Вряд ли это тот результат, на который рассчитывал Вашингтон, планируя звонок в Пекин

https://t.me/tass_agency/120989

«Неприемлемо жёстко, абсолютно неоправданно и недопустимо» или действия могут рождать болезненные противодействия

Ответные меры со стороны России на «недружественные действия» ряда государств до недавнего времени воспринимались с лёгкой долей насмешки. «Счетов не имеем, туризмом в Россию не балуемся» – 
примерная реакция на попадание в санкционный список. Неискушенным наблюдателям казалось, что Москва не сможет найти чувствительные для контрагентов меры без нанесения урона самой себе. Японии не повезло. Развенчивание мифа началось с неё.

21 марта на сайте МИД РФ появилось заявление об ответных мерах на «очевидно недружественные» решения правительства Японии. Основные тезисы следующие: отказ от продолжения переговоров по мирному договору, отмена безвизовых поездок японских граждан на южные Курильские острова, прекращение диалога о совместной хозяйственной деятельности.

Стоит заметить, что символическое здесь разве что решение по мирному договору. После ухода с поста Синдзо Абэ в 2020 году и ужесточения позиции нового правительства, его перспективы, прямо сказать, были крайне нерадужные. Хотя политика Японии предыдущего десятилетия делала возможным заключение основополагающего двустороннего документа. В 2019 году Лавров даже напомнил о согласии России выполнять обязательства Советского Союза, в том числе Декларацию 1956 года, в чём некоторые увидели намёк на возможность "передачи в духе доброй воли двух островов". Казалось, ещё чуть-чуть и компромисс будет достигнут –совместная хозяйственная деятельность и беспрепятственный доступ гражданских лиц при окончательном признании суверенитета России над островами. Но Япония, в очередной раз, сделала ставку не на того партнёра. Уроки истории снова не нашли благодарного слушателя.

Заключение советско-японской Декларации 1956 года в своё время также внушало оптимизм. Зафиксированные в ней условия казались приемлемыми обеим сторонам. Но в этих отношениях всегда был «третий лишний» – слишком ревнивый, чтобы позволить Японии «дружить» с кем-то другим. Вашингтон «наложил вето» тогда. Мало что поменялось и сейчас. Хотя демонстрируемое нынешним премьер-министром рвение к разрыву экономических связей с Москвой удивило даже тех, кто понимает реальную степень независимости Токио. Принятие поправки в Конституцию РФ о запрете «отчуждения территорий» обнулило одно положение Декларации, отказ от проведения переговоров о мирном договоре делает невозможным другое. Возникает закономерный вопрос о её дальнейшей судьбе.

Деструктивные действия Японии –несомненный подарок для Китая. Планы Абэ по выстраиванию стратегических отношений с Москвой имели возможность сохранить в каком-то виде её нейтралитет в китайско-японских отношениях. А взаимных претензий там много. В том числе и территориальных.

https://t.me/bbbreaking/120264

#экспертное_мнение

"Это изменится. Утопия уступит место прагматике, а санкционная война – транспортной интеграции. После того как Япония снимет санкции, изменит риторику и вежливо попросит вернуться доброго соседа, который, подчеркну, все эти годы ничем не угрожал национальным интересам Токио, Россия будет рассматривать новую реальность".

https://iz.ru/1309519/aleksei-tokarev/ostrova-voskhodiashchego-solntca

«Это неприемлемо, это противоречит интересам венгров, а также означает, что нас заставят заплатить цену войны»

Буквально в первые часы после начала украинского кризиса Запад объявил о введении санкций против Москвы, масштаб и скорость принятия которых недвусмысленно сигнализировали о начале тотальной экономической войны. Замороженные активы ЦБ, закрытое небо, приостановка предприятий и заводов – всё это и многое другое призвано «добиться полного разрушения экономики РФ». И упорная работа «коллективного Запада» в этом направлении поражала своей слаженностью. Грешным делом могло даже показаться, что кто-то очень долго ждал такой возможности. Однако не всё так гладко в Датском королевстве.

Масштабные экономические санкции в условиях тесно переплетённых экономических связей – оружие, применение которого сопровождается большой отдачей. Редко смертельной, но часто болезненной. И если первые недели Запад мог находить меры, максимально щадящие экономики своих стран, то со временем ассортимент становится всё более и более скудным. А главное – всё более похожим на «выстрел себе в ногу».

Можно по-разному относиться к зависимости российской экономики от экспорта энергоносителей. Как оказалось, можно даже будучи высокопоставленным американским политиком заявлять о том, что «Россия – это бензоколонка, пытающаяся выдать себя за страну». Но отрицать зависимость европейской экономики от российских газа и нефти – значит отрицать реальность. Легко лоббировать «немедленное эмбарго» на российские энергоносители из Вашингтона и Лондона. Попробуйте сделать это из Будапешта и Софии.

