Советник «Евразийских стратегий» Андрей Безруков рассуждает о приоритетах Д. Трампа в отношениях с Россией:

«Международная политика является для Дональда Трампа вторичным фактом. Проблема, на которой он на самом деле сосредоточен, – экономика Соединённых Штатов. Он хочет сделать свою страну сильнее. А это значит, что ему нужно ускорить внутреннюю динамику, экономический рост, дать людям работу – то есть проделать всё то, что ведёт к укреплению его избирательной базы.

Вполне возможно, что Трамп вообще проводит свою внешнюю политику, дабы не допустить кризиса, который не позволил бы ему проводить наступательную политику в экономике, а это – в том числе – включает пересмотр тех договоров, которые имеются у Америки с остальным миром для того, чтобы развернуть потоки, вернуть работу в США.

Таким образом, повестка всех его переговоров, в том числе с лидером Северной Кореи Ким Чен Ыном и с российским президентом Владимиром Путиным, не политическая, а скорее – экономическая. Он хотел «разминировать» эти отношения, чтобы получить большую свободу рук, например, во взаимодействии с Европейским союзом или с Китаем, то есть «замириться» в одних местах, чтобы иметь возможность «наступать» в других. Это его игра».

http://ru.valdaiclub.com/a/highlights/putin-tramp-osennii-marafon/

Скандальное европейское турне Дональда Трампа и переговоры в Хельсинки с Владимиром Путиным вызывали шквал критики как со стороны Демократической партии, так и Республиканцев. Американского президента обвиняют в предательстве национальных интересов и, как и в начале его правления, угрожают импичментом. Вряд ли позиции Трампа серьезно пошатнуться – опросы демонстрируют в целом стабильный уровень его поддержки избирателями. Однако перспективы нормализации российско-американских отношений выглядят туманными.

• Конгресс остался недоволен тем, что знает о прошедшей встрече Трампа и Путина не больше, чем было сказано в СМИ или твиттере американского президента. Узнать правду конгрессмены планируют у переводчика Трампа Марианны Гросс, вызвав ее для дачи показаний. Госдепартамент уже усомнился в законности данной процедуры.

• На переговорах с Терезой Мэй в Лондоне Трамп нанес британскому премьеру «удар в спину», раскритиковав её вариант «мягкого» Брексита и выразив поддержку ее противнику Борису Джонсону. Напористое поведение Трампа является не только следствием его экспрессивного характера, но и частью переговорного процесса о торговом соглашении между США и Великобританией.
 
• На афганском направлении США снова перешли к активному участию в мирном процессе. Американские официальные лица устанавливают контакты с лидерами движения «Талибан». Трамп и Пентагон недовольны отсутствием существенных результатов в Афганистане и намерены оказывать давление на официальный Кабул и Пакистан для ускорения переговорного процесса.

Подробнее в новом дайджесте внешней политики США. 

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/sammit-v-helsinki-vizit-v-velikobritaniju-operacija-v-afganistane-tramp-ishhet-amerikanskij-interes/

Старший эксперт «Евразийских стратегий» Максим Сучков рассуждает в интервью для PICREADI об особенностях непрямого влияния и «мягкой силы» США на Ближнем Востоке:

• Концептуальная особенность Ближнего Востока - «диалектика страны и государства»: неприятие политики США сочетается с открытостью к американскому образованию, прочему культурному и коммерческому продукту. На Ближнем Востоке сильно развит бытовой антиамериканизм. Как правило, он обостряется в период военных интервенций или обострений арабо-израильских отношений.

• Задача заключается в формировании на Ближнем Востоке привлекательного образа США как открытого, свободного, демократического общества равных возможностей. США стремятся убедить целевые группы, что не являются врагом, способствуют укреплению мира и безопасности в регионе. Вашингтон стремится создать прослойку симпатизирующих США интеллектуалов из разных сфер и профессий, которые в последующем имеют шанс стать лидерами общественного мнения.

• Учитывая демографические и социально-культурные особенности региона, США акцентируют внимание на работе с молодежью. К тому же, многочисленные программы обменов косвенно способствуют негласной селекции наиболее талантливых и перспективных граждан, их последующему развитию.

