Безысходно-хтоническая полка. Надо будет запомнить наименование парковочного места )
Вообще же очень комплементарный и близкий автору (как бывшему журналисту) отзыв.

Ничего не могу с собой поделать — люблю читать книги, написанные журналистами (не любыми, конечно). У меня даже целая безысходно-хтоническая полка на букмейте есть, почти целиком состоящая из авторов, признанных самизнаетекем иноагентами. Книги там, очевидно, ни разу не обнадеживающие, зато по большей части честные в своей неприглядности, что уже неплохо. Но это все лирическое отступление, перейдем к делу

Прочитала «Комитет охраны мостов» бывшего редактора «Коммерсанта» Дмитрия Захарова. Надо сказать, давно меня так текст не прошибал (сделаем скидку на то, что я читала ночью — антураж действовал на нервы в прямом смысле слова). Роман Захарова замешан на минимум двух реальных уголовных делах последних лет, в центре которых — дети, обвиненные в терроризме и экстремизме, сообщества с внедренными провокаторами и Майнкрафт. Если вы узнали, о чем речь — поздравляю, на вас книга произведет эффект электрического стула. Если нет — тоже поздравляю, во время чтения у вас не будет двоиться в глазах от пересечения вымысла и реальности

Наверное, это тот редкий случай, когда я не просто «порекомендую почитать», а прокричу: «читайте срочно!». По сюжету родители обвиняемых пытаются спасти подростков из тюрьмы, честные журналисты предпринимают отчаянные попытки говорить, когда во рту кляп, «синие» умерщвляют все на своем пути, Красноярск и Новосибирск борются за звание столицы Сибири, и над всем этим месивом возвышается Зимний Прокурор — мифическое существо, которое не любит все живое, потому что его невозможно контролировать

Книга динамичная, наэлектризованная до предела. Художественные особенности текста лично для меня в процессе чтения отошли на второй план, на первый вышли эмоции. Но это, кажется, хороший индикатор того, что книга стоящая. Читайте срочно #чтопочитать

Категорически не ожидал. Пытаюсь как-то уложить в голове.

«Большая книга», шорт-лист

1. Евгений Водолазкин «Чагин»
2. Алексей Сальников «Оккульттрегер»
3. Василий Авченко «Красное небо»
4. Эдуард Веркин «снарк. снарк»
5. Юрий Буйда «Дар речи»
6. Михаил Визель «Создатель»
7. Дмитрий Захаров «Комитет охраны мостов»
8. Алексей Колмогоров «Отма»
9. Евгений Кремчуков «Волшебный хор»
10. Хелена Побяржина «Валсарб»
11. Родион Мариничев «Комендань»
12. Захар Прилепин «Шолохов. Незаконный»
13. Оксана Васякина «Роза»
14. Михаил Турбин «Выше ноги от земли»
15. Александра Шалашова «Салюты на той стороне»

Надо сказать, что кольцо прекрасной Кати Рабей принесло удачу.
(Кольцо было мне подарено после выхода "Средней Эдды", три года назад. Форма - "узел Одина").

Как пел Юрий Юлианович: "Кто из нас, ровесники, кто герой, кто чмо?"
На сей раз наш знаменитый (среди нас же) с дорогим Шамилем парный конферанс об этом.
Надеюсь, и Максим подыграет.
Приходите, скучно не будет.

Скоро фотографий будет меньше, честное пионерское, но не могу не поделиться этой, на которой я, Таня @GartenundStrassen Соловьева, Шамиль @idiatullin и Катя @manoylo_ekaterina радуемся, что наш дорогой Дима @Sixways Захаров вошёл в шорт Большой Книги.

А вот, кстати, имейте в виду.
Разговор, понятное дело, не только про "Комитет". Сам планирую дочитать тех, кого ещё не.

Скидка 20% на произведения финалистов премии «Большая книга» на Литрес!

Финалисты премии уже объявлены. Дмитрий Захаров, Алексей Колмогоров, Юрий Буйда, Евгений Водолазкин, Василий Авченко, Михаил Турбин, Алексей Сальников, Михаил Визель и другие — познакомьтесь с произведением каждого. Скидка 20% действует на электронные и аудиокниги финалистов до 8 июня включительно. Заглядывайте в подборку

Шамиль подсчитал, сколько шли к публикации тексты Стругацких. Это, конечно, практически невозможно представить.

Запись в основном для себя, а то я и слышал многократно, и сам повторял, что с начала 70-х до середину 80-х книги Аркадия и Бориса Стругацких толком не публиковались, а как это выглядит статистически, представлял слабо.
А вот так.

С 1967 по 1984 год Стругацкие написали 13 (или 14. если считать СоТ за две) повестей и романов.
В скобках указан год написания и год первой книжной публикации (межавторские сборники учитываются, журналы и газеты — нет), а также арифметическая разница между этими числами.

