Когда я решила проникнуться российской литературой последнего десятилетия, я пошла по читающим знакомым и премиальным спискам, и у меня получился часто и во многом совпадающий перечень из имён, после чего я начала бессистемно пытаться читать пропущенную мною прозу.
Не могу из всяческих соображений перечислить авторов, которых я открывала и закрывала после первых страниц, их очень много, и среди них 💯% есть ваши любимые, о которых вы только что подумали, проблема не в них, а во мне, и счастье, что я не редактор, не блогер, не гуру писательского мастерства, и ни они, ни я ничего друг другу не должны.
Но потом внезапно я открыла одну книгу и не закрыла, и прожужжала ею все уши тем знакомым, которые говорили: «А как же Х! А как же Y! А как же (простигосподи) Z!», но не читали «Среднюю Эдду» Дмитрия Захарова.
Что он, что он несёт! Я ничего в этом не понимаю. Какие-то криминальные разборки, Болотные площади, площадные художники, я читаю эту его российскую хтонь и осознаю, что у меня (и во мне!) нет с ней ничего общего, приблизительно так же, я читала бы о периоде борьбы за революцию в какой-нибудь Испании, но как же он пишет!
Теперь у меня есть писатель, за которого я буду болеть во всех списках. Он даже матерится как бог. В смысле, его персонажи. Но я просто читаю и не могу остановиться, потому что мне нравится, какие там слова и как они поставлены. Да, на слог и всяческие кружева я покупаюсь гораздо лучше, чем на сюжет, которого может не быть вовсе. Так устроен мой мозг. Поэтому я и не образец, и не показатель для других.
Но с собой я в гармонии. Я не понимаю, как это сделано, а это самое главное для меня, думаю, я уже достаточно прочитала для того, чтобы читать только то, что не могу повторить.

Завтра выступлю в не очень частой для себя роли лектора. Немного расскажу про миф.
В программе среди прочих: Алексей Сальников, Мария Галина, Виктор Пелевин и Bioshock infinite.
Приходите, вместе веселее.

15 мая в 20:00 состоится открытый прямой эфир с Дмитрием Захаровым на тему «Миф в современной литературе: как писатели работают с сюжетами, которые знают все» в Школе Band

Что такое миф, и почему интерес писателей к нему не утихает? В чем основа его универсальности и доступности всем? На лекции Дмитрий Захаров, чей роман «Комитет охраны мостов» вошел в лонг-лист «Большая книга» 2023, расскажет о роли мифа на самом начальном этапе формирования культуры, о том, как видоизменялись отношения писателя с мифом в XIX и XX веках, и как писатели работают с мифом сегодня. Будем разбираться на фольклорных и литературных примерах.

Записаться на эфир

Если история правдива, то пора в литшколах делать отдельный курс - "каким молодым автором быть не стоит" или "что светит молодому автору".

Я тут недавно вспоминала о фантазиях начинающего автора, у которого на героя после одного опубликованного рассказа обрушивается крутая литературная премия и мировая слава. А вот что в нашей вывернутой реальности действительно бывает за один рассказ.

Нашего автора Анну Елькову, чей хоррор-рассказ «Ася» вышел в прошлом году в сборнике «Самая страшная книга 2023» (как я понимаю, это литературный дебют Анны), уволили из «элитного» московского частного детского сада. Руководство сначала промониторило её страничку в соцсетях, увидело, что она там упоминает озвучки своего рассказа, автора вызвали на воспитательную беседу и намекнули, что так делать не надо. А потом всё равно уволили, дескать, её творчество «не сочетается с тем, что мы пытаемся здесь создать».

Вместо того чтобы порадоваться, что у них, оказывается, работает готовый талантливый писатель, который бы, кстати, мог привить детям чувство языка (текст у Анны был очень хороший), поспешили выгнать.

С одной стороны, конечно, чем раньше ты узнаёшь о своих работодателях, что у них отсутствует всякая мыслительная деятельность (про совесть уж я не говорю, но это же в конце концов просто глупо), тем лучше. С другой, ситуация всё равно крайне неприятная.

Более подробная информация об этом от сообщества «Самая страшная книга» — здесь.

Когда готовился к лекции про миф, перечитал несколько важных для разговора книг. Среди них - нежно любимых "Автохтонов" Марии Галиной.
Тем, кто по какой-то причине не читал, очень рекомендую.

В книге пограничный в разных смыслах город (ставший некогда сценой для единственного показа странного спектакля "Смерть Петрония") – декорация для спектакля другого. Того, что местные (то ли люди, то ли маски) то ли разыгрывают, то ли нет для главного героя. Сам же герой, вроде бы приехавший разобраться с историей старой постановки, тоже, скорее всего, темнит.
Раз за разом, когда читателю кажется, что кругом заговор и городом (миром) управляют могущественные и таинственные силы, автор ехидно улыбается и выкладывает на стол другое, простое и банальное объяснение. А выложив, не дает подсказки, какую брать таблетку. Хочешь – и у тебя везде будут тайные иллюминаты, хочешь – вообще никого, только клокочущая пустота.
Галина – автор, способный не только создать настоящий саспенс, не только закрутить многоходовую детективную интригу, но и вывести повествование на такую трагическую высоту, что все внутри обмирает. Ну что же ты, герой! Ну оглянись уже! Ну! И снова развилка, и снова надо искать ракурс. Это хеппи-энд или полная катастрофа? Как пел Виктор Цой, что тебе нужно – выбирай.

