«Честным, добрым, мне кажется, одиноким, и невероятно ранимым, и правильным <…> Мы должны были встретиться буквально на днях на премьере «Суперстара». Разговор «до встречи» у нас был», — со скорбью поделилась телеведущая.

«В ближайшее время мы выйдем к вам с официальным заявлением о статусе проекта и дальнейших планах. Say Agency благодарны всем, кто эти полтора месяца был рядом: поддерживал нас, переживал и, как и мы, ждал этих концертов всем сердцем. Мы остаёмся на связи и продолжаем работать», — говорится в заявлении.

«Наверное, никто не вытеснил мудрую мать, потому что мой опыт со мной, и он складывается из проб, ошибок, побед и разных событий в моей жизни. Поэтому он уже у меня есть и никуда не денется. Как говорится, выводы сделаны», — рассказала Глюкоза в эксклюзивном диалоге с Super после эфира STUDIO 21.

Женщины, спасибо вам всем огромное за поддержку. Я получаю ежедневно тысячи сообщений от девочек, кто так или иначе находится или находился в похожей ситуации… И мне безумно жаль. Я не знала, как правильно себя вести во всём этом. В какой-то момент психика адаптируется, и абсолютно странные вещи начинают казаться тебе нормальными. Всё переплетается. Сейчас я могу сказать точно, что никто не скажет тебе спасибо за то, что ты «спасала», терпела и пыталась сохранить. И единственное, что реально важно, — это безопасность детей. Прошло 3 месяца, за это время дети восстановились, мы много где с ними были, они ходят в школу, играют, смеются и просто живут обычную жизнь», — написала Оксана.

«Я знаю, что я виновата перед своими детьми, но также я знаю, что я хорошая мама и всю жизнь делала всё для их счастья и благополучия, и в этой ситуации я сделала всё, что могла, в тот момент, когда это стало возможным юридически. На этом я хочу закрыть эту тему в медиа и надеюсь больше к ней не возвращаться. Не будет 1000 постов и бесконечного обсуждения. Все дальнейшие разбирательства будут уже в рамках опеки. Жизнь не остановилась, обязательства никуда не делись, работа расписана на год вперёд, детей нужно кормить, лечить, учить, одевать — сделать могу это только я, и рассчитывать я могу только на себя», — добавила Оксана.

«Сейчас первый раз за долгое время я чувствую себя свободной, мне как будто вернули голос и право на жизнь. Да, мне по-прежнему страшно, и я знаю, что впереди меня ждёт долгий, сложный процесс отстаивания себя и детей. Иногда буду делиться мыслями и переживаниями, но не хочу грузить вас всем этим. Хочу делиться с вами чем-то позитивным, хочу делать свою работу, хочу проводить время с друзьями и близкими людьми, хочу просто жить дальше», — подытожила Оксана.