• Сейчас США пересматривают значимость региона в системе своих внешнеполитических приоритетов и подходы к работе с ним. Многие программы «мягкой силы», которые работали десятилетиями, сегодня свернуты. Конгресс, в частности, на днях потребовал от финансируемого правительством США «Голоса Америки» более агрессивно и критично освещать политику Ирана. Это говорит о переходе от «борьбы за умы и сердца» к пропаганде, которую начинают считать более эффективной в информационной борьбе.

http://www.picreadi.ru/intervyu-s-maksimom-suchkovym/

На сайте радиостанции «Эхо Москвы» вышло большое интервью с новым премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Правительство переходное, скоро досрочные выборы в парламент, но присматриваться к новому поколению армянской элиты давно пора. Что в интервью важного:

• Пашинян заявляет, что внешнеполитический курс будет прежний. Говорит об усилении эффективности ОДКБ, видимо имея в виду что члены организации должны прекратить поставки вооружений Азербайджану и занять более проармянскую позицию по Карабаху.

• Обозначается новая формула отношений с Россией – прямое обсуждение разногласий на фоне дружбы. Кивок на прежние власти, которые, в понимании Пашиняна, были слишком деликатны с Москвой.

• О Путине: «я представлял его, честно говоря, тяжелее. Потому что для меня был очень приятный сюрприз, что он очень прямой и искренний человек».

• Хотя взаимопонимание сложилось с Путиным, на российский истеблишмент оно не транслировалось. В Москве по-прежнему критично смотрят на Пашиняна: «После победы революции встречался с группой российских парламентариев, и они говорили мне: «Вы знаете, у России есть вопросы, которые относятся к вашим связям [с Западом], биографии и так далее».

• Не исключает обострение конфликта в Карабахе и хочет его предотвратить. Указывает на Россию как на гаранта стабильности. Говорит о возможности компромиссного урегулирования с Азербайджаном, но без подробностей. Поэтому разговор предсказуемо ушел в историю конфликта – азербайджанские официальные лица на это очень остро отреагировали.

В сухом остатке – правительство Пашиняна переходное, медленно осваивается и готовится к главному тесту – выборам в парламент (осенью или следующей весной). По внешней политике мыслит трезво – Карабах по-прежнему в центре, а значит маневр ограничен. Есть намерение примириться с Баку, но конкретики нет и это не первый вопрос на повестке дня. Интервью записано на русском и вероятно Пашинян первый лидер в Евразийском союзе, по речи которого видно, что русский для него не родной язык. Видно, что контекст его становления уже в полной мере армянский, а не постсоветский. Новое поколение лидеров в странах ЕАЭС будет таким же.

https://echo.msk.ru/programs/beseda/2246298-echo

В новом дайджесте санкционной политики анализируем возможные последствия ограничения нефтяного экспорта из Ирана:

• По мере приближения 4 ноября – даты вступления в силу санкций США против энергетического сектора Ирана – в среде аналитиков возрастают сомнения относительно способности рынка нефти легко справиться с последствиями резкого сокращения предложения сырья.

• Из-за снижения иранского экспорта до минимальных объемов возможны непредсказуемо сильные колебания цен на нефть, чреватые долгосрочной разбалансировкой рынка. Фактор санкций, наложенных на Иран и Венесуэлу, создает дополнительное напряжение на энергетическом рынке.

• Естественная непредсказуемость биржевой конъюнктуры усугубляется политической непредсказуемостью действий государств-объектов санкционной политики. Тегеран может попытаться реализовать свою угрозу перекрыть Ормузский пролив, спровоцировав крупный региональный кризис.

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/rynok-nefti-i-antiiranskie-sankcii-trevozhnye-ozhidanija/

Германия делает первые самостоятельные шаги без опоры на союз с США. Разочаровавшись в инертной и несговорчивой Европе, Берлин отправился за поддержкой на другую сторону света. В Токио глава МИД ФРГ Хайко Маас, воодушевленный поддержкой японских партнеров, анонсировал возможность создания союза Японии и ФРГ на основе традиционных ценностей Запада.

• Первое европейское турне Хайко Мааса может стать началом своеобразного «поворота на Восток» немецкой дипломатии. Япония и ФРГ имеют схожую логику развития в последние полтора века и могут стать главными пострадавшими от экспериментов Трампа.

• Перспективы германо-японского союза вызывают вопросы о соотношении внешнеполитического курса двух стран. Проблемные точки: Россия и Китай. Ценностный пафос, который Маас определил основой союза, сталкивается с экономическим прагматизмом Токио и Берлина.

