Вернемся к некогда регулярной рубрике - пятничный трек, который вы наверняка не слышали.
Сегодня Scissor Sisters (это понятие, интересно, запретят, или наши законодатели мод не столь подкованы?) с образцовым хулиганским кавером на главный хит Franz Ferdinand.
https://music.yandex.ru/album/2503207/track/21797509

Некоторое время назад поучаствовал в обсуждении, которое затеяли знакомые из центра социального проектирования "Платформа" - про взаимодействие общества и литературы. Для людей из книжной индустрии все, что говорилось, скорее всего, покажется самыми общими местами, однако, разговор был не с "внутренними", а "внешними" людьми. Для коллег-пиарщиков наши аксиомы - никакие не аксиомы, плясать приходится от печки. Есть некоторая надежда, что хотя бы базовые вещи удалось рассказать.
Уже сделана краткая выжимка из сказанного Екатериной Кожановой (которая приводила небезынтересную статистику).
Но посыл про желательность обращения властного взгляда на литературное поле мне не близок.

Дмитрий Захаров: «Социально-политические романы нужны читателю, он к ним готов»

Продолжаем публиковать основные тезисы спикеров с мероприятия экспертного клуба «Платформа» (совместный проект ЦСП «Платформа» и РАСО, при поддержке «Nexus Eurasia»), посвященного взаимовлиянию общества и литературы.

Справка: Дмитрий Захаров – писатель, обладатель национальной литературной премии «Большая книга», автор романов «Средняя Эдда» и «Комитет охраны мостов».

О современных позициях литературы.

Мы находимся в ситуации, когда книга перестала оставаться универсальным источником знаний, каким она была несколько десятилетий назад. Во времена моего детства, если мне надо было узнать, где находится Патагония, о проблеме слона в испанской партии или о том, как познакомиться с девочками, мне нужно было пойти в библиотеку и прочитать. Других вариантов не предполагалось. Это был целый квест и отдельное удовольствие – добыть книгу и прочитать ее за день.

Сейчас книга не универсальный носитель информации. Появилось много других возможностей, в первую очередь, за счет доступа к интернету. Зачем читать Жюль Верна, чтобы узнать про Патагонию, когда есть «Википедия»? Тратишь 3-5 минут и получаешь ответ, вместо того чтобы долго читать книгу, выуживать знания. «Цена контакта» снизилась.

В этом смысле ситуация изменилась во всем мире. Смыслообразующими стали сериалы, игровая индустрия, телевидение. Литература не прекращала производить смыслы, однако, ее аудитория сузилась.

Периодически возникает вопрос о том, нужна ли поддержка отечественной литературы государством, есть и свои просители такой поддержки. Но на нынешнем этапе литература мало интересна государственным институциям, потому что охваты аудитории совсем не те, что в медиаиндустрии или в кино. Там, где у популярного блогера будет миллион просмотров, у самого популярного писателя - 100 тыс. экземпляров в лучшем случае. Так что информационный потенциал несопоставим.

Что первично: читательский запрос или литература?

Формирует ли сейчас литература читательские запросы или идет вслед за ними – дискуссионный вопрос. Нельзя с уверенностью сказать, что у аудитории был запрос на Гузель Яхину (российская писательница, автор романов «Дети мои» (2018), «Эшелон на Самарканд» (2021) – прим. ред.), пока она не стала чрезвычайно популярной. Если бы издатели знали секрет, на что сейчас есть запрос у аудитории, то мы бы разговаривали о фабриках быстровозводимых бестселлеров. Но они этого не знают. Когда случается большой хит, мы можем объяснить, почему это случилось, но только постфактум. Предсказать, что кто-то напишет востребованный у аудитории роман, невозможно.

Некоторое время считалось, что у аудитории нет запроса на социальный или социально-политический роман. Издатель считал, что таких тем хватает в телевизоре или в разговорах на кухне. Но «Редакция Елены Шубиной» (издательство, выпускающее актуальную русскую прозу – прим. ред.) запустила серию, которая называется «Актуальный роман», и выяснилось, что эти тексты нужны читателю. Он к ним готов. Проблемные социально-политические вопросы могут быть востребованы. Эти книги имеют свою нишу и устойчивый спрос.

О современном запросе читателей.

Сейчас читателям не хватает, с одной стороны, эскапистской литературы – чтобы убежать от того, что они видят в телевизоре или за окном, а с другой – наоборот, литературы про то, что за этим окном происходит. Это парадоксально, но дело обстоит именно так. Лично я убежден, что еще ждет своего детального осмысления проблематика, которую бы можно было назвать проблематикой общественной травмы.
После 9 сентября 2001 г. в Америке написаны сотни романов и нон-фикшен книг. У нас травмирующих событий сопоставимого масштаба было изрядно, а осмыслены они гораздо хуже. Беслан и «Норд-Ост», чеченские войны, гибель «Курска» и так далее. Я не уверен, что на этом поле будут созданы бестселлеры. Но говорить о том, что случилось, проходить, если хотите, общественную терапию, важно для самого общества.

