Сегодня день рождения Антона Павловича.
Вспомнил великий памятник классику в Томске. Называется «Антон Павлович в Томске глазами пьяного мужика, лежащего в канаве и не читавшего "Каштанку".
Так томичи отомстили Чехову за его отзыв о городе:
"Томск гроша медного не стоит… Скучнейший город… и люди здесь прескучнейшие… Город нетрезвый… Грязь невылазная… на постоялом дворе горничная, подавая мне ложку, вытерла её о зад… Обеды здесь отменные, в отличие от женщин, жестких на ощупь…".
Памятник, однако, очень милый и, простите, душевный. Я его очень люблю, он человеческий, в отличие от много чего нашего монументального.

господь что сушит наши слезы / как будто стрекоза крылом / я после перейду на прозу / когда стихам не выйду рылом / когда на горизонте стылом / возникнут новые угрозы / ни бюрюзы и ни берёзы / нам не оставят поделом / так просто думать о былом / когда во всех делах облом / когда не птица пролетает / над позаброшенным селом / а дрон исполненный в китае / когда отбившийся от стаи / он персональным станет злом / поскольку все теперь конкретно / ни времени ни денег нет но / ты не потребуешь ответной / любви и нежности в письме / о чем молитвы нашей кода / не умереть в начале года / нас встретит яростно у входа / в крови мазуте и дерьме / на воле лучше чем в тюрьме / свобода лучше несвободы / где взвод стоял не стало взвода / и равнодушная природа / и только всполохи во тьме

Демьян Кудрявцев

Смотрю на ситуацию аналогично.
👇

Ребята, смотрю видео, там симпатичная девушка говорит: "Долой обзоры по бартеру! Когда автор вам книгу, а вы отзыв". Я думаю - да, здорово! Это же хорошо изученная база маркетинга, подарок всегда влияет на отзыв из-за принципа взаимности (principle of reciprocity), то же самое с прямой оплатой - отзыв никогда не будет полноценно свободным, т.к. блогер подсознательно воспринимает платящего как будущего клиента. И тут девушка: "Авторы зажрались! Никакого бартера, только деньги! Я трачу время на чтение и хочу, чтобы вы его оплатили".

Как из ушата окатили. Пустышка. А кто компенсирует мое время на чтение или просмотр немаркированных как реклама отзывов? Если же серьезно, то платные обзоры, не маркированные так, - это скам. Если блогер рекламирует без маркировки, выдавая за свое мнение, унитазы, выборы или финки НКВД, это вызывает закономерное презрение. Но в литературном мире из-за сложности с продажей книг все начали делать вид, что любая низость - это норм, а блогеры утомились от потока желающих. Но нет, это не "другое".

Если реклама у блогеров - часть бизнеса, то все рекламные анонсы должны маркироваться тегом #реклама, каждая рецензия, за которую заплатили, также должна маркироваться. Прайс должен быть прозрачен и доступен, сроки должны соблюдаться. Также должна быть предоставлена статистика конверсий в покупки в зависимости от жанра (сейчас эта стата, даже если брать ссылку с тегом, маркирующим блогера, принадлежит магазину, а автор не может даже понять результат). Блогерам, желающим легких денег онлайн, хочется и ощущать себя свободными индивидами, и деньги брать одновременно. Имеет ли такая схема что-то общее с удовольствием от чтения? Конечно, нет. Но вы сами хотите разрушить свой фан.

Прикольно, что обманывают всех сразу - и писателей, и своих читателей. Честно говоря, от всех этих откровений мне уже вообще перехотелось что-либо читать. Не знаешь - этот человек в блоге от души написал или за деньги? Как-то просто хочется отстраниться, словно от чего-то грязного. Здесь такого не было и не будет.

Помню, как в нашей красноярской редакции "Коммерсанта" появилась книжка Шамиля Идиатуллина "Татарский удар". Как мы ее друг у друга отбирали, чтобы полистать и найти имя нашего московского начальника на разных страницах.
Как спорили (тут уже только прочитавшие) о том, как в этой книжке и что.
А теперь и вы можете - прочитать и поспорить ) Правда, "Татарский удар" успел стать "Мировой", но тут уж времена такие.

Наташа Ломыкина в "Форбсе" - о нехудожественных книжных новинках начала года.
Много всего (когда бы еще найти время).
Самое для меня интересное - "Бомба".
Самое неинтересное - Тейлор Свифт.
А у вас?

Неделю, пока лежал и почти не мог смотреть в экран, вынужденно перешел на аудио.
Дослушал все выпуски Васиного "Фанткаста", которые до этого пропустил. Восполнил некоторые лакуны в, так сказать, фантастическом образовании.
Конечно, "Фанткаст" - был бы полезен для тех коллег, которые, скажем, не знают, какой фантастический поджанр запрещен в Китае. Или не в курсе, что Виктор Олегович Пелевин (прямо как и я) - мальчик, воспитанный фантастами.
Есть интересные "спешлы" про авторов: того же ВО, Дашу Бобылеву, Шамиля Идиатуллина.
А вот уже и новый вышел - про Сальникова.
Короче, вдруг кто-то тоже не дослушал. Покайтесь и дослушайте )

Говорят, сегодня день писателя.
Мне трудно считать его профессиональным праздником, поскольку когда в далеком прошлом я начинал писать, ничего профессионального вокруг меня точно не водилось. А когда лет в 17 я понял, что без этого самого писательства дальше не получится, это все равно было любительство, просто уже встроенное.
Знаю, многие коллеги воспринимают написание романов как социальный лифт, возможность получить что-нибудь, кроме похлопывания по плечу, и рассчитывают однажды стать профессиональными авторами - в том смысле, что начать кормить себя составлением букв в книжки.
Искренне завидую оптимизму и умению смотреть на мир под таким углом.
Сам я по-прежнему из тех, кто просто иначе не научился и, видимо, уже не научится. И вот таких же собратьев-ихтиандров я, пожалуй, действительно хотел бы поздравить. Мои сумасшедшие друзья, мы с вами одной крови, вы и я.
Доброй охоты )

(картинку утащил у Даши Бобылевой).

