Парк у залива опустел ровно в тот момент, когда солнце коснулось линии горизонта. Дневная жара спала, уступив место прохладе, и с ней ушли последние покупатели. Только чайки лениво перекрикивались на крыше пустующего ларька с газировкой да где-то вдалеке играла забытая кем-то музыка.

Юкира Мерион стояла за прилавком своего фургончика, пересчитывая выручку. Синий фартук поверх такой же синей футболки, растрепанные ветром светлые волосы, в которых, словно кусочек неба, запуталась синяя прядь. Работа продавцом мороженого была простой и понятной. Здесь не нужно было ни с кем сражаться, не нужно было ждать подвоха. Только холод, сладость и детский смех.

— Двойной шарик фисташкового, пожалуйста, — раздался спокойный, чуть хрипловатый голос.

Юкира вздрогнула, поднимая глаза. Перед фургончиком стояла Камэри. Высокая, с копной белых вьющихся волос, которые, казалось, светились в сумерках собственным светом. Серебристо-фиолетовые глаза смотрели внимательно и чуть грустно. Одежда цвета весенней листвы, белые вставки — она всегда одевалась так, словно была частью какого-то другого, более светлого мира.

— Камэри? — Юкира замерла, забыв про деньги. — Ты… ты здесь?

— Мороженое продают? — Камэри легко улыбнулась, кивнув на витрину. — Вот я и пришла за своей порцией.

Повисла пауза. Год. Целый год они не виделись. С того самого дня, когда рухнула их прежняя жизнь, когда Оверлорд забрал Зейна. Никто тогда не знал, что Мастер Льда жив. Для всех, включая Камэри, он был мёртв. Команда распалась. Ллойд ушел в себя, Колесо судьбы провернулось, раскидав всех по разным углам. Но Камэри… она не распалась. Она осталась с Ллойдом, словно якорь, удерживающий его на плаву. А теперь она стояла здесь.

— Фисташковый? — переспросила Юкира, чтобы хоть что-то сказать, и принялась зачерпывать холодную массу ложечкой. — Ты всегда любила фруктовое.

— Вкусы не меняются, — тихо ответила Камэри, принимая стаканчик. — Даже когда всё вокруг меняется.

Юкира молчала. Она знала, что этот разговор будет не просто о мороженом. Камэри пришла не просто так. Ллойд наверняка отправился за Каем, а её послал к ней.

— Я скучала, — вдруг сказала Камэри просто и открыто, глядя на подругу поверх рожка. — По твоему смеху. По тому, как ты ворчала, когда я портила твою прическу на ветру. По нам.

У Юкиры защипало в глазах. Она резко отвернулась к кассе, делая вид, что пересчитывает мелочь.

— Здесь хорошо, — глухо ответила она. — Тихо. Никто не ждет, что ты спасешь мир. Никто не умирает.

— Юки… — голос Камэри дрогнул, но она взяла себя в руки. Мастер Зелёного Феникса привыкла нести свет, даже когда внутри пепел. — Я знаю. Я чувствую то же самое. Но Ллойд… он не сдался. Он верит, что мы нужны. Что нужно быть вместе. Не как команда ниндзя, а как семья. Мы — все, что у него осталось. И ты — все, что осталось у меня.

Она протянула руку и коснулась ладони Юкиры. Её пальцы были теплыми, почти горячими — дыхание Феникса всегда жило в ней.

— Твоя стихия — ледяной ветер, — тихо продолжала Камэри. — Он сильный, он может быть холодным и разрушительным. Но ветер нужен, чтобы раздувать пламя. Мы всегда были отличной парой, помнишь? Ты создаешь бурю, я зажигаю свет.

Юкира сжала губы, борясь с желанием разрыдаться. Перед глазами встала картинка из прошлого: они с Камэри, Зейн и Ллойд, смеющиеся на крыше монастыря. Тогда казалось, что так будет всегда.

— Я не могу, Кам, — прошептала она. — Каждый раз, когда я чувствую холод, я думаю о нём. О том, как он замерзал там… один. Я боюсь своей силы.

— Я знаю, — Камэри сжала её пальцы. — Поэтому я и не буду тебя заставлять. Не сейчас.

Она отпустила руку и откусила кусочек мороженого, словно ставя точку в тяжёлом разговоре. Наступила тишина, но она уже не была гнетущей. Просто спокойствие старой дружбы, которая выдержала шторм.

Камэри доела мороженое, аккуратно выбросила салфетку в урну и поправила воротник своей бледно-зеленой куртки. Она посмотрела на тёмное море, где сливались небо и вода, затем перевела взгляд на Юкиру.

— Что ж, мне пора. Ллойд будет