Могу сказать вам и ещё кое-что, господа, что приведёт вас в состояние не меньшего шока. Все наши наработки, теории и последующие гипотезы относительно механики времени, его потенциальных парадоксов и их потенциальных склеек и всевозможных хрен знает как конфигурирующихся друг другом возникающих в процессе мысленной дрочки (что отныне рассыпалось в прах и буквально оказалось ничем иным, как натуральной мыслительной дрочкой) последующих временных феноменов, одними словами, вся наша философия и наука о физике и механике времени, его различных моделях и устройстве, весь этот хлам более не имеет никакого веса в свете найденного мной уникального отрывка из одного великолепного зашифрованного фолианта, посвященного всецело данной тематике. Теперь наша парадигма качественно изменится, плюс на мой взгляд, эти трансмутации нашей природы и мыслительного аппарата чреваты необратимостью и неизбежны, и в качестве моего доказательства, хоть может сперва вы и не поймёте, в чём здесь вся фишка, собственно, привожу сей фрагмент, написанный одним из представителей этой непостижимо мудрой духовной внетелесной расы: <<Я не поспал от слова совсем, но во всём нужно искать свои плюсы. Например, как уже трудно вспомнить сейчас, меня наконец озарило откровением истинного принципа работы и возникновения пружинно-временных парадоксов. Может быть я это понял ещё раньше, сразу же после начальной фазы анабиоза и выхода из материального стазиса, а может во время предпоследней фазы духовного перерождения, или реконструкторизации атомов тела и не несущей за собой протяженности дематериализации, или во время выхода из клетки души и тела, как двух далёких от духовного инстинкта пробуждения однородных клише, или же в переходе от оцепенения интуиции к интуитивному разоцепенению духа, в приближении к огненной безличностной сути искупления грехов догматического универсализма восприятия реальности и фиктивной непреложности её онтологических, феноменологических, криптоэволюционных, метафизических и любых прочих корней, покоящихся в чём-угодно одинаково иллюзорном, в тотально статическом анабиозе духа, просто я не помню этого, как и не помню поступательности самопроизводящихся актов, хотя как она может быть… Так или иначе, свобода наступила. Если по моей гипотезе представить время как пружину со своим событийно-временным центром, эдаким временным сущим, как я его сегодня назвал, то можно примерно понять как могут возникать феномены нарушения временного течения. Мы взяли за основу мысленную схему, что время – это своего рода пружина со своим центром, в нём содержится сущее самого времени, и этот же центр – это точка сжатия и разжатия пружины, формирования эдаких коллапсивных актов во времени. Возникновению временного парадокса предшествует сжатие пружины, в момент сжатия во временном сущем происходит что-то вроде перетасовки карт, можно сравнить это с перетасовкой атомов и простейших клеточных структур, которые дают жизнь чему-то новому и являются самой жизнью и её неотъемлемым ненаправленным куда-либо движением; да, это нечто более непредсказуемое и непонятное, фундаментально непредсказуемое. Когда пружина разжимется – это уже тот момент, когда реальность предположительно стабилизировалась, но это же и само возникновение временного парадокса; его начало и конец – это момент разжатия, его следы вполне можно уловить в реальности. Но не совсем обязательно. Парадокс и его сложность напрямую зависит от этой русской событийно-пружинно-временной рулетки, от никак неосязаемого момента, когда время разжимается как демиургический эспандер, пресловутое кольцо зла и нечистоплотности, и но если время всё же подобно кусающей себя за хвост змее, то парадоксы не так уж парадоксальны или же вовсе невозможны, нечто в этих суждениях опровергает парадоксы и доказывает их парадоксальность как невозможность, в этом парадоксальность парадоксов, в их ебанутой непостижимой природе, в парадоксе парадоксов, в их парадоксальной парадоксальности, они бессмысленны и обусловлены беспонтовой категоризацией, это бесполезно в качестве мысленного эксперимента, качество их структурной

