Официальные курсы от ЦБ РФ на пятницу:

▪️юань 11,96 рубля (-0,25)
▪️доллар 91,29 рубля (-0,4)
▪️евро 101,62 рубля (-0,33)

По страницам Росстата. Потребление мяса и мясопродуктов.
Мясо и мясопродукты крупнейшая позиция в структуре расходов на продовольствие- около 30%. В 1990г потребление было 70 кг, а к 2000г поовалилось ло 50 кг. А дальше только рост. Наиболее динамично растет потребление свинины с 2015 по 2023гг рост плюс 3,7 кг и инерционный по птице, которая приросла добавила за этот период лишь 0,2кг, падает дорогие говядина и баранина. Вялый рост по колбасам и сосискам с сардельками. Потребитель стремится экономить время на домашнюю готовку- растёт потребление полуфабрикатов и готовых мясных блюд и детского питания. А закусывать готовыми мясными продуктами стали меньше!
При этом климатические веяния до наших потребителей ещё не дошли, но думаю это дело времени. Например. Нью-Йорк с 2023 года вводит ограничение на мясо и молочные продукты, закупаемые для социальных учреждений, такие же решения принимаются все чаще в других развитых странах.

Россия впервые вошла в пятерку крупнейших поставщиков свинины в Китай: в июле экспорт вырос вчетверо и составил $9,6 млн, подсчитало РИА Новости.

Доля российской свинины выросла за месяц до рекордных 5,6% от импорта КНР с 1,4% месяцем ранее.

Официальные курсы от ЦБ РФ с субботы:

▪️юань 11,77 рубля (-0,18)
▪️доллар 91,60 рубля (+0,31)
▪️евро 101,61 рубля (-0,01)

Минсельхоз России (VK)

Оксана Лут: селекционеры должны опираться на потребности бизнеса

Глава Минсельхоза выступила на пленарном заседании первого Всероссийского форума селекционеров и семеноводов «Русское поле – 2024».

Главное:

В соответствии с указом Президента к 2030 году объем производства продукции АПК должен вырасти на 25%, экспорт – в полтора раза до 55 млрд долларов.

Для этого необходимо повысить технологическое обеспечение отрасли. Разрабатывается нацпроект, который будет в том числе направлен на развитие селекции и генетики.

При выведении новых сортов и гибридов необходимо учитывать запросы аграриев. Селекционные разработки должны быть эффективны и приносить необходимый доход.

Особое внимание уделим подготовке научных кадров для АПК, в том числе селекционеров. Сейчас совместно с вузами, наукой и бизнесом разрабатываем соответствующую программу.

#наша_селекция

Минсельхоз РФ установил новые ставки таможенных пошлин с 28 августа по 3 сентября
Экспортная пошлина:
на пшеницу — вырастет на 80,1 рубля: с 828,4 до 908,5 рубля за тонну;
на ячмень —  останется нулевой;
на кукурузу — снизится на 332,2 рубля (32%): с 1033,6 до 701,4 рубля за тонну.
Пошлины на будущую неделю были рассчитаны исходя из индикативных цен за тонну:
пшеницы — $214,6 (214,5 неделей ранее);
ячменя — $177,7 (180,9 неделей ранее);
кукурузы — $198,8 (205,2 неделей ранее).

Чтение на выходные.
Знание прошлого позволяет по другому смотреть на настоящее и видеть возможное будущее. Хотя будущее не предопределено, оно создаётся всеми нами.

Выступление И.В. Сталина, 9 июля 1928 года, пленум ЦК ВКП(б)
https://www.marxists.org/russkij/stalin/t11/t11_16.htm

."....Прежде всего, общий вопрос о главных источниках развития нашей индустрии, о путях обеспечения нынешнего темпа индустриализации.
Я думаю, что главных источников, питающих нашу индустрию, имеется у нас два: во-первых, рабочий класс и, во-вторых, – крестьянство.
В капиталистических странах индустриализация обычно происходила, главным образом, за счет ограбления чужих стран, за счет ограбления колоний или побежденных стран, или же за счет серьезных более или менее кабальных займов извне.
Вы знаете, что Англия сотни лет собирала капиталы со всех колоний, со всех частей света и вносила, таким [c.157] образом, добавочные вложения в свою промышленность. Этим, между прочим, и объясняется, что Англия превратилась одно время в “фабрику мира”.
Вы знаете также, что Германия развила свою индустрию, между прочим, за счет пятимиллиардной контрибуции, взятой у Франции.
Наша страна тем, между прочим, и отличается от капиталистических стран, что она не может, не должна заниматься грабежом колоний и вообще ограблением чужих стран. Стало быть, этот путь для нас закрыт. Но наша страна не имеет также и не хочет иметь кабальных займов извне. Следовательно, закрыт для нас и этот путь.
Что же остается в таком случае? Остается одно: развивать промышленность, индустриализировать страну за счет внутреннего накопления.
При буржуазных порядках в нашей стране обычно промышленность, транспорт и т.д. развивались за счет займов. Возьмете ли постройку новых заводов или переоборудование старых, возьмете ли проведение новых железных дорог или постройку больших электрических станций, – ни одно из таких предприятий не обходилось без внешних займов. Но займы эти были кабальные.
Совершенно иначе обстоит дело у нас при советских порядках. С крестьянством у нас обстоит дело в данном случае таким образом: оно платит государству не только обычные налоги, прямые и косвенные, но оно еще переплачивает на сравнительно высоких ценах на товары промышленности – это во-первых, и более или менее недополучает на ценах на сельскохозяйственные продукты – это во-вторых.
Это есть добавочный налог на крестьянство в интересах подъема индустрии, обслуживающей всю страну, в том числе крестьянство. Это есть нечто вроде “дани”, нечто вроде сверхналога, который мы вынуждены брать временно для того, чтобы сохранить и развить дальше нынешний темп развития индустрии, обеспечить индустрию для всей страны, поднять дальше благосостояние деревни и потом уничтожить вовсе этот добавочный налог, эти “ножницы” между городом и деревней.
Дело это, что и говорить, неприятное. Но мы не были бы большевиками, если бы замазывали этот факт и закрывали глаза на то, что без этого добавочного налога на крестьянство, к сожалению, наша промышленность и наша страна пока что обойтись не могут.
Почему я об этом говорю? Потому, что некоторые товарищи не понимают, видимо, этой бесспорной вещи. Они построили свои речи на том, что крестьянство переплачивает на товарах, что абсолютно верно, и что крестьянству не доплачивают на ценах на сельскохозяйственные продукты, что также верно. Чего же требуют они? Они требуют того, чтобы были введены восстановительные [c.159] цены на хлеб, чтобы эти “ножницы”, эти недоплаты и переплаты были бы уничтожены теперь же. Можем ли мы их уничтожить теперь же, не ослабляя нашу промышленность, а значит, и наше народное хозяйство? Нет, не можем.
В чем же должна состоять, в таком случае, наша политика? Она должна состоять в том, чтобы постепенно ослаблять эти “ножницы”, сближать их из года в год, снижая цены на промышленные товары и подымая технику земледелия, что не может не повести к удешевлению производства хлеба, с тем, чтобы потом, через ряд лет, уничтожить вовсе этот добавочный налог на крестьянство".

