — уже готовились к телевизионному интервью.
История началась прошлым летом, когда доктор Рубин, специалист по заболеваниям почек, прибыл в Москву на медицинскую конференцию и посетил Институт трансплантации органов и тканей.
«Я был несколько удивлён», — вспоминал Рубин. — «Они делали столько же трансплантаций почек, сколько мы в этой стране, и получали такие же хорошие результаты».
Серрано проходил диализ три раза в неделю больше года. Он был в листе ожидания центра.
В субботу вечером тело погибшего юноши доставили в московский институт. Обе здоровые почки были изъяты. Одну пересадили пациенту там же, в Москве, но для второй не нашлось реципиента с подходящей группой крови и тканевой совместимостью.
Тремя неделями ранее из Москвы уже отправляли почку Рубину, но она оказалась инфицированной по прибытии и не годилась для пересадки.
Почка прибыла в воскресенье и была немедленно доставлена в New York Blood Center на Восточной 67-й улице, где есть специальные условия для хранения органов перед трансплантацией. Взяли образцы тканей, чтобы подобрать совместимого реципиента из листа ожидания. Им оказался Серрано. Ему позвонили в понедельник.
Операцию провёл доктор Уильям Стубенборд, хирургический директор центра. По словам Рубина, орган «заработал сразу».
Иногда медицина напоминает, что границы — понятие условное. Особенно когда на кону жизнь.
Знаете, когда состоялась эта трансплантация?
Трансатлантические пересадки органов случались и прежде, но операция, проведённая в понедельник вечером в Rogosin Kidney Center, стала первой с московским донором. Реципиентом оказался 32-летний Хосе Серрано.
Почка прибыла в Нью-Йорк в рамках неформальной договорённости между американскими и московскими врачами. Логика соглашения проста и несимметрична: в США почек для трансплантации критически не хватает, основным методом лечения терминальной почечной недостаточности остаётся диализ — очищение крови через аппарат. В Москве, напротив, делают ставку на трансплантацию, а закон о «смерти мозга» позволяет быстро изымать органы у умерших, обеспечивая стабильное предложение.
«Эта трансплантация — свидетельство того, что хорошая медицина способна преодолевать политические разногласия»
, — заявил доктор Альберт Рубин, директор центра.
Для самого Серрано, живущего на Мермейд-авеню в Кони-Айленде, сама идея получить русскую почку стала неожиданностью.
«Чувствую себя хорошо», — сказал он по телефону из больничной палаты на следующий день после операции.
Его спросили: каково это — получить почку, прилетевшую из Москвы?
«Потрясающе», — ответил он.
Настолько потрясающе, что вечером того же дня Серрано, его жена Луиза и двое маленьких детей — Беатрис и Хосе-младший — уже готовились к телевизионному интервью.
История началась прошлым летом, когда доктор Рубин, специалист по заболеваниям почек, прибыл в Москву на медицинскую конференцию и посетил Институт трансплантации органов и тканей.
«Я был несколько удивлён», — вспоминал Рубин. — «Они делали столько же трансплантаций почек, сколько мы в этой стране, и получали такие же хорошие результаты».
Серрано проходил диализ три раза в неделю больше года. Он был в листе ожидания центра.
В субботу вечером тело погибшего юноши доставили в московский институт. Обе здоровые почки были изъяты. Одну пересадили пациенту там же, в Москве, но для второй не нашлось реципиента с подходящей группой крови и тканевой совместимостью.
Тремя неделями ранее из Москвы уже отправляли почку Рубину, но она оказалась инфицированной по прибытии и не годилась для пересадки.
Почка прибыла в воскресенье и была немедленно доставлена в New York Blood Center на Восточной 67-й улице, где есть специальные условия для хранения органов перед трансплантацией. Взяли образцы тканей, чтобы подобрать совместимого реципиента из листа ожидания. Им оказался Серрано. Ему позвонили в понедельник.
Операцию провёл доктор Уильям Стубенборд, хирургический директор центра. По словам Рубина, орган «заработал сразу».
Иногда медицина напоминает, что границы — понятие условное. Особенно когда на кону жизнь.
Знаете, когда состоялась эта трансплантация?
📅 24 февраля 1977 года !!!!!