протяжённости и возникновения опровергает сам смысл парадокса как унылая утрированная логистическая схема. Ухищрения ума. Более того, сам парадокс по природе своей опровергает себя самим собой как нечто возможное в целом. Но я это, кажется, и так уже сказал десять раз, чтобы понять лучше, но всё равно не понял, хотя может и понял, понял и не понял одновременно, не поняв одновременно ничего понял одновременно всё, поскольку по-видимому в этом и есть соль парадокса как такового, в примере диалектической парадоксальности этой неуёмной мыследрочки, рождающей парадоксы мышления. Это всё до бессмысленности рационально и настолько бессмысленно, что нерационально. Но что более важно, если всё на самом деле верно, так это то, что формируется в процессе сжатия пружины, от этого напрямую может зависеть то, насколько чудовищно непредсказуемыми могут быть трансформации реальности. Пружина пружинит вокруг всего времени, они пружинят друг вокруг друга… Хм, временная пружина… Она так загадочна и проста. Всё-таки, скорее всего, она – это не само время, но в ней заключаются все потенции времени. Она – это механизм работы времени, его устройство и причина возникновения феноменов его эфемерного течения. Кажется этот вздор в сущности не имеет развязки, если не одно но… Парадокс невозможен. В этом ведь его непостижимая личина, следующая из самого определения парадокса, но из определяющей ли структуризации самого парадокса? Иными словами, определяет ли сам парадокс? Чем определяется парадокс? Невозможностью. Но насколько в сущности она определяет парадокс? Это следует лишь из определения парадокса, но не из природы парадокса. Сама природа парадокса говорит нам о том же, о чём и все другие слова о парадоксе. Точнее природа парадокса не говорит нам ни о чем, она молчит. Природа парадокса непостижима. Природа парадокса парадоксальна. Парадокс – это невозможность. Это возникающая невозможность, либо не возникающая невозможность? Природа парадокса исходит не из определения парадокса, сделаем такое допущение, но из природы парадокса. Чем определяется парадокс? Словами. Чем определяется природа парадокса в конечном итоге? Представлением о природе парадокса. Что такое парадокс? Это парадокс. Невозможность. Невозможность парадокса? Невозможность самого себя? И всё заново. Замкнутый круг. Безумие. Ехал парадокс через парадокс. Нет невозможности, ибо она невозможна как невозможность, как факт себя. По-моему я заигрался в столетние постмодернизменные игры разума, сука.
Осенило. Если учесть непостижимость природы парадокса, то сразу встаёт вопрос, чтобы пойти дальше и выйти за самые невероятные пределы, но именно это и есть то, что норовит разрушить целостность человеческой мыслеструктуры и увековечивает её одновременно. Есть ли нам куда идти? Разум испытывает жажду и страх перед внеонтологичностью и даже внеметафизичностью парадокса, это грозит сохранению целостности самого разума в рамках интенсивного духовного экспириенса, но ведь есть непрекращающийся при существовании субъекта, не учитывая, наверное, возможных органических травм, рождения без мозга и прочего в подобном роде, мыслительный процесс сам по себе, а это значит, что выхода нет. Разум действительно проецирует страх перед неклассифицируемым? Да, он боится, разум испытывает страх, ему страшно, но есть ли в сущности чего бояться? Да, видимо есть, для разума как непрерывной длительности при жизни человеческих существ это очевидная проблематика, он норовит выйти из клетки и одновременно сохранить в целости и сохранности собственную непоколебимую структуру, которая, однако, не имеет перспективы вечной длительности. Разум конечен, человек смертен. Мысль слишком быстра, настолько, что суть ускользает. Инволюция. Мышление медленное, есть и такой вариант, ведь истина резонирует во вселенской тьме со скоростью агонизирующих задолго до начала непосредственного умирания фотонов, либо же со скоростью превосходящей понимание примерной скорости света (и скорости как таковой) и неизбежно предрешающей судьбы смерти, бывшей всегда и предопределившей нестатичную странность извивного времени, откидывающего нас

к истокам при экспонентном сингулярном продвижении (эдакий сингулярный инволюционизм последних дней), и вот это самое мышление не способно пока что установить классическую классификационную диктатуру в определении и строгой интеллектуальной категоризации парадоксального. Есть ли что улавливать? Я сейчас занят философией или жизнью? Может стоило заниматься сексом с малышками у пабов всю жизнь и не становиться этим сраным духовно просвещённым существом за последним пределом внечеловеческого/телесного/реального? Где дихотомия? Да, даже между тем же развлечением и дискурсивной практикой. Я дурак или да? Или я Героически Светоносный Дух?

