Алла Сигарёва
"Исповедь"

Я хочу забрать свое сердце у тех,
с кем его по ошибке оставила.
Я хочу отогнать мои мысли от всех
людей, что страдать я заставила.

Я хочу хранить свои чувства в себе,
в тишине, отпуская их праведно.
Я хочу всё забыть, что было во мне
и в другой моей жизни неправильно.

Я хочу без ложного страха смотреть
в голубые глаза моих демонов.
Я хочу никогда уже не болеть
из-за страшных дел мною сделанных.

Я прошу Богов, отнять у меня
нестерпимые воспоминания
о порочных страстях моих, не виня
тех, кому причиняла страдания.

Я хочу опять свободно дышать,
так чтоб сердце виною не сдавлено,
чтоб могла я его всегда открывать
всем, в ком память виною отравлена.

Я хочу любить этот мир и простить,
как прощает сердце апостола.
Всех в ком жизнь течет - хочу полюбить
и спасти всех, тех, кого бросила.

Я хочу забрать свое сердце у тех,
с кем его по ошибке оставила.
Я прошу прощения за глупости все
что себе когда-то представила
01.02.19

Илья Ефимович Репин
Бурлаки на Волге
1870 – 1873
Холст, масло. 131,5х281
Государственный Русский музей

Эту картину И.Е. Репин создал в 29 лет, будучи еще учеником Академии художеств.

«Бурлаки на Волге» – это культовая картина Ильи Репина (1870–1873 гг.), изображающая измождённых людей, тянущих лямки против течения могучей реки. Художник реалистично передаёт тяжелый труд и страдания бурлаков, показывая их индивидуальные характеры: покорность судьбе, озлобленность или простодушие. На заднем плане виден пароход, символизирующий технический прогресс, который мог бы заменить ручной труд, но не использовался в полной мере. Картина, несмотря на критику, стала символом народного терпения и была высоко оценена, получив золотую медаль на Всемирной выставке.

. Бурлаки на Волге.

Волга, Волга – ты и есть Россия,
Городами красишь берега.
По крупицам собранная сила,
Вечная, великая река.

В половодье ты подобна морю,
В сильный ветер – горе рыбаку.
И с тобой дозволено поспорить
Только оборванцу-бурлаку.

Сколько лет бурлацкие ватаги
Тянут лямку горькую свою.
Всё бредут по берегу, бедняги,
Да «Дубинушку» унылую поют.

Бечевою в кровь истёрты плечи,
Не тужи, а взялся, так тяни.
Отдохнешь, когда наступит вечер.
А пока усталость прочь гони.

Ты таскал суда с зерном и солью.
От Самары и до Костромы.
И с такой же перекатной голью
Ты бродил дорогами страны.

Бурлаки – ребята не простые,
Ведь в ватагу слабых не берут.
Выжмут из купчишки золотые
Как награду за бурлацкий труд.

Где-то в Нижнем, или под Казанью
Ты прокутишь грош последний свой.
И опять, как будто в наказанье,
Побредешь по Волге с бечевой.

Но бурлацкой воли время тает.
И конец ватагам настает.
Ваши дни последние считает
Вдалеке дымящий пароход.

Альберт Кудаев

Пошли, Господь, свою отраду
Тому, кто в летний жар и зной,
Как бедный нищий, мимо саду,
Бредет по жесткой мостовой;
Кто смотрит вскользь — через ограду —
На тень деревьев, злак долин,
На недоступную прохладу
Роскошных, светлых луговин.
Не для него гостеприимной
Деревья сенью разрослись —
Не для него, как облак дымный,
Фонтан на воздухе повис.
Лазурный грот, как из тумана,
Напрасно взор его манит,
И пыль росистая фонтана
Главы его не осенит…
Пошли, Господь, свою отраду
Тому, кто жизненной тропой,
Как бедный нищий — мимо саду —
Бредет по знойной мостовой.

Федор Тютчев.
1850 г.

