Ноябрь / November (2017)
Реж.: Райнер Сарнет
Действительно необычный фильм и потрясающая находка для расширения зрительского кругозора! Критики называли его и «эстетским этно/фолк-хоррором» и «готической комедией», а кто-то даже писал, что так мрачно, медитативно и атмосферно Бела Тарр с его любовью к философским подтекстам мог бы экранизировать гоголевские «Вечера на хуторе близ Диканьки». Всё так, но всё это мимо — фильм уникальный. Легкий и ироничным, невероятно красивый, наполненный потрясающим колоритом, гротескным сарказмом и черным юмором.
Сеттинг эстонских сказок и языческих мифов с аграрными ритуалами и удивительными существами своей необычностью напомнил мне «Небесных жен луговых мари» — там тоже финно-угорская нечисть, хтонь, а суеверия подаются как обычная часть повседневной жизни.
Что важно знать до просмотра. Во-первых, кратты! В эстонской мифологии это существа вроде големов, этакие древние роботы, которых крестьяне создавали из старого хлама и сена в качестве помощников по хозяйству, но чаще заставляли их воровать. Для оживления кратта нужно заключить сделку с дьяволом, отдав три капли крови, что могло привести к потере души или другим ужасным последствиям. Кратт приносил огромную пользу и мог даже летать, а оставшись без дела становился агрессивным. Чтобы избавиться от ненужного кратта ему давали невыполнимое задание — например, принести в решете воду, от чего он буквально сгорал. В эстонском фольклоре кратт символизирует жадность, за которую приходится горько расплачиваться.
Во-вторых, стоит помнить, что в 19 веке Эстонию по большей части контролировали германское дворяне. Крестьяне с трудом выживали в чудовищной нищете, питаясь древесной корой и летучими мышами. Режиссер упомянул в интервью, что работая с международной командой он вынужден был объяснять голландцам, почему крестьяне так много воруют. А вот поляки и сами прекрасно все понимали.
Лучшее в фильме — завораживающий визуальный стиль, благодаря которому «Ноябрь» и получил международное признание. Пробежавшись по рецензиям я с удивлением обнаружил сравнения с шедеврами Бергмана и рассуждения о влиянии нуара, но ни слова о немецком экспрессионизме, который я отчетливо вижу как в кинематографии, так и в подаче в целом.
Интересно, что идея сделать фильм черно-белым появилась на этапе актерского кастинга. Подбирая лица и типажи, режиссер изучал фотографии настоящих крестьян 19-го века, погрузившись в жутковатый мир нищеты маленьких домиков, в которых люди жили вместе с козами и коровами. Взяв за основу эстетику этих снимков он попытался вызвать у зрителя такое же ощущение «замёрзшего небытия, где границы между живым и мёртвым размыты».
Реж.: Райнер Сарнет
Действительно необычный фильм и потрясающая находка для расширения зрительского кругозора! Критики называли его и «эстетским этно/фолк-хоррором» и «готической комедией», а кто-то даже писал, что так мрачно, медитативно и атмосферно Бела Тарр с его любовью к философским подтекстам мог бы экранизировать гоголевские «Вечера на хуторе близ Диканьки». Всё так, но всё это мимо — фильм уникальный. Легкий и ироничным, невероятно красивый, наполненный потрясающим колоритом, гротескным сарказмом и черным юмором.
Сеттинг эстонских сказок и языческих мифов с аграрными ритуалами и удивительными существами своей необычностью напомнил мне «Небесных жен луговых мари» — там тоже финно-угорская нечисть, хтонь, а суеверия подаются как обычная часть повседневной жизни.
Что важно знать до просмотра. Во-первых, кратты! В эстонской мифологии это существа вроде големов, этакие древние роботы, которых крестьяне создавали из старого хлама и сена в качестве помощников по хозяйству, но чаще заставляли их воровать. Для оживления кратта нужно заключить сделку с дьяволом, отдав три капли крови, что могло привести к потере души или другим ужасным последствиям. Кратт приносил огромную пользу и мог даже летать, а оставшись без дела становился агрессивным. Чтобы избавиться от ненужного кратта ему давали невыполнимое задание — например, принести в решете воду, от чего он буквально сгорал. В эстонском фольклоре кратт символизирует жадность, за которую приходится горько расплачиваться.
Во-вторых, стоит помнить, что в 19 веке Эстонию по большей части контролировали германское дворяне. Крестьяне с трудом выживали в чудовищной нищете, питаясь древесной корой и летучими мышами. Режиссер упомянул в интервью, что работая с международной командой он вынужден был объяснять голландцам, почему крестьяне так много воруют. А вот поляки и сами прекрасно все понимали.