1. Гадкие лебеди (1967/1989 (в составе романа «Хромая судьба»; в 1972 году было сольное пиратское издание во франкфуртском «Посеве») — 12 лет)
2. Сказка о Тройке (два варианта, заметно отличающиеся друг от друга) (1967/1992 и 1989 соответственно; в 1972 году было сольное пиратское издание во франкфуртском «Посеве») — 15 и 12 лет)
3. Обитаемый остров (1968/1971 — 3 года)
4. Дело об убийстве, или Отель «У Погибшего Альпиниста» (1969/1982 — 13 лет)
5. Малыш (1970/1973 — 3 года)
6. Пикник на обочине (1971/1980 — 9 лет)
7. Град обреченный (1974/1989 — 15 лет)
8. Парень из преисподней (1974/1976 — 2 года)
9. За миллиард лет до конца света (1974/1984 — 10 лет)
10. Повесть о дружбе и недружбе (1978/1980 — 2 года)
11. Жук в муравейнике (1979/1982 — 3 года)
12. Хромая судьба (1982/1989 — 7 лет)
13. Волны гасят ветер (1984/1988 — 4 года)
Кроме того, написанная в 1964 году «Улитка на склоне» стала книгой (если не считать «посевовской» пиратки 1972 года) в 1989 году — через 25 лет.

За это время у авторов вышли 12 книг (без учета публикаций в журналах и межавторских сборниках):
1967: "Полдень, XXII век (Возвращение)" (Изд. доп. и перераб.)
1968: "Стажеры; Второе нашествие марсиан"
1969: "Страна багровых туч"
1971: "Обитаемый остров"
1975: "Полдень, XXII век; Малыш"
1979: "Понедельник начинается в субботу; Парень из преисподней"
1980: "Неназначенные встречи" (сборник изуродованных повестей, шедший к печати восемь лет)
1980: "Трудно быть богом; Хищные вещи века" (Баку)
1982: "Отель «У Погибшего Альпиниста»"
1983: "Отель «У Погибшего Альпиниста»" (детгизовская версия, где все пьянеют от кофе)
1983: "Жук в муравейнике; Обитаемый остров; Второе нашествие марсиан; Хищные вещи века" (Кишинев)
1984: "За миллиард лет до конца света"
В их составе были опубликованы лишь 7 из 13 (или 14) повестей и романов, написанных в тот же период.
В 1985-м вышли зелененькие «Стажеры» в «рамочке» — и вскоре Стругацкие стали чуть ли не самыми издаваемыми авторами, писавшими на русском. Такими и остаются.

Книги продолжнают говорить на фестивале

Говорили недавно с Сашей Шалашовой про в разном смысле книжных фашистов.
Я сказал, что наиболее интересной (и показательной) мне кажется история Альберта Шпеера - личного архитектора Гитлера. И даже пообещал напомнить о его мемуарах. А тут нашел, что писал про Шпееровскую книгу.

"Приговоренный к 20 годам заключения личный архитектор Гитлера и некогда самый молодой министр европейской сверхдержавы балансирует на грани исповеди и антропологического исследования. Чередуются воспоминания о фюрере, планах переустройства Германии (Шпееру поручается, например, полностью перестроить Берлин в новом имперском стиле), страхах нацистской верхушки. И каждое из них пристально рассматривается в объектив личной оптики – и прежней юношески-восторженной, и нынешней, взросло-обреченной. Шпеер препарирует свою очарованность вождем, и сквозь выделенный субстрат проглядывает и народная влюбленность в Гитлера. Можно даже поймать момент, когда опьянение единым порывом полностью выводит из организма критическое мышление".

Ксения рассказывает в Переделкине про колесо сансары. Таня грустит (как и все мы).

Так сказать, дневник его жены (простите, guilty pleasure)

Кормак Маккарти великий был. По-настоящему.
И "Старикам здесь не место", и "Дорога", и "Кровавый меридиан".
Но для меня еще, конечно, и "Советник" по его сценарию. Один из самых страшных фильмов, которые я когда-либо видел. Дело не в жестокости, не в крови, а в магии неотвратимости.
В первые пять минут герою рассказывают, что его ждет, а потом два часа все едут в ад. И приезжают.
А ты с самого начала представляешь маршрут, но оторваться невозможно.

Интересно следить за тем, как книгу читают те, кому сейчас около 25. Люди, с другими аксиомами, другим опытом, другим фокусом. Тем ценнее для автора, что текст работает и для них. Предыдущие серии здесь и здесь.

Дочитала «Комитет охраны мостов» - окончательно поняла, что нет смысла судить о художественной ценности литературы, которая говорит о столь реальных жутких событиях. Даже не хочется загадывать, где сейчас люди, чьих прототипов судят в книге. Подозреваю, что знаю где они и чем занимают дни своей жизни.

В романе есть одна сцена, от которой кровь стынет в жилах - пытки одного из героев. За них хочется присудить роману одиннадцать отрезанных пальцев из десяти, потому что поистине пробирает.

Есть моменты, которые недобрали, на мой вкус и цвет - например, с мистической линией Зимнего прокурора недокручено, я так и не поверила в его существование. Сразу вспомнился «Центр тяжести» Алексея Поляринова, где подобный полумистический символ вводился через сказки, красной нитью следующие по тексту. Сказки перебивают реальность и понемножку в нее внедряются, медленно вторгаясь в жизнь шаг за шагом. Зимний прокурор так и остался байкой лишь со слов героев, которые в него верят и одновременно не верят, но так и не трогают мое убеждение.

Но это - нюансы. Книга хорошая. Как кровавая лапа монстра, выползающая из-под кровати нашей чудесной сглаженной жизни.