Даже СЕЙЧАС я застываю немой вопросительностью, связывающей поколения мыслеформы... Странность неопределённости неряшливо распластана самой доисторической тьмой протоонтологизации как на поверхностях, так и в недрах субъекта, разделяющего свою судьбу и сумрачную волю с нечеловеческим истоком. И о чём же тогда нам говорить? Наиболее отчетливо КОШМАР зазвучит бессонными ночами, сотрясая самую утробу телесных корней тяжестью синевы. Как отголоски Свободы.

Великий Прикол

Герои повествования
Вика
Тоня
Катя
Витя
Олег
Афанас
Гошка

Рассказ про свэмповую энергию и детство

Первый Ангел

Взрослые уже больше не верят в мудрость обныкнавеннова добра, поэтому мы и заперли их тут, в эктоплазменной скважине с дикими голодными енотами, чьи глаза похоже подверглись мощнейшей аномальной трансформации, да и в целом у организмов зверьков стало больше необъяснимых в разделах земляной физики и химии свойств. Гошка уже больше не приходит, но мы всё равно ждём, когда он вернётся за нашими душами тоже. Печально стало. Меня зовут Вика, мне 8 лет, хоть и по всем земельным законам давно должно быть восемнадцать с ноготком. Мы живём в мире будущего сейчас, того самого, которое предвещали наивные учёные и горно-лесные-гики-и-извечно-хиккующие-digital-art-шаманы. Правда выглядит оно совсем иначе, нежели кто-либо мог подумать. Я пишу эти записки силой мысли на синтетической коре околоцифрового леса, потому что настоящий лес расположен слишком далеко для безопасной телепортации, плюс в той зоне постоянно что-то сбоит, не одна только техника. Дожди идут словно из какой-то густой борщевой жирной грязи, а ещё на лягушках вздуваются оживающие волдыри размером с розовую картошу. По форме эти твари похожи на слизней, но забравших знания столетних лягушек. Там рядом болото. Витя говорил, что в нём множество неизведанных существ. Так вот, взрослые давно перестали верить в добро, поэтому мы решили усеять планету мраком. Мы = Дети. Нас шестеро всего осталось на Земле, включая меня и Витю, не считая Гошку К., который давно стал для нас как седьмой ангел и предвестник самого последнего добрейшего апокалипсиса. Из всех самых Добрых. Я пишу эти строки на упаковках из под всякой мишуры в стенах двухъяросной заправки в бывшем пост-апокалиптическом Питере. О, чипсончик с лицом Илоны Морской, снизу поддерживаемым двумя когтистыми ладошками Абсолютным Art-Духом, Существом, нарочито фейковая бриллиантовая подвеска которого узорчато обрамлена вязью, переходящей в инкрустацию замогильной лезвенной гравировкой с восклицанием "$WAMP", в нелепом хеллоуинском костюме и сварочных оранжевых очках... Раритетная пасхалка. Тут таких много раскидано, но найти тяжело и для этого нужно обладать реактивными скоростями не меньше чем у Соника.
Было решено защитить природу ценой любых жертв и восстановить её после шестой мировой, которую устроили тупые презренные взрослые с их вечной претензией на обоснованность любого насилия над жизнью наукой и логикой. Пчёлы снова существуют в отличии от всего населения Земли. Они утёрли нос сами себе, догма их поглотила. Тупых взрослых, блин. Мы живём в мире и радости, каждый день издеваясь над взрослыми невероятно ужасными способами. Игрушечные лишь с виду лазеры в стилистике хеллоу китти на гигантских розовых стенах в yume kawaii-стилизованных граффити испепеляют вновь прибивших в Кенашин. Кенашин = цифровая префектура виртуальной Японии. Иногда мы принуждаем взрослых к очень долгому чиханию или хохотанию, доводя слизистые и свэмперские зоны в их телах до беспредела. С помощью нашего отсутствующего ощущения превосходства и веры в собственную бесполезность, МЫ СМОГЛИ ВЫЖИТЬ! Мы изнуряли сознания и деформировали когнитивные паттерны восприятия взрослых взрослых, отныне лишь как самим заблагорассудится, с помощью роботов и пыточных арсеналов, оставшихся после безумных погромов. Я опять переместилась, но куда - не скажу. Это секретное место. Могу лишь сказать, что здесь невероятно красиво и водопады исцеляют от фантомных болей души. Пятый день я экспериментирую с псевдо-нейтронными лучевыми энергиями метасингулярного коллайдера. Он производит много неизвестной мне макро-клеточной белковой энергии, скоро я займусь классификацией и отчётами. Ну если Тоня опять случайно не заденет краем халата кнопку на нейтронном маршрутизаторе. Ах, достала она меня своими выходками, а ведь нормально общаемся... Люблю Тоню, конечно. Конец первой части фрагментарно-экспериментального отчёта. AVE ГОШКА! Я КОШКА

