Когда в нонфикшне для изображения поведения людей показывают примеры из художественных произведений, я начинаю сильно сомневаться. Повествование в художественном произведении подчиняется задумке автора — это не обязательно что-то фантастичное, но и не обязательно что-то закономерное. Такой пример как довод кажется слабым.

Это выглядит как пример ради примера, когда я использую всё под рукой для усиления мысли. По своему намерению я могу исказить поведение, чтобы это подошло для конкретной мысли.

Например, два события о вере в Бога и людоедстве.

1. Робинзон Крузо хотел расстрелять туземцев, высаживавшихся на его острове, чтобы устроить людоедское пиршество, от мысли, как они так посмели не по-христиански есть другого человека. Но остановился, подумав, что не может выполнять роль создателя и решать за него. И раз Бог сотворил этих людей не ведущими того, что творят, то у него есть на это свой план. И каждому свое наказание.

2. Ван Гог писал в письмах Эмилю Бернару про книгу о Маркизовых островах. В ней рассказывается о истреблении целого туземного племени антропофагов — в том смысле, что они примерно раз в месяц съедали по человеку. Белые как добрые христиане решили положить конец этому варварству. И не нашли ничего лучшего, как истребить и племя людоедов, и племя с которым оно воевало, раздобывая себе таким образом военнопленных для съедения. Затем оба острова превратили в колонию.