• На фоне азиатского турне Мааса итоги вашингтонских переговоров Жана-Клода Юнкера были восприняты в ФРГ как удовлетворительный результат. Глава Еврокомиссии оказался успешнее Ангелы Меркель – ему удалось достичь хотя бы временных компромиссов и некоторого уважения со стороны Трампа. Так или иначе, торговые войны между США и ЕС еще далеки от завершения.

Подробнее в новом дайджесте внешней политики Германии:

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/os-berlin-tokio-kak-germanija-hochet-postroit-novyj-sojuz

Провальное выступление сборной Германии на Чемпионате мира по футболу в России продолжает будоражить немецкую общественность. Поиск виновных привел к новому витку дискуссии вокруг миграционной политики правительства.

• В послевоенной истории Германии по объективным причинам футбол был больше, чем футбол. Триумфальные победы сборной ФРГ на Чемпионатах мира 1954 и 1990 гг. рассматривались шире, чем очередные спортивные достижения. Даже в 2014 г. победа немецкой сборной на Чемпионате мира в Бразилии рассматривалась как торжество расчетливого коллективизма над эгоистичным индивидуализмом, что увязывалось с принципами, которые Германия продвигала в ЕС.

• Тем обиднее и показательнее стал провал 2018 г., совпавший с трениями внутри правящей коалиции. Слабое выступление сборной обсуждалось в СМИ параллельно с насущными политическими проблемами. Сравнения «засидевшегося» тренера Лёва с канцлером Меркель, порой весьма болезненные, были неизбежны.

• Фигура Месута Озила стала символом противоречивости миграционной политики Берлина. Мнения о его уходе из команды разделились: от полной поддержки до проклятий. В любом случае, образцовый пример интеграции в немецкое общество оказался ложным. Германии предстоит серьезно переосмыслить параметры своей миграционной политики и разобраться в категориях «допустимого» и «недопустимого» в ее рамках.

Подробнее в материале Артема Соколова:

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/udar-v-stenku-kak-futbol-raskolol-nemeckoe-obshhestvo/

Трамп продолжает эксперименты с американскими союзниками. Турция теперь под санкциями, а с Италией, напротив – усиление стратегического диалога. На этом фоне происходит увеличение американского военного бюджета, принятие законопроектов по которому впервые почти за четверть века идет без задержек.

• Перевод пастора Брансона из турецкой тюрьмы под домашний арест показался американской администрации недостаточным. В результате, впервые в истории под экономические санкции попало государство-член НАТО. В случае с Турцией их реальный масштаб ограничен, но прецедент создан.

• С премьер-министром Италии Джузеппе Конте, посетившим на этой неделе Вашингтон, у Трампа сложились хорошие отношения. Оба скандальных лидера без труда нашли между собой общий язык. Намерение Трампа и Конте развивать стратегический диалог может лишить Францию перспектив стать контактным лицом США для Европы, чего ранее добивался президент Макрон.

• Акт об авторизации расходов на национальную оборону, принятый Сенатом в среду, определил базовые параметры американского военного бюджета на 2019 год. Расходы на оборону продолжат расти и составят $717 млрд., по сравнению с $700 млрд. в 2018. Увеличится не только количество военнослужащих и объемы закупок боевой техники, но и денежное довольствие солдат и офицеров. Денег хватит даже на военный парад, которые Трамп обещал своим избирателям.

Подробнее в дайджесте внешней политики США.

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/kak-donald-tramp-perekraivaet-kartu-politicheskih-sojuzov/

РБК пишет о прогрессе в создании российско-американской группы экспертов. Со ссылкой на источник в МИД России названы имена возможных руководителей – директор ИМЭМО Александр Дынкин и управляющий директор Kissinger Associates Том Грэм. В состав предлагается включить экспертов с опытом государственного управления – видимо имеются в виду бывшие чиновники и руководители исследовательских центров и университетов в обеих странах.

Подумать над «новой философией» двусторонних отношений было российской идеей. У американцев такого позыва нет – место России в мировой системе им понятно. Россияне хотят донести до американцев мысль, что однополярность завершилась и в новой полицентричной системе надо вести себя предсказуемо и стабильно. Слышать такую крамолу американцам будет неприятно.

