Экспертный клуб «Платформа»

«Длинные нарративы: как литература воздействует на общество и общество - на литературу»

Организаторы клуба: ЦСП «Платформа», РАСО, при поддержке агентства стратегических коммуникаций - «Nexus Eurasia».

22 мая (среда) в 17:00 состоится открытая беседа с Екатериной Кожановой, директором по стратегическим коммуникациям и брендингу, издательская группа «Эксмо-АСТ».
Участники дискуссии: Дмитрий Яронов - директор по маркетингу департамента художественной литературы издательства АСТ. Валерий Шабашов - книжный блогер, создатель старейшего книжного тг-канала @books_reviews.
Мария Невретдинова - нарративный технолог, основатель независимого проекта Графоман[ка].
Дмитрий Захаров - писатель, финалист национальной литературной премии "Большая книга", автор романов "Средняя Эдда" и "Комитет охраны мостов".

Формат предполагает вовлечение аудитории: возможность задавать вопросы, высказывать свою точку зрения и вести дискуссии со спикером.

Рабочие вопросы дискуссии:

- Как современная литература отражает состояние общества и как формирует его?
- Что определяет спрос на произведения? Что определяет  запрос общества?
- Как реализуется в литературе функция «инкубатора смыслов»?
- Понятие героя: есть ли образцы для массового подражания? Возможны ли они сегодня в принципе?
- Какие новые тренды проявляются в творчестве?
- Можно ли ждать литературного расцвета, появления новых авторов?  

Ссылка на регистрацию онлайн-мероприятия

После регистрации вы получите электронное письмо с подтверждением, содержащее информацию о входе в конференцию.

Принципы экспертного клуба «Платформа»:
•⁠ ⁠помимо признанных экспертов помогать новым именам - носителям сильной компетенции;
•⁠ ⁠диалог с аудиторией: каждый участник дискуссии может высказать свою позицию;
•⁠ ⁠закрепление дискуссии в отдельном материале, который является медийными продолжением дискуссии.

Присоединяйтесь к клубу.

Мы ждем возможности вновь общаться и обмениваться мнениями с нашими интересными слушателями! Присоединяйтесь к нам, будем рады видеть всех!

Справка: «АСТ» - одно из крупнейших издательств России, занимающее лидирующие позиции на российском книжном рынке. Является универсальным издательством: издает книги практически всех жанров для самой широкой аудитории.
«Эксмо» занимает лидирующие позиции на рынке коммерческой литературы. В 2022 году издательство выпустило 11 128 наименований книг.
Контакт — info@pltf.ru

#БеседыНаПлатформе

Друзья, напоминаю, что сегодня в 17:00 в экспертном клубе "Платформа" - разговор о том, как литература воздействует на общество, а общество - на литературу (наконец-то узнаем!).

Здесь можно зарегистрироваться и посмотреть.
Увидимся.

Наблюдал за родными красноярскими мракобесами, но, если честно, не верил, что они в самом деле решаться запретить "Вредные советы". То есть они бы, может, и могли (решиться), но старшие товарищи бы их одернули. Собственно, видимо, это и произошло.
Даже немного жаль. Был бы завершенный невероятно смешной сюжет.

Если раньше было лучше
Исключительно тебе,
Убедить людей пытайся
В том, что лучше было - им.
Это сделать очень просто
С тем, кто выжил из ума.
А кому отшибло память,
Тот возглавит орготдел! (с)

Благодаря Наташе Ломыкиной (Наташа, спасибо!) получил еще одну возможность протизерить "Ржавые звезды".

Журналист и писатель Дмитрий Захаров, автор «Средней Эдды» и «Комитета охраны мостов», победившего в читательском голосовании «Большой книги», заканчивает новый роман о закрытом городе в Сибири, подземном заводе, магии, детстве и о природе добра и зла.
Он писал «Ржавые звезды» семь лет и признается, что это самая выстраданная его книга.

Кстати, несмотря на мои сомнения, это название романа с отрывом победило в голосовании остальные варианты.

Ну и раз тизер, так тизер.

