Ощущение осенне-зимнее.
Как семь лет назад.
И снова ночи: в них только я
И уродцы недописанных стишат.

И уже едва ли человек —
лишь
порядковый номер
Или номер в твоей записной, куда ты
не позвонишь.
Таю смазанной дереалом кляксой
Среди растущей толпы незнакомых
лиц.

Я больше не ищу чужих рук, не хожу по рукам — слишком б/у
Или это неостывшей любви к тебе ртуть —
Вместо крови гоняет по телу жизнь,
По лабиринтам раздутых
силовыми тренировками жил.

Больше не ищу в людях чего-то такого,
что граничило бы с мечтами —
Из сотен прошедших мимо и сквозь
Лишь в тебе нашёл истины тайных знаний.

За моей спиной, наблюдая, стоит
Мой единственный Бог, склонив
Голову.
И сколько бы он не был велик,
Умещается в слово из шести
Букв.

Я нашёл его и нашёл тебя —
среди миллиардов это уже немало.
Не знаю, что принесёт новый день и его заря —
Лишь бы небо над головой чуть чище стало.

Надоели тучи, серость и дым,
За которым не видится самое важное.
Я встречаю день один за другим
С новой исповедью бумажною.

03.03.24

это ярославский андеграунд (на выезде)

По утрам люди вылезают из своих нор,
Бьётся в конвульсиях брюшина распухшего от людей общака —
Где бы ты ни был, одним и тем же лицом
встречают бесполезные города.
Здесь некуда бежать: куда бы ты ни пошёл,
Всё одинаково — ад намертво прилеплен к точкам на карте,
Выходишь на новый круг, спускаясь в метро.
Нелепое приключение встречает тебя на старте.
Дальше бежать через лица людей, такси, кафешки, остановочные комплексы.
Смотри: трамвай перерезал горло очередному городу,
Через тучи громом прорывается чей-то вопль,
и начинается новый акт этой скучной пьесы.
Поиск сам не зная чего
превращается в навязчивые циклы, думскроллинг.
Смотришь в будущее как в запотевшее окно,
понимая, что собственная свобода воли
В тот же миг ограничивается свободой:
Ты можешь куда-то идти, что-то делать, выдумать себе другую жизнь или даже тело,
представлять себя персонажем прочитанных книг,
Даже с неизвестным прохожим заговорить.
Представляться другим именем,
Рассказывать то, чего никогда не было —
Тебя никто не знает, ни на кого не похож,
Все совпадения с реальными людьми случайны, все персонажи выдуманны.
Но что-то остановит среди улиц и парков —
Услышишь, что-то заговорит внутри.
И встанешь, как поражённый громом на перекрёстке,
Среди сигналящих и летящих мимо машин.
Может, это чей-то голос из забытого сна,
Может, на её похожие глаза
у проходящей мимо,
Может, что-то внутри зашевелится, требуя сказать
Несколько слов — и развалится этот мир мнимый.
Дальше: в бары, пабы и клубы, круглосуточные магазины —
Пытаясь унять шевеление, растекающееся тремором,
Чем-то крепким. Пока у тебя на это ещё осталось время.
Но крик внутри не унять: город рассыпется на составные сегменты —
Ты снова в камере эконом, пытаясь украсть
У дешёвого виски и тома писателя Б. озарение.
Фантасмаголичная круговерть продолжается:
Это скрипит не чужая кровать над тобой —
Звук как будто в фильме-катастрофе.
Земля под ногой куда-то на зелёную ветку проваливается,
Пока люди в уютных кафе пьют свой кофе.
Наступает время расплаты.
Из набухшего облака вылезает чек,
Но там, куда бы ты хотел, не принимают карты —
Демиург на пальцах считает, насколько ты человек.
Похмелье мешает сказать что-то в свою защиту,
Слова изо рта вылезают задом наперёд —
Ситуация напоминает пошлую шутку про поиск клитора.
Из этого вырвет чей-то шёпот.
Это она, в этой искуственной реальности
Ты можешь представить её до концов ресниц —
Вот и кончики пальцев уже твоих плеч касаются,
Через белый шум отчётливо слышно пение птиц.
И ты не видишь её лица,
её здесь нет, но ты можешь это представить —
Ведь если числу параллельных миров нет конца,
Значит есть и тот, где вы смогли всё исправить.
Рассыпается золотой песок нежности через скованные агонией пальцы,
Вчера мне снился сон, полный надежды,
Значит, каждое новое завтра
буду пытаться проснуться вновь в нашей спальне.
И сутолока ссылочных для души городов,
С поисками мнимого в условно-новых лицах,
Превратится лишь в набор закрытых гештальтов, оплаченных счётов,
Нелепых историй, собранных по крупице.

11.03.24

Подъехали бэкстейджи со вчерашних съемок клипа на стихотворение "Комната". Впереди небыстрый процесс обработки и работы над звуком, но большая часть уже сделана и, надеюсь, скоро сможем показать, что вышло

О, нам так страшно умирать,
Как и терять,
Всех тех, кого любили.
Зачем идём мы до конца —
Мне не понятно. Эта пыль
Истоптанных дорог
Въедается в глаза
И рот. И не даёт сказать
Всё то, что вызрело под сердцем.
Жрёт вина
За то, чего ни ты, ни я
Не можем изменить.
Но кое-что осталось прежним.
За несколько недель
Я прожил будто сотни тысяч дней,
Но даже сильно постарев
Осталось неизменным
В рёбрах чувство.
Мы — обречённые на эту грусть...
Но, черт возьми, как не было бы пусто —
Я что-то понял:
Жизнь проста,
лишь мы себе выдумываем сложность.
Иди ко мне: ведь глупо умирать
С собой наедине, придумав боли ложной
Гильотину. Как будто бы маячит над собой
То лезвие — всё ложь.
Но только неизменны
Любовь к тебе и в сбитых пальцах дрожь,
Желанье быть с тобой
Самозабвенно.

17.03.24



Для В.