Салют! 💥🐕

уже сегодня 4 декабря , в 20:00, в онлайн-формате пройдет очередной отборочный турнир к 6 РЛС «Собачье сердце»

прямой эфир будет в Говорильне, опросы в разделе «Прямые эфиры\Турниры»

каждый отборочный турнир открывает нам новые, невероятно талантливые имена в поэзии. уверен, этот не станет исключением!

приглашайте всех-всех присоединиться к нам❗️

Этого нельзя произнести,
Это на уровне ощущений,
За пределами взгляда —
То, как кости сломанные выглядывают
Из-под телесных расщелин.

И пускай руки не слушаются,
Не подвластен голове язык,
Что истрепался о слишком большое количество губ,
И теперь висит
он, словно колумбийский галстук.

Пусть касания силуэтов, их лиц заставляют
Дымку развеяться лишь на миг,
После которого образы под рукой неизбежно тают,

Остаётся что-то, что въедается в кожу пальцев
Неисчислимыми занозами, осколками стекла,
И уже пусть не вылечить эту заразу,
Можно принять, что она становится частью тебя:

Каждый проходящий мимо и вскользь,
Каждый, в чьих зрачках на время останешься ты,
Не важно, что далее — вместе, порознь —
Пронесёт частицу тебя, пока ещё жив.

И также все они остаются где-то внутри,
Где-то вылечивая раны, где-то кожу сжигая
Жаром пророненной ненароком искры.
Как и ты, с тем к бессмертию приближаясь.

14.12.24

Наперегонки
С темпом жизни, что давит виски,
С теченьем секунд на часах,
Поднимая пыль, отряхнувши прах,
Вдаль бежать, обгонять,
Фигуры сметать со стола
Пока нервы горят
Словно нити накала.
Опять
мой рюкзак
Помещает в себя
Где-то виски с резинкой,
Где нож раскладной,
На случай, где добрая сказка
Окажется злой.
Время скалится,
Люди свинеют,
И город, как будто бы зверь
По пятам моим рыщет,
На них наступает —
Не знаю, в какую мне дверь.
Сколько будет распахнуто,
Сколько закрыто навек
И за ними ничто.
Там, где жизнь закипала однажды — теперь
Лишь пустырь и болото.
И только
Моменты прозрений,
Где сны, свет,
ощущенье полёта
Подскажут, куда мне идти
И как жизнь обогнать,
Пока не закрыт я
под крышкою гроба.

17.12.24

Обхуяривайтесь с ИИ Есенина!

Как огонь всё проглотит и выплюнет пепел,
Как мир догорит словно клочья бумаги,
Облитый бензином, превратится он в небыль,
Истлеют в кострах разноцветные флаги —

То я хочу видеть. Здесь всё безвозвратно
Идёт к апогею, растёт энтропия,
И "завтра", возможно, больше не станет
Или "вчера" сожрет амнезия.

Сожмется до точки короткого мига
Раздутый пузырь необъятной Вселенной,
И станет нам всё легко и понятно,
И мир, притворившийся мрачной Гееной,

Мы скоро покинем. Но до этого мига,
Покамест бежит ещё кровь по сосудам,
Как землю дракон поедает, укутав
Языком пламени — я хочу видеть.

19.12.24

Сожми мою ладонь
Пусть пальцы прорастут корнями в пальцы
Это последний Страшный Рейв
И все приглашены
И кто-то плачет
А мы смеемся как в последний раз
Ведь он последний правда
Данса макабра
На чернеющих костях
И под ногами черепа
не помешают танцевать
Отчаянно и широко так улыбаясь
Последний друг у нас уже глаза ввалились
Соль слез запекшаяся кровь в рукав впиталась
Ты в свете ядерного зарева и вспышек бомб
Как в светомузыке
Прими смешную позу
Чтоб
Тени
наших тел впечатались в асфальт
С иронией смотря в лицо грядущих поколений
Такой вот пранк
И вот уже из дым машины злого Бога
Идет зловонный пар
Как сайлентхилловский туман
А в нём надрывные сирены
Нам пора
Пошёл последний акт

19.12.24

Снаружи и внутри
Синие льды,
И стынут кости
От вечной мерзлоты.
На окнах иней вновь
Изображает витражи.
Всё замело снегами,
Агония сладка.
Застыть. Не быть
И больше не дрожать
От холода.
И не тревожиться, не ждать
Последний поезд.
Он примерз
на рельсах,
Статуей немой
наледенев.
Пора и мне
Здесь лечь,
Забыться сном спокойным
И сладко спать
Средь ядерной
зимы.
Стать глыбой, айсбергом
по северному морю
плыть.