Лучшее в фильме — завораживающий визуальный стиль, благодаря которому «Ноябрь» и получил международное признание. Пробежавшись по рецензиям я с удивлением обнаружил сравнения с шедеврами Бергмана и рассуждения о влиянии нуара, но ни слова о немецком экспрессионизме, который я отчетливо вижу как в кинематографии, так и в подаче в целом.
Интересно, что идея сделать фильм черно-белым появилась на этапе актерского кастинга. Подбирая лица и типажи, режиссер изучал фотографии настоящих крестьян 19-го века, погрузившись в жутковатый мир нищеты маленьких домиков, в которых люди жили вместе с козами и коровами. Взяв за основу эстетику этих снимков он попытался вызвать у зрителя такое же ощущение «замёрзшего небытия, где границы между живым и мёртвым размыты».
👍6❤5❤🔥4😱1
Кружевница / La Dentellière (1977)
Реж.: Клод Горетта
Одно из лучших открытий года! Фильм не выходит из головы уже несколько месяцев, и чем больше я о нем думаю, тем яснее осознаю, как продумана каждая сцена, насколько важна каждая деталь.
Всей душой ненавижу кино, авторы которого считают своего зрителя глупым. Поэтому в тонкой работе Горетты меня особенно тронуло отношение к аудитории, у которой он очевидно предполагает наличие как интеллекта, так и, что более важно, эмпатии. В «Кружевнице» практически нет даже закадровой музыки, навязывающей эмоции — никаких манипуляций. Вместо открытого проговаривания режиссер мастерски расставляет паузы, давая возможность прочувствовать и обдумать недосказанное.
Визуально фильм безупречен — живописные кадры с идеально выстроенной композицией, гармоничные цветовые решения в декорациях и костюмах, приглушенные акварельные тона, рассеянный обволакивающий свет без контрастных теней. Кинематография усиливает ощущение интимности, что особенно важно для фильма, в котором нет скандалов и криков, а самое страшное происходит буднично и беззвучно. Длинные статичные кадры позволяют разглядеть всё то, что совсем молодая Изабель Юппер смогла гениально сыграть одними глазами, уголками губ и едва уловимыми изменениями осанки.
Роль дала старт большой карьере Юппер, в которой, наконец, разглядели талантливую актрису. И во многом, конечно, определила её амплуа, приведя в том числе к культовой «Пианистке».
Реж.: Клод Горетта
Одно из лучших открытий года! Фильм не выходит из головы уже несколько месяцев, и чем больше я о нем думаю, тем яснее осознаю, как продумана каждая сцена, насколько важна каждая деталь.
Всей душой ненавижу кино, авторы которого считают своего зрителя глупым. Поэтому в тонкой работе Горетты меня особенно тронуло отношение к аудитории, у которой он очевидно предполагает наличие как интеллекта, так и, что более важно, эмпатии. В «Кружевнице» практически нет даже закадровой музыки, навязывающей эмоции — никаких манипуляций. Вместо открытого проговаривания режиссер мастерски расставляет паузы, давая возможность прочувствовать и обдумать недосказанное.
Винсент Кэнби, The New York Times: «Горетта наблюдает за своими персонажами как орнитолог за редкой птицей. Он не вмешивается, не пугает их громким звуком или резкими движениями камеры, позволяя раскрыться в естественной среде. Это этика уважения к персонажу, которая почти исчезла из современного кино».
Визуально фильм безупречен — живописные кадры с идеально выстроенной композицией, гармоничные цветовые решения в декорациях и костюмах, приглушенные акварельные тона, рассеянный обволакивающий свет без контрастных теней. Кинематография усиливает ощущение интимности, что особенно важно для фильма, в котором нет скандалов и криков, а самое страшное происходит буднично и беззвучно. Длинные статичные кадры позволяют разглядеть всё то, что совсем молодая Изабель Юппер смогла гениально сыграть одними глазами, уголками губ и едва уловимыми изменениями осанки.
Полин Кейл, The New Yorker: «Юппер делает нечто почти невозможное: она играет не эмоцию, а её подавление. Мы видим не саму боль, а титанические усилия, которые прилагаются, чтобы её скрыть».
Роль дала старт большой карьере Юппер, в которой, наконец, разглядели талантливую актрису. И во многом, конечно, определила её амплуа, приведя в том числе к культовой «Пианистке».
❤🔥12❤9🔥7🥰2👍1
A Nightmare on Elm Street / Кошмар на улице Вязов (1984)
Реж.: Уэс Крэйвен
Когда-то в раннем подростковом возрасте эта эмблематическая сцена стала для меня первым осознанным столкновением с метафорическим слоем фильма. Первым понимаем того, как изображаемое на экране может не считываться буквально, а означать что-то большее.
