Бэкстейдж со съёмок фильма

Начальство МКО подало идею поздравить население канала с праздником Пасхи собственными фейсами этими вашими новомодными видеокружками. Ну мы ребята послушные, сразу ломанулись исполнять веление. Я отправил почти 20 приглашений посветить физиономией, записать в канал видеокружок. Получил аж три кружка в ответ, что считается очень много в наше суетное время. Ну и самому тоже надо записать подобное, чтобы кружочков было побольше, или не так скудно, во всяком случае.

Так как вид должен быть парадный, писать желательно сразу по приходу с главного богослужения. И писать надо быстро, потому что очень хочется обедать. Работать на съёмку должна вся семья - я, это понятно, жена - подбирает локацию и наводит тишину, детвора - старательно закрывает рот. Несколько дублей и смен локации и шедевр готов! 🔥

Всё улетело в канал и я сел отслеживать статистику.
- Так, Роме сердечек наставили, его народ любит, это хорошо.
- Мише глазиков наставили, его люди не знают, а ведь это человек, который возглавляет молодёжное служение в Армении...
- Тимохе тоже сердечек наставили, его тоже любят.
- Стоп! Чего это мне ржак напихали?! Аааа, это потому что я так резво уверял ребят в том, что "наша" гробница пуста 🤷‍♂ Ну их собственной гробницы вообще ещё не существует! Но внимательные, да 🤦‍♂

А вообще, кажется эти видеокружки в канале - добрая вещь. Наверное. Но это не точно.

КРИЗИС ПРОПОВЕДИ

Слыхали ли вы когда-нибудь эту фразу? Что она означает и в каком контексте употребляется?

Заметил, что повсеместно проповеди стали более поверхностными, далёкими от глубокого богословия, но ориентированными на «практическое исполнение».

— Мы должны друг друга любить!
— Нам нужно прощать друг друга!
— Нам нужно больше внимания обращать на молитву!

Эти заявления верные, но не содержат конкретики. Если говорить о любви, то хотелось бы получить ответы на следующие вопросы: как именно начать любить ближних? Какой сделать первый шаг? Где взять ресурсы для этого? Просто заставлять себя любить людей, и всё получится? Зачем мне это делать? Соответствует ли это моим интересам? И так далее. Поверхностные проповеди к чему-то призывают, но создают больше вопросов, чем дают ответов.

Когда проповедник выходит на кафедру, он провозглашает некие идеи. Где он эти идеи берёт? Мы полагаем, что из Писания, это же проповедь! На самом деле, при ближайшем рассмотрении мы можем заметить, что при подготовке проповеди у проповедника изначально уже была какая-то идея, которую он просто где-то нашёл или сам придумал. А уже под эту идею он подыскал тексты Писания, которые могут косвенно касаться его идеи. Он не углублялся в контекст и сам текст не развивал, он просто прочёл текст, закрыл Библию и рванул излагать всё то, что надумал заранее. Это называется отсебятина.

Я решил провести небольшое «научное» исследование и для этого составил анкету с двумя десятками вопросов.
Я пытался понять: почему происходит кризис проповеди? По какой причине мы вынуждены слушать поверхностную отсебятину, вместо идей из Писания? Мне очень хотелось знать, как проповедники готовят свою проповедь, какой логике они следуют. Что в целом происходит в их головах при написании конспекта.
Результаты исследования меня несколько удивили, хотя всё весьма логично.

Аккумулировав эти ответы, я пришел к неким выводам.
Когда мы слышим слабую проповедь, мы предполагаем, что виной всему низкая квалификация проповедника. Как если бы повариха угостила нас невкусным супом, мы бы предположили, что она просто не умеет готовить. Значит, надо усилить обучение проповедников. Увеличить количество курсов и семинаров, сделать книги по гомилетике, герменевтике, догматике, экзегетике ещё более доступными.

Но кто из нас в наш высокоинформативный 21 век столкнулся с нехваткой информации? Её сегодня преизбыток. У нас нет проблем с нехваткой информации, нас она захлестнула так, что мы испытываем проблему обработки информации. Все, кто хотел купить себе учебники по подготовке проповеди, уже их купили, а кто ещё не купил, тот может сделать это за пять нажатий кнопок. Кто ещё не посетил курсы проповедников, тот может сделать это, как только увидит объявление о курсах или о наборе в онлайн библейскую школу. Всегда можно прослушать уроки в записи, записей уже тысячи часов.

Проповедь — это продукт личного благочестия. Человек общается со Христом, молится и читает Писание. У него появляется откровение, которым он очень хочет поделиться с другими. Общение со Христом подразумевает затраты времени на это, и качественное общение требует многих часов еженедельно.

