Он запрещал себе летать,
Боялся взглядов, осуждений,
Не позволял счастливым стать,
Чуть не кончал от сожалений.

Но жизнь она, как океан
Впустую тратя время, нервы,
Ни песню спеть и ни романс.
Не стать однажды в чём-то первым!

Бояться трудностей, проблем
Смеяться в голос, ошибаться?
А жизнь прожить
ни с той, ни с тем?!...
Иль всё же БЫТЬ! А не казаться?

Зоолог Журбин закончил университет и прибыл по распределению.
Когда станет ясно, что он знает язык животных, деревенские будут поклоняться ему как божеству. Ну и, конечно - мясо, сыр, яйца…

От вокзала до деревни автобусы не ходили. Поэтому за ним прислали подводу. Телега была похожа на оптический обман. Еще меньше надежд внушала кобыла. Судя по деснам, она служила еще в Первой конной. Возможно, уже тогда товарищ Буденный называл её на вы.

Конюх Степаныч напоминал экскаватор. Такой же добродушный и рукастый. Он на перроне заверил, что они доедут в два счета. Сказал: «Смотри, вот – раз!..» - схватил чемодан зоолога и бросил в телегу. Чемодан нарисовал идеальную параболу. Перелетел через телегу и влетел в приоткрытую дверь вагона для скота. Поезд с затяжным свистом летел мимо. Что исключало даже гипотетическую возможность увидеть этот чемодан снова.

Поезд пролетел и стало тихо как в раю. В память врезались только две размазанные коровьих морды с огромными глазами. Инструменты, литература, запасные трусы, направление, паспорт, фото любимой - всё со свистом унеслось со скотиной куда-то на восток. Степаныч ощутил мимолетное чувство неловкости.

Журбин трясся на телеге и смотрел вниз. По обочине шёл ёж. Иногда он уходил вперед и дожидался телегу. Где-то на середине пути зоолог спросил:
- А что, старик, зверьё в вашей глухомани водится?

Степаныч ответил: не особо. Бурундуки, бабочки. Но вот год назад бывший секретарь райкома с председателем колхоза, тоже бывшим, на уток пошли. Да не вернулись. Не нашли с утками общий язык, видимо.
- Главное – быстро правильные слова для животных находить, - подтвердил Журбин.
Выяснилось: Степаныч тоже знает язык животных. На фронте был переводчиком.

В поезде было много чаю. Журбин сошел с телеги и направился туда, откуда не долетит ни звука. Найдя удобное место, расстегнул брюки и сосредоточился. И тут его взгляд натолкнулся на что-то большое. Это что-то стояло прямо перед ним.
В трех шагах от зоолога Журбина стоял, чуть сгорбившись, огромный медведь. Гигант штангист Власов рядом с ним выглядел недоразумением. С нижней челюсти медведя свисал, застряв в зубах, корень какого-то растения. Кажется, березы. В глазах медведя читалось изумление. Много наглости он повидал за эти годы. Бурундуки дорогу не уступают. Год назад два чудика задницу утиной дробью расстреляли. Партбилеты и золотые портсигары потом два дня выходили. Но чтоб вот так, средь бела дня, расстегнув брюки и нагло встав напротив…
- Дай мне минуту, и я всё объясню, - сказал ему Журбин на чистом медвежьем...

Степаныч смотрел на небо. Будет, однако, дождь. И пора, картоха вянет. Он оглянулся на неясный шум. По колыханию верхушек сосен определил направление движения.

