Что если бы Мэрилин Монро была психологически здорова, её версия фразы могла бы звучать — не как болезненная зависимость «тобой и только тобой»

А например, так:

"Я хочу быть любима — сначала собой.
А потом теми, кто видит меня настоящую.
А если нет — ну что ж, я всё равно останусь солнцем."

Была бы она знаменита, если бы была психологически здорова?
Вопрос, достойный шампанского, иронии и пары бессонных ночей.

За каждой сильной женщиной стоит…

Давайте сегодня сыграем вместе? Продолжите эту фразу так, чтобы она рассказала историю о вас или хотя бы намекнула на то, что происходит в вашей жизни.

Я начну. За каждой сильной женщиной стоит мамский чат… из которого она вышла победителем 😅

«Что дала мне терапия?»

Раньше я, как честный оратор перед судом присяжных, пускалась в пространные объяснения, сыпала аргументами, припоминала случаи из жизни, примеры из литературы — будто от моего ответа зависело спасение мира.

Теперь же я отвечаю кратко, как банковский клерк, оформляющий ипотеку: Новую жизнь.

— Не воодушевляет, правда?

Ни капли! Да и не моё это дело — воодушевлять. Я, слава богу, вылезла из того самого треугольника, где одни спасают, другие тиранят, а третьи стонут, и теперь могу спокойно наблюдать эту комедию со стороны, попивая кофе.

«А стала ли ты счастливее?» — звучит вопрос номер два.

Если под счастьем понимать розовых единорогов, скачущих по радуге в сиянии утренней зари, то нет — такого не случилось. Зато теперь у меня внутри тишина, как в библиотеке маленького городка, где даже мышь боится чихнуть. Я научилась без сожалений вычеркивать из жизни всё, что мне не нравится, — и поверьте, отсутствие раздражителей действует лучше, чем тонна успокоительного.

На каком этапе я сейчас?
Будто заново родилась: кожа стала чувствительной, как у младенца, и мурашки бегут от малейшего дуновения ветра. Плохая новость: гнев, страх и грусть теперь тоже бьют, как током. Но если раньше эти чувства были под запретом, то теперь они просто сигналят, как флажки на минном поле: «Эй, тут твои границы топчут!», «Ты слишком много ожидаешь!» или «Дорогая, ты просто устала — иди поспи».

Я стала увереннее в разговорах с людьми, особенно когда дело доходит до конфликтов. Потому что поняла: имею право ошибаться и имею право хлопнуть дверью, если разговор превращается в токсичное болото. Мне больше не нужно объяснять, почему — достаточно сказать: «Это не ваше дело». А что подумает собеседник? Да какая разница! Пусть думает, что я беглая монахиня, нарушавшая обет, данный самому Господу Богу 😂

Раньше я носила доспехи. Тяжелые, скрипучие, в которых нельзя ни согнуться, ни расслабиться — зато безопасно. А потом оказалось, что под ними уже и тела-то нет — одна ржавая пустота.

Теперь я сбросила латы. Не все, я пока в процессе.
Можно быть агрессивной — потому что иногда мир этого заслуживает.
Можно быть безумной — потому что кто решил, что "норма" вообще существует?
Можно плакать на людях — пусть думают, что у меня аллергия на их глупость 😂
Можно танцевать до упаду — даже если ритм ловлю только я, а вокруг все качают головами в такт своим скучным мыслям.

Больше не нужно притворяться удобной. Не нужно извиняться за то, что занимаешь место в этом мире.

Я — это я. Иногда колючая, иногда смешная, иногда невыносимая. Но настоящая.

Теперь я дышу полной грудью — даже когда воздух обжигает. Потому что это мой воздух. Моя жизнь

В детский сад приехали цирковые артисты. В назначенный час воспитатели привели в зал детей и усадили на стульчики — каждая группа на свой ряд. Одному мальчику было плохо видно, и он постоянно приподнимался. Воспитательница одергивала его и требовала сесть на место. Тогда малыш просто сел на пол возле стены — там он все видел и никому не мешал. Взрослые велели ему вернуться на свой стул. Он опять «переполз» ближе, договорившись с девочкой на первом ряду, что он сядет вместе с ней. Этот маневр остался незамеченным, но ребенок так искренне радовался и громко смеялся над выступлением клоунов, что разгневанная воспитательница схватила его и посадила рядом с собой.
Она требовала тишины и спокойствия, но ребенок, поглощенный представлением, просто не мог это сделать. Наконец началось выступление дрессировщика. Он показывал номер с собачками. Одна собака никак не хотела идти на передних лапках, и артист стал постукивать её палочкой по животу. Собачка сопротивлялась, спотыкалась и падала, и удары становились все сильнее. Мальчик закричал: «Не бей те её, ей же больно! Она не хочет ходить на передних лапках...». Воспитательница схватила ребенка за руку и с силой вытащила из зала.

Наш Божественный Ребенок не в силах противостоять реалиям жизни. Он слишком совершенен для этого несовершенного мира.

Ирина Швецова «Диалоги с внутренним ребенком»

Учится не впадать в слияние с партнером, самостоятельно закрывать свои детские дефициты — важнейший навык для комфортных отношений 🙏🏼

На пути я думал о своих странных отношениях к графу.
Люди, знавшие меня и графа, различно истолковывают наши взаимные отношения. Узкие лбы, не видящие ничего дальше своего носа, любят утверждать, что знатный граф видел в «бедном и незнатном» судебном следователе хорошего прихвостня - собутыльника. Я, пишущий эти строки, по их разумению, ползал и пресмыкался у графского стола ради крох и огрызков! По их мнению, знатный богач очень умен и либерален. Люди же поумнее объясняют наши близкие отношения общностью «духовных интересов». Я и граф - сверстники. Оба мы кончили курс в одном и том же университете, оба мы юристы и оба очень мало знаем: я знаю кое-что, граф же забыл и утопил в алкоголе все, что знал когда-нибудь. Оба мы гордецы и, в силу каких-то одним только нам известных причин, как дикари, чуждаемся общества. Оба мы не стесняемся мнением света, оба безнравственны и оба плохо кончим.

Они, конечно, сказали бы более, если бы знали, как слаба, мягка и податлива натура друга моего, графа, и как силен и крепок я. Они многое сказали бы, если бы знали, как любил меня этот тщедушный человек и как я его не любил! Он первый предложил мне свою дружбу, и я первый сказал ему «ты», но с какою разницей в тоне! Он, в припадке хороших чувств, обнял меня и робко попросил моей дружбы — я же, охваченный однажды чувством презрения, брезгливости, сказал ему:
— Полно тебе молоть чепуху!
И это «ты» он принял как выражение дружбы и стал носить его, платя мне честным, братским «ты»...
Да, лучше и честнее я сделал бы, если бы повернул свою Зорьку и поехал назад к Поликарпу и Ивану Демьянычу.


Антон Чехов — «Драма на охоте»

Читаю и восхищаюсь!

За этим коротким отрывком — целая драма. Герой понимает несправедливость своих чувств, но его рефлексия — пустая. Он копается в себе, осуждает и графа, и собственную жестокость, а в итоге… ничего не меняет. Не может разорвать эту странную связь, будто они связаны невидимой цепью.

И ведь правда — они похожи. Оба, как затворники, отгородились от мира, только по-разному: граф — слабостью, а герой — высокомерием. Один тонет в вине, другой — в цинизме. И оба при этом презирают «узколобых» обывателей, хотя сами — просто другая крайность того же самого абсурда.