Среди терминологии об аниме есть один термин, который кажется мнѣ испытывающим нѣкоторую необходимость чжэн мин: вижу, что такія #аниме, которыя сообщество анимешников зовёт «гаремниками» (или «гаремными аниме», а в Википедии и попросту «гаремами»), въ дѣйствительности зачастую имѣютъ слишком мало общего с первоначальным ближневосточным и малоазийским смыслом этого слова, то есть совмѣстною жизнью во многожёнстве.

Как правило, «гаремниками» называются такие сюжеты, в которых к центральному персонажу проявляют интерес сразу нѣсколько персонажиц произведения, однако многочисленность их сохраняется не болѣе чѣмъ на уровне дружбы и зарождающейся влюблённости, а далѣе всѣ онѣ всерьёз подосадовали бы, окажись их избранник не однолюбом, и желают оказаться для него в итоге единственною возлюбленною (а не первою изъ нѣсколькихъ), чѣмъ и опредѣляется характер соперничества их за центральнаго персонажа.

Давно (и не мною) замѣчено, что в той же мѣрѣ распространённость термина «любовный треугольник» не должна заслонять для нас то обстоятельство, что у этого треугольника нѣтъ третьей стороны, то есть что в большинстве сюжетов персонажица нипочём не потерпѣла бы свою соперницу «на равной ноге» или на положении «младшей жены» (или конкубины, любовницы, компаньонки, горничной, воспитанницы, вообще кого угодно) при общем возлюбленном их.

Понятно, что такое положение дѣлъ не самостоятельно придумано сочинителями анимешных сюжетов, а унаслѣдовано от художественной традиции ещё XIX вѣка или ранѣе. (Напримѣръ, положение центральнаго персонажа в «Aku no Hana», если бы не затронутыя этим произведением темы шантажа и извращения полового чувства, мало чѣмъ отличалось бы от положения князя Мышкина въ «Идіотѣ» у Достоевскаго, гдѣ ещё тогда показана была драма выбора между идеальною незапятнанною дѣвушкою и несчастною полупомѣшанною озлобленною.)

Наиболѣе же показательными примѣрами этого явления вижу два:

⓵ Финал аниме «Boku wa Tomodachi ga Sukunai NEXT» выглядит как «распад гаремника», впрямую вызванный тѣмъ, что одна из одноклубниц перестала, как говорится, «ходить вокруг да около» и наконец призналася в любви к центральному персонажу и в желании выйти за него замуж.

⓶ В аниме «Seitokai no Ichizon» глава совѣта школы с досадою возражает единственному в этом совѣтѣ юношѣ всякий раз, когда тот зовёт совѣтъ своим гаремом; ещё болѣе напряжённою оказывается реакція дѣвушекъ (поодиночке испытывающих к нему нѣкоторую симпатію) в ту минуту, когда стенгазетчица обнаруживает, что рѣчи этого юноши про гарем — не просто словá (фантазии), то есть что в прошлом этот персонаж реально был двоелюбом.

В то же время теперь (въ XXI вѣкѣ) можно назвать и нѣсколько произведений, так или иначе отходящих от русла прежней традиции и осваивающих такого рода сюжеты, которые можно ужé называть в подлинном смысле примѣрами гаремов, в которых центральный персонаж — двоелюб, или троелюб, или ещё болѣе того, а возлюбленныя его примирилися (пусть болѣе или менѣе неохотно и не сразу) со своею многочисленностью. Вот краткий (не исчерпывающий) список, состоящий из полудесятка таких аниме в алфавитном порядке:

① Around 40 Otoko no Isekai Tsuuhan

② Isekai Maou to Shoukan Shoujo no Dorei Majutsu

③ Isekai wa Smartphone to Tomo ni

④ Kanojo mo Kanojo

⑤ Strike the Blood

В качестве продолжения этого списка нынѣшнею весною (съ апрѣля) можно будет смотрѣть аниме «Otaku ni Yasashii Gyaru wa Inai!?» о двух гяру (первѣйшихъ в своей школе красавицах), обративших внимание (сперва дружеское, а затѣмъ и романтическое) на одного и того же юношу, причём не на красавчика и (или) спортсмена (как это диктовала бы им «кастовая система» школьной популярности), а на отаку — да не на простого анимешника, а на поклонника изрядно дѣтскихъ (не по возрасту ему) произведений о дѣвочкахъ-волшебницахъ и о пособляющих или противостоящих им монстрах. Копию рекламнаго видео прилагаю ниже.

В ещё болѣе строгом смысле гаремом можно называть одно только мѣсто дѣйствія большей части аниме «Kusuriya no Hitorigoto» — ту часть императорского дворца, в которой живут конкубины императора, и служанки их, и евнухи.