Сметая деревца, из леса вылетел новый зоолог. Он держал в руках расстегнутые брюки. На его лицо без кислородной подушки нельзя было смотреть. Он кричал какие-то странные слова. Кажется: «заводи, заводи». За ним, переливаясь как холодец, мчался огромный медведь.
- На крыло!.. – фальцетом заорал Степаныч, схватил кнут и огрел лошадь. – Оглоблю тебе в ин дер шмутциген анш по самый хомут!.. Н-но…

Кобыла лениво оглянулась. Её седая грива встала колом как ирокез. Последний раз она так стартовала во время Брусиловского прорыва в 1916 году. Телега вылетела из-под Степаныча как скатерть из-под посуды. Он исполнил сальто Делчева с оценкой 9,0 и сваей рухнул на дорогу. Минус балл за то, что не тянул носочки. Если бы он так рухнул час назад, пришлось бы вызывать скорую. Но сейчас он бодро отскочил от земли и птицей метнулся за телегой.

Ближе к деревне медведь отвязался. Степаныч дышал легкими, печенью, аденомой простаты – всем, что могло раздуваться и сдуваться. Для человека нет невозможного. Восемьдесят – не препятствие для сдачи норматива ГТО на золотой значок. Причину насквозь промокших брюк объяснил коротко: «Трава нонче дюже росная». Свои брюки Журбин продолжал держать в руках.
- У вас здесь медведи нерусские, что ли?!
- Это Серёжа, он глухой.

Дождались, пока прискачет кобыла с телегой.О медведе в деревне решили ничего не рассказывать. (В. Денисов)

Одиночество исцеляет 🥰
Лишь оно придает Жизни ценность.
Словоблудие изнуряет,
но☝
Иначе не скинут цену!
😂
Ох уж этот неистребимый –
Компромисс.
Всех времён, всех народов.
Лучший козырь из рукава
За столом в казино ...уродов.
🍸
Каюсь, грешен и я играл
Ставки делал, играя в долгую.
Обещания раздавал, не моргнув
Проплывал по-над Волгою
🤷‍♂
Слов на ветер пустых ...побросал,
В авантюрах, не снились Бендеру!
Как красиво он их зажигал
Не деля по полу, гендеру!
🔥
С ноябрём наступили, пришли
Упоительного дни молчания.
Опадают, как листья они неоправданные ожидания
🍁🪷
Созерцая, не задаюсь
Человека вопросами вечными
Лишь припомню и, улыбнусь
До чего они были ...беспечными ❤️🤩

Непонятно? Тогда не спеши.
Может просто ещё не готов
Может чаша с которой пил
Не твоя была, для ...котов

Привет, меня зовут Аня. И я, нет, не алкоголик. Я мать семерых детей.

Правда, в тот день, когда я подошла к мужу и сказала, что беременна в четвёртый раз, в его глазах появилась бегущая строка с текстом "Лучше бы ты бухала".
Но вообще он у меня очень-очень хороший, и поэтому вслух он сказал совсем другое. Он спросил:
- От кого?

На тот момент я сидела в декрете с тремя детьми шестой год подряд, и человеком, которого я видела чаще всего после мужа, была педиатр наших детей. На третьем месте прочно обосновалась мой акушер - гинеколог. Я подумала и ответила:
- А от кого можно было?
- Можно только от меня, - сразу сориентировался в ситуации муж.
- Ну, тогда от тебя, - подтвердила я.
Муж стал называть наших детей Ушастик, Пушистик, Звонок, и, похлопывая по моему ещё не очень видному животику, Прыгунок, и вопрос был закрыт.

Через полтора месяца, когда плановое УЗИ показало, что будет тройня, я распихала старших детей по бабушкам, сварила борщ, купила пива и стала ждать будущего счастливого папу-зайца с работы.
Так как он у меня не только хороший, но и умный, то, увидев мою слегка безумную улыбку, сразу заподозрил что-то прекрасное. И даже попытался разрядить обстановку шуткой:
- Ну, рассказывай, что там у тебя, тройня, что ли?

Я молча протянула ему бланк с результатами обследования и бутылку пива.
- Надо же, - выдал он спустя полбутылки, - сразу и Прыгунок, и Лампочка-дочка, и ещё один запасной будет, чем плохо?
А я что? Меня всё устраивает. Не расстроился, не психанул, и то хлеб.

