Великую среду ждёшь с особым чувством в том числе из-за замечательной стихиры «Господи, яже во многия грехи впадшая жена...» Ее автором считается монахиня Кассия, константинопольская аристократка и единственная женщина-гимнограф, чьи произведения вошли в богослужебные книги.

И какие произведения! Одни из лучших во всем корпусе литургических текстов. Наряду с упомянутой стихирой, например, песнопение из службы сочельника Рождества Христова - «Августу единоначальствующу на земли». Целая философия истории и поэзия Промысла Божия.

В стихире на Великую среду удивительно сочетаются тонкая поэзия, изысканное богословие и глубина покаяния. Причём покаянный мотив звучит настолько остро, что некоторые исследователи приписывали эту стихиру «блуднице Таисии» (святая IV века), полагая, что аристократка Кассия не могла выразить такие чувства. Но это не слишком убедительный аргумент: у нас есть потрясающие покаянные каноны преподобного Андрея Критского и святителя Кирилла Туровского.

В стихире, помимо прочего, помазание ног Спасителя и отирание их волосами грешной женщины сопоставляется со страхом Евы, после грехопадения, - страхом от шагов тех же самых ног Бога, «ходящего в раю» (Бытие, 3, 8). В стихире от лица грешницы говорится так: «да облобыжу пречистеи Твои нозе и отру сея паки главы моея власы, ихже в раи Ева, по полудни, шумом уши огласивши, страхом скрыся».

Мы как бы возвращаемся к сюжету, который слышали в самом начале Великого поста. Возвращаемся с покаянием и новым чувством...

https://t.me/SymSem/2832

Интересно, что Архангел Гавриил, когда приветствовал Деву Марию, не говорил Ей о предстоящих страданиях Её Сына. Напротив: «и будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству Его не будет конца» (Луки, 1, 33). Что в духовном смысле - полная правда.

Но не случайно в «плаче Богородицы», который читается в Великую Пятницу, в уста Матери Божией вложены такие слова: «Где благовещение древнее, еже ми Гавриил глаголаше?»

Богородица не знала о предстоящих Её Сыну страданиях, хотя прикровенно об этом предсказывал праведный Симеон Богоприимец, когда сказал Деве Марии: «Тебе самой оружие пройдет душу» (Луки, 2, 35)…

Нам, как правило, вредно знать будущее, потому что такое знание может парализовать нашу волю и сделать неспособными к трудам и подвигам. Если бы я знал, с какими испытаниями мне придется столкнуться, ещё неизвестно, хватило бы у меня решимости на некоторые поступки, где требовалась непоколебимая уверенность. Скорее всего, малодушие завело бы меня «в бесплодье умственного тупика».

Но в то же время Господь даёт нам сигналы и намеки, чтобы мы понимали: всё в Его руках, Промысл Божий никогда не оставляет нас.

Когда Фродо и Сэм у Толкиена смотрят в таинственное зеркало, то видят странные и непонятные фрагменты будущего, которые они опознают только потом. Общая картина становится понятной только тогда, когда всё совершится, как это произошло в «Сто лет одиночества» у Маркеса. Или, как это произойдет в Откровении Иоанна Богослова.

На Страстной

Ещё кругом ночная мгла.
Ещё так рано в мире,
Что звездам в небе нет числа,
И каждая, как день, светла,
И если бы земля могла,
Она бы Пасху проспала
Под чтение Псалтыри.

Ещё кругом ночная мгла.
Такая рань на свете,
Что площадь вечностью легла
От перекрестка до угла,
И до рассвета и тепла Ещё тысячелетье.
Ещё земля голым-гола,
И ей ночами не в чем Раскачивать колокола
И вторить с воли певчим.

И со Страстного четверга
Вплоть до Страстной субботы
Вода буравит берега
И вьёт водовороты.
И лес раздет и непокрыт,
И на Страстях Христовых,
Как строй молящихся, стоит
Толпой стволов сосновых.

А в городе, на небольшом
Пространстве, как на сходке,
Деревья смотрят нагишом
В церковные решетки.

И взгляд их ужасом объят.
Понятна их тревога.
Сады выходят из оград,
Колеблется земли уклад:
Они хоронят Бога.
И видят свет у царских врат,
И черный плат, и свечек ряд,
Заплаканные лица —
И вдруг навстречу крестный ход
Выходит с плащаницей,
И две березы у ворот
Должны посторониться.

И шествие обходит двор
По краю тротуара,
И вносит с улицы в притвор
Весну, весенний разговор
И воздух с привкусом просфор
И вешнего угара.
И март разбрасывает снег
На паперти толпе калек,
Как будто вышел Человек,
И вынес, и открыл ковчег,
И всё до нитки роздал.

И пенье длится до зари,
И, нарыдавшись вдосталь,
Доходят тише изнутри
На пустыри под фонари
Псалтирь или Апостол.

Но в полночь смолкнут тварь и плоть,
Заслышав слух весенний,
Что только-только распогодь,
Смерть можно будет побороть
Усильем Воскресенья.

Борис Пастернак
1946

Самое время. «Апрель» Виктора Цоя.

Владимир Титов. Распятие. 2010 г. Музей андеграунда в Екатеринбурге

В мировой литературе есть произведения, сюжет которых связан со Страстной седмицей, и Великой Пятницей в частности. В первую очередь вспоминаются «Божественная комедия» Данте и «Студент» Чехова.

Путешествие Данте по Аду, по мнению большинства комментаторов, начинается в Великую Пятницу:

День уходил, и неба воздух темный
Земные твари уводил ко сну...
(Ад, 2, 1-2; а также 21, 112)

В рассказе Чехова «Студент» главный герой, студент духовной академии, идёт в Великую Пятницу на охоту, в поля. Возвращаясь, он греется у костра, где произносит импровизированную проповедь, которая меняет его самого...

Этот рассказ Чехов особенно любил и считал его лучшим в своём творчестве. Так и есть.

https://ilibrary.ru/text/979/p.1/index.html

Распятие

«Не рыдай Мене, Мати, во гробе зрящи»

1
Хор ангелов великий час восславил,
И небеса расплавились в огне.
Отцу сказал: «Почто Меня оставил?»
А Матери: «О, не рыдай Мене…»

2
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.

Анна Ахматова

Коротко о завтрашнем дне. Фото священника Игоря Палкина

Впервые за три десятилетия нашему храму – легендарному храму мученицы Татианы при МГУ — запретили выйти с Крестным ходом на Пасху дальше, чем двор журфака.

Вот так. Намазы совершать можно где угодно. А православным пройти с Крестным ходом вокруг храма (как это было всегда) теперь нельзя.

Монастырь Хора в Константинополе. Смотрим фрески

Раз уж пошли по литературе, то сегодня вспоминается «Пасхальный крестный ход» Солженицына.

Кстати, в закрытом канале проводим конкурс пасхального рассказа. И вообще думаем, а есть ли такой жанр…

Есть в православной Пасхе и Дне космонавтики метафизическое единство.

Оба праздника для русских людей символизируют торжество жизни, победу света над тьмой, веру в будущее, новое начинание, весну души и природы.