Однако схожих с российскими взглядов на эволюцию международного порядка придерживается Том Грэм – это видно по его публикациям и интервью. При этом он считает, что адаптировать американское лидерство к новым условиям возможно, и что Россия не является основной проблемой для США в 21 веке. Грэму принадлежит идея о необходимости создания треугольника США-Япония-Россия для сдерживания Китая в Азии. Так или иначе он настроен конструктивно. В целом его фигура одна из наиболее удачных с точки зрения двустороннего диалога.

Основной позитив работа группы сможет дать, если удастся использовать ее как инструмент интерпретации намерений. С этим сейчас основная проблема – невнятные российские аргументы по поводу хакеров только усиливают подозрения в США. Важно сфокусировать работу группы на правильную целевую аудиторию – американских конгрессменов. Функция российских участников будет состоять в переводе с русского политического на американский. Нужно методично разъяснять в чем именно состоят цели России и демонстрировать отсутствие враждебных намерений по отношению к США.

https://www.rbc.ru/politics/06/08/2018/5b6853789a79476c69c7c90c

В условиях кризиса трансатлантического единства в поле общественной дискуссии ФРГ оказываются ранее непопулярные или даже табуированные темы. Страх перед неопределенностью своего международного статуса побуждает немецкие элиты осторожно рассуждать о проблемах обеспечения безопасности Германии без оглядки на США. Между тем, рейтинг Меркель и всей правящей коалиции продолжает падать.

• На фоне требований Трампа увеличить расходы на оборону в Германии задумались о возвращении всеобщей воинской повинности. Инициатором дискуссии неожиданно выступили депутаты ХДС, которые планируют предметно рассмотреть вопрос на осеннем съезде партии и рассчитывают на поддержку части руководства христианских демократов. В Минобороны ФРГ поспешили откреститься от инициативы партии Меркель, однако признали состоявшуюся дискуссию полезной.

• Всеобщая воинская повинность была отменена в ФРГ в 2011 г. С тех пор бундесвер продолжает испытывать кадровый голод, несмотря на хорошую репутацию в качестве работодателя среди молодежи. Противники призыва утверждают, что возврат всеобщей воинской повинности не решит проблем германской армии: такой труд неэффективен, а затраты на содержание и обучение призывников будут значительными. Вместо этого бундесверу предлагают поработать над своей привлекательностью для добровольцев, в том числе и за счет увеличения жалования.

• Политические скандалы, постепенно ставшие нормой для GroKo, продолжают подтачивать рейтинг правящей коалиции и канцлерин. Неожиданно, самым популярным политиком Германии по данным опросов стал глава МИД ФРГ Хайко Маас. Ранее министра упрекали в неуверенности и недостатке опыта, однако в последнее время ему удалось уклониться от потенциальных репутационных издержек. Возможно, продолжая осваиваться на дипломатическом поприще, Маас сможет укрепить свой авторитет и в СДПГ, и среди немецких избирателей.

Подробнее в дайджесте внешней политики ФРГ:

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/letnij-prizyv-kak-v-germanii-hoteli-vernut-voinskuju-povinnost

"Новый виток санкций направлен на внутриамериканскую аудиторию, считает президент агентства «Евразийские стратегии МГИМО консалтинг» Андрей Сушенцов, нужно демонстрировать избирателям, что у обеих партий в конгрессе есть консенсус: никакое вмешательство в выборы не будет оставлено без ответа".

https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2018/08/09/777817-eksperti-zamedleniya

Статья Эрдогана в "Нью-Йорк Таймс" - прекрасный материал для разбора сразу по нескольким пунктам.

1. Ее появление в кризисный момент для американо-турецких отношений это свидетельство активной работы турецких лобби на американском политическом рынке. Зачастую, личное обращение главы государства или главного дипломата к другой стороне - это мера крайняя, когда почти все остальные, в т.ч. закулисные каналы, не дают должного результата. К этому инструменту обращался и Путин в свой статье в НЙТ накануне вероятной атаки США на Сирию в сентябре 2013 г. Сейчас представить себе такое сложно. У Турции пока эта возможность есть и Эрдоган ей воспользовался.

2. Текст показал, что хорошо оплачиваемые лоббисты не дают качества предлагаемого материала. В первой версии статьи во втором абзаце читалось: "На пике кубинского ракетного кризиса Турция поспособствовала усилиям США по  разрядке конфликта, согласившись на размещение ракет "Юпитер" на своей территории." Спустя пару часов, НЙТ исправил оплошность с соответствующим уведомлением внизу статьи. Явный промах авторов текста (лоббистов?) и редакции НЙТ, пропустивших это. 