Волосы за висок
между пальцев бегут,
как волны, наискосок,
и не видно губ,
оставшихся на берегу,
лица, сомкнутых глаз,
замерших на бегу
против теченья. Раз-
розненный мир черт
нечем соединить.
Ночь напролет след,
путеводную нить
ищут язык, взор,
подобно борзой,
упираясь в простор,
рассеченный слезой.
Вверх по теченью, вниз —
я. Сомкнутых век
не раскрыв, обернись:
там, по теченью вверх,
что (не труди глаза)
там у твоей реки?
Не то же ли там, что за
устьем моей руки?
Мир пятерни. Срез
ночи. И мир ресниц.
Тот и другой без
обозримых границ.
И наши с тобой слова,
помыслы и дела
бесконечны, как два
ангельские крыла.

Иосиф Бродский
1967 г.

❝ Ночью, когда ты будешь смотреть на небо, ты увидишь мою звезду, ту, на которой я живу, на которой я смеюсь. И ты услышишь, что все звёзды смеются. У тебя будут звёзды, которые умеют смеяться! ❞

Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький приц

– Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями, –
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана –
Прольется пламенной смолой.

– Пока жива, с тобой я буду –
Душа и кровь нераздвоимы, –
Пока жива, с тобой я буду –
Любовь и смерть всегда вдвоем.
Ты понесешь с собой повсюду –
Ты понесешь с собой, любимый, –
Ты понесешь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.

– Но если мне укрыться нечем
От жалости неисцелимой,
Но если мне укрыться нечем
От холода и темноты?
– За расставаньем будет встреча,
Не забывай меня, любимый,
За расставаньем будет встреча,
Вернемся оба – я и ты.

– Но если я безвестно кану –
Короткий свет луча дневного, –
Но если я безвестно кану
За звездный пояс, в млечный дым?
– Я за тебя молиться стану,
Чтоб не забыл пути земного,
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.

Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смиренным,
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полуплакал, полуспал,
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся страшным креном,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колеса оторвал.

Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.

С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них, –
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
Когда уходите на миг!

Александр Кочетков

(1932)

Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого?

Эрих Мария Ремарк
(Триумфальная арка)

Прости! Не помни дней паденья,
Тоски, унынья, озлобленья,—
Не помни бурь, не помни слез,
Не помни ревности угроз!

Но дни, когда любви светило
Над нами ласково всходило
И бодро мы свершали путь,—
Благослови и не забудь!

Николай Некрасов

1856

Вышел я из больницы. Вроде бы поправился. Но врачи запретили мне пить и курить. А настоятельно рекомендовали ограничивать себя в пище. Я пожаловался на все это одному знакомому. В конце и говорю:
– Что мне в жизни еще остается? Только книжки читать?!
Знакомый отвечает:
– Ну, это пока зрение хорошее…

Сергей Довлатов,
«Соло на ундервуде»

Чувствуешь ли ты, собака, что я тебя люблю? Или тебе все равно? А я жестоко люблю, так и знай. Ну, славная моя жена, немочка, актрисуля, будь здорова, богом хранима, покойна, неутомима, весела. Целую тебя и обнимаю.

Твой муж Антон.

Из письма Антона Чехова к жене, написанного 3 января 1902 года.

Ты же любишь меня любую:
И капризную, и чумную,
И смеющуюся, как дура,
И с поправившейся фигурой,
И без фирменного мейк-апа,
И с ногтями совсем без лака,
И ревущую, как белуга,
И когда по судьбе непруха,
И когда на душе сопливо,
И поникшую, будто ива,
И вреднючую, и с заскоком,
И когда я готовлю плохо,
И занудную, и стервозу,
И когда становлюсь я в позу,
И когда на куски посуда,
И когда набекрень рассудок.

Принимаешь меня любую,
Потому что тебя люблю я И занудного, и со сдвигом,
И когда ты горланишь дико,
И дотошнейшего педанта,
И с животиком, будто панда,
И когда ты поешь «сопрано»,
И когда поступаешь странно,
И в истерике, как ребенок,
И больного с протяжным стоном,
И без денег, и с ними тоже,
И когда мне с тобою сложно,
И когда ты упрямо споришь,
И когда напридумал горе,
И смеющегося болвана,
И кривляку, и обезьяну…:)
И с колючками от щетины —
Потому что ты мой мужчина!

Юлия Василевская

"Запомните: за все, что вы совершаете недоброе, придется расплачиваться той же монетой… Не знаю, кто уж следит за этим, но следит, и очень внимательно".

Раневская Фаина Геогиевна, "Меньше пафоса, господа!".