Когда проповедник экономит свои драгоценные часы на общении с Богом, на своём личном благочестии, он не получает откровения свыше. Этот человек внутри пустой. Что он потом скажет с кафедры? Он будет натужно выдавливать из себя какие-то капельки, буквально пары Писания, а не делиться живой водой.

И ты хоть затаскай этого «экономиста времени» по курсам и семинарам, повысь его квалификацию хоть до небес, если он экономит на Христе, его проповеди так и останутся поверхностной отсебятиной, а мы по прежнему будем вынуждены слушать эту муть свободного от Христа сознания.

Читать книги по подготовке проповеди НАДО, посещать курсы и семинары просто НЕОБХОДИМО. А общаться со Христом КРИТИЧЕСКИ НЕОБХОДИМО, иначе просто никак.

ПАУЧОК

Кто из нас любит пауков? Если такие и есть, то не только лишь все. Они строят свои паутины, засоряют ими наши дома, а выглядят вообще страшно. Когда мы их обнаруживаем, то обязательно хлопаем им тапками. Границы нашего жилья мы оберегаем весьма ревностно, и сдавать жилплощадь в бесплатную аренду всяким уродцам не спешим.

Чем пауки питаются? Хм… мошками, мухами, комарами и всякими летающими насекомыми. Кто доставляет нам больше беспокойства, летающие или ползающие насекомые? Кажется, летающие. Смотрю я на такого паука и думаю, - чем же ты, страхолюдина, питаешься, если у меня дома летающих насекомых вообще нет ни одного? Но паук живой и от голода не умер. Значит… значит у меня иногда появляются летающие насекомыши, которых паук сразу съедает, так что я их даже заметить не успеваю! Если я сейчас хлопну этого страшилищу, мне потом за каждой мошкой гоняться вручную придётся и это будет делом сложным и неприятным! Значит, пусть живёт, он же на меня работает и жилплощадь арендует не бесплатно. Мне дешевле убрать старую уже негодную паутину в углу и потерпеть непрезентабельный вид этого существа, чем самому ловить мошек и мух.

Кстати сказать, со сколопендрами та же ситуация. Иногда ночью если резко зайти в ванную и включить свет, можно заметить, как прячется в тёмном углу чудовищная многоножка, страшная, как ядерная война. Если этих тварей поубивать, в доме появятся тараканы. Дело в том, что сколопендры едят тараканов, так что люди, которые в курсе, специально приносят их из гаражей и выпускают в доме. Одна такая уродина эффективнее, чем ведро яда.

Если попробовать ту же логику распространить на наше общество, выйдет примерно следующее. Рядом с нами обязательно есть неудобные люди, которые нам несимпатичны или даже неприятны. Часто таких людей мы стараемся вытолкнуть на обочину. А потом вдруг обнаруживаем, что этот человек делал какую-то полезную для общества работу, незаметное, но очень ценное доброе дело. Когда мы его вытолкнули, дело встало, и теперь именно на нас легла дополнительная нагрузка, потому что эту работу непременно нужно сделать.

Иногда просто дешевле потерпеть неудобного человека, чем самому сделать его работу.

В нашей церковной культуре принято объединяться в группы внутри церкви по определённым признакам для совершения общего служения.

Это устойчивые группы, то есть, невозможно то быть членом группы, то не быть. Ты либо хорист, либо нет. Нельзя в церкви на этой неделе быть оркестрантом, а потом месяц им не быть.

У этих групп всегда есть руководитель, у которого есть несколько задач. Первая – консолидация. Руководитель должен объединять людей воедино, создавать такую атмосферу, чтобы люди хотели находиться в этой группе. Вторая задача – организация общего служения. Мы же не просто так эту толпу собрали, а по делу. Вот делом пусть и займутся. Третья задача – инструктаж и повышение квалификации коллектива.

Молодых людей с 16 лет мы традиционно выделяем в молодёжную группу со своим руководителем. Эта устойчивая группа проводит свои отдельные от всей церкви богослужения примерно один раз в неделю, готовит участие на общее богослужение, устраивает для себя поездки в другие церкви для христианского общения, и многое другое.

Людей состоящих в браке мы объединяем в группу семейных. У них так же есть свой руководитель, который координирует действия группы и управляет служением своего состава.

В церкви есть хор, который представляет собой так же устойчивую группу людей со своим начальником, который организует репетиции и служение хора.

И только наши проповедники, как вольные птички не имеют начальника и не объединены в общую устойчивую группу людей. Они проповедуют так, как захотелось. Повышением квалификации тоже занимаются по вдохновению (ага, ногами пинали они свою квалификацию). Если захотят написать конспект, то напишут и поучаствуют в проповеди, а если захотят устроить себе отпуск от служения – это легко, достаточно просто пожелать. Не жизнь, а малина!

Интересно, церковь выигрывает от такой свободы работников проповеди или скорее проигрывает?