АК

Куда всё это делось, бесконечная работа? Пахать (орать), боронить, сеять, жать, возить, драть, городить, рубить – да тысяча всего, чтобы накормиться и пережить томительные зимы. Где солнце, сто лет тому назад, сильное, ходившее над деревней, ее звали Берег, в том мерцающем краю, где есть река Пежма, а к ней притоки – Навороша, Полица и Заголота? От этих имен можно сойти с ума, как от радости.
Там, в старых, старых местах между Вологдой и Архангельском, жил сто лет назад крестьянин Иван Глотов с женой Таей и детьми – два сына и две дочери. И он оставил дневник – каждый день, каждое свое движение, год за годом тяжелого, поднебесного труда («На разломе жизни», 1997). Было ему уже за сорок, а жене за 30, когда они вернулись домой из голодного Петрограда в 1918 году, чтобы выкормить детей и спасти себя, взяв землю и дом у отца и брата.

Когда читаешь эти бесконечные записи о том, что делалось каждый день, думаешь, а как это возможно? А еще – какие золотые люди! И еще – они бы прожили в любой катастрофе, нам ведь не прожить – мы всё зависим от кого-то – вода, еда, тепло, таблетки, будь они прокляты, энергия – где ее взять? Где этот свой, независимый, невидный способ существования, когда именно ты сам можешь прокормить свою семью, пусть с помощью других, таких же, как ты, но всё же сам? И где взять силы, чтобы так отделиться и выживать, если нужно?

1922 год. «26 августа, пятница. Измолотили овин овса, насадили ржи, с большого сеновала на маленькой перенесли лен, привез и сложил овсяницу на синник, сено отаву свез к гумну в соломенник, извеяли овес всю мелочь пелеву и охвостье снесли на синник. Убрал овес с гумна, замочил ядрица. Тая полоскала с бука белье. Ночью высушил овин с рожью, овса навеяли 6 кулевых мешков».

Кажется, что таких записей – миллион, каждый день, ежегодно, ежечасно. Тот, кто хотя бы в детстве или юности занимался деревенской или строительной работой, понимает, что это такое. 1930 год. «31 июля. Утром в 2 часа я сыпал молоть на мельнице на речке ядрица, в 3 часа разбудил Толю (это – сын), пошел по Рыжка (конь драгоценный, много раз упомянутый), нашел в Боровых над логом, намолол толокна 1 пуд 15 фунтов, свез на Слище лен 25 снопов, привез сено из-под вепря. Сгребли остатки на Муравьишных, под Маковицей и в Новой Согре не все, 5 куч наокучивали, Рыжко ночевал в бору Полянке. Погода без дождя».

Каждый день, каждый час. Достоинство жизни – кормящей, делающей, длящейся нескончаемо. Всё умеющие руки. Все виды деревенской и строительной работы. Сам всё возводил. Праздники – только божьи. «Светлое Христово Воскресение. Пасха. С Таей вместе вперед и обратно ходили к Пасхальной службе и весь день провели дома». Праздник – сходить в церковь. И еще праздник – пировать. «Мы пировали», чудесное слово, никакого другого.

Нет прозвищ в деревне, нет уничижительных имен. Нет даже просто имен – только по имени – отчеству. Федор Михайлович, сапожник, Мария Владимировна, крестная мать, Дмитрий Андреевич, мельник. «С Иваном Григорьевичем Горбуновым срубил перед крыльцом конюшню». «Терентий Никанович от Андрея Егоровича принес гребень». Все зависят от всех, низкий поклон, вместе быть, вместе орать.

Орать? Да ведь еще и древность, язык. Сумрачный, прелестный. Колоколо, пожня, ширкун, заполоск, овсяница, зубленье, суслон, оляба, домер, зобенка, сталик, слаща, леха, завор, новодерь и, наконец, гореченька. И еще тысячу слов для тех, кто чует в себе Велемира Хлебникова. «Исправили осек на Землянишном у пожни Оверича». «За дело кожи и опойки свесил ржи».