Некоторые пациенты после инсульта испытывают любопытный феномен. Они "не видят" всю левую часть пространства, хотя со зрением у них всë в порядке.

При бритье они бреют только правую половину лица, во время еды левая половина тарелки остался нетронутой. При чтении и письме они читают и пишут текст с середины листа, не замечая, что в левой части ещë есть пространство.

Такое нарушение называется неглект (или одностороннее пространственное игнорирование). Оно также может затруднять восстановление двигательных функций левых конечностей при их нарушении, потому что пациент просто не замечает, что у него есть левая часть тела.

Корректируется неглект развитием внимания к левой части как своего тела, так и внешнего пространства и его объектов.

Ожидания от реабилитации (часть 1)

Чаще всего срок нахождения в отделении реабилитации ограничивается 2-3 неделями. Многие пациенты и их родственники ожидают, что за это время они должны полностью восстановиться и вернуться к привычной жизни.

В ином же случае врачи и специалисты реабилитационной бригады вынуждены сталкиваться с обвинениями в свой адрес в том, что реабилитационные мероприятия не проводились, и именно поэтому человек не вернулся домой полностью здоровым.

На самом деле реабилитация после поражения мозга редко занимает такой короткий срок. Чаще всего этот процесс занимает от полугода до нескольких лет. Лишь в случае легких последствий после, например, инсульта, действительно возможно, пройдя один курс реабилитации, вернуться к привычной деятельности.

Для каждого пациента в отделении реабилитации ставятся свои задачи. Например, в случае тяжелых двигательных и речевых нарушений, во время первой реабилитации основная часть работы будет уходить на то, чтобы научить пациента самостоятельно садиться и, например, пересаживаться с кровати на стул рядом. В речевой сфере, к примеру, важно научить его хотя бы отвечать "да", "нет", "пить", "есть", чтобы он мог хоть в какой-то степени озвучивать свои потребности. И эти, казалось бы, простые вещи, требуют огромного количества усилий как специалистов, так и самого пациента.

В таком случае пациент выписывается домой в том состоянии, которого удалось достигнуть на момент окончания срока госпитализации. И родственникам, к сожалению, в этот период приходится брать на себя огромное количество работы по продолжению процесса реабилитации уже дома.

Однако, затем, через определенное время, пациент поступает на повторную реабилитацию, где уже происходит дальнейшая работа над более сложными навыками.

Ожидания от реабилитации (часть 2)

В силу непонимания со стороны родственников, как проходит процесс восстановления, специалистам периодически приходится сталкиваться с незаслуженной критикой или принижением своей квалификации.

Например, родные пациента могут жаловаться на нейропсихолога, что он "занимался по 15 минут, раскладывал вместе с ним (пациентом) какие-то пирамидки и всё". Или, например, на логопеда-афазиолога: "да она с ним только какие-то картинки раскладывала на занятиях".

Но! Если пациент в тяжёлом состоянии и выдерживает только 5-10 минут занятия, значит целесообразно столько и заниматься, но при этом, например, посетить такого пациента несколько раз за день.

Бывает, что сложить "пирамидку" для пациента - это целое достижение, и само это задание, несмотря на простоту, задействует огромное количество процессов и функций - начиная от гнозиса и праксиса и заканчивая способностью удержать и выполнить инструкцию.

Поэтому если со стороны кажется, что специалист даёт какие-то элементарные, бесполезные задания - на самом деле это не так. Значит на данном этапе и в данном состоянии для пациента это наиболее эффективное и целесообразное задание, при этом более сложные задания, которые недоступны для выполнения, наоборот, будут пустой тратой времени и сил.

Процесс реабилитации требует много терпения, старания и времени у всех участников процесса - как у специалистов, так и у самих пациентов и их родственников. И реалистичные ожидания на каждом этапе помогают удержаться в этом процессе и, по итогу, достичь желаемого результата.

Уважаемые наши подписчики!

Хотим с вами поделиться интересной и полезной информацией 📝

4-5 апреля 2024 года будет проходить международная научно-практическая конференция "Мозг, познание, язык: мультидисциплинарный подход в нейрореабилитации".