Так что же, эта ситуация существует только в какой-то одной общине? Кажется, это у нас всеобщая традиция 🤷🏻‍♂️

ЦЕННЫЙ ИНСАЙД

На прошлой неделе я работал в столярке. Все часы моего нахождения у станков я превращал древесину в опилки, в этом и был смысл моей работы. Доски превращались в какие-то огрызки, пусть привлекательные на вид, но совершенно крошечные, по сравнению с первоначальными заготовками. Мы их склеивали между собой, а потом продолжали добывать опилки дальше. Когда уже больше неприлично было добывать крупные опилки, мы шлифовали огрызки и пытались создать ещё хоть немного древесной пыли.

Дело всё в том, что опилки были нам нужны для того, чтобы топить печку. Для нас в этом была ценность опилок, они давали нам тепло в наш сырой сезон.

Клиенту мы потом отправили получившиеся древесные огрызки, выглядели они привлекательно и поэтому клиент ни о чём не догадался.

Так что вам совет прямо из столярки – если заказываете что-то столярам, после оплаты забирайте настоящие ценности – опилки, и не позволяйте этим пройдохам впарить вам огрызки под видом привлекательных столярных изделий, этой ерундой пусть они пользуются самостоятельно.

Три минуты назад наблюдал в окно за жизнью лягушки в дикой природе. Одна из стадий жизненного цикла за стадией головастика и стадией взрослой особи.

- А давайте за кружечкой чаю как завернём ультрафилософскую беседу про себя любимых?
- А давайте, могу себе позволить, как говорится. О чём завернём?
- Можем о баптистском культурном коде, например.
- О!

Культурный код – набор правил и принципов, которых придерживается определённое общество, в нашем случае – наше русское баптистское.

Замечали, что у нас более высокий уровень доверия внутри церквей, чем в общем внутри нации. Вы замечали, что русские в целом – люди недоверчивые? Мы говорим, что американцы тупые (а мы, разумеется, острые). Мы гордимся тем, что что-то понимаем в строительстве, ремонте автомобилей, медицине и так далее, а американцы – нет. Мы привыкли к тому, что если у тебя в машине что-то сломалось, ты сам выяснишь что именно, а потом проследишь за покупкой запчастей, выберешь мастерскую, и машина будет отремонтирована. Мы привыкли к тому, что если ты заболел, ты не можешь просто прийти в больничку и сдаться на милость терапевта. Мы сами гуглим симптомы, сами сдаём анализы и сами покупаем антибиотики. В больницу обращаемся только тогда, когда гугл бессилен и нужна более квалифицированная помощь, но при этом во все нюансы всё равно суём нос.

Американцы говорят, ─ я в этом ничего не понимаю, пусть работают профессионалы, я им заплачу.

Знаете, почему это всё именно так происходит? Потому что они тупые, а мы умные? Нет, они доверяют друг другу, а мы нет. Мы постоянно боимся, что нас надуют, боимся халтуры. Поэтому наше недоверие заставляет нас не на своём профессионализме сосредоточиться, а на чужом. Мы разбираемся в кирпичной кладке не для того, чтобы дом себе построить, а чтобы нас наёмные каменщики не надули.

Огромное недоверие тормозит экономическое развитие. И вот как раз баптисты друг другу доверяют. Я начал делать скважины, бурить на воду. Я рассчитываю на то, что мои братья, когда им будет нужна вода, позовут именно меня. И если они позвали другого человека, то я осторожно начну выяснять причину недоверия. А братья в свою очередь, позовут именно меня, и будут уверены в том, что я сделаю работу качественно, честно и ещё скидочку сделаю по-свойски. И это взаимное доверие – огромный плюс нашего культурного кода.

Ещё один чисто наш моментик – неспособность взрослого поколения баптистов к долгосрочному планированию. Это просто болезнь какая-то, как будто в голове у людей стоит жёсткий барьер, который не позволяет осознать и реализовать горизонт планирования хотя бы в пять лет, я не говорю о горизонтах планирования в десять, пятнадцать лет. И да, это тоже наша конфессиональная особенность, культурный код. Знаете в чём причина? Смею предположить, в призывных проповедях, которые звучали в девяностых – начале двухтысячных годов. Там основным аргументом для покаяния было скорое пришествие Господне, страхом спасали, проще говоря. «Кайся бегом, а не то ещё полгода и будешь гореть с грешниками на сковородке!»

Когда я поступил в университет, каждый, нет, КАЖДЫЙ уважающий себя баптист задавал мне и моим родителям вопрос, мы глупцы или да? Когда мы спрашивали о причине столь категоричного вопроса-утверждения, нам говорили, – вы что, не знаете, что Господь скоро придёт? Какая учёба на шесть лет?! Благовествовать надо и жениться бегом!