Обнаружил себя в новом качестве
(кстати, у Ислама идет очень занимательное голосование по обложкам лонга "Большой книги").

Есть сенсеи, а есть папы.

Просто старшие (во всём кавказском смысле слова) в моей голове делятся почему-то вот так.

Например, когда говорю о сенсеях, то первыми в голову приходят (вот прям перечисляю сходу):

Вадим Панов, Шамиль Идиатуллин, Дмитрий Захаров.

И дело не в литературном смысле, а в общении с ними, В вещах которые говорят.

Теперь о папах:

Павел Подкосов))

Может поэтому, каким-то непонятным и совершенно несвойственным мне образом я с ним на "ты", а с ними на "вы".

Поди разберись как всё в голове работает.

Кстати, у всех есть дядя-хулиган. Ну, который "Курить будешь? Да ладно, я никому не скажу!".

Это Мильчин.

Тут вот Ислам продолжает модерировать битву обложек. Ну, вы знаете, какая лучшая (хотя у "Марка и Эзры" тоже хорошая).

Читаю для одного дела документы времен Первой русской революции 1905-1907 годов. Много, даже излишне много интересного. И в языке, и в мотивировках, и в неизменности отечественной самодержавной логики.
Вот, скажем, выдержка из обоснования царем роспуска первой Государственной Думы:

"Выборные от населения, вместо работы строительства законодательного, уклонились в не принадлежащую им область и обратились к расследованию действий поставленных от Нас местных властей, к указаниям Нам несовершенства Законов Основных, изменения которых могут быть предприняты только Нашею Монаршею волею, и к действиям явно незаконным, как обращение от лица Думы к населению".

С интересом прочитал целое литературоведческие исследование "Комитета охраны мостов".
Особенно разбор образа Зимнего Прокурора занятный.
Узнал о себе немало нового, а это всегда большая радость.
Но про вдохновленность романа "Канским делом" - это все же упрощение.

«Комитет охраны мостов». Литературный разбор антиутопии, вдохновленной делом канских подростков о взрыве ФСБ в Minecraft

Громкое дело канских подростков, которых приговорили к настоящим срокам за подготовку взрыва здания ФСБ в компьютерной игре Minecraft, — легло в основу новой остросоциальной антиутопии Дмитрия Захарова «Комитет охраны мостов». В фантастическом мире и мистических образах романа угадывается современная Россия — с репрессиями, полицейским насилием и сфабрикованными делами.

Литературный критик Михаил Ищенко подробно разбирает сюжет произведения в том числе для тех, кто его не читал, и рассказывает: почему представителей власти в романе называют «синими» и как они связаны с мертвыми, какую природу имеет их начальник Зимний Прокурор, с какой целью автор использует звериные метафоры, что общего у текста с гоголевским «Ревизором» и волшебными сказками, зачем родители арестованных подростков проводят кровавые ритуалы и какими средствами писатель создает атмосферу первобытного ужаса перед хтоническим злом.

https://discours.io/articles/culture/bridge-protection-committee (зеркало)

Друзья из замечательного журнала "Мастера Сибири" обращают внимание на инициативу тюменцев, которые делают документальный фильм о Владиславе Крапивине.
Мы знаем автора как свердловского писателя, но родился и вырос он именно в Тюмени. Хорошо, что земляки об этом помнят.
Я сам хочу поддержать проект и вас зову поступить тем же образом (вот здесь сбор на "Планете"). Мне кажется, внимания Владиславу Петровичу уделено куда меньше, чем стоило бы.
Очень хорошо помню, как ждал следующих выпусков журнала "Пионер" - с продолжением "Заставы на Якорном поле": нежной, страшной, до невозможности грустной сказки, без которой я бы наверняка был бы кем-то другим.
Несколько лет назад перечитывал с тайным страхом - вдруг то детское очарование не почувствуется, и для меня станет на один важный текст меньше.
Но нет. "Застава" (и "Летчик для особых поручений", и "Тополиная рубашка", и еще бог знает сколько всего) все так же невыносимо прекрасна.

Мою подругу и замечательного антрополога Сашу Архипову признали "иноагентом". Как писал Станислав Ежи Лец, неграмотные вынуждены диктовать.
А я настоятельно рекомендую Сашину книгу "Опасные советские вещи", это очень интересное исследование бытования советской конспирологической мифологии. Причем, механизм этого бытования во многом крутится и по сей день. Вот и сейчас, извините за неровный почерк.

«Господи, не допусти Льву Толстому, еретику, превзошедшему всех еретиков, достигнуть до праздника Рождества Пресвятой Богородицы, Которую он похулил ужасно и хулит. Возьми его с земли - этот труп зловонный, гордостию своею посмрадивший всю землю. Аминь».

Из дневника Иоанна Кронштадтского, канонизированного в лике праведных РПЦ.
Вообще отец Иоанн оказался крайне интересным персонажем, судя по документам.
Я его как-то раньше недооценивал.