Приду посидеть перед сном я на берег реки,
Схвачу по пути палок сухих и возьму в две руки.
Под тяжелыми ветками плачущей ивы,
Уставлюсь я в берег напротив красивый.
И вот разложу шалашом, эти ветки мои,
Подожгу исподнизу и шепну я тихонько:
«Гори...»

Все мертвые щепки по сути ожили!;
У каждой из них появился язык!;
Такой красный и яркий как чили!;
Все они издавали обжигающий рык!

Рычали, трещали, и с треском опять помирали.
А ива, угрюмая старая ива в печали,
Всё слезы льет на костер, ей своих веточек жалко,
К тому же, от них ей вдобавок и жарко.

«Спасибо, что научила меня жечь костер!
Теперь разожгу что угодно, ведь я фантазер!»
Это вернувшись я к Иве, сказал ей это одной.
И скучая по ней, ушел спать поскорее домой...