3. Интересны сами talking points. Не в части их инвентаризации - тут как раз все предсказуемо - а в подаче аргументов. Эрдоган как бы сетует американцам на них же самих с использованием тем, которые должны вызывать у американцев  эмпатию. Местами сильно перегибает (поддержку своего правительства лояльным населением в ночь попытки госпереворота в 2016 г. сравнивает с чувствами американцев после Перл Харбора и терактов 11 сентября). Но в целом, направление задано правильное и здесь России есть на что обратить внимание.

4. Очень интересный пассаж по Сирии: «Неспособность Вашингтона со всей серьезностью отнестись к угрозам для нашей национальной безопасности, исходящих из северной Сирии привели к двум военным вторжениям (прим.- намеренно не говорит чьим, но все знают, что турецким), которые отрезали т.н. ИГИЛ (запрещен в России) доступ к натовским границам (прим. - попытка показать, что Турция радеет не о себе, а о союзниках, в отличие от Штатов) и изгнали курдских боевиков из Африна. Как и в этих случаях, мы и дальше будем предпринимать необходимые шаги, чтобы защитить наши интересы. Имеющий уши, да услышит - предложи американцы туркам что-то стоящее в свое время еще не известно как бы там все сложилось, Конечно, «кому повезет у тог и петух снесет», российская сторона свое отработала и продолжает это делать, но сам вектор показателен - российские варианты - это “necessity”, американские (которых пока нет) - “first choice”.

5. Наконец, заключительная фраза-призыв к Америке «одуматься пока не поздно… иначе Турция будет вынуждена начать искать новых союзников» наверняка, среди сторонников нормализации отношений с Турцией вызовет критику политики Трампа, а среди «уставших» от Эрдогана лишь возгласы «скатертью дорога!». Однако пока стороны пикируются, бросают мяч с одной стороны на другую. Статья Эрдогана - хороший ход, о ней будут говорить, пока Трамп что-то не напишет в ответ. Отношения между странами там гораздо глубже и прочнее, чем кажутся. Но и Эрдоган и Трамп это люди, укорененные каждый в своем изрядно идеологизированном электоратах, в которых много антиамериканизма и антиисламизма соответственно, поэтому может быть интересно.

https://www.nytimes.com/2018/08/10/opinion/turkey-erdogan-trump-crisis-sanctions.html

Коммерсант поговорил с экспертами о санкционной войне между Россией и США.

Андрей Сушенцов, программный директор Валдайского клуба, президент агентства «Евразийские стратегии МГИМО Консалтинг»:

1. У Конгресса и администрации разные мотивы. Конгресс хочет просто наказать Россию, у него нет задачи подготовить почву для нового этапа улучшения отношений или выдвинуть какие-то переговорные позиции, которые потом можно было бы обсудить.

Конгресс хочет ввести меры, которые должны послать России сигнал о том, что ее мнимое вмешательство не останется без ответа, и на этом поставить точку. Внешняя политика Конгресс интересует довольно мало. Принимаемые Конгрессом меры носят скорее внутриполитический характер. Администрация, напротив, полагает, что новым этапом давления на Россию она выдвинет переговорные условия, которые можно будет обсуждать.

2. Расчет Госдепа и Белого дома может оказаться неверным. Москва, скорее всего, будет пытаться отвечать симметрично или близко к симметричному. И на все пункты, которые будут ущемлять российские интересы, последует ответ, который навредит американским интересам. Санкции могут коснуться работы американских банков в России, американских авиакомпаний, которые осуществляют полеты над территорией России, и т. д. Наиболее чувствительным шагом со стороны США может стать запрет на открытие корреспондентских счетов российских государственных банков в США — российские власти могут квалифицировать это фактически как агрессию.

То есть, если санкции перейдут определенную черту, Москва вполне может назвать их актом агрессии. И тут будет велик соблазн начать предпринимать в отношении США то, в чем российские власти обвиняют. Я говорю о разного рода операциях в киберпространстве.

3. Отношения продолжат ухудшаться. Хорошо подготовленные встречи первых лиц дают обратный результат. А задача направления сигналов американскому истеблишменту, который настроен против собственного президента, Россией пока не ставится или решается неудовлетворительно. Возникает парадоксальная ситуация: на уровне глав государств взаимопонимание вроде бы есть, но оно не просто не помогает, а даже мешает оздоровлению российско-американских отношений.