Заявление Владимира Путина о переводе в рубли оплаты поставок газа на экспорт в «недружественные страны» вызвало одновременный подъём патриотизма в России и раздосадованное недоумение на Западе. Тайминг не случаен. На следующий день должен был состояться рабочий визит Байдена в Европу «для консультации по дальнейшим действиям». Повестку, судя по всему, пришлось корректировать прямо на ходу. Ведь тема энергетики там была явно не на последнем месте. Не в малой степени благодаря своевременному заявлению из Москвы.

Но что действительно можно сделать в такой ситуации? Пространства для политического маневрирования почти не осталось. Руководство Евросоюза, с опорой на обещания энергетической поддержи из Вашингтона, хочет добиться общей для всех европейских стран позиции по российскому газу. А это вызывает ожесточенные баталии: «…но есть государства, которые почти полностью зависят от российского газа и нефти», – говорит президент Румынии. И находит мощную поддержку у ряда своих коллег.

Но уже всем очевидно, что санкции – это надолго. А значит, страны Европы сейчас бросят все свои силы на «излечение» от энергетической зависимости от России. Будет ли это возможно? В каком-то виде точно да. Однако экономические и внутриполитические издержки такого решения сложно переоценить. От недовольства своих же избирателей дядя Сэм спасти не сможет. А ведь кому-то ещё и о переизбрании нужно думать.

https://t.me/HouseOfCardsEurope/29279

Иллюстрированное приложение к вышеизложенному

Статья в CNN о том, сможет ли Катар помочь Европе выжить без российского газа

Министр энергетики Катара: «Замена поставок российского газа в Европу на данный момент не представляется возможной. Нынешние газовые мощности Катара не удовлетворят европейский спрос. Но в будущем это возможно».

На данный момент 85% экспорта сжиженного природного газа Катара осуществляется по долгосрочным контрактам преимущественно в страны Азии. Отказ от обязательств с целью переправки газа в Европу –слишком большой репутационный и финансовый урон.

https://edition.cnn.com/2022/03/25/business/mideast-summary-03-25-2022-intl/index.html

«Белая ворона» на Западе: Сербия – окно в Европу?

С первых дней украинского кризиса европейские страны демонстрируют поразительную сплочённость в проведении «масштабной санкционной политики». На этом фоне выделяется позиция Сербии, которая последовательно отказывается от присоединения к санкциям против Москвы. Однако нельзя сказать, что это вызывает большое удивление. Ведь Белград давно проводит политику геополитического балансирования.

В 2014 году Сербия также отказалась присоединяться к антироссийским санкциям, сумев при этом не нанести критического ущерба своим интеграционным амбициям. Но нынешняя ситуация сильно отличается от событий восьмилетней давности. Брюссель и Вашингтон решительно настроены на достижение полной изоляции Москвы и отключение её от всех мировых процессов. А значит, национальные интересы отдельно взятых стран будут отодвинуты на второй план. Невзирая на наносимый им ущерб. И Сербию, как единственную европейскую страну (помимо Белоруссии), отказавшуюся следовать в фарватере общеевропейской политики, ждут серьёзные испытания на прочность.

В нынешних обстоятельствах курс на интеграцию в ЕС при сохранении тесных связей с Москвой – попытка усидеть на двух стульях, на краю глубокой пропасти. При этом Сербию с Россией связывают не только экономические интересы, в частности поставки газа по сильно заниженным ценам. Россия – одна из немногих стран, поддержавших Белград в ситуации с Косово. В отличие от её «друзей» в Евросоюзе. И голосование Сербии в поддержку резолюции Генассамблеи ООН, осуждающей действия России на Украине, неприятно, но объяснимо. «Если бы мы не проголосовали в ООН так, как проголосовали, сегодня бы мы были без 30-50 фабрик, которые так трудились привести в Сербию, и этот поезд был бы уже здесь и нас давил», – так объяснил ситуацию сербский президент в обращении к своим гражданам. Да и не поддержать «территориальную целостность государства-члена ООН» – означает спровоцировать ненужные вопросы уже по Косово.

Сербии довольно давно удаётся проводить сбалансированную политику в интересах собственного благополучия. Но сейчас, в условиях отчаянной борьбы Запада за сохранение своих позиций, вопрос может встать ребром: или полный разрыв отношений с Россией, или «закрытие дверей» в Евросоюз. Что в такой ситуации выберет Белград – вопрос, конечно, открытый. Но пока всё указывает на отсутствие у сербов проблем с исторической памятью. К тому же, добившись своего один раз, Сербию продолжат «дожимать» и дальше – например, по сотрудничеству с Китаем и проекту «Один пояс – один путь». А оттуда уже, кто знает, как далеко будет и до поднятия вопроса о Косово. Только теперь Белград останется совсем один.

https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/14197059

#новости

Заседание министров обороны стран Вишеградской группы (Чехия, Словакия, Венгрия и Польша) в Будапеште 30 и 31 марта отменено из-за позиции Венгрии относительно военной операции РФ на Украине.