Многих из авторов и читателей нашего канала ещё не было на свете, а Валерий Иванович Шумаков и Альберт Рубин уже реализовали необычайную программу трансатлантической передачи органов - несмотря на "железный занавес" и огромное расстояние. Источник - TheNewYorkTimes https://www.nytimes.com/1977/02/24/archives/new-yorker-gets-russians-kidney-a-new-yorker-gets-kidney-from.html
Многих из авторов и читателей нашего канала ещё не было на свете, а Валерий Иванович Шумаков и Альберт Рубин уже реализовали необычайную программу трансатлантической передачи органов - несмотря на "железный занавес" и огромное расстояние. Источник - TheNewYorkTimes https://www.nytimes.com/1977/02/24/archives/new-yorker-gets-russians-kidney-a-new-yorker-gets-kidney-from.html
NY Times
New Yorker Gets Russian's Kidney (Published 1977)
Jose Serrano gets kidney transplant from Russian youth, 16, killed in accident in Moscow; kidney was sent to US under informal arrangement between US and Soviet physicians; transplant was performed at NY Hosp-Cornell Med Center; center dir Albert L Rubin…
Говоря о трансплантации и листе ожидания, мы по умолчанию полагаем: пациент безусловно должен хотеть трансплантацию. Трансплантация — благо абсолютное, не требующее обоснований. Всякое иное — инкомплаенс. Отклонение. Болезненное или злонамеренное.
Но смерть — не клиническая категория.
Для каждого человека собственная смерть приобретает ранг события космического. С ним гибнет мир — не метафорически, а в том единственном смысле, который имеет значение: исчезает вселенная, которую он один знал именно так. Эти улицы под этим углом зрения. Эти голоса в этом тембре. Эта боль — в этой точности. Никто больше не увидит снег, падающий на Литейный, равно как и на Сретенку или Пятую Авеню, именно этими глазами. Никто не услышит, как звонит телефон в пустой квартире на краю света.
Letum non omnia finit — не всё кончается со смертью, — написал Проперций две тысячи лет назад. Порой смерть и есть высказывание. Последнее и окончательное. Единственное, которое нельзя оспорить.
И порой человек хочет это высказывание произнести. Хочет последовать за своим гибнущим миром. Не от малодушия — от верности. Той верности, которая не позволяет стать туристом там, где всё, что любил, обратилось в пепел.
И это величие нельзя дезавуировать. Нельзя свести к диагнозу, к отклонению, к инкомплаенсу. Можно только склонить голову — и констатировать.
Вот пример пациента из листа ожидания трансплантации сердца.
https://teletype.in/@elizoar/periit-poeta
Но смерть — не клиническая категория.
Для каждого человека собственная смерть приобретает ранг события космического. С ним гибнет мир — не метафорически, а в том единственном смысле, который имеет значение: исчезает вселенная, которую он один знал именно так. Эти улицы под этим углом зрения. Эти голоса в этом тембре. Эта боль — в этой точности. Никто больше не увидит снег, падающий на Литейный, равно как и на Сретенку или Пятую Авеню, именно этими глазами. Никто не услышит, как звонит телефон в пустой квартире на краю света.
Letum non omnia finit — не всё кончается со смертью, — написал Проперций две тысячи лет назад. Порой смерть и есть высказывание. Последнее и окончательное. Единственное, которое нельзя оспорить.
И порой человек хочет это высказывание произнести. Хочет последовать за своим гибнущим миром. Не от малодушия — от верности. Той верности, которая не позволяет стать туристом там, где всё, что любил, обратилось в пепел.
И это величие нельзя дезавуировать. Нельзя свести к диагнозу, к отклонению, к инкомплаенсу. Можно только склонить голову — и констатировать.
Вот пример пациента из листа ожидания трансплантации сердца.
https://teletype.in/@elizoar/periit-poeta
Teletype
Смерть поэта
Время — вещь, которую нельзя остановить. Можно только наблюдать, как оно проходит сквозь тебя, оставляя борозды на лице и рубцы...
В центре А годовая выживаемость трансплантатов составляет 99%, а в центре Б 95%. Какой центр лучше?
Anonymous Poll
9%
А
8%
Б
83%
Не все так однозначно
Представьте: ваш пациент нуждается в трансплантации печени. Перед вами два центра. В первом выживаемость 99%, во втором — 87%. Куда вы его направите? Ответ кажется очевидным.
А теперь представьте другую ситуацию. У пациента MELD 38, тромбоз воротной вены до верхней брыжеечной, две предыдущие лапаротомии, портопульмональная гипертензия. Центр с 99% выживаемостью говорит: «Извините, вы не подходите по нашим критериям отбора».
Куда теперь идти этому человеку?
За счет чего достигается «идеальная» статистика?
Очень часто — за счет тщательного отбора пациентов. Молодые, без сопутствующих заболеваний, с низким MELD, без технических сложностей. Таких оперировать — одно удовольствие.