#СоциологияИскусства

Сегодняшний пятничный трек, который вы наверняка не слышали, принадлежит нежно любимой Ройшн Мерфи. В этот раз - в коллаборации с Handsome Boy Modeling School.

You can't hide from the truth
Because the truth is all there is

Добрый друг, Великий сибирский писатель (тм) Александр Силаев отмечает сегодня день рождения.
Желаю Саше продолжать поражать всех и всегда, как он традиционно и делал. В общем, не останавливайся, Искандер!
По такому поводу не могу снова не процитировать немного из юного еще Саши (роман "Братва по разуму"):

"Думаете, я лыком вышивал в школьные годы? Хрен. Я подвижничал с ранних лет, с двенадцати - выводил закон экономики. Адам Смит и рядом не сидел. Я был готов нырнуть в народное хозяйство и захлебнуться его бедой, я был готов спасти наши ТЭЦ, мне снился цветной металл: желтый, синий, зеленый. Когда просыпался, я грезил о посевной. Я был готов сажать и окучивать до трех ночи – и вот когда я созрел, заговор мартинистов обрел себя. Соратники, чуя мой перевес, ходили согнутыми и мигали, как светофоры… «Экономика, - сказал я, - это вам не стадо баранов». У фразы тут же выросли крылья, и она полетела в люди, на вечную память".

Лавка писателей (и критиков)

Зашли вчера с Верой Богдановой в магазин за водой, а там посвященный интеллекту новый номер журнала "Сноб" с моим текстом о роботах в литературе и написанном специально для журнала рассказом Дмитрия Захарова "Полины" (с оммажем Ксении Буржской и одному известному музыканту). Очень красивый и осмысленный номер получился! Спасибо команде и главреду Никите Павлюк-Павлюченко.

Пока сидел позавчера в приемном покое, дочитал "Скоро Москву" Анны Шипиловой.
И по отдельным рассказам было понятно, какой эффект может произвести сборник, но все же разница как между сильным треком и сильным альбомом.
По сборнику хорошо видно, что Анна не просто пару раз удачно нашла сюжет, виден авторский почерк: и темы, и фокус, и позиция.
Это довольно сложное чтение, и не только потому что Анна ведёт репортаж из мест, куда бы не хотела ступать нога человека. Едва ли не за каждым эпитетом по отношению к персонажам, за каждой деталью быта, за каждым хитро изобретенным названием рассказа видно, как автору больно от соприкосновения с материалом.
Вот эта избитая фраза про "кровью сердца" - она здесь уместна (не избитостью, а изначальным посылом).
В прозе Анны есть заметное сходство с прозой Михаила Елизарова.
Только здесь ручка с "любование" выкручена на "ужасание". Что лично мне куда ближе.
В общем, рекомендую тем, кто не боится в разных смыслах актуальной прозы. Легко не будет. Но чтение, кто бы что ни говорил, и не обязано быть развлечением.

П.С. Мне особенно понравился рассказ про стукача. Просто пособие, как сделать твист, создав зазор между названием и финальными предложениями.

Смешно. И, видимо, правда.

- есть независимый книжный, а есть созависимый
- это когда работаешь на другой работе, чтобы содержать книжный?

Хорошо, когда эксперт демонстрирует навык на собственном примере.

Это, конечно, очень комплиментарно. Но про Никиту и Серегина (все же не Сергеева) как одного человека - очень точно.

Вчера состоялось очередное заседание закрытого литературного клуба, который отныне будет называться "Три пескаря", в связи с вступлением в него премудрой Натальи Артёмовой.
Обсуждался роман Дмитрия Захарова "Комитет охраны мостов".
Поскольку особых расхождений в оценке художественных и идейных качеств книги изначально не ожидалось, основное внимание участники дискуссии уделили сюжетной линии Зимнего прокурора.
Большинством голосов постановили, что эта линия не снижает читательский интерес, а наоборот дополняет конфликт новым, метафизическим уровнем, а двойственность происхождения самого Зимнего прокурора расширяет возможности трактовки образа.
Также отмечена двуединость и образа главного героя. Напрямую в тексте это не сказано, но участники обсуждения сошлись во мнении, что Никита и Сергеев - это один человек, по крайней мере, в символическом смысле. Отметили так же проработку эпизодов, напрямую не связанных с сюжетной и идейной линиями романа, но раскрывающих автора как талантливого писателя, например противостояние Новосибирска и Красноярска и восприятия Асланом другого города, а так же очень эмоционально острый  разговор Сергеева с сыном.
А в заключении члены клуба обратили внимание на появившуюся в последнее время в отечественной литературе (или возродившуюся ещё со времён Шаламова и ранее) тенденцию сближения и даже слияния понятий холода и зимы, с одной стороны, и власти и диктатуры с другой.
Из чего, помимо прочего, следует вывод, что Зима не вечна, и когда-нибудь сменится хотя бы Оттепелью (правда, потом неизбежно опять вернётся). И вообще дело не в Зиме, дело в зимовщиках.