19.12.24

Ладони касаются голой стены,
Пальцы будто бы ищут что-то на ней.
Я стою в тишине. Чувство, что я забыл
Что-то важное в вихрях бегущих дней.

Влажно. Холодно. Встала на камне испарина.
За окном ничего: белый шум только, цвет эйгенграу.
Ноги вялой походкой вверх-вниз по ступеням шаркают.
Мне б услышать, не пение птиц пусть, хотя бы вороний грай.

Двери этого дома хоть до одной закрыты,
Но за ними никто не живёт.
Пыль внутри
Обесточенных мрачных квартир, где вещи забыты,
Так же молча стоят, не говорят,
замерли.

Я не помню, как я очутился здесь:
То ли жизнь всю жил, то ль попал в бреду,
И теперь вдыхать только тлена взвесь,
Что-то тщетно искать, что уже не найду —

Ключ, что дверь откроет. Но за нею мрак,
И внутри не поют, и не шепчет мне пустота.
И средь комнат воздух тяжёлый как отходняк.
И вся жизнь, что была здесь — выпита, изжита.

26.12.24

Такие дела:
Високосная гидра года
пережевала и съела.
Бросить золофт,
Колоть дисульфирам без рецепта.
С надеждой и верой
Из брюха драконьего вырваться,
Вырвав ещё один день.
Выжить в игре,
Где Дикая Охота, стуча
галопом коней,
Проносится в небе.
А у меня за пазухой только
Звезда моя, пусть она греет
И светит, где бы я ни был.

27.12.24

Всех с наступившим Новым Годом!
Сегодня кончается Дикая Охота. Дальше — только лучше

Слышу, как звенит
тишина.
В ней контрастнее звуки и
Изображение на сетчатке глаз —
Темнота по ту сторону окна,


Сигаретный дым, срывающийся с губ как крик,
Текущий сквозь пальцы, чтоб раствориться под потолком,
Последней на небе звезды блик,
Ещё не затянутой облаком.

Книги на полке. Гул электричества в проводах.
Смятая простынь спрятала ночные кошмары.
Город засыпает, просыпается страх
Перед тем, что в сердце остынет жар.

Перед тем, что время продолжит тянуться,
Забирая года, превращая в плоскость объем,
Но не давая ответов хотя бы на три вопроса:
Кто мы?
Откуда?
Куда мы идём?

Что дни превратятся в сизифов труд
На спине Уробороса, пожирая сами себя,
Только ты так и останешься тут —
Голова опустеет, потухнет взгляд.

И однажды, проснувшись, потеряв им счёт,
Всё забыв, что казалось важным,
Упустив миллионы касаний рук,
В зеркале не увидишь больше лица своего.
Но время не остановится, очередной нарезая круг.

Все границы предметов станут размыты.
Поднесешь ладони туда, где было лицо — не твои.
Останется лишь комната, что покрылась пылью.
И заросший рот, что больше не заговорит.

16.01.25

Ты всё ещё навещаешь меня в холодной квартире.
Прячешься по углам, за холодильником,
Или может в трубах, шепчешь мне что-то тихо.
Из вентиляции твои руки тянутся к моей шее незримо.

Даже предметы говорят твоим голосом.
Вперила взгляд в мою спину с той стороны окна.
До сих пор на одежде нахожу твои волосы,
Просыпаясь в горячем поту от душного сна.

Ты привязалась ко мне тяжёлыми цепями,
Они пульсируют красным, как сетка сосудов на белках глаз.
На шее из-за спины чувствую твоё дыхание,
Оно отдаёт мертвечиной, провоцируя метастазы.