В нынешней ситуации я вижу два основных сценария. Первый: продолжение линии на повышение ставок. Вводя новые санкции, американцы чувствуют себя относительно безопасно, поскольку полагают, что России нечем ответить. Видимо, российский ответ будет призван их удивить. То есть речь идет о новом этапе эскалации, и, вероятно, не последнем. В конечном счете это может привести к кризису, сравнимому с Карибским. Прямые аналогии тут, конечно, неуместны, но рано или поздно сторонам придется вновь осознать, что они являются заложниками взаимного гарантированного уничтожения и не могут себе позволить безответственно ухудшать отношения друг с другом.

Второй сценарий предполагает инвестирование значительных средств в правильную коммуникацию с американским истеблишментом. То есть не только с президентом. Такая задача в России пока не ставится и в целом предметно даже не обсуждается. Я активно продвигаю идею выстраивания методичной системы коммуникации с Конгрессом и американской бюрократией, но часто встречаю недопонимание среди коллег, которые считают это безнадежным делом. Проблема в том, что мы даже никогда не пытались ставить и обсуждать этот вопрос. Работать с американским Конгрессом и создавать систему, которая проверяемо показывала бы отсутствие враждебных намерений, нужно. Для начала, может быть, стоит открыть в Вашингтоне филиал какого-то российского исследовательского института или мозгового центра и оформить его в полном соответствии с американскими правилами, чтобы действия России выглядели для чиновников из США полностью транспарентными. В нынешней ситуации эта задача кажется нерешаемой, но это не так.

https://www.kommersant.ru/doc/3712649

В США новая неделя санкций. Под ударом оказались Иран и Россия, однако в реальности действие санкций затронет гораздо большее число игроков. Администрация президента США стремится перехватить инициативу санкционной политики у Конгресса и выстроить её в соответствии с логикой политики Дональда Трампа.

• Выход США из «иранской ядерной сделки» запустил процесс возвращения санкций в отношении Тегерана. Восстанавливать санкции будут в два этапа, каждый из которых будет носить «вторичный» характер, т.е. как заявил Трамп: «Любой, кто будет иметь дело с Ираном, не сможет развивать бизнес в Соединенных Штатах».

• В отличие от Ирана, об ужесточении давления на который администрация говорит уже полтора года, новые антироссийские санкции стали сюрпризом. На этот раз инструментом введения санкций стал Акт о контроле за химическим и биологическим оружием 1991 года. В соответствии с ним санкции также будут вводиться в два этапа. Россия может избежать введения второго пакета санкций, если «перестанет использовать химическое или биологическое оружие, предоставит надежные гарантии того, что не будет их применять в будущем, и допустит проведения инспекций международными органами». Впрочем, крайне маловероятно, что российское руководство пойдет на выполнение данных условий.

• Цели и задачи санкции выходят за рамки обыденного понимания «наказания» той или иной страны. Так, новый пакет антироссийских санкций позволит одновременно вводить ограничения на передачу «чувствительных» технологий, защита которых стала одним из ключевых направлений политики текущего американского руководства.

Подробнее в дайджесте санкционной политики:
http://eurasian-strategies.ru/media/insights/nedelja-sankcij-v-amerike-kak-administracija-prinuzhdaet-iran-i-rossiju-druzhit-s-ssha

Ангела Меркель ищет любую возможность найти хотя бы временное решение миграционного кризиса. После июньского саммита ЕС никаких подвижек со стороны европейских партнеров не было. Редкое исключение – Испания, где новый премьер-социалист готов отказаться от консервативной политики своего предшественника. Между тем рейтинги канцлерин и ХДС продолжают падать, и в партии всерьез задумались об альянсе с Левыми на востоке Германии, лишь бы не допустить в земельное правительство АдГ.

• Встреча Меркель и Санчеса в испанской Андалусии на первый взгляд прошла идеально. Германии удалось добиться от Мадрида согласия принимать у себя беженцев, ранее зарегистрировавшихся в Испании. Стороны договорились помочь Марокко реорганизовать береговую охрану и лагеря беженцев, выделив на это около 135 млн. евро.