Ссылка, по которой можно посмотреть подробную информацию и зарегистрироваться:
https://vk.com/mozgpoznanieyazik_2024

Переезд в новую квартиру, в новый город, смена привычного социального и природного окружения может не всегда приносить приятные эмоции и ожидания, а приводить к дезадаптации, ухудшению или угрублению когнитивных (интеллектуальных) нарушений.

Давайте разбираться.

Когда человек живет длительное время в привычных условиях, то выходя на улицу он точно знает, что за поворотом, в квартире может ориентироваться с закрытыми глазами, лица большинства соседей знакомы – и это его условия комфорта. Это то, что в пожилом возрасте мы можем назвать гарантом адаптации.

По некоторым исследованиям отмечается, что примерно после 50 лет человеку труднее формировать и воспринимать ресурсы для адаптации к новой среде.

Да, есть исключения из правил, как и всегда, но мы поговорим о том большинстве, которое сталкивается с дезадаптацией, находясь, как правило, в вынужденных новых условиях.

Что-то новое - это всегда стресс. В особенности стресс становится непреодолимым, если человек столкнулся с тяжелыми заболеваниями, которые могут влиять на его интеллектуальные возможности, в частности известные нам сосудистые события.

И вот человек пожилого возраста, который столкнулся с заболеванием, проходя реабилитацию, смог частично скорректировать свои нарушения. Но его семья по различным причинам, зачастую вынужденным, решает его «перевезти в удобное место» - это может быть новая квартира, или новый город.

Уклад жизни этого человека поменялся на 180 градусов: помимо того, что он столкнулся с внезапностью заболевания, с утратой частично, или полностью каких-либо функций, он теряет уютную и знакомую квартиру, лишается привычного социального окружения, природы и, возможно, любимой скамейки, где он проводил время.

Все эти факторы дестабилизируют социально-психические и физические ресурсы человека, что зачастую приводит к срыву адаптации и нарушению и угрублению когнитивного и физического компонента, в худших случаях приводя к полной утрате личности, выраженным когнитивным нарушениям и депрессивным процессам.

Небольшие подсказки, которые позволят улучшить адаптацию человека в новых условиях:

1) обсудить условия переезда - поделиться с человеком причинами, тревогами, беспокойством о том, почему он должен переехать. Привлечь его к выбору места или условий его нового проживания.

2) сделать новое пространство, в котором будет жить человек (комната, квартира, дом), более привычным – обставить знакомыми вещами, взятыми при переезде, в особенности теми, которые очень дороги человеку.

3) провести ознакомительную экскурсию по окрестностям «нового дома» - показать, где есть магазины, парки, аптеки и т.д.

4) если вы поддерживаете отношения с соседями, то можно познакомить его с ними, либо помочь познакомиться с ближайшими соседями.

5) дать время привыкнуть к новым условиям - если это отдельная квартира, то приезжать туда на несколько часов, проводить там время и не оставлять человека одного в этих условиях, пока он сам не будет готов.

6) если будет желание и возможность - завести домашнее животное. Оно сможет спасти от одиночества и переключить внимание на себя, так как о нем нужно заботиться. Однако здесь стоит принимать во внимание ответственность за живое существо, физические и материальные возможности.

7) устроить прием или праздник, пригласить родственников и друзей - это поможет новому месту наполниться приятными воспоминаниями.

К обсуждаемой выше теме мы бы хотели добавить клинический случай.

В отделение медицинской реабилитации поступает пациент пожилого возраста (около 80 лет), перенесший инсульт. При диагностике нейропсихолог обнаруживает когнитивные нарушения, такие как нарушение внимания, сужение объема памяти, инертность психических процессов и нарушение нейродинамического компонента. Также отмечаются элементы афазии. Логопед уточняет, что это акустико-мнестическая афазия с моторным компонентом.

Пациент доброжелателен, учтив, хоть и теряется в отделении, но при сопровождении медсестер исправно ходит на все процедуры.