В моей комнате снова липко и сыро
От твоих мокрых следов.
Кричу: хули ты выбралась из душевой, полезай обратно
В водопровод.

Мне хочется открыть нижний ящик тумбы,
Оттуда достать пистолет,
Проделать несколько дырок в твоём фантоме,
Растворить его в новых симптомах и кутеже.

Прочь из моих снов и моей реальности,
Здесь больше нет места тебе! —
Эхом раздаётся мой крик в четырёх стенах.
Через окошко пробивается первый утренний свет.

21.01.25

Если вселенная бесконечна,
И есть бесчисленные варианты
прошлого, будущего и
Настоящего, я надеюсь, другие Я там счастливы,
Светлее другой мир.

Что в их нитях судьбы меньше узлов и петель,
И петля — это совсем не за тем, чтобы вешаться,
А чтобы без скрипа открывалась каждая дверь.

Я надеюсь, есть там и тот, у кого ещё не посажено зрение,
И он может на небе ночном видеть звезды.
Потому что я, увы, не могу —
Надо мною лишь чёрным куполом висит безграничный космос.

Ведь, наверное, есть там и те Вселенные,
Где мои друзья, чьи жизни забраны незаслуженно,
До сих пор светлым взглядом смотрят в глаза мне, делят со мною мгновения,
И в сумбуре жизни мы с ними видим в этом отдушину.

В общем, надеюсь, вы там, ребята, счастливы.
И каждый нашёл по душе любовь, такую, чтоб раз — и навек.
И она вечерами зовёт вас по имени ласково.
Жаль, мы не увидимся с вами, впрочем
Меня, как и вас ведь, радует ещё первый снег.

25.01.25

Когда нигде нет места, нет покоя,
Гудят внутри с натуги струны духа,
И в чаще подреберья волки воют —
От дикой песни этой глохнет ухо.

Когда дворняги-руки ищут плена,
Но каждый раз как будто безуспешно,
И донельзя испорчен геном,
Себя теряешь сам в безумной спешке —

Пора сорваться с цепи — прочь, как импульс,
Лететь, куда не глядя, оставляя
Всё за спиной. Лишь ветру подставляя
Лицо. Из опостылевшего Лимбо —

На рваных крыльях, будто у Икара —
Прочь! И вперёд: пешком ли, поездами,
Пока не превратилось в камень
Трепещущее сердце в колесе Сансары.

Прочь — от того, что явно примелькалось,
Приелось, душит облаком кумара.
К иным глазам, губам, рукам — в другие города,
Чтоб вновь гореть в огне сердечного пожара.

Ведь там спасенье от стальных канатов,
Стянувших руки-ноги жёсткой хваткой.
Пусть старый мир взорвётся как граната,
В новом — лишь вспомнится с улыбкой горько-сладкой.

29.01.25

Скоро анонс мероприятия, организуемого нашей небольшой командой в новом месте

Там, где раньше гуляли,
Теперь поросло всё травой.
Где деревья росли, что, казалось, повыше небес,
Возвышается новострой.
Вместо парка — пустырь,
Голо, пусто и чуждо там, где
Мы когда-то встречали весну.
На исписанной лавочке старый калдырь
Спит спокойно. Срубили сосну
Под которой качели, теперь проржавевши,
Забыты стоят.
Время гонит с удвоенной скоростью и
Не вернуться назад.
Где заброшки, где наши стихи молодые
Остались в стенах,
Теперь снесены. На руках лишь осядет юности прах —
Растворится, развеется ветром осенних циклонов,
Выцветут, истрепавшись, рисунки. Лишь сети нейронов
Что-то, может, напомнят о времени, где
Ты был счастлив и юн.
Но когда-то пройдёт ведь зима, и наступит июнь.
И пока что-то помнится, теплится кошкой где-то внутри,
Есть, наверное, шанс по весне снова всё обрести.
Снова чуять приход её нежный — там ласковый май,
И возможно, вдали ещё ждёт неизведанный радостный край.

05.02.25