Ну, типа, канал про книжки.

Что тут будет? Все подряд. Я читаю быстро, я читаю без разбора, что попадется — то и да. Что-то не дочитываю (это не значит, что не напишу отзыв) 📜 Могу засрать, могу не засрать, могу аргументировать, могу нет.

Чего не будет с 99% вероятностью? Классики-хуяссики. Все давно перечитано, и че там говорить, Моцарта читала? Нет? В койку.

Языки — русский, английский, оооочень редко — сербский и французский (ахахаха, вы поглядите на нее).

Можно мне предлагать че-нить почитать, хоть свое (если законченное), хоть чужое, можно спрашивать, читала ли я "Невинную для рогатого михрютки" (а я могла и читать!), все можно.

Правила канала тут.

#орг

Корсет, Лора Перселл

О вы, которых жизнь тепла так и легка,
Вы, грязной нищеты не ведавшие люди,
Вы не бельем прикрыли ваши груди,
Нет, не бельем, но жизнью бедняка...

Жили-были две девочки — богатая Доротея делала добрые дела, а в свободное время изучала френологию и пыталась выстроить теорию о том, как строение человеческого черепа влияет на человеческие же склонности, а бедная Рут пыталась выжить, а в свободное время… погодите, это же викторианство, какое нахрен свободное время, иди работай. Зато у нее была (по крайней мере, по ее мнению) одна волшебная способность — убивать своим шитьем. Рут вышила ангела на пеленке сестры — и вот к ней пришел удушающий ангел, дифтерия. Она вложила свою злобу и ненависть в корсет для своей молодой хозяйки —– и та умерла.
Рут ждала суда и казни, а Доротея в нежном сиянии спустилась во ад темницы, чтоб… измерить череп, а вы что подумали? Спасти и утешить? Да щас.
Доротея изучает Рут.
Рут рассказывает свою историю.
И стежочки ложатся так, что узор получается ооооочень страшным.

Корсет — это жутковатый роман о викторианской эпохе с ее блеском и нищетой, с нежными шелками и колючими матрасами, с бриллиантами и грязью, с изящными леди и вшивыми нищенками, с показной добротой и надежно припрятанной в угольной яме жестокостью. Надо всем этим вьется мистический флер, и до самого финала совершенно непонятно — есть в шитье Рут настоящее колдовство, или дело в череде кошмарных совпадений? Кто знает, тот не скажет, хехе.

10/10, все понравилось. Самое то для холодных осенних вечеров, предхэллоуинской жути, вотэтоговотвсего.

Вообще серия "Дары Пандоры" выглядит интересно, почитаю остальные книги.

#мистика #детектив #рек

Тестовый пост — че как по комментам?
Имам комменты, отлично.

Кот Ебалай (да, его так и зовут) обозначает правила этого канала.

1. Соблаговолите запомнить: находясь в гостях, не ломают мебель и произведения искусства, не крадут мелкие предметы, не пачкают ковры и труднодоступные места. Не насилуют и не избивают других гостей. Последнее действует по крайней мере до тех пор, пока не закончит насиловать и избивать гостей сам хозяин, пока он не даст знак, что теперь бить и насиловать уже можно. (с)

2. Можно пиздиться за тексты Лии Арден, Достоевского, Моцарта, если вы его все-таки читали, и за омегаверс юзера romashka_55 с фикбука. Нельзя обижать друг друга, Лию Арден, юзера romashka_55 и так далее. Достоевского можно, че ему сделается.

3. Можно материться. Можно не материться.

4. Не знаю, че еще.

#орг

Это мы читаем.

Важнейшая книга, которую я чуть не пропустил

Почти случайно узнал, что в России вышла книга «Вера, надежда, резня» Ника Кейва и Шона О’Хагана, в издательстве «Колибри». Сразу же пошел покупать.

Где-то в Челябинске лежит мой двухтомник Ника Кейва «Король Чернило», выпущенный Ильей Кормильцевым в «Ультра.Культуре» в 2004 году. Красивое издание — одна книга глубокого черного цвета, другая — глубокого красного. На обложке одной из них — аннотация Артемия Троицкого (признан иноагентом). Пафос ее примерно такой: Ник Кейв — серьезный парень, хорошо, что он поет о том, как убивает людей булыжником, потому что, повернись судьба чуть иначе, от слов он мог бы перейти к делу.

Сейчас лирика Ника Кейва совсем другая. В 2015 году погиб его 15-летний сын Артур, упав со скалы. Несколько вышедших после этого альбомов посвящены опыту горевания. Это уже не король чернило, а скорее король скорби или боли. В 2016 году вышел альбом Skeleton Tree, большинство песен были написаны до трагедии, но записаны в студии были после: голос Кейва сломлен горем. Это хорошо, например, заметно по моей любимой песне с этого альбома — I need you, зная предысторию, ее физически тяжело слушать. Последний на сегодня альбом Кейва вышел в прошлом году. Он называется Wild God — это религиозный гимн, триумф жизни.

В жизни нет места беседам о горе, его не привыкли обсуждать, поэтому мы часто остаемся наедине с собой, пишет Кейв. О горе трудно говорить, еще труднее слушать. Возможно, слова вообще не годятся для этой задачи, поэтому все что остается — это надеть черное и плакать.