А Лампочка-дочка родилась через три года после тройняшек. Так и живём. Ведь для счастливой жизни в большой семье нужно иметь три качества: чувство юмора, стальные нервы и реакцию, как у кобры. Юмор у нашего папы был встроен производителем, нервы он постепенно наработал, а реакция... Да, над реакцией мы ещё работаем.
(Марина Хмель-Колесник)

Попробуйте это классное приложение и создайте AI Morph вместе со мной!
https://play.google.com/store/apps/details?id=photoeditor.aiart.animefilter.snapai

И если тишину - любил всегда,
То одиночество,
не думал не гадал!
Но "всё пройдёт",
напомнило кольцо.
Как Соломону,
когда тот ответ не знал
🤔
В какой то из
похожих ноябрей
Создатель место
встречи подарил
Наедине с собою побродить.
С тех пор поэт
бывать здесь полюбил
👣
Здесь дышится
легко и тишина.
Всё замерло и
дремлет до весны
Лишь берег галькой
словно шепотком
Шагам твоим
промолвит - не спеши
😶‍🌫️
Как после битвы
наступает тишина.
И в ней рождаются
вновь рифмы и стихи.
Без музы грустно,
словно облака
Плывут, что
в отражении реки
😶‍🌫️
А память вновь
листает свой альбом:
Вот место встречи.
Кофе, то ...в обед 😎...
Сюжетом из
несбывшегося сна
За облаками где-то
остаётся след
😶‍🌫️
И будет завтра
И возможно вновь
Сюда приду
поговорить с душой
А может снова
на свою беду
Здесь у пруда
я встречусь
с Тишиной 🐱

Как много тех, с кем
можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем
хочется проснуться…
И утром, расставаясь улыбнуться,
И помахать рукой,
и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.

Как много тех, с кем
можно просто жить,
Пить утром кофе, говорить и спорить…
С кем можно ездить отдыхать на море,
И, как положено – и в радости, и в горе
Быть рядом… Но при
этом не любить…

Как мало тех,
с кем хочется мечтать!
Смотреть, как облака роятся в небе,
Писать слова любви
на первом снеге,
И думать лишь
об этом человеке…
И счастья большего
не знать и не желать

Как мало тех, с кем
можно помолчать,
Кто понимает с полуслова, с полувзгляда,
Кому не жалко
год за годом отдавать,
И за кого ты сможешь,
как награду,
Любую боль, любую
казнь принять…

Вот так и вьётся
эта канитель -
Легко встречаются,
без боли расстаются…
Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель
Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться

Как много тех, с кем
можно лечь в постель…
Как мало тех, с кем
хочется проснуться…
И жизнь плетёт нас,
словно канитель…
Сдвигая, будто при
гадании на блюдце

Мы мечемся:
– работа… быт… дела…
Кто хочет слышать - всё же должен слушать…
А на бегу - заметишь
лишь тела…
Остановитесь…
чтоб увидеть душу

Мы выбираем
сердцем – по уму…
Порой боимся
на улыбку - улыбнуться,
Но душу открываем
лишь тому,
С которым и
захочется проснуться

Как много тех,
с кем можно говорить
Как мало тех, с кем трепетно молчание
Когда надежды
тоненькая нить
Меж нами, как простое понимание

Как много тех,
с кем можно горевать,
Вопросами подогревать сомнения
Как мало тех,
с кем можно узнавать
Себя, как нашей жизни отражение

Как много тех,
с кем лучше бы молчать,
Кому не проболтаться
бы в печали.
Как мало тех, кому
мы доверять
Могли бы то,
что от себя скрывали

С кем силы мы
душевные найдем,
Кому душой и сердцем слепо верим
Кого мы непременно позовем,
Когда беда откроет
наши двери

Как мало их, с кем
можно – не мудря
С кем мы печаль и
радость пригубили
Возможно, только
им благодаря
Мы этот мир
изменчивый любили