"- Простите, Игорь…
- Сергеевич.
- Да, конечно, Игорь Сергеевич. Не привыкла еще. А Шестаков с Дитерле? Мне говорили, младший брат Шестакова жалуется, будто писем нет… правила поменялись?
- Правила не меняются, - заметил Игорь Сергеевич, – пейзаж, например, - да. За окном.
Лидия Павловна зачем-то действительно посмотрела в окно, и ей вдруг показалось, что бетонная стела в виде книжки в сложенных лодочкой руках сдвинулась вправо.
- Или вот натюрморт, - уже вовсе непонятно продолжал Игорь Сергеевич, - тоже вещь ненадежная. Сегодня лежит на столе яблоко, а завтра… - он звонко цокнул языком. - Так что про правила – это вы зря".

"Пакля эта – зыковское поселение. Было заводское, а потом сделалось ничейным. Его даже на картах не рисовали никогда, да и сейчас не рисуют. На заводе брешут, будто в Пакле десять лет подряд заводские ставили опыты – генерал Славский изучал человекоустойчивость. Или еще говорят, будто первый завод такую секретную продукцию делал, что решили никого не отпускать: некоторые сразу пропали, а остальных в Паклю согнали - доживать. Или выдумывают, что черные в Пакле - это бывшие солдаты местных частей, которых к ядерной войне готовили. Они должны были выдерживать всякое там излучение специальное, но на всех по-разному действовало. А когда войну отодвинули на потом, они и полезли к нам…"

"Девочка не верила.
Испанец кивнул.
- Тебя не обманешь.
Он знал, что дальше всё будет как обычно.
«Лисс» заскользит от берега, и будет казаться, что он на всех парах вот-вот влетит в скальную стену, которая оборачивает бухту. И только в самый последний момент субмарина остановится – так что толпящимся на причале даже покажется, что это у нее отказала машина, и тогда они загалдят, доказывая друг другу разную ерунду. Но это будет частью подготовки. Капитан надвинет темные очки – он говорил Испанцу, что у него особые, обнимающие почти все лицо. Защелкнет себя в жесткий операторский скафандр около приборных стоек и положит руки на пульт.
Испанец почувствует легкую вибрацию корпуса. И на этом всё.
Лодка уйдет в смерть".

То, что многие хотят стать писателем (хотя зачастую понимают под этим совершенно разное), не секрет.
А вот многие ли из писателей мечтали бы завязать?
Часто ли срываются писатели в завязке?
Не помню, чтобы было такое обсуждение. А ведь оно страсть какое интересное.
Я же могу только повторить историю о своем дорогом друге Саше Силаеве. Он к 25 годам успел стать лауреатом разных сибирских премий (включая в то время почетную и сколько-то денежную Астафьевскую), стать финалистом, а через год лауреатом "Дебюта", издать две книги в московском издательстве (в том числе легендарное в узких кругах "Подлое сердце родины"). А потом сказал: мне это больше не интересно, и писать художку перестал.
Говорит, не жалеет.
А вы такие истории знаете?

А вот как раз из "Подлого сердца родины" молодого литератора Силаева.

"— Иосиф Виссарионович! Иосиф Виссарионович! — донесся до пригорка отчаянный крик.
Догоняя свой крик, к пригорку подбегал Вася Прелый.
— Ну чего тебе опять, коммунар поганый? — устало спросил Пиндар.
Тот, на подходе растеряв дыхание, молчаливо-обожающе смотрел на Пиндара.
— Плохо тренируешься, коммунар.
— Ы-ых, — возразил Вася Прелый.
— А точнее?
— Иосиф Виссарионович! — сказал Вася. — Докладываю: на селе шпионы. Числом двое. Вооружены и очень опасны. Замаскированы под научную экспедицию. Цель приезда пока не выяснена. Пока все… Жду дальнейших распоряжений.
— Откуда сведения?
— Бабки судачат, Иосиф Виссарионович.
— Если бабки — это серьезно, — сказал Пиндар. — С бабками шутки плохи. Слушай задание, коммунар: найди и загоняй их сюда. Давненько не хавал я английского шпиона.
— Так точно, Иосиф Виссарионович.
— Сколько раз тебе говорить: забудь это имя. Знаешь, дурак, что про твоего Виссарионыча в газетах пишут? Пишут, что это сраный тиран.
— Вас понял, Иосиф Виссарионович, — сказал Вася. — Они не должны догадаться, что вождь вернулся".