• Реальное значение договоренностей скорее символическое, чем практическое. Поток беженцев из Испании в Германию не столь велик, как из Италии или Греции. Пока речь идет о депортации в Испанию всего около 100 человек. Берлин намерен заключить аналогичные соглашения с Римом и Афинами, но вряд ли их вдохновит испанский пример.

• На фоне снижения рейтинга ХДС в партии обсудили возможность потенциального союза с Левыми в землях бывшей ГДР. Осенью 2019 года ожидаются выборы в Саксонии, Тюрингии и Бранденбурге. Опросы показывают, что правящие коалиции в этих землях наверняка не наберут большинства и будут распущены. Риск вхождения в местные правительства представителей АдГ вполне реален. Чтобы этого не допустить ХДС может понадобиться союз с Левыми, к чему христианские демократы, как показала жаркая дискуссия, еще не готовы.

Подробнее в дайджесте внешней политики ФРГ.

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/andalusskaja-garmonija-kak-merkel-dogovorilas-s-madridom-i-otkazalas-ot-sojuza-s-levymi/

Американо-турецкие отношения переживают не лучшие времена. Вашингтон ввел санкции против членов турецкого правительства и увеличил ввозные пошлины на турецкие металлы. Конфликт разворачивается вокруг американского пастора Эндрю Брансона, арестованного турецкими властями. Эродоган уже заявил, что нажим со стороны Штатов не приведет к освобождению Брансона, однако эксперты полагают, что экономика Турции может не справиться с американским давлением.

• Турцию квалифицируют как страну с формирующейся рыночной экономикой, для которой любой кризис чреват срывом программы модернизации. Инвестиционный климат еще не переварил введение в стране летом 2016 года чрезвычайного положения после попытки государственного переворота.

• За последний год курс турецкой лиры по отношению к доллару снизился на 68%, а новости о санкциях против двух министров и увеличении пошлин сильно ускорили падение. Растут расходы корпоративного сектора по выплате процентов по кредитам, номинированным в иностранной валюте. Объем этих займов составляет $300 млрд. Инфляция уже превысила 15%.

• Антиамериканизм стал одним из компонентов агитационной кампании Эрдогана. Это заостряет взаимные претензии сторон. Так, большинство турок убеждены, что именно США виноваты в активизации курдских террористов. В свою очередь американскому руководству не нравится позитивная динамика российско-турецких отношений и заинтересованность Анкары в комплексах С-400, несовместимых со стандартами НАТО.

Подробнее в новом дайджесте санкционной политики:
http://eurasian-strategies.ru/media/insights/konflikt-mezhdu-ssha-i-turciej-razrastaetsja-ot-sankcij-k-torgovoj-vojne

Настойчивость Дональда Трампа в вопросе создания космических сил дает результат. Пентагон горячо поддержал идею президента и готов продвигать ее перед законодателями. Изначально абстрактные директивы стали дополняться конкретными мерами по формированию основ нового рода войск. Между тем, на возобновившихся переговорах по НАФТА возникла перспектива «сепаратного» мира между Мексикой и США.

• В ближайшие месяцы будет сформировано Космическое командование США, которое будет заниматься обучением отдельных отрядов из других родов войск, но не будет иметь полномочий по операционному командованию. Также будет создано Агентство по развитию космоса (Space Development Agency), которому будут переданы вопросы, связанные с освоением бюджетных средств.

• Сенатский комитет по вооруженным силам пока выступает против инициативы Трампа, однако уже привычное использование «русской угрозы» может переубедить законодателей.

• В переговорах по НАФТА появилась информация о возможных взаимных уступках США и Мексики. Мехико соглашается на американские условия в автомобильной индустрии, Вашингтон смягчает позицию в области сельского хозяйства. Канада на переговорах отсутствует, что наводит на мысли о «сепаратном» мире.

Подробнее в новом дайджесте внешней политики США:

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/sozdanie-kosmicheskih-sil-i-vozobnovlenie-peregovorov-po-nafta-kak-administracija-obespechivaet-mir-na-zemle-razvjazyvaja-vojnu-v-kosmose/

СМИ сообщают, что Майкрософт обвинила российских хакеров во вмешательстве в промежуточные выборы в конгресс. В действительности компания закрыла несколько фишинговых сайтов, имитирующих сайты американских госорганов и мозговых центров. Неизвестно, когда и кем они были созданы, и были ли использованы для атак. Дело в другом.