Перефразируя ту аннотацию 2004 года — хорошо, что Ник Кейв после 2015 года не стал умирать, потому что в своей книге он эти слова находит — это очень глубокий и ясный разговор о том, как пережить утрату. Не только, конечно, об этом. Книга написана по итогам сотен часов разговора Кейва со своим другом, журналистом Шоном О’Хаганом — о вере, религии и зависимости; творчестве, одиночестве и старении. О том, что искусство, а особенно музыка, позволяет попасть в зазор между жизнью и смертью, где можно поговорить с мертвыми и с ними попрощаться; о крайней уязвимости, равной свободе; о том, что бог может быть болью.

Книга «Вера, надежда, резня», честно говоря, выворачивает наизнанку. Я не помню другой такой книги, от которой так сильно колотится сердце, при этом колотится оно по разным причинам — у многих эмоций экстатическая природа. Потому что в первую очередь это жизнеутверждающее чтение (характерно, что люди, на которых хочется опереться в 2025 году — это Егор Летов и Ник Кейв).

Отдельный мотив — с какой нежностью Кейв отзывается обо всех людях, которые появляются на страницах книги — музыкантах, родственниках, просто знакомых (и даже о Крисе Мартине из Coldplay). Он вспоминает, как просил прощения у земляков за то, что в молодости назвал родной город «дерьмовой дырой». Осознание хрупкости мира дают Кейву почувствовать тихую, но настойчивую любовь ко всем оставшимся.

Большинству читателей, включая меня, наверное, невозможно понять чувства Кейва, но от читателей этого и не требуется. Жизнь — череда потерь, каждый дойдет — или уже доходил — до точки уничтожения своего «я», момента, где царит абсолютная тьма. У Кейва есть сайт The Red Hand Files, где он отвечает на вопросы фанатов. Все скорбящие люди, говорит Ник Кейв, хотят знать ответ на один страшный вопрос: станет ли когда-нибудь легче? Ник Кейв отвечает «да».

Перекресток воронов, Анджей Сапковский

— Батюшки-светы, слава богам! — заорал старший из рудокопов, пряча за спину мотыгу, которой еще вот только что недвусмысленно размахивал. — Всем богам благодарение! Батюшки-светы, так это ж вельможный пан ведьмак! А да, весть дошла до нас, что вы в округе тут, мы уж за вами посылать намерились! А тут вы сами как с неба нам, как с неба!
— Такой уж у меня обычай. — Престон Хольт выпрямился в седле. — С неба падать нуждающимся в помощи. Ибо ведьмак я.

в тексте есть – молодой герой, пожилой наставник, приключения

Если честно, я ничего не ждала от этой книги — потому что Сезон гроз был похож на заштампованный пиздец, без конца и без начала, переплеты как мочало, картонные герои и злодеи бродили, шурша картоном, а между ними тынялся тоскливый Геральт. Поэтому я как-то автоматически включила начитку Перекрестка под работу, но в какой-то момент поняла, что заслушалась. Потом прочитала, и мне понравилось еще больше.

Короче. Джун берется за свои первые зака… эээ… молодой ведьмак Геральт выезжает на большак, тут же вписывается за униженных и оскорбленных (не чудовищами, конечно же), от тюрьмы и сумы его спасает сеньор старый ведьмак Престон Хольт, который имеет какие-то терки с Каэр Морхеном, и все заверте.

История выстроена как первая, самая первая книга о ведьмаке, где брукса с Нивелленом, Ренфри и прочие сказки на ночь — несколько квестов, но в Перекрестке они объединены не только собственно Геральтом, но и единой линией сюжета. И прямая параллель тоже есть! Но это спойлер.
Иногда Геральт зарабатывает денег, иногда отгребает люлей, но, как оно обычно и бывает, влезает в не свои собачьи дела, и…

Кххх. Ладно. В Перекрестке больше раскрыты жрицы Мэлителе, всплывает знаменитый “Монструм, или ведьмака описание”, Геральта предупреждают держаться подальше от чародеек (ахахах), но какая ж свадьба без баяна – чародейки и чародеи в сюжете тоже есть. И люди, как обычно, оказываются хуже стрыг и леших, что само по себе и не ново.

Что мне еще понравилось — линии персонажей, которые придуманы специально для приквела, логично завершаются, и не возникает вопросов, почему они никак не появляются в основном сюжете.
В остальном — читайте сами 😏

Отличный приквел, вот что. Рекомендоваю отчаянно.
#фэнтези #рек

— Месть, — сказала она, распахивая калитку, — это отрада лишь для людей мелких и примитивных.
— Знаю.
— Месть поставит тебя вне закона.
— Знаю.
— Так что езжай, и…
— Да?
— И поубивай этих гадов.

Перед самой ночью, уже после заката, но еще в сумерках, он увидел бабу-ягу, летящую через лес в большой деревянной ступе и заметающую за собой следы метлой. Тварь промелькнула совсем близко, на мгновение он даже увидел ее огромные оскаленные зубищи.

Баба-яга направлялась в сторону деревни — Геральт уже слышал раньше с той стороны лай псов и перезвон пастушьих колокольчиков. Кому-то в этой деревне — вероятнее всего, ребенку — грозила опасность. Деревне был нужен защитник.

Но Геральт торопился на север. Боялся даже подумать о том, что может опоздать.

Вот это еще понравилось!
Хочу побольше про бабу ягу 💀