Forwarded from йоесефа фиш 🫀
Рот тебе зашиваю крестиком,
Чтобы не проранил ни слова, надежно.
Доволен каждым сердечным желудочком,
И основным желудком доволен тоже.
Каждым органом.
Все говорят: "Человек сидит в печенках".
А у тебя их две– и обе с зависимостью.
Селезенка с пелёнок в анамнезе.
Желчный с семнадцати в минусе.
Уже лицо перекосило от вышивки.
Заливай свои глазки каплями.
Ты подобен жене Лота,
Ноги в землю крепко посажены.
В голове архив номер ноль;
Залезаю в череп с отвёрткой.
А язык? А язык молчит...
Мы знаем, он притворяется мёртвым.
20.08
Чтобы не проранил ни слова, надежно.
Доволен каждым сердечным желудочком,
И основным желудком доволен тоже.
Каждым органом.
Все говорят: "Человек сидит в печенках".
А у тебя их две– и обе с зависимостью.
Селезенка с пелёнок в анамнезе.
Желчный с семнадцати в минусе.
Уже лицо перекосило от вышивки.
Заливай свои глазки каплями.
Ты подобен жене Лота,
Ноги в землю крепко посажены.
В голове архив номер ноль;
Залезаю в череп с отвёрткой.
А язык? А язык молчит...
Мы знаем, он притворяется мёртвым.
20.08
❤1
Forwarded from Мемусорная куча (kolay)
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from Завадский Егор
АМБА
Премьера экспериментальной режиссерской постановки Егора Завадского.
Послесоветская Россия, ранние двухтысячные. Двое неизвестных без имени и места ждут конца света в подвале типового пятиэтажного дома.
«Они ждали конца света не понарошку. Они реально верили, что он настанет. И не просто там какой-то армагеддон или откровение, там все куда проще. Они считали, что свет погаснет, и мир утонет в этой темноте. Она не будет вязкой или какой-то тяжелой, просто человек перестанет видеть себя и все вокруг, потому у них валялось так много фонарей, светильников и другого прочего света, чтоб не "развидеть" всего остального.»
Одноактный tetris-trip, немного абсурда и много лирики, полусны и ложные воспоминания, что были рассказаны сомнительными лицами на сцене Беккетовского театра с экспрессией Достоевского.
Завадский Егор, режиссер: "Однажды поэт Илья Кормильцев где-то сказал, что «Бог — это точка сборки», и я, полушутливо в отместок этому, подумал тогда, что «человек — это элемент распада», и вот примерно с этого и началась работа над нашим спектаклем — с распада всего привычного, обыденного, ежедневного в лице одного человека. Наша пьеса пытается запечатлеть и сохранить тот самый момент, когда все меняется и обретает совсем другую природу"
21 октября в 19:00
Продолжительность 1 ч. 40 мин.
Адрес: ул. Некрасова 3-5В [Автограф сквер]
Вход 400 р.
Для билетов обращаться к @DiLaLune
Премьера экспериментальной режиссерской постановки Егора Завадского.
Послесоветская Россия, ранние двухтысячные. Двое неизвестных без имени и места ждут конца света в подвале типового пятиэтажного дома.
«Они ждали конца света не понарошку. Они реально верили, что он настанет. И не просто там какой-то армагеддон или откровение, там все куда проще. Они считали, что свет погаснет, и мир утонет в этой темноте. Она не будет вязкой или какой-то тяжелой, просто человек перестанет видеть себя и все вокруг, потому у них валялось так много фонарей, светильников и другого прочего света, чтоб не "развидеть" всего остального.»
Одноактный tetris-trip, немного абсурда и много лирики, полусны и ложные воспоминания, что были рассказаны сомнительными лицами на сцене Беккетовского театра с экспрессией Достоевского.
Завадский Егор, режиссер: "Однажды поэт Илья Кормильцев где-то сказал, что «Бог — это точка сборки», и я, полушутливо в отместок этому, подумал тогда, что «человек — это элемент распада», и вот примерно с этого и началась работа над нашим спектаклем — с распада всего привычного, обыденного, ежедневного в лице одного человека. Наша пьеса пытается запечатлеть и сохранить тот самый момент, когда все меняется и обретает совсем другую природу"
21 октября в 19:00
Продолжительность 1 ч. 40 мин.
Адрес: ул. Некрасова 3-5В [Автограф сквер]
Вход 400 р.
Для билетов обращаться к @DiLaLune
🔥1