Его курс реабилитации составлял около 14 дней. За это время логопед и нейропсихолог (именно эти специалисты были ведущими в его случае) смогли расширить его речевые и коммуникативные возможности, адаптировать к пространству (пациент смог самостоятельно посещать процедуры по времени без дополнительной помощи). По истечении 14 дней он был выписан домой.

Спустя полгода пациент снова поступает на повторный курс реабилитации, но мы уже сталкиваемся не с тем адаптированным пожилым человеком, а с потерянным, растерянным, надевшим на себя всю одежду, которая была с собой, дедушкой.

При повторной диагностике были выявлены нарушения, подходящие под диагноз деменции, но выставлять его имеет право только врач-психиатр, которого на тот момент в штате отделения не было.

Мы начали обдумывать, что делать. Ведь здесь речь не о продолжении восстановления, а о работе заново и адаптации к другому заболеванию. У специалистов один вопрос: как так? Почему, что случилось за полгода?

*Продолжение в комментариях*

Упражнение, направленное по большей части на тренировку зрительной памяти, но затрагивающие процессы внимания и оптико-пространственного гнозиса.

Человеку предлагается стимульный материал в виде квадрата 3х3, 4х4 или 5х5 (чем больше ячеек, тем выше сложность) с определенным расположением точек. Время предъявления может варьироваться от 10 до 30 сек в зависимости от степени нарушения.

Затем человеку предлагается воспроизвести расположение точек у себя в пустом квадрате.

По мере дальнейшего предъявления квадратов количество точек увеличивается. Всего за одно упражнение рекомендуется предъявлять серию из 4-5 квадратов.

Большинство из нас воспринимает свою речь как что-то само собой разумеющееся. Чаще всего мы забываем, как долго учились говорить и понимать сказанное, и как не сразу это нам давалось.

При поражении мозга речь может потеряться в одно мгновение. Вчера вы ещё спокойно разговаривали со своими близкими, а сегодня или не можете понять, что от вас хотят, или не можете сказать, что вам нужно, или и то, и другое одновременно.

Такая резкая потеря речи, конечно же, пугает. И бывает так, что некоторые пациенты начинают воспринимать свое нарушение речи как показатель того, что они "стали глупыми". Они начинают стесняться говорить и избегают занятий с мыслью о том, что "сейчас оно само станет получше, и вот тогда я заговорю, чтобы не ударить в грязь лицом".

К сожалению, такое избегание коммуникации, наоборот, делает хуже. И отдельной и довольно сложной задачей становится работа с тревогой и стыдом относительно своего нарушения.

Кроме того, тревожность может сказываться и на работе с логопедом-афазиологом. Например, всю жизнь речь у человека могла быть обильной и быстрой, а сейчас он понимает, что даже несколько слов представляет для него огромную сложность. Он по привычке пытается быстро говорить, у него не получается, он начинает волноваться, речь из-за волнения ещё ускоряется, и в итоге не получается сказать вообще ничего. В таком случае параллельно логопедическим занятиям мы работаем над умением замедляться, говорить медленно и совладать со своей тревогой.

Бывает, что мы забываем, что за нарушением стоит человек со своими переживаниями. Важно помнить про это, ведь эмоциональное состояние может непосредственно влиять на процесс восстановления.

Сегодня мы хотели бы затронуть очень важную и деликатную тему. Сохранение интимной близости после сосудистого события очень важно, но не каждый пациент может спросить об этом своего врача, да и не каждый врач может спокойно говорить на эту тему.

Работая непосредственно с людьми и выстраивая доверительные отношения, мы как психологи часто слышим вопрос: «А можно ли мне заниматься сексом? И если можно, то как?».

В данной теме необходимо учитывать индивидуальность каждого случая, но мы постараемся коснуться общих моментов и сориентировать вас в том, как лучше возвращаться к интимной близости и в какой форме.

Можно условно выделить изменения, которые могут приводить к сложностям в интимной жизни:
1. нарушение работы опорно-двигательной системы;
2. речевые нарушения;
3. нарушения эмоциональной сферы (депрессии, тревожные расстройства);
4. страхи (повторного инсульта, неудачи, потери силы);
5. нарушения уретральной системы.

Что же делать и как преодолеть сложности?