Вика кладёт Zoom-H211n на мертвецки неестественно выгнутый камень, похожий своим одушевлённым изгибом на Юкио Мисиму в предсмертных спазмах пищевого расстройста. Она записала мысли прямо в память рекордера, способного уловить и прочитать кармически заряженную энергетику всей Вселенной. Увы, Zoom-H211n не может прочитать и записать Тьму. Но не мудрено, он был создан в этой обозримой реальности. Вика сильно хочет в туалет четвёртый день, но осознаёт - если стараться не думать, то проблема исчезнет.

Она изучает Мыслительный Медитативно-Созерцательный Аскетизм по Мораторию А., согласно которому можно научиться управлять позывами тела несилой немыслия, а так же определённой мыслительной деятельностью провоцировать всплески спонтанных полуматериальных энергий.

Голосовые прямо из Свэмпгорска

Мы никогда не узрим истину, утопленную под историческим пергаментом протосубъекта, выражающего себя обрыдшим МНЕ ужасом левинасовской бессоницы слияния лунных ненюфаров и дневных лучей извечной темноты, поскольку принять Истину можно лишь умерев, окончательно распавшись, ни разу так и не коснувшись её мысленно, разве что мельком, концептуально или вовсе ненароком, самому став единым с довлеющим мраком доматериальной предтелесности, будучи мыслью, будучи телом, будучи внутри мысли, будучи мыслью тела, будучи телесной мыслью, производящей программу мышления машиной, существуя посредством неизгладимой склеености картинок ментальности и физичности, преломляясь таинственностью формы, позволив скафандру телесности распасться на микроэлементы биотических слоёв Истинности, УЙДЯ В НЕЕ, В НЕПОСРЕДСТВЕННОСТЬ НЕЗРИМОЙ ТОЖДЕСТВЕННОСТИ ЧАСТИЦ, ВОССОЕДИНИВШИСЬ С ПРЕХОДЯЩИМ НИЧТО. Я просто лжец, запертый в одиночестве постоянной рефлексии? А сейчас даже секса не хочется и не можется посреди усталого фосфатного трескота горючего и галактической памяти взорвавшихся квазаров, соломенного сырья протонейтрино.. Возможно ли нечто в нас, кроме бега этой неугомонной рефлексии? Это всё фальсификация мыслительного процесса, придуманная с целью самопродления в перспективе бесконечности, но ведь нет того, что нужно и можно ухватить. Нет ухватываемой сути, это игры мысли с самой собой, зеркальность. Можно пойти дальше и предположить, что физическая смерть – это лишь условная гибель тела, но не конец. Фактически, это правда. Ничто не является концом для мысли, к примеру, на этом неуловимом отрезке времени, кроме абстрактной смерти. Вера в абстрактную смерть – это наша вера. Я говорю про веру в абстрактную смерть, ибо как можно иначе воспринимать нечто столь смехотворное? А потом ты умираешь и всё заканчивается. Для мысли, но не для тела как единицы непрерывности и неотделимости от общего потока, молекулярной и атомарной составляющей длящейся природы. И всё же, я остановился прежде на том, что нет невозможности, ибо она невозможна как невозможность, как факт себя.
Значит, последнее логическое ухищрение, которое мы можем вынести из такого умозаключения, это опора на отсутствие опоры, на то, что покоится вне всяких фундаментов. Очередной мыслительный диалектический парадокс. И я сейчас посмотрел на своё запястье в недоумении, ибо там ничего нет, как и самого моего запястья и моих глазниц нет, но мне пора пойти прочистить решётки на окнах от грязи и съесть пару-тройку бутербродов с молочными сосисками. Всё, заебало>>…
Мы в жопе, господа. Пиздец. Так и зафиксируйте там у себя в важных отчётах, которые вы упоительно ведёте сутками. Это конец. Конец цитаты. Как вы видите, немного выше я решила ради остроты ситуации пошутить над вами, дорогие мои, ибо даже Криптоморфы бессильны в этой отчаянной старинной пытке человеческого ума других человеческих умов, пусть даже они и не люди, в мнимой рационализации природы, ее указателей, условных темпов ее движения, и тщетных болезненных для нас попытках придания наносной фактурной опрятности существующему, глухому к нашим молитвам и безустанным воззваниям, но и оно же просто есть как фактированность наличия фундамента. Вечная энергия. Есть также один прекрасный текст, который заинтересует вас, дорогие профессора, исследователи, ректора и вообще разнорабочие университета, не меньше прочего. И это изменит навсегда ваше представление о природе животворящей материи. И нематерии тоже. О смерти и жизни, перерождении атомов, бурлении жизни. Это бывшая недоступной ранее кому-либо Правда о Великом Потопе. Автором является Домкрат Лимонов, о котором мне с достоверностью вовсе ничего неизвестно. А вот и само расшифрованное послание, полученное мною из множеств сложнейших рекурсивно зашифрованных в друг друге криптокриптограмм, приведённое ниже с оригинальным оглавлением.