Вполне ожидаемо. Позиция Будапешта подвергается жёсткой критике, особенно из Варшавы и Киева. И явно выделяется на фоне партнёров по «четвёрке». Но тем не менее остаётся непреклонной: отказ от поставок вооружений на Украину и от поддержки санкций в отношении российских энергоресурсов.

Являясь частью Евросоюза, оказывать сдержанную поддержку Москве –весьма прагматично и в национальных интересах государства. Что до возможных проблем с Брюсселем – они у Венгрии начались задолго до украинских событий. Обвинения в нарушении «европейских демократических ценностей» Будапешт слышать привык. Как, кстати, и Польша. Вот только она в антироссийской риторике находится по другую сторону баррикад от Венгрии. Не изменяя своим традициям.

3 апреля в Венгрии состоятся парламентские выборы. Их результаты определят дальнейший курс Будапешта. Изменения возможны, но маловероятны. По предварительным опросам партия действующего премьер-министра Виктора Орбана набирает 50%, оппозиция – 40%.
Будем наблюдать.

https://t.me/HouseOfCardsEurope/29345

А был ли мальчик?

29 марта состоялся на сегодняшний день самый обсуждаемый раунд российско-украинских переговоров. Равнодушным он не оставил, пожалуй, никого. При этом одни поспешили окрестить его результаты как «предательство» и «Хасавюрт 2.0», другие – как «долгожданную конструктивную позицию». А третьи (реалисты) предпочли дождаться официальных комментариев от «лиц, которые действительно уполномочены принимать решения».

Что можно сказать точно – главе российской делегации следует осторожнее подходить к публичным выступлениям. Особенно будучи в центре внимания мировой общественности. И не очень внимательных (или добросовестных) журналистов. Ведь то, что было односторонними предложениями украинской делегации (например, что Россия не возражает против вступления Украины в ЕС), было кем-то презентовано как достигнутые в ходе переговоров договорённости. И вполне логично привело к шквалу эмоций.

Теперь, когда первые эмоции утихли, попробуем разобраться, что на самом деле произошло в Стамбуле. Начнём с положительных моментов. Так, было зафиксировано письменное согласие Украины на «постоянно нейтральный внеблоковый безъядерный статус», а это, как минимум, отказ от вступления в НАТО и одно из главных условий российской стороны. Взамен Киев просит юридических гарантий своей безопасности со стороны одиннадцати государств. Но на этом, пожалуй, и всё. Ведь по Крыму и Севастополю, в представлении украинской стороны, решение вопроса должно быть отложено лишь на 15 лет. Что, конечно, не устраивает ни российское руководство, ни подавляющее большинство россиян. Ни обновлённую российскую Конституцию. А последний гвоздь в ожидания оптимистов вбивает заявление Зеленского, сделанное уже после переговоров: «в вопросах территориальной целостности никаких компромиссов с Россией быть не может».

Российской делегации же досталось от явно патриотично настроенных граждан за «сдачу позиций» из-за объявленного решения о «кардинальном сокращении военной активности на Киевском и Черниговском направлениях». Тут уж Мединскому пришлось оперативно объяснять, что «деэскалация» не равно «прекращение огня», а Министерство обороны на следующий день и вовсе заявило о том, что «все основные задачи на этих направлениях уже выполнены» и поэтому «происходит плановая перегруппировка войск». А это, согласитесь, рисует совсем другую картину. И даже объясняется, как мудрое решение военного руководства, нацеленное на концентрацию усилий на приоритетном направлении Донбасса.

В среду с комментарием по стамбульским переговорам выступил уже и министр иностранных дел России Сергей Лавров. Который, отдав должное первым наметившимся позитивным подвижкам, в свойственной ему манере сделал весьма примечательное заявление: «так же, как я считаю прогрессом понимание украинскими коллегами того, что вопросы Крыма и Донбасса окончательно решены». А вот воспринимать это уже можете как хотите. Держа в уме, что ни плохая память, ни плохая осведомлённость Сергею Викторовичу обычно не свойственны. Ну а реакцию украинского МИДа угадать, думаю, не сложно.

https://t.me/kommersant/28954

#экспертное_мнение

Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», с анализом развернувшегося кризиса мироустройства:

«Специальная военная операция на Украине, по существу, отменила (если использовать модное слово позапрошлого года – обнулила) тридцать лет постсоветского развития (транзита, как было принято говорить лет пятнадцать назад). И в плане многочисленных уступок, сделанных за эти годы. И в большей части достижений, в том числе бытовых, обретённых в рамках той самой западоцентричной системы. Россия как будто вернулась к развилке, которую прошла на рубеже 1980-х и 1990-х гг., чтобы выбрать другую дорогу. Бурная интеллектуальная дискуссия перестроечного времени о пути в будущее, не доведённая тогда до конца из-за распада СССР, кажется, получает шанс возобновиться и увенчаться-таки неким выводом. События начала 1990-х гг. привели, кстати, к тому, что никакого выбора в итоге сделано не было. Просто исторический поток подхватил и понёс.
Но та незавершённая дискуссия лишь отчасти состояла из спора, что конкретно делать. Прежде всего она заключалась в попытках разобраться, «от какого наследства мы отказываемся» – этой цитатой из Ленина охотно оперировали участники обсуждений периода гласности. Совершив круг, мы снова в той же точке».

https://globalaffairs.ru/articles/staroe-myshlenie/

«Я думаю, что это начало новой холодной войны, что русские постепенно будут реагировать вполне враждебно и это скажется на их политике в различных вопросах. Думаю, это трагическая ошибка. Для этого не было никаких причин. Никто никому не угрожал. Это расширение заставит отцов-основателей этой страны перевернуться в гробу. Мы обязались защищать целый ряд стран, хотя у нас нет ни ресурсов, ни намерения сколь-либо серьёзным образом выполнять это обязательство... Разве люди не понимают, что во время Холодной войны у нас были разногласия с коммунистическим режимом Советского Союза? А теперь мы поворачиваемся спиной к тем самым людям, которые совершили величайшую в истории бескровную революцию, устранив советский режим. Это показывает, насколько скудно понимание российской и советской истории. Конечно, в ответ последует негативная реакция России, и тогда сторонники расширения НАТО скажут: мы всегда вам говорили, что таковы русские. Но это в корне неверно», – 1998 г., Джордж Ф. Кеннан, автор «длинной телеграммы», «архитектор Холодной войны».

4 апреля 1949 года – день основания крупнейшего на сегодняшний день военно-политического блока –«Организации Североатлантического договора», более известного как НАТО. За прошедшие с этой даты 73 года численность стран-членов увеличилась с 12 до 30, а наибольший прирост пришёлся на период после окончания Холодной войны. Когда ни СССР, ни Организация Варшавского договора уже не присутствовали на мировой арене. А значит «угрозы советского влияния», из-за которой и было создано НАТО, более не существовало.

После распада Советского Союза и завершения Холодной войны у Запада, под предводительством США, была уникальная возможность возглавить процесс создания нового, многостороннего миропорядка. Но ей не воспользовались. Как и возможностью включить тогда ещё совсем слабую, потерявшую статус сверхдержавы Россию в западное сообщество в качестве полноценной, равноправной его части. Вашингтон находился в состоянии эйфории от осознания себя победителем. «Поверженный противник» не заслуживал того, чтобы его интересы учитывались, ведь казалось, что наступила эпоха однополярного либерального мира – мира, где остался только один гегемон. Москву не приняли в сообщество и отказались считать значимым игроком. Вот только «конца истории» так и не случилось.

В своём обращении к гражданам 21 февраля Владимир Путин напомнил о том, что в 2000 году во время визита в Москву Билла Клинтона он спрашивал американского президента о возможности присоединения России к НАТО: «…реакция выглядела, скажем так, весьма сдержанно». Почему же США не поддержали эту инициативу? Ведь вступление России в западные структуры, такие как Евросоюз и НАТО, казалось хорошим вариантом многим экспертам, в том числе и американским. Вот только размер и потенциал России, которые существенно превосходили европейских партнёров, могли подорвать гегемонию США в этих структурах. А потенциально возможный стратегический треугольник «Москва –Берлин – Париж» в перспективе мог бы и вовсе вытеснить США из вопросов обеспечения европейской безопасности и развития. Независимая, пусть и дружественная, Европа – не то, чего хотел тогда Вашингтон. Как, впрочем, и сейчас.

При этом, отказавшись от включения в свои ряды России, НАТО, несмотря на данные ранее обещания, стало стремительно расползаться на восток. А оправдывалось это правом «каждого суверенного государства выбирать свои собственные механизмы обеспечения безопасности». Вот только это право вступает в коллизию с принципом, зафиксированным в документах ОБСЕ, а именно об «обязательстве каждого государства не укреплять свою безопасность за счет безопасности других». То есть «право на выбор союзов должно быть обусловлено необходимостью учитывать интересы безопасности любого другого государства-члена ОБСЕ». И к этому принципу аппелирует уже Россия, осуждая поступательное приближение инфраструктуры НАТО к своим границам.

В декабре прошлого года состоялась последняя на сегодняшний день попытка Москвы согласовать с США и Организацией Североатлантического договора приемлемые для неё гарантии безопасности. К сожалению для всего мира, письменных гарантий добиться не удалось. А устным Россия, видимо, больше не доверяет.