1. Как правило рекомендуют воздерживаться от активной половой жизни в первые 4-6 месяца после сосудистого происшествия. Этот период как раз связан с прохождением реабилитации человека и адаптации семьи к случившемуся

2. Важно! Проконсультироваться со своим врачом о том, можно ли и в каком количестве вам заниматься сексом со своей половинкой. Не нужно этого бояться и стесняться.

3. Восстанавливать секс после инсульта постепенно, выбирая для начала самые простые позы и доступные формы активности. Например, миссионерская позиция может быть затруднительной для мужчин, а поза наездницы — для женщин, следовательно выбираем другие позы.

4. Важно! Не бить рекорды сексуальной выносливости. Возвращение в интимную жизнь должно происходить постепенно, в удобных позах, в подходящее время («У меня всегда был секс по утрам, значит и сейчас будет» - нет, почувствуйте, а есть ли у вас силы, настроение, хорошо ли вы себя чувствуете).

5. Выстраивайте гибкий режим. Секс — это не таблетки, его не нужно принимать по часам!

*Продолжение в комментариях*

Сюжетные картинки можно использовать как для диагностики, так и для коррекции нарушений когнитивных функций.

Суть упражнения заключается в том, что вы даёте пациенту несколько картинок, из которых он должен составить сюжет и рассказать его.

В случае более тяжёлых нарушений, но когда пациенту уже доступно выполнение подобных заданий, можно выбирать простые сюжеты из 3х картинок, выкладывать их в правильной последовательности и затем просить пациента проанализировать и рассказать, что произошло.

По мере усложнения сюжеты усложняются, количество картинок увеличивается, они предъявляются пациенту в перемешанном виде, и он самостоятельно должен восстановить последовательность событий.

Также можно модифицировать рассказ по картинкам: от простых высказываний в формате "кто - что делает" до развернутых предложений, в которых затрагиваются детали сюжета.

Ятрогени‌я— это ухудшение физического или эмоционального состояния человека, ненамеренно спровоцированное высказываниями или поведением медицинского работника или специалиста помогающих профессий.

Например: «Ой, ну у вас и анализы!», «Да уж дай Бог все обойдется», «Ого, ничего себе!» и т.д. Все эти фразы мимолётны, зачастую они выпаливаются, так сказать, «не успев подумать». Также это могут быть невербальные проявления, такие как знаки удивления или выражение ужаса или тревоги.

Работая с людьми, в особенности в сфере здоровья (не важно - психического или физического), мы как специалисты должны внимательно следить за собой и контролировать свою мимику и речь.

*Продолжение в комментариях*

Слово может как поднять настроение, вселить уверенность, так и растоптать всю надежду, обезличить и попросту навредить.

Мы выделили несколько нежелательных фраз:

• «Все будет хорошо» – не говорите того, в чем вы не уверены. Вы не можете гарантировать, что будет так, как сказали. Для каждого человека понятие «Хорошо» свое;

• «Я вас понимаю» – у каждого свой жизненный опыт, и даже если вы сталкивались со схожей ситуацией, то переживали ее по-своему. Не обесценивайте опыт другого;

• «Не переживайте» – это невозможное требование. Переживать - это нормальная реакция на неизвестность;

• «Мыслите позитивно» – приведем гротескный пример. «Вам отрубило руку, но вы только подумайте - теперь вам не нужно стричь ногти на этой руке!». Грустить и горевать - это нормальная реакция. А вот невозможность прожить утрату (неважно чего) может привести к затяжной реакции горя и, впоследствии, к депрессии.

Размышления в этом посте будут скорее адресованны именно клиническим психологам. Ведь именно наша роль в отделении - встречаться с переживаниями пациентов, давать их переживаниям место. Наши коллеги - врачи, логопеды, инструктора ЛФК и другие специалисты - тоже могут выслушать и попытаться поддержать человека, но именно нас обучали, как это делать наиболее корректно и наименее болезненно для нас самих.

Обычно мы занимаемся и нейропсихологической работой, и психотерапевтической. И вот тут возникает огромный соблазн избежать встречи с пациентом и, например, просто давать ему нейропсихологические задания для восстановления когнитивных функций.