Тайна великого потопа

Я достиг всей сложности техники дрочительно-сюжетного единения. Данные умения, как и завещали тибетские аскеты, сибирские шаманы, волхвы, ацтекские пророки и египетские жрецы, даются не легко и далеко не каждому, кто решится испытать на себе подобные древнейшие практики, а в экстатические моменты и вовсе можно достичь смерти эго, в чем кроется опасность для психического фона. Данное мастерство – это явление на порядок выше и тяжелее наиболее глубинной медитативной практики разотождествления сознания с миром и с самим собой… В этом трудном деле я достиг фактически совершенства

Суть сюжетно-дрочительного единения заключается в том, что во время дрочки ты удерживаешь в уме множество сюжетов своей фантазии, а в момент оргазма сознание коллапсирует и достигает фазы квантового переноса в иной физический носитель, либо же умирает во веки вечные…В моменты эякуляции я достигаю единства, выраженного в моменты выхлопа семени. Происходит спряжение всех ебательно-сюжетных ветвей фантазии в одно древо экстаза, то есть происходит актуализация в единую энергетическую метаоргию, и таким образом единый секундный нарратив производит взрыв, уничтожающий преграды и иллюзии головного мозга, нарушая тем самым и целостность непрерывности мысли, от чего она достигает своего естественного ритма и теряет контроль над этим телом. Я могу достичь единства тысяч разрозненных сюжетов в моей голове, и таким образом я каждый день совершенствуюсь в великой метадрочке. Это может показаться смешным или абсурдным, но наши предки владели в совершенстве этой и многими другими сложнейшими техниками, позволяющими освободить тело от разума, а разум от тела… Они достигали невозможных пределов и умели продлевать дрочку на сто лет вперед, а когда происходил выброс семени, часто случались глобальные бедствия, происходили зарождения антигравитационных полей, чёрных дыр, квазаров, мегаструктур, нейтронных звёзд или случались катастрофы вроде выбросов на АЭС… Говорят, что семя мудрецов могло достигать космических материй, странствуя в звездной безбрежности после годов непрерывной мастурбации без еды и сна, а так называемая эктоплазма, подтекающая у медиумов изо рта или носа во время контактов с потусторонним – это семя мудрых, преодолевающее любые физические законы пространства и времени. Мудрые также умели растягивать оргазм на двадцать-тридцать лет вперед, правда в момент высвобождения своей целебной жидкости обычно умирали от выхода всей своей спермы и энергии, улетающей вдаль и пробивающей горизонт, и некоторые знатоки, которые изучали Веды и Тору, также считают, что с подобным выходом семени наружу одного мудреца связан великий потоп… Спустя много лет, наша цивилизация смогла найти достоверную информацию, которая была записана невидимыми чернилами на свитке одного древнейшего персидского правителя, свиток сей был запечатан в непробиваемое магическое стекло и спрятан в фарфоровом сундуке, который был выброшен в бермудский треугольник (с чем и связывают повышенный уровень аномальности этого пространства)

