«Просыпаюсь я сегодня с утра, пишут с ресепшена: “Вам доставка цветов”. Я такая: “Ну, окей, поднимайте“. А они мне: “Нет, для доставки нужен грузовой лифт”. Пришлось делать заявку на него», — рассказала Оксана.

«В тот период я не доверяла вообще никому. Мне было страшно. Единственное, о чём я думала — сжигать, сжигать, сжигать», — заявила Бекхэм в документальном фильме о своей жизни.

«Можно попросить кого-то на радио поддержать, взять песню и так далее. Окей. Я даже могу попросить поставить там какой-то видеорепортаж или там ещё что-то на музыкальном телевидении. Наверное, попросить кого-нибудь из организаторов концерта: а можно мой сын тоже здесь выступит? Да, наверное, это возможно. Но я не могу купить, заплатить и заставить любить своего сына. Я не могу купить эту любовь. Если его слушают, значит, его слушают. А в кино еще хуже, в смысле, хуже — лучше. Вот просунул я дочку на роль. Что такое кино? Кино в первую очередь это бизнес. Я не могу прийти в этот огромный киномир и сказать: вот моя дочь, она будет играть. Мне скажут: ты дурак что-ли. С какого перепуга?» — заявил Жуков в шоу «Dreamcast».

«Мы делаем всё, чтобы они не переживали. Наверное, переживают, но это не сильно заметно. Мы не разделяем никаких обязанностей, всё по обоюдному желанию, как получается — так получается», — сообщила Диброва.