---

Пролог. Серебряный крик

Ночь была холодной, даже для сезона Голых Деревьев.

Пепельная Шерсть лежала в родильной палатке, тяжело дыша, и сжимала когтями мох. Рядом суетилась старая королева-бабушка, бормоча молитвы Звёздному племени.

— Ещё одно усилие, — прошептала бабушка.

Пепельная Шерсть зажмурилась, толкнула — и мир наполнился криком.

Но не обычным. Не громким требовательным «я пришёл».

Это был серебряный крик. Высокий, чистый, будто кто-то ударил по льду. Он разлетелся по всей палатке, заставив соседних королев вздрогнуть и прижать уши.

— Что это за голос? — испуганно спросила молодая кошка из соседнего гнезда.

— Это девочка, — устало ответила Пепельная Шерсть, беря малышку в лапы. — Такая маленькая… а голос на всё племя.

Кошка была тёмной — не серой, не дымчатой, а именно темной, будто луна запуталась в её шерсти. Глаза ещё не открылись, но лапки уже сжимались и разжимались, будто она пыталась что-то удержать.

— Как назовём? — спросила бабушка.

Пепельная Шерсть посмотрела на дочь, на её необычный отблеск, и вздохнула.

— Серебряный Крик, — сказала она. — Пусть помнит, что появилась громко. Даже если потом научится молчать.

Она не знала, как пророческими окажутся эти слова.

Малышка пискнула в последний раз и уснула, свернувшись клубком на материнском животе. А за палаткой, невидимый никем, старый целитель Вересковый Ус поднял голову к луне и прошептал:

— Эта придёт далеко. Или спасёт племя. Или разрушит его. Интересно, что выберет.

Ветер донёс ответа. Только луна мерцала холодным серебряным светом.

Конец пролога.
---

Пролог. Тихий удар

Сильвер появилась на свет ночью. Иллюзионист — следующим утром.

Пепельная Шерсть едва успела отдохнуть. Схватки вернулись с первыми лучами солнца, слабые сначала, а потом — оглушающие.

— Второй? — удивилась старая королева-бабушка. — Я думала, она одна.

— Я тоже, — простонала Пепельная Шерсть, кусая мох.

Но второй не кричал.

Он выскользнул тихо — так тихо, что бабушка решила, будто он родился мёртвым. Она взяла его в лапы, перевернула, лизнула — ничего. Серо-темный комочек лежал неподвижно, даже не дышал.

— Ох, Звёздное племя… — прошептала бабушка.

И в этот момент котёнок открыл глаза.

Не пискнул. Не закричал. Просто посмотрел. Тяжёлым, спокойным, немигающим взглядом — так смотрят старые воины, прожившие сотню битв. А потом — раз! — и врезал бабушке лапой по носу.

— Ай! — воскликнула она, отшатнувшись.

Котёнок пискнул — тихо, почти насмешливо — и полез к материнскому животу, толкаясь и требуя молока.

— Что это за зверь? — спросила бабушка, потирая нос.

— Это мальчик, — усмехнулась Пепельная Шерсть, впервые за день улыбнувшись. — И он, кажется, решил, что мир должен подождать, пока он будет готов.

Рядом заворочалась Сильвер. Чёрный комочек шерсти приоткрыла мутные глаза, потянулась носом к брату — и удовлетворённо пискнула. Будто знала, что он придёт. Будто ждала.

— Как назовём? — спросила бабушка.

Пепельная Шерсть посмотрела на сына — чёрного, тихого, с ударом вместо крика — и покачала головой.

— Тихий Удар, — сказала она. — Появился молниеносно и без звука. Как удар лапы из темноты.

Котёнок не ответил. Он уже спал, прижавшись к сестре, и его чёрная шерсть сливалась с её черной, как ночь с луной.

За палаткой старый целитель Вересковый Ус снова поднял голову к небу.

— Два, — прошептал он. — Один — крик. Второй — удар. Интересно, кто кого перекричит в конце.

Ветер не ответил. Только солнце поднялось выше, осветив двух котят, которые спали бок о бок — черный и темно-серый, громкий и тихий, начало и конец чего-то большого.

Конец пролога.

---