Не могу остановиться, простите:

"Колхозный строй сгинул, как будто его никогда и не было. Однако фермерство в Пыльневском районе не прижилось. Район помнит только одного фермера — им стал заезжий учитель истории, на старости лет потянувшийся, как он выражался, к земле.
Коровье дерьмо и прочие истоки его не смутили. Все было бы хорошо, но, на его беду, хозяйство начало процветать. Когда его телята мычали, деревенские бабы плакали. Когда он давал им в долг, бабы морщились. Когда он поставил себе новый дом из бруса, Пыльневский район глубоко задумался.
Через полгода местные мужики утопили его в проруби. «Че, сволота, думаешь, ваше время пришло?» — сказал Матвей, поигрывая варежкой, когда тело историка булькнуло навсегда".

Яне, Даше и Наде - финалисткам этого сезона "Большой книги" - мои поздравления!
И все равно снова скажу: и в лонге, и в шорте мне не хватает "Детей в гараже моего папы" и "Кадавров".

В конце августа в "Альпине.прозе" выйдет сборник-эксперимент. 15 рассказов, которые авторы написали в составе организованного преступного сообщества не без помощи нейросети Яндекса.
Опыт интересный. Попозже расскажу подробнее.
Мой рассказ называется "Это огонь".
Новые сюжеты придумывает тот, у кого старые плохие, поэтому: Сибирь, чиновники, медведи.
На самом деле, это один из немногих моих малых текстов, который мне самому нравится.
Яндексу и "Альпине"спасибо. Это была хорошая охота.

Вчера на Красной площади Буржская рассказала о жизни писателя в цифровом мире, а Побяржина – не в цифровом, (а ретроградно-меркуриевом), презентовав тем самым будущий сборник рассказов «Альпины.Проза» «Механическое вмешательство».

Тем временем Марго Гритт анонсировала название своего рассказа.
А Дмитрий Захаров своего.
А Побяржина добавила название своего и получилось:

Последнее слово Это огонь Ясное дело

Ну вы поняли.
Это будет огонь, ясное дело.
Вам это надо.

#redfest
#краснаяплощадь

Вернемся к некогда регулярной рубрике - пятничный трек, который вы наверняка не слышали.
Сегодня Scissor Sisters (это понятие, интересно, запретят, или наши законодатели мод не столь подкованы?) с образцовым хулиганским кавером на главный хит Franz Ferdinand.
https://music.yandex.ru/album/2503207/track/21797509

Некоторое время назад поучаствовал в обсуждении, которое затеяли знакомые из центра социального проектирования "Платформа" - про взаимодействие общества и литературы. Для людей из книжной индустрии все, что говорилось, скорее всего, покажется самыми общими местами, однако, разговор был не с "внутренними", а "внешними" людьми. Для коллег-пиарщиков наши аксиомы - никакие не аксиомы, плясать приходится от печки. Есть некоторая надежда, что хотя бы базовые вещи удалось рассказать.
Уже сделана краткая выжимка из сказанного Екатериной Кожановой (которая приводила небезынтересную статистику).
Но посыл про желательность обращения властного взгляда на литературное поле мне не близок.

Дмитрий Захаров: «Социально-политические романы нужны читателю, он к ним готов»

Продолжаем публиковать основные тезисы спикеров с мероприятия экспертного клуба «Платформа» (совместный проект ЦСП «Платформа» и РАСО, при поддержке «Nexus Eurasia»), посвященного взаимовлиянию общества и литературы.

Справка: Дмитрий Захаров – писатель, обладатель национальной литературной премии «Большая книга», автор романов «Средняя Эдда» и «Комитет охраны мостов».

О современных позициях литературы.

Мы находимся в ситуации, когда книга перестала оставаться универсальным источником знаний, каким она была несколько десятилетий назад. Во времена моего детства, если мне надо было узнать, где находится Патагония, о проблеме слона в испанской партии или о том, как познакомиться с девочками, мне нужно было пойти в библиотеку и прочитать. Других вариантов не предполагалось. Это был целый квест и отдельное удовольствие – добыть книгу и прочитать ее за день.