Три дня назад моему диплому исполнилось одиннадцать лет. Я проучился в университете 6 лет, родил пятерых детей, а жизнь всё продолжается.

Аргументы для призыва к покаянию тоже изменились, к счастью исчезла мода на «спасение страхом» посредством испуга скорым пришествием. Теперь говорят, о том, что пришествие – скоро, но ты до него индивидуально можешь не дожить, поэтому думать о пришествии и бояться его – не логично.

Теперь опция мышления «долгосрочное планирование» разблокирована, но, к сожалению, только в головах молодых людей. Молодые привыкли к мысли о том, что в голове нужно держать два варианта событий – скорую неожиданную кончину, и поэтому с Богом должны быть наилучшие взаимоотношения, и долгую жизнь, поэтому нужно на неё иметь свой план и его придерживаться.

И это всё – тоже наш культурный код.

Я очень хочу стать успешным благовестником, хочу исполнять важнейшую заповедь Христа, а у меня не выходит. В чём секрет успеха благовестия?

Ответ на этот вопрос лежит в плоскости доверия. Я в прошлом посте уже писал о доверии россиян, что оно не высокое. Русские относятся к окружающим достаточно настороженно, но, кстати сказать, сейчас в обществе наблюдается тенденция на снижение общего недоверия и настороженности друг к другу. Баптисты друг другу внутри братства доверяют очень сильно, но вот за пределами общин дело обстоит совершенно наоборот. Насколько велико доверие у верующих друг к другу, настолько же велико недоверие к посторонним.

Если проповедник с кафедры скажет что-то еретическое, не прям богохульство жуткое, а нечто иное, чем все привыкли слышать, как отреагирует на это община? Если это наш человек, с нами он уже лет 10, община чаще всего ему совершенно ничего не скажет. Имеет место эффект «своего человека». Поэтому проповедники не стесняются и совершенно свободно говорят вслух достаточно странные вещи.

Наблюдал за ходом богослужения, когда в собрание пришло несколько неверующих людей. Всех участвующих в служении как будто подменили. Все сразу перестроились и стали проводить служение как специальный концерт для этих четверых пришедших. В речи стал чувствоваться необычно высокий уровень стресса. Каждый участник стал в 10 раз внимательнее следить за тем, что он произносит.

Что привело к таким переменам? Почему полторы сотни людей изменили своё поведение при присутствии четверых посторонних? Почему взлетел уровень стресса? Недоверие. Этих чужаков в обществе стали бояться, именно они были неожиданным источником стресса.

Людям свойственно избегать стресса, а потому каждый участник постарается исключить в будущем повторения стресса, а потому в сплочённом коллективе чужаков постараются технично сплавить.

Вы помните какой-нибудь свой диалог с человеком, который вас видел в первый раз и реагировал на вас настороженно? Вам этот диалог понравился? Напряжение одного участника невольно передаётся второму, и вот уже весь диалог напряжённый и каждый стремится прекратить его поскорее.

Почему у нас сегодня основной способ благовестия – раздача газет, причём желательно, разброс по почтовым ящикам, а не вручение в руки? Это помогает дистанцироваться от источника стресса – чужака. Мы старательно избегаем диалогов, просто всучиваем газету и говорим: «приходите в дом молитвы, там вам всё расскажут», затем бежим к следующему чужаку. КПД такого благовестия околонулевой, но нам плевать на результаты, ведь главное процесс, евангелизация, а не результат, спасение неверующих.

При всей этой невероятной ситуации, парадокс углубляется тем, что есть у нас немного мест, где процесс благовестия идёт достаточно успешно, такими местами являются крупные города. Дело в том, что в маленьких городах, в регионах, компактных сельских местностях, где люди прожили всю жизнь и имеют много знакомых, люди остро делят окружающих на своих и чужих, своим доверяют, чужих боятся. А в крупных городах люди привыкли к тому, что «своих» не существует, все вокруг только чужие. Люди научились ладить, как-то взаимодействовать с чужаками, причём достаточно эффективно, поэтому к неверующим в церкви есть почти такое же отношение, как и к верующим.

Может быть, секрет успеха самого знаменитого благовестника на планете – апостола Павла тоже как-то связан с проблемой доверия? В церкви он часто воевал с «иудействующими» и с «волками в овечьей шкуре». Понимая, что от «своих» он тоже может получить стресс, как это было с Коринфской церковью, он легче общался с неверующими.

- какая мне разница, ты свой или чужой, ты потенциально можешь быть для меня источником стресса в любом случае.

Таким образом, те, кто не делает единственную ставку на «своих» и держит от коллектива небольшую дистанцию, может больше доверять «чужим», а это – секрет успеха благовестия.

P.S. Мои рассуждения и выводы базируются на науке, в частности на конфликте в плоскости индивидуализм-коллективизм.