Мудреца того звали Бхагхгхвуд-Бхагвудад Бхагувадх Бхагавадкшатрий (Оссаннн), первый оргазм его длился восемьсот лет, ибо достиг тот величайший человек последней эзотерической ступени сюжетно-дрочительного единения, желая отыскать источник жизни самого эманируемого космос творца и слиться с первородным состоянием хаоса, в котором, как считали еще его предки, есть непосредственная чистота и в котором можно отыскать дверь/окно.... Говорят, развитие сюжетных ветвей оргий в его фантазии было замедлено, скорость их нарастала, пока он не достиг вневременного ускорения своей фантазии, и как раз тогда, когда стукнуло ровно восемьсот лет от начала его практики, сквозь его тело и разум прошел вселенский оргазм, скользнул импульс первоисточника, в котором воистину запечаталось все удовольствие вселенной, ее слезы, как и выходящее за устья всевозможных ручейков… И тогда, конечно же, Бхагвудад умер, но из свитка известно, он узрел тайну творца за микромгновение до гибели своего тела и успел перенестись в будущее с помощью своего оттачиваемого в годах умения ускорения, перенесся лишь его разум в момент коллапса со сверхсветовой скоростью в тело того персидского правителя, которого звали Лимончелло Ансфиснастхруп (Прометофан-Тристанцара), практиковавшего потаенную теневую магию, а именно Лимончелло постигал грани лунной медитации отречения от мира дневных призраков, но вынятые из его сознания сигиллы оказались печатью призыва энергетического демона Носсфетора, по случайности вызвав которого, желая пройти через инициатическое действо вставания на путь теневего адепта, Прометофан-Тристанцара лишился от перенапряженности демонической энерговолной части своего разума, и, соответственно, психический баланс его был нарушен, однако же, прорывающийся со скоростью неземного вихря в будущее сквозь преграды всех временных порталов разум Оссаннн, достиг того самого временного отрезка, когда Лимончелло во время практики расколол свое сознание, и часть разума Оссаннн заново выстроила нарушенный пазл разума Лимончелло, но от квантового скачка невероятной силы второй осколок сознания Осаннн, прорвавшийся сквозь ограничения, но не нашедший себе носителя, произвел из своей энергетической основы взрыв в замке короля, произошел же сей энгерговсплеск на вторую неделю после практик короля, когда тот уже был не таким, как ранее, поскольку Бхагвудад превзошел абсолютно все временные лимиты, и таким образом, когда полусумасшедший король принимал наложниц в мехах с перьями и жемчужными серьгами в длинных ушах, отливающими мутным серебром персидского ночного залива, он (Лимончелло) подавился своей королевской булочкой и чуть не задохнулся от своего потрясения, но этот же осколок разума Оссаннн, дополнивший собой утерянную ментальную структуру короля, взорвался в организме с такой пламенной мощью, что король тут же выплюнул кусок булочки вместе со всей со своей негативной энергетикой загрязненных чакр прямо в души и тела сексуальных японских голых наложниц, что уже трепетали в тридесятом оргазме на кашемировых простынях из шелка медового паука. На примере этого можно прикоснуться к пониманию всей силы Оссаннн, его разум достиг того временного отрезка в прошлом короля, когда тот выжил из ума из-за теневой магии и дополнил одним своим фрагментом частично утерянное королем сознание, второй фрагмент которого убил взрывом всех людей в том красивом поместье из бесценнейшего мрамора из панциря редкого вида мраморной черепахи и фактически уничтожил здание, половина которого была похожа на выжженную метеоритом черную дыру с кусками горелой рухляди внутри. Осознайте всю эту мощь! Оссаннн воплотился в отрезке временного-событийного континуума прошлого и там изменил ход событий, которые проявились в другом временном промежутке, стерев и преодолев таким образом все законы временных перемещений и парадоксов.