Cream skimming - «cнятие сливок» в трансплантологии создает медицинскую дискриминацию. Сложные пациенты оказываются в подвешенном состоянии: формально они в листе ожидания, реально — у них нет шансов. Потому что центры боятся испортить статистику.
Кто-то должен брать на себя эти случаи. И именно такие центры — настоящие герои трансплантологии.
Все инновации рождаются из отчаяния
Split-liver трансплантация — для детей, которым не было подходящих органов
LDLT — для регионов с дефицитом донорства
Трансплантация при портальном тромбозе — для «нетрансплантабельных»
DCD программы — когда не хватает DBD доноров
Ни одна из этих техник не родилась бы в центре, который боится рисковать статистикой.
Университетские клиники обучают резидентов и стажеров. Их выживаемость может быть ниже. Но именно они готовят хирургов для всей страны на следующие 30 лет.
Поэтому сравнивать центры по «сырой» выживаемости — всё равно что сравнивать альпинистов по проценту успешных восхождений, не учитывая, кто лезет на Эверест, а кто — на холм в парке. Нужна поправка на тяжесть случаев (case-mix adjustment). Без нее любое сравнение бессмысленно.
Более того, выживаемость можно «улучшить» статистическими манипуляциями: исключить интраоперационные смерти, не считать первые 30 дней, списать осложнения на «технические проблемы». Центр с честной отчетностью выглядит хуже.
Так какой же центр лучше? Лучший центр — не тот, где самая красивая цифра в отчете. Лучший центр — тот, который:
- Берется за сложные случаи, когда это оправданно
- Честно публикует свою статистику
- Постоянно внедряет инновации
- Готовит следующее поколение специалистов
- Не бросает пациента, когда ситуация становится критической
Выживаемость — важнейший критерий. Но не единственный. И уж точно не тот, который нужно оценивать без контекста.
Когда ваш пациент окажется в той группе «сложных» пациентов — а это может случиться с каждым — вы будете благодарны, что есть центры, которые не гонятся только за процентами.
А теперь представьте другую ситуацию. У пациента MELD 38, тромбоз воротной вены до верхней брыжеечной, две предыдущие лапаротомии, портопульмональная гипертензия. Центр с 99% выживаемостью говорит: «Извините, вы не подходите по нашим критериям отбора».
Куда теперь идти этому человеку?
За счет чего достигается «идеальная» статистика?
Очень часто — за счет тщательного отбора пациентов. Молодые, без сопутствующих заболеваний, с низким MELD, без технических сложностей. Таких оперировать — одно удовольствие.
Cream skimming - «cнятие сливок» в трансплантологии создает медицинскую дискриминацию. Сложные пациенты оказываются в подвешенном состоянии: формально они в листе ожидания, реально — у них нет шансов. Потому что центры боятся испортить статистику.
Кто-то должен брать на себя эти случаи. И именно такие центры — настоящие герои трансплантологии.
Все инновации рождаются из отчаяния
Split-liver трансплантация — для детей, которым не было подходящих органов
LDLT — для регионов с дефицитом донорства
Трансплантация при портальном тромбозе — для «нетрансплантабельных»
DCD программы — когда не хватает DBD доноров
Ни одна из этих техник не родилась бы в центре, который боится рисковать статистикой.
Университетские клиники обучают резидентов и стажеров. Их выживаемость может быть ниже. Но именно они готовят хирургов для всей страны на следующие 30 лет.
Поэтому сравнивать центры по «сырой» выживаемости — всё равно что сравнивать альпинистов по проценту успешных восхождений, не учитывая, кто лезет на Эверест, а кто — на холм в парке. Нужна поправка на тяжесть случаев (case-mix adjustment). Без нее любое сравнение бессмысленно.
Более того, выживаемость можно «улучшить» статистическими манипуляциями: исключить интраоперационные смерти, не считать первые 30 дней, списать осложнения на «технические проблемы». Центр с честной отчетностью выглядит хуже.
Так какой же центр лучше? Лучший центр — не тот, где самая красивая цифра в отчете. Лучший центр — тот, который:
- Берется за сложные случаи, когда это оправданно
- Честно публикует свою статистику
- Постоянно внедряет инновации
- Готовит следующее поколение специалистов
- Не бросает пациента, когда ситуация становится критической
Выживаемость — важнейший критерий. Но не единственный. И уж точно не тот, который нужно оценивать без контекста.
Когда ваш пациент окажется в той группе «сложных» пациентов — а это может случиться с каждым — вы будете благодарны, что есть центры, которые не гонятся только за процентами.