Иллюстрация ко вчерашнему разсужденію про гаремныя аниме: фрагмент третьей серии аниме «Seitokai no Ichizon», показывающий напряжённое внимание и огорчение центральных персонажиц этого #аниме, когда Сугисаки Кэн, интервьюируемый стенгазетчицею, признаётся, что до поступления в старшую школу был двоелюбом.

Ну допустим, но я всё ещё не прояснил вопрос о причинах явления, которое наблюдал и упомянул в пятом из кратцев 12 января: отчего замедление отгрузки видео продолжает проявляться даже при использовании Opera VPN в качестве средства обхода блокировок?

Сайт «Итоги года Telegram канала» подытоживает сообщения 2025 года на моём канале слѣдующимъ образомъ:

— Дуров, верни стену!

— А где была стена, и зачем она нужна?

— В Берлине.

(Может быть, это и не новая шутка; но я её вижу в первый раз.)

Сквозь туманъ кремнистый путь блеститъ

Сравнивать, разумѣется, можно и нужно, чтобы увидѣть всё сходство и всѣ различія.

Продолжая позавчерашнее упоминание норвежскаго телесеріала «Оккупированные» («Okkupert», 2015 г.), обязательно слѣдуетъ упомянуть (и упоминаю) о том, что на диаметрально противоположном конце евроазіатскаго континента мы также встрѣтили бы в том же (2015) году художественное произведение об оккупации Россіею, созданное по замыслу ничуть не менѣе небезызвѣстнаго автора.

Пóмните ли, что есть такой недюжинный японский режиссёр Ощіи Мамору, работы которого подавляющему большинству анимешников извѣстны очень хорошо («Яйцо ангела», «Patlabor», «Ghost in the Shell» и проч.), да и поклонники произведений о многопользовательских играх в виртуальной реальности, ближе к финалу оборачивающихся чѣмъ-то гораздо бóльшим, навѣрняка смотрѣли хотя бы его кинофильм «Avalon» (2001 г.) — да и я здѣсь как раз об этом кинофильме упоминал два года назад (в январе 2024 г.) при сравнении культурнаго воздѣйствія разныхъ цвѣтовъ самых ранних (монохромных) компьютерных дисплеев?

Оказывается, он в 2015 году выпустил кинофильм «Tokyo Mukokuseki Shoujo» про странную школьницу в странной японской школе со странными учащимися, на которую неожиданно нападают россійскіе военные, а школьница одного за одним убивает их выстрѣлами из автомата Калашникова. Затѣмъ она просыпается и обнаруживает, что снившаяся ей школа въ дѣйствительности функціонируетъ как лагерь для беженцев, а сама дѣвушка — военнослужащая японских вооружённых сил, противостоящих начавшемуся россійскому вторженію въ Японію.

Кинофильм этот не оказался в своё время популярным, не дошёл он и до «попираченности» в РФ (в частности, поиск по слову «Mukokuseki» на Рутрэкере этот кинофильм не находит), так что больше десяти лѣтъ кряду я о нём ничего ниоткуда не знал, да и сейчас всего только пересказываю основной смысл статьи о нём в Википедии, скриншот которой прилагаю ниже.

Мы можем ясно видѣть на этомъ примѣрѣ, что не одна только Европа, но и Японія ощущает болѣе десяти лѣтъ (да, отнюдь не поголовно ощущает, но хотя бы на уровне наиболѣе прозорливых художественных произведений своих), что какое угодно самоустранение Сѣверо-Американскихъ Соединённых Штатов от защиты стран Восточнаго полушарія планеты неизбѣжно приведёт прежде всего к тому, что русское завоевание их окажется очень повадным. Притом же Японія, не только испытавшая на себѣ сѣверо-американскую оккупацію, но и по итогам ея принуждённая к отказу от созданія собственной арміи и к широкому запрету владенія огнестрѣльнымъ оружіемъ, может и должна переживать это ощущеніе гораздо острѣе, нежели Норвегія. Отсюда и сон про калаш в руках, изъ котораго отстрѣливаться.

(Ну удачи им в случае чего отстрѣливаться из калаша от многомегатонных гиперзвуковых боеголовок, с быстротою молнии падающих на 中央構造線 с боевым заданием вызвать там шестибалльное извержение, которое погребёт всё живое под двухметровым слоем вулканических осадков — «Уайнапутина Путина», сама возможность такого «вкуснаго» заглавія властно диктует собою именно этот безчеловѣчный сценарій, так что каким-нибудь армейским стратегом он был, небось, давно уж сочинён и год за годом ждёт своего часа в непроницаемой тайне. Ждёт одного только приказа.

Впрочем, сам я к этому военному преступлению нифигушеньки не призываю и притом искренне счёл бы его величайшим несчастьем для современной художественной культуры, как и всякий другой анимешник.)