Ужин превратился в испытание. Не для Ширы — для Джейка.

Она ела пасту с такой грацией, словно снималась в рекламе. Джейк пытался отрезать стейк и дважды едва не отправил тарелку в полёт. В какой-то момент он потянулся за солью, задел локтем бокал, и красное вино разлилось по белоснежной скатерти.

— Я сейчас всё уберу! — затараторил он, хватая салфетку.

— Джейк. — Шира спокойно отобрала у него салфетку. — Дыши. Это просто вино, а не конец света.

— Это конец моей репутации, — простонал он, закрывая лицо руками.

Шира тихо рассмеялась и знаком подозвала официанта. Тот быстро заменил скатерть, сделал вид, что ничего не случилось, и испарился.

— Ты слишком много думаешь, — сказала Шира, откинувшись на спинку стула. Красное платье при этом сделало то, от чего у Джейка снова пересохло в горле. — Просто будь собой.

— А если я собой постоянно всё роняю и несу чушь?

— Значит, я пришла на это посмотреть. — Она подперла подбородок рукой и уставилась на него с мягкой усмешкой. — И знаешь, мне нравится представление.

Джейк выдохнул. Впервые за вечер плечи расслабились.

— Ты издеваешься надо мной?

— Немного, — призналась Шира. — Но тебе идёт, когда ты смущаешься. Краснеешь мило.

— Я не краснею, — соврал он, чувствуя, как щёки горят.

— Конечно, нет. — Она подмигнула.

После ужина они вышли на набережную. Вечерний ветер трепал волосы Ширы, и она на секунду прикрыла глаза, наслаждаясь прохладой. Джейк смотрел на неё и понимал, что запомнит этот момент навсегда.

— Спасибо, — сказала она неожиданно серьёзно.

— За что?

— За то, что пригласил. За то, что не пытаешься быть кем-то другим. За то, что уронил вино. — Она повернулась к нему. — За всё.

Джейк набрался смелости. Медленно, словно боясь спугнуть, взял её за руку.

— Можно я провожу тебя домой?

— Можно. — Шира сжала его пальцы в ответ. — Но сначала... — Она кивнула на небольшую кофейню на углу. — Я хочу десерт. Ты угощаешь.

— Я только что оплатил ужин, — слабо возразил он.

— А теперь оплатишь десерт. — В её глазах снова зажглись чертики. — Таковы правила свидания с девушкой в красном платье.

— Какие ещё правила?

— Первое: ты платишь за всё. Второе: ты говоришь, что я красивая, минимум три раза. Третье: — она подошла ближе, почти вплотную, и Джейк почувствовал тепло её тела сквозь тонкую ткань, — ты не пытаешься меня поцеловать. Во всяком случае, пока я сама не разрешу.

Он сглотнул.

— А когда... когда ты разрешишь?

Шира улыбнулась той самой улыбкой, от которой у него подкашивались колени.

— Это уже четвёртое правило: не спрашивай. Просто жди.

Она развернулась и пошла к кофейне, покачивая бёдрами. Красное платье мелькало между фонарными столбами, и Джейку казалось, что он смотрит на пожар — красивый, опасный, затягивающий.

— Ну? — крикнула Шира через плечо. — Идёшь или мне пригласить того парня за столиком?

Джейк рванул за ней, чуть не споткнувшись о бордюр.

— Иду! Я иду!

Она засмеялась, и этот смех разбился вдребезги о ночное небо, рассыпавшись звёздами.

«Я пропал, — подумал Джейк снова. — Но чёрт с ним. Оно того стоит».

В кофейне Шира заказала самый большой кусок шоколадного торта и съела половину сама, а второй половиной накормила его с вилки. Джейк чувствовал себя самым счастливым идиотом на свете.

Когда они наконец вышли на улицу, Шира взяла его под руку и прижалась плечом.

— Джейк?

— М?

— Ты сегодня был великолепен. Неловкий, красный, с вином на скатерти — но великолепен.

Она привстала на цыпочки и поцеловала его в щёку. Быстро, почти невесомо.

— Это аванс, — сказала она, отстраняясь. — За терпение.

Джейк стоял посреди улицы с идиотской улыбкой до ушей, провожая её взглядом, пока красное платье не скрылось за дверью подъезда.

Телефон пиликнул сообщением.

«Спокойной ночи, Джейк. Спасибо за вечер. Ты не перестанешь ронять вещи — но мне почему-то нравится. P.S. В следующий раз надейся на четвёртое правило 😉»

Он прочитал это сообщение двадцать семь раз, прежде чем ответить:

«Спокойной ночи, Шира. Я уже жду следующего раза. P.S. Я всё равно уронил телефон, пока печатал»