На занятии человек говорит: "Боже, как же мне теперь жить, я всё потерял". И, чтобы не сталкиваться с собственной тревогой - "А что же я могу сказать, ведь он действительно не сможет вернуться на работу" - мы уводим его в сторону от этих размышлений и даём ему задания.

Но задача клинического психолога - в этот момент приостановиться, совладать с собственной тревогой и задуматься: "А может быть в данный момент лучше обсудить с ним его переживания? Может быть эти задания сейчас для него бессмысленны, ведь он думает, что всё потерял". И в данный момент лучше перейти на беседу о переживаниях и мыслях пациента.

Вам не нужно давать ему советы, обещать, что всё будет хорошо, пытаться срочно его приободрить. Достаточно обсуждать его представления о ситуации, о болезни, о восстановлении. И чутко слушать его рассказ. Бывает, что человеку нужно прожить утрату здоровья и статуса, побыть в этом горе, ведь только после этого он сможет двигаться дальше. И когда все вокруг стараются его восстановить как можно быстрее, пространство для этих переживаний, которое можете дать вы, становится особенно ценным.

Но оговоримся, что опять же - такую работу лучше делать именно клиническому психологу, который знает этику ведения психотерапевтической беседы. Каждый человек индивидуален, поэтому важно улавливать, готов ли пациент говорить, когда нужно остановиться в беседе, в каком состоянии человек находится в конце разговора и насколько оно для него выносимо.

Дорогие наши подписчики!

В пятницу, 10 января в 11:00, на базе Калининградского института психологии будет проходить открытая лекция: "(Не)возможная встреча: взгляд на работу клинического психолога с неврологическим пациентом через оптику психоанализа".

💭Какова роль и место клинического психолога при работе с пациентами неврологического профиля?

💭Возможна ли встреча с субъектом в рамках стационара или же это неподходящее пространство для неё?

💭Попытка разделения нейропсихологической и психоаналитической работы допустима или заранее обречена на провал?

В формате дискуссии мы попробуем прикоснуться к данным вопросам и заглянуть за кулисы практики психолога в медицинской среде.

Буду рада видеть всех заинтересовавшихся, вход свободный по предварительной записи.

Место проведения: г.Калининград, ул.Барнаульская, 2, офис 24 (1 этаж).

Упражнения по типу "Найди и сосчитай" можно использовать при восстановлении зрительного гнозиса, одновременно при выполнении задействуются счётные операции, память и внимание.

Пациенту предъявляется лист с наложенными изображениями, на котором ему предлагается подсчитать количество каждого из изображений и записать полученное количество в таблицу сбоку.

Как и все коррекционные упражнения, задания подобного типа имеют разный уровень сложности - чем больше предметов, тем сложнее. Для взрослых пациентов старайтесь выбирать не слишком "детские" изображения.

Уважаемые подписчики!

Для тех, кто заинтересовался темой, но не смог посетить встречу очно, я решила продублировать открытую дискуссию о пересечениях психоанализа и нейропсихологии. Она будет проходить в воскресенье, 2 февраля в 12:00 по Мск, на платформе Zoom.

Для участия необходимо зарегистрироваться тут: https://t.me/SecondLife_Recovery_bot.
Ссылка для подключения придёт Вам на почту, указанную при регистрации.

Тема остаётся прежней: "(Не)возможная встреча: взгляд на работу клинического психолога с неврологическим пациентом через оптику психоанализа".

💭Какова роль и место клинического психолога при работе с пациентами неврологического профиля?

💭Возможна ли встреча с субъектом в рамках стационара или же это неподходящее пространство для неё?

💭Попытка разделения нейропсихологической и психоаналитической работы допустима или заранее обречена на провал?

В формате дискуссии мы попробуем прикоснуться к данным вопросам и заглянуть за кулисы практики психолога в медицинской среде.

📌Обратите внимание!
Данная встреча запланировала в формате открытой дискуссии, поэтому для более плодотворного её прохождения нужно будет иметь включенный микрофон/камеру и принимать активное участие в обсуждении.

Буду рада видеть всех заинтересовавшихся!