Сейчас книга не универсальный носитель информации. Появилось много других возможностей, в первую очередь, за счет доступа к интернету. Зачем читать Жюль Верна, чтобы узнать про Патагонию, когда есть «Википедия»? Тратишь 3-5 минут и получаешь ответ, вместо того чтобы долго читать книгу, выуживать знания. «Цена контакта» снизилась.

В этом смысле ситуация изменилась во всем мире. Смыслообразующими стали сериалы, игровая индустрия, телевидение. Литература не прекращала производить смыслы, однако, ее аудитория сузилась.

Периодически возникает вопрос о том, нужна ли поддержка отечественной литературы государством, есть и свои просители такой поддержки. Но на нынешнем этапе литература мало интересна государственным институциям, потому что охваты аудитории совсем не те, что в медиаиндустрии или в кино. Там, где у популярного блогера будет миллион просмотров, у самого популярного писателя - 100 тыс. экземпляров в лучшем случае. Так что информационный потенциал несопоставим.

Что первично: читательский запрос или литература?

Формирует ли сейчас литература читательские запросы или идет вслед за ними – дискуссионный вопрос. Нельзя с уверенностью сказать, что у аудитории был запрос на Гузель Яхину (российская писательница, автор романов «Дети мои» (2018), «Эшелон на Самарканд» (2021) – прим. ред.), пока она не стала чрезвычайно популярной. Если бы издатели знали секрет, на что сейчас есть запрос у аудитории, то мы бы разговаривали о фабриках быстровозводимых бестселлеров. Но они этого не знают. Когда случается большой хит, мы можем объяснить, почему это случилось, но только постфактум. Предсказать, что кто-то напишет востребованный у аудитории роман, невозможно.

Некоторое время считалось, что у аудитории нет запроса на социальный или социально-политический роман. Издатель считал, что таких тем хватает в телевизоре или в разговорах на кухне. Но «Редакция Елены Шубиной» (издательство, выпускающее актуальную русскую прозу – прим. ред.) запустила серию, которая называется «Актуальный роман», и выяснилось, что эти тексты нужны читателю. Он к ним готов. Проблемные социально-политические вопросы могут быть востребованы. Эти книги имеют свою нишу и устойчивый спрос.

О современном запросе читателей.

Сейчас читателям не хватает, с одной стороны, эскапистской литературы – чтобы убежать от того, что они видят в телевизоре или за окном, а с другой – наоборот, литературы про то, что за этим окном происходит. Это парадоксально, но дело обстоит именно так. Лично я убежден, что еще ждет своего детального осмысления проблематика, которую бы можно было назвать проблематикой общественной травмы.
После 9 сентября 2001 г. в Америке написаны сотни романов и нон-фикшен книг. У нас травмирующих событий сопоставимого масштаба было изрядно, а осмыслены они гораздо хуже. Беслан и «Норд-Ост», чеченские войны, гибель «Курска» и так далее. Я не уверен, что на этом поле будут созданы бестселлеры. Но говорить о том, что случилось, проходить, если хотите, общественную терапию, важно для самого общества.

#СоциологияИскусства

Сегодняшний пятничный трек, который вы наверняка не слышали, принадлежит нежно любимой Ройшн Мерфи. В этот раз - в коллаборации с Handsome Boy Modeling School.

You can't hide from the truth
Because the truth is all there is

Добрый друг, Великий сибирский писатель (тм) Александр Силаев отмечает сегодня день рождения.
Желаю Саше продолжать поражать всех и всегда, как он традиционно и делал. В общем, не останавливайся, Искандер!
По такому поводу не могу снова не процитировать немного из юного еще Саши (роман "Братва по разуму"):

"Думаете, я лыком вышивал в школьные годы? Хрен. Я подвижничал с ранних лет, с двенадцати - выводил закон экономики. Адам Смит и рядом не сидел. Я был готов нырнуть в народное хозяйство и захлебнуться его бедой, я был готов спасти наши ТЭЦ, мне снился цветной металл: желтый, синий, зеленый. Когда просыпался, я грезил о посевной. Я был готов сажать и окучивать до трех ночи – и вот когда я созрел, заговор мартинистов обрел себя. Соратники, чуя мой перевес, ходили согнутыми и мигали, как светофоры… «Экономика, - сказал я, - это вам не стадо баранов». У фразы тут же выросли крылья, и она полетела в люди, на вечную память".