Король долго плакал и хоронил обгорелые куски своих наложниц, ему нечем было даже заплатить японскому императору Сакеши Теневато за этих проституток, поскольку все золото сгорело вместе с костями людей, сформировав тем самым сплав нового невиданного в природе ранее материала из позолоченных взрывом квантового скачка разума костных суставов. Король был крайне и крайне чувственным, истая нежность былых воплощений и существования миров пламенеюще огибала его клетки нитью вселенской грусти днями и ночами… Однако, разобравшись со своими бедами и проблемами, связанными с платой за гейш-проституток, отплатив императору новой валютой в виде обугленного костного золота, он начал открывать в себе странные таланты. По ночам, когда бывший тогда уже Король прогуливался по своему скромному саду великолепных лунных ненюфаров, пахнущих кровью съеденных ими мух и полевых лягушек, он слышал голоса по типу <<Я есть знамя мира, и я есть покой вселенной>>. В лихорадочном напряжении своего полуночного бреда Лимончелло записывал все фразы, кои нашептывали ему голоса, тогда и было создано им.... поведанное духами. Считается, что это были все умершие, достигшие единства экстаза в сформированной последними секундами просветления Бхагвудада душе вселенной, духи всячески пытались передать королю ту секретную тайну природы мира, поскольку души запечатались в дополнившем структуру расколовшегося разума осколке сознания Оссаннн, который проносясь сквозь полотно кварков всего сущего, впитал в себя множество энергетических прослоек реальности. Много спустя король погиб. Говорят, что труп его был искарежен в припадке последних страданий, на лице застыла паралитическая гримаса ужаса от укуса паука-медовара, чьи яды распространяют па венам химикат, сгущающий кровь в медовый концентрат и формирующий из органов пчелиные соты. Многие связывают смерть Лимончелло с тем, что голоса душ из фрагмента сознания Оссаннн все же довели его до сумасшествия и он сам съел пчелиного паука-медовара, но остается загадкой, почему же в итоге король мог избрать столь мучительную смерть? Организм способен функционировать еще 48 часов после укуса этого редкого вида летучего медового тарантула, обитающего в недрах африканских джунглей, среди песчаных карьеров южных стран. В процессе агонии пчелы создают соты в организме укушенного, что сопровождается невыносимыми для самого храброго экспериментатора-мистика-новатора болями. Однако же, оставим же это, вернемся к королевскому слитку. Из слитка того персидского короля нашей священной цивилизации Махунатхила-Таранхвухтанга (Слава Великому Императору Всея Древеснейших Окаменелостей Всепрощения и Высшего Вопрошания! Хуур Хурхуу!) стало известно о великом библейском потопе. А именно, мы узнали наконец всю правду и истину того сна, в котором мы очутились. На самом деле в тот момент, когда свершалась великая эякуляция Бхагхгхвуд-Бхагвудада Бхагувадха Бхагавадкшатрия, он заснул, точнее заснул он еще семьсот лет назад до семенного выкидыша сознания, от чего произошло нечто по истине парадоксально захватывающее. А именно, в момент спермовыкидывания, произошел коллапс разума, а когда сознание Оссаннн унеслось в будущее из тела сквозь атомарные прослойки и мельчайшие единицы сущего, вместе с этим произошел и некий физический/метафизический парадокс пространственно-временного взаимозаменения континуумов, заключающийся в том, что Бхагвудад спал семьсот лет, хотя разум его мог наблюдать за реальностью, и когда он очнулся уже в коллапсическое мгновение высших высот космического оргазма, вся вырвавшаяся накопленная за восемьсот лет энергия Оссаннн вытеснила и заменила всю массу вселенской энергии, таким образом энергия всей вселенной повергла его, он замертво упал, энергия ведь ушла внутрь него, и не произошло сжатия вселенной в точку взрыва лишь по той причине, что энергия смогла парадоксальным образом уравновеситься, равномерно распределившись в новом состоянии вселенной.