Сегодня пройдут слушания в Сенате по новому законопроекту о санкциях против России, а завтра вступит в силу указ о санкциях в связи с делом Скрипалей. Майкрософт пользуется ажиотажем вокруг "русских хакеров", чтобы показать лояльность американским властям и продвинуть новый собственный продукт - Account Guard, который призван защитить от хакерских и фишинговых атак.

Потребители нового продукта - госорганы и околополитические организации в США и других странах Запада. По сути создаётся новый масштабный рынок IT-услуг и ПО. Бюджет на создание защищённой сети для Пентагона измеряется сотнями миллионов долларов. "Русские хакеры" - хорошо для бизнеса.

Отечественные IT компании вполне могут использовать подобную тактику при продвижении своих услуг на рынках стран, у которых не сложились доверительные отношения с США.

https://blogs.microsoft.com/on-the-issues/2018/08/20/we-are-taking-new-steps-against-broadening-threats-to-democracy

Мезебергские переговоры Ангелы Меркель и Владимира Путина в представлении многих экспертов стали началом нового этапа в российско-германских отношениях, вызванного кризисом трансатлантических связей и непредсказуемой политикой Дональда Трампа. Даже если эта оценка выглядит неоправданно смелой, вызывающая прагматичность действий Берлина не вызывает сомнений.

• Переговоры продолжались более трех часов. Это первые полноценные двухсторонние переговоры Путина и Меркель в ФРГ за последние четыре года – с момента начала украинского кризиса.

• О деталях переговоров известно мало. Обсуждался широкий перечень вопросов: Сирия, Украина, Иран, санкции, двухсторонние отношения. Результаты договоренностей неочевидны. Возможно, что-то прояснится после новых американских санкций против проекта «Северный поток-2» или очередной встречи «Нормандской четверки».

• Даже если стороны договорились о единой позиции по отношению к американским санкциям, нет никаких гарантий, что Берлин будет инициировать раздор в трансатлантических отношениях. Здесь стоит вспомнить об ограниченных итогах переговоров Ширака, Шредера и Путина в 2003 году.

http://eurasian-strategies.ru/media/insights/mezebergskie-dialogi-kak-berlin-iskal-kompromiss-s-moskvoj

Немцы долго терпели к Трампа, но вдруг приуныли. Министр иностранных дел Германии Хайко Маас опубликовал колонку в немецкой газете Handelsblatt, в которой ритуально прощается с США.

• Попробовав с наскока наладить трансатлантические отношения, глава МИД ФРГ разочаровался и отступил. Безрезультатные визиты министра в США не прошли даром. В тексте чувствуется почти личная обида.

• Идея "сильной Европы" во главе с франко-германским тандемом возвращает Мааса к идеям своего предшественника Зигмара Габриэля. Критика со стороны родной партии СДПГ по поводу отхода Мааса от платформы партии усвоена.

• Заявления о необходимости обеспечить финансовую независимость ЕС от США выглядят как еще одна угроза, к которым в Вашингтоне уже привыкли и всерьез не воспринимают. Европейцы пытаются любым способом докричаться до заокеанского союзника. Получается плохо.

• Слабое место европейцев – безопасность. Маас призывает это исправить и увеличить расходы на оборону. Репутационная сложность – показать, что военные расходы повышаются не из-за требований Трампа.

• Маас подтвердил намерение создать новый союз на основе традиционных западных ценностей. Предварительные договоренности достигнуты с Японией, Канадой и Южной Кореей. Возможно, такой союз представляется в Берлине основой для перезапуска трансатлантических связей и американоцентричной системы союзов.

• Стилистически колонка в значительной степени ориентирована на американскую аудиторию: ссылки на Киссинджера, личные воспоминания о пребывании в США, яркий эпизод с американским солдатом, якобы украдкой шепнувшим Маасу: "Не бросайте Америку!".

• Меркель признала статью важной, но поспешила заявить, что изложенные Маасом тезисы являются его личным мнением. Канцлерин не оценила предложение по созданию отдельной SWIFT-системы, так как это может усложнить взаимодействие с США в сфере безопасности. Осторожность Меркель – не только следствие её нежелания в очередной раз давать повод Трампу для критики, но и стремление обозначить границы своему главе МИД, который несколько недель назад по опросам стал самым популярным политиком Германии.

https://www.handelsblatt.com/today/opinion/heiko-maas-making-plans-for-a-new-world-order/22940622.html