И получив от канала В четырех словах 🎬 эстафету #один_кадр от Истории кино, я сразу вспомнил этот момент.
Юная героиня в очередной раз не решается остаться на ночь у своего парня, который настойчиво намекает, что все их друзья уже занимаются сексом. Она приходит домой и, уснув в ванне, видит кошмарный сон. Да, визуализация страхов прямолинейнее некуда, тут и лакановский психоанализ не нужен, но как работает!
Хорроры — рай для семиотического анализа и интерпретации метафор. Они всегда имели мощную философскую и социальную составляющую и как ни один другой жанр работали с актуальной повесткой. Например, «Вторжение похитителей тел» 1956 года было идеальной аллегорией нагнетаемой в американском обществе паранойи из-за растущей популярности коммунизма — никому нельзя верить, знакомый с детства сосед уже может быть чужаком. А в ремейке 1978 года те же двойники, заменявшие жителей, отчетливо намекали на людей, психически искалеченных вьетнамской войной.
«Кошмар на улице Вязов» был создан в эпоху эпидемии ВИЧ, перевернувшей западный мир. Свобода 1970-х сменилась страхом. Вернулись религиозные догмы и ханжеские ограничения. Вместо сексуального образования многие родители подростков, поддавшись массовой истерии, начали пропагандировать целомудрие, закрывая детей дома и не отпуская на вечеринки.
Самым популярным поджанром стал слэшер. Молодых людей без разбора истребляет безжалостный убийца, лишенный личного мотива. Впрочем, первыми умирают те, кто активнее занимается сексом, а выживает единственная девушка, отказавшаяся от парней и наркотиков.
И все же «Кошмар…» совершил революцию благодаря многослойности и более глубокому психологическому подтексту. Крюгер, от которого нельзя спрятаться за запертой дверью, убивает тинейджеров в их домах, прямо в постелях. Подростки пытаются достучаться до взрослых, объясняя, что их не спасешь, посадив под замок. Но охваченные ужасом родители их не слышат. Тут и конфликт поколений, и разрушение фигуры отца, и передача травм своим детям. А еще страх взросления и собственной пробуждающейся сексуальности, воспринимаемой в пуританском обществе как что-то грязное.
При всем этом фильм невероятно веселый — достаточно упомянуть, что прототипом для грима Крюгера послужила пицца пепперони с колбасками и расплавленным сыром. Стилистически целостный, яркий, с потрясающим кастом — все-таки первая роль Джонни Деппа! А эстафету передаю каналу это мы смотрим
Реж.: Уэс Крэйвен
Когда-то в раннем подростковом возрасте эта эмблематическая сцена стала для меня первым осознанным столкновением с метафорическим слоем фильма. Первым понимаем того, как изображаемое на экране может не считываться буквально, а означать что-то большее.
И получив от канала В четырех словах 🎬 эстафету #один_кадр от Истории кино, я сразу вспомнил этот момент.
Юная героиня в очередной раз не решается остаться на ночь у своего парня, который настойчиво намекает, что все их друзья уже занимаются сексом. Она приходит домой и, уснув в ванне, видит кошмарный сон. Да, визуализация страхов прямолинейнее некуда, тут и лакановский психоанализ не нужен, но как работает!
Хорроры — рай для семиотического анализа и интерпретации метафор. Они всегда имели мощную философскую и социальную составляющую и как ни один другой жанр работали с актуальной повесткой. Например, «Вторжение похитителей тел» 1956 года было идеальной аллегорией нагнетаемой в американском обществе паранойи из-за растущей популярности коммунизма — никому нельзя верить, знакомый с детства сосед уже может быть чужаком. А в ремейке 1978 года те же двойники, заменявшие жителей, отчетливо намекали на людей, психически искалеченных вьетнамской войной.
«Кошмар на улице Вязов» был создан в эпоху эпидемии ВИЧ, перевернувшей западный мир. Свобода 1970-х сменилась страхом. Вернулись религиозные догмы и ханжеские ограничения. Вместо сексуального образования многие родители подростков, поддавшись массовой истерии, начали пропагандировать целомудрие, закрывая детей дома и не отпуская на вечеринки.
Самым популярным поджанром стал слэшер. Молодых людей без разбора истребляет безжалостный убийца, лишенный личного мотива. Впрочем, первыми умирают те, кто активнее занимается сексом, а выживает единственная девушка, отказавшаяся от парней и наркотиков.