Надо бы, конечно, в день писателя такое выкладывать, но как вышло.
Утеряли мы навык писать такую вот красоту. "Как виолончель"!

"Подчеркнутое седыми полями,
Хищной женственности колдовство
Шло на него, покоряло его,
Как виолончель, как вино,
как пламя.
И эта хищность была тем сильней,
Чем меньше сама себя сознавала.
Алое «о» на губах оплывало,
Снималось дымком, становилось
синей
И долго висело колечком слоистым".

Это роман советского писателя Сельвинского "Арктика". Сцена соблазнения (!) американской шпионкой (!!) комсомольца (!!!).
Внимание обратил коллега Константин Фрумкин.

Вчера исполнилось 12 лет с выхода Bioshock Infinite. Тут вроде бы надо добавить "компьютерной игры", но дело в том, что это формально верное определение только запутывает.
Если бы Bioshock Infinite была просто компьютерной игрой, не имело бы смысла городить огород.
Но Bioshock Infinite - высказывание как на актуальные, так и на вечные темы, изобретательнейшая многофигурная пьеса, наглядное пособие по сторителлингу, а игра - в самую последнюю очередь.
Начинаясь как типичный нуар (утонувшему в долгах частному детективу предлагают все простить, если он найдет и вернет нужную девушку), Bioshock Infinite продолжается как стимпанк с летающим городом (отколовшимся штатом США, сохранившим "традиционные ценности"), а к финалу (финалам) перерастает в античную трагедию о схватке человека с предопределенной судьбой.
Здесь все повествование пронизано знакомыми сюжетами (вот - красавица, заточенная в башне, охраняемой чудовищем, вот - мессия, которого принимают за "ложного пастыря", вот - секта и ее харизматичный лидер), и все они на поверку оказываются чем-то совершенно неканоничным.
Это редкое по своей эмоциональности путешествие - в том числе вглубь самого себя. Не случайно и первая фраза, которую ты слышишь в Bioshock Infinite - "He doesnt Row" (довольно трудно, признаться, переводимая на русский). В ее справедливости предстоит убедиться не раз.
Создатель Bioshock Infinite Кен Левин (это пример человека-студии, человека-стиля, навроде Миядзаки или Тарантино) после релиза своей работы из игрового мира исчез и вот уже десять лет делает нечто, что называет "нарративным лего".
Чем бы это ни было, если это будет хотя бы вполовину так хорошо, как Bioshock Infinite, подождать еще 12 лет - не вопрос.

Надо читать (и идти).

Был вчера на презентации "Улицы Холодова" Жени Некрасовой.
Под сотню человек добрались до не самой, прямо скажем, центральной площадки. Быстро кончились не только сидячие, но под конец и вообще места.
Вышел крайне небезынтересный разговор, а хочется даже сказать - сеанс, в ходе которого, сама Женя обдумывала и, возможно, впервые проговаривала отдельные мотивы, параллели и т.д.
Книгу еще не прочел, так что отзовусь позже.
Пока же хочу сказать вот что.

История Холодова была важным (хочется сказать. поворотным, но все же это, наверное, преувеличение) сюжетом и в моем, и не только моем решении следовать на журфак-в газету-в расследовательские дебри. Это был сюжет про противоборство очень молодого человека с каким-то эпическим (как тогда казалось) злом. В такой даже комиксовой манере.
И сумасшедшая популярность МК и отдельно - материалов Холодова, и его гибель, и мгновенная "канонизация" ярко проявляли картину отечества того времени. Выходило, что это опасное и непредсказуемое место, но битва с темными силами не окончена. И значит, самое время поднять знамя.
Сейчас трудно объяснить тем, кто не застал момент, и почему именно эта смерть именно этого журналиста была важна. И почему власти (их тогда было больше одной) предпочли изобразить скорбное лицо и даже помогать формированию культа вокруг человека, который выводил их на чистую воду. И роль прессы. И общественные настроения по поводу прессы.
Мне страшно интересно, как сейчас прочитают книгу о (в том числе) Холодове. Скорее всего, как что-то с элементами магического реализма.
Но, может, это он и был.

В этот четверг, 17 апреля, не столь частый нынче сеанс нашего с Шамилем легендарного парного конферанса. В этот раз еще и под предводительством дорогой Аси.
Заявленная тема - новые книги пишет тот, у кого старые плохие. То есть переиздания. У Шамиля - "Мировая" (ранее известная под именем "Татарский удар"), у меня - "Кластер" (ранее известный как "Кластер").
Приходите в "Республику" на Тверской обняться и задать нам вопрос о творческих планах.
Давненько не виделись.