И все же «Кошмар…» совершил революцию благодаря многослойности и более глубокому психологическому подтексту. Крюгер, от которого нельзя спрятаться за запертой дверью, убивает тинейджеров в их домах, прямо в постелях. Подростки пытаются достучаться до взрослых, объясняя, что их не спасешь, посадив под замок. Но охваченные ужасом родители их не слышат. Тут и конфликт поколений, и разрушение фигуры отца, и передача травм своим детям. А еще страх взросления и собственной пробуждающейся сексуальности, воспринимаемой в пуританском обществе как что-то грязное.
При всем этом фильм невероятно веселый — достаточно упомянуть, что прототипом для грима Крюгера послужила пицца пепперони с колбасками и расплавленным сыром. Стилистически целостный, яркий, с потрясающим кастом — все-таки первая роль Джонни Деппа! А эстафету передаю каналу это мы смотрим
❤16🔥11👍8🤯3
Барри Линдон / Barry Lyndon (1975)
Реж. Стэнли Кубрик
Визуальный шедевр, просмотр которого Стивен Спилберг сравнил с прогулкой по огромному художественному музею без перерыва на обед. Три часа пролетают незаметно несмотря на сдержанный тон и отсутствие сюжетных твистов. О последнем сам Кубрик говорил: «Барри Линдон — история, в которой нет места сюрпризам. Важно не то, что произойдет дальше, а то, как это произойдет».
Кубрик был одержим исторической достоверностью, ни один кадр не снят в павильоне — только дворцы, замки, поместья Ирландии и Великобритании, даже аутентичная мебель и аксессуары барочных интерьеров. По его спецзаказу были изготовлены сверхсветосильные объективы, аналогичные разработанным для NASA. Астронавты использовали их на Луне, а Кубрик снимал сцены при свечах без дополнительной подсветки. Стоимость также вышла астрономической.
Я всегда был противником такой «подлинности» — она делает интересной историю создания, а не сам фильм, для которого важен только конечный результат (принцип «правдоподобие важнее правды»). И все же Оскар за операторскую работу не вызывает вопросов. Движения камеры идеально соответствуют живописности, к которой стремился Кубрик, изучая картины 18 века. Я не сразу осознал, как мощно здесь работает кажущийся простым прием, повторяемый почти в каждой сцене: после крупного плана с эмоциями на лице героя камера медленно отъезжает назад, постепенно помещая его в контекст и, наконец, делая человеческую фигуру незначительной на фоне грандиозного окружения. Тут вам и «ожившая живопись», и попадание в тему фатализма и ничтожности человеческих амбиций, и медитативное настроение благодаря плавной смене крупности без скачков из-за монтажных склеек.
Кубрик гениально рассказывает историю, опираясь почти исключительно на визуальные образы. Итогом стал фильм, который неизменно попадает как в списки величайших кинопроизведений всех времен по мнению киноведов, так и в личные топы выдающихся режиссеров от Куросавы до Триера.
Реж. Стэнли Кубрик
Визуальный шедевр, просмотр которого Стивен Спилберг сравнил с прогулкой по огромному художественному музею без перерыва на обед. Три часа пролетают незаметно несмотря на сдержанный тон и отсутствие сюжетных твистов. О последнем сам Кубрик говорил: «Барри Линдон — история, в которой нет места сюрпризам. Важно не то, что произойдет дальше, а то, как это произойдет».
Кубрик был одержим исторической достоверностью, ни один кадр не снят в павильоне — только дворцы, замки, поместья Ирландии и Великобритании, даже аутентичная мебель и аксессуары барочных интерьеров. По его спецзаказу были изготовлены сверхсветосильные объективы, аналогичные разработанным для NASA. Астронавты использовали их на Луне, а Кубрик снимал сцены при свечах без дополнительной подсветки. Стоимость также вышла астрономической.
Я всегда был противником такой «подлинности» — она делает интересной историю создания, а не сам фильм, для которого важен только конечный результат (принцип «правдоподобие важнее правды»). И все же Оскар за операторскую работу не вызывает вопросов. Движения камеры идеально соответствуют живописности, к которой стремился Кубрик, изучая картины 18 века. Я не сразу осознал, как мощно здесь работает кажущийся простым прием, повторяемый почти в каждой сцене: после крупного плана с эмоциями на лице героя камера медленно отъезжает назад, постепенно помещая его в контекст и, наконец, делая человеческую фигуру незначительной на фоне грандиозного окружения. Тут вам и «ожившая живопись», и попадание в тему фатализма и ничтожности человеческих амбиций, и медитативное настроение благодаря плавной смене крупности без скачков из-за монтажных склеек.
Кубрик гениально рассказывает историю, опираясь почти исключительно на визуальные образы. Итогом стал фильм, который неизменно попадает как в списки величайших кинопроизведений всех времен по мнению киноведов, так и в личные топы выдающихся режиссеров от Куросавы до Триера.
❤12❤🔥11👍7✍1