КАПКАН ТРЕВОЖНИКА

Тревожные люди постоянно ждут чего-то плохого. В надежде предотвратить опасные события, их разум пытается распознать любые риски, возводя их в катастрофическую степень. Например: «А вдруг мне станет плохо»? Если вы собираетесь в дальнюю поездку и вас посетила такая мысль, вы врядли сможете спокойно проехать без переживаний и чувства тревоги. Постоянное чувство, что нужно контролировать свое состояние, действия водителя будут вашими спутниками на протяжении всего пути. Когда человек придерживается подобных мыслей, страдает его способность сбалансировано и рационально оценивать риски. Ведь не принимается во внимание тот факт, что все, что мы делаем, так или иначе связано с рисками. За предполагаемую безопасность (контроль всех и всё) вы платите возможностью жить полноценной жизнью уже сегодня.

Еще один крайне важный аспект тревожности – это невозможность расслабиться. Постоянное желание все контролировать вырабатывает состояние постоянного напряжения, как физического так и психического. Не стоит также забывать, что постоянное напряжение идет рука об руку с пессимизмом. Именно поэтому тревожные люди всегда грустны и депрессивны.

С повышением уровня тревожности, люди учатся определять для себя ситуации, в которых становиться дискомфортно. Даже если раньше все было в порядке. И со временем начинают избегать эти ситуации, тем самым неосознанно применяют избегающее поведение.

Уровень тревоги определяется не самой ситуацией, а ее интерпретацией, поэтому тревога напрямую взаимосвязана с нашими мыслями. Любые способы мышления становятся со временем привычными.

Вы всегда можете написать тему, которая вам интересна в комментариях или анонимке

ОЦЕНОЧНЫЕ СУЖДЕНИЯ

Оценочное суждение – это суждение о правильности или неправильности чего-либо или кого-либо или о полезности на основе сравнения/относительности.

Люди страдающие навязчивыми состояниями, больше склонны к самокритики и боятся собственных негативных эмоций, таким образом им уделяется слишком много внимания: что чувства могут выйти из-под контроля, переполнить их, нанести серьезный вред, продлиться вечно.

Так, к примеру, вам в голову пришла мысль, что вы можете кого-то убить, сразу включается оценочное суждение: «Что за страшная мысль посетила меня? А почему она именно у меня? А что если я, сделаю я это на самом деле? Могу ли я рассчитывать на себя? Осмелюсь ли я ещё раз поставить себя в такую ситуацию? А могу ли я действительно на все сто процентов быть в этом уверенным?»

И далее ваш мозг будет подкидывать еще кучу вариантов, образов и вы будете ввязываться во внутренний диалог. Хотя по сути не может существовать «плохих или хороших», «правильных или неправильных» мыслей, потому что все мысли как явление это просто мысли. Изначально они нейтральны, а то какие они, определяет наше восприятие, то есть наша мораль, мы.

Плавно переносите внимание с мыслей на свои ощущения: что вы слышите, видите, какие запахи доносятся до вас прямо сейчас, в этот момент?
Какие ощущения у вас в теле? Отслеживайте, не вынося суждений и не сопротивляясь.

Начните просто жить, без оценивания себя.

ИНДИВИДУАЦИЯ ПО ЮНГУ: КРИЗИС ИЛИ ОСОЗНАНИЕ?
Часть 1

Карл Юнг считал, что наше путешествие в первые десятилетия жизни не главная история, а лишь подготовка к тому, что впереди. Это утверждение, которое бросает вызов привычному взгляду на старение. Нас учат бояться старости, воспринимать средний возраст как период упадка, кризиса. Популярная культура полна информации о кризисе среднего возраста: моменте экзистенциального ужаса, импульсивных решений и отчаянных попыток удержаться за молодость.

А что если этот этап жизни-не кризис, а пробуждение? Что, если это не конец, а новое начало?

Подумайте о молодости как о периоде исследований, когда мы набираемся опыта, строим идентичность и учимся понимать, как устроен мир. Это время быстрого роста, когда мы впитываем идеи и ценности окружающих.
Но это также период поиска.

Кто я? Чем я должен заниматься в жизни? Что сделает меня счастливым?

Эти вопросы движут нами в молодости. Но ответы, которые мы находим, часто кажутся неполными. В эти годы мы пытаемся понять жизнь, открывая, кто мы есть на самом деле. Мы строим карьеры, отношения и семьи, часто сосредотачиваясь на внешнем успехе и социальной одобряемости. Мы учимся, боремся и терпим неудачи. И все это формирует нас. Но все это подготовка, исследование, закладывание фундамента для чего-то более глубокого.

Позже мы начинаем осознавать, что старые способы жизни больше не приносят удовлетворения, приоритеты, которые когда-то казались важными: карьерный рост, соответствие ожиданиям, одобрение начинают терять свою привлекательность.
Мы осознаем, что многое из того, что мы сделали, было продиктовано чужими представлениями о счастье и успехе. И это осознание, хотя и пугающее, также освобождает. Это начало нового этапа, процесса, который Юнг называл индивидуацией-процесс становления целостной личности, жизни на собственных условиях.

Это постепенный процесс, часто начинающийся с тихих вопросов: «Это все? Живу ли я той жизнью, которую действительно хочу?»

Эти вопросы могут возникнуть во время размышлений, на карьерном рубеже, в значимый день рождения или в тихую ночь в одиночестве. Но однажды появившись, они не исчезают. Они становятся сильнее, требуя ответов. И эти ответы требуют от нас столкнуться с самими собой так, как мы никогда раньше не делали.

В первую половину жизни мы сосредоточены на создании того, что Юнг называл персоной, внешней идентичности, которую мы демонстрируем миру. Эта персона формируется под влиянием нашего воспитания, культуры и социальных ожиданий. Это версия нас, которая стремится к одобрению, вписывается в общество и добивается успеха в глазах окружающих. Это необходимый этап, без которого мы не научились бы ориентироваться в обществе или закладывать основы взрослой жизни. Но персона – это не целостное «я», это маска, роль, которую мы играем. И хотя она имеет свою ценность, это только часть того, кем мы являемся.

К ПОСТАМ

ЭКСПЕРИМЕНТ МИЛГРЭМА:
СМОГ БЫ ТЫ УБИТЬ ЧЕЛОВЕКА?

В знаменитом Ельском университете собираются самые разные люди: учителя, рабочие, инженеры. От них будут требовать бить током невиновного человека, который кричит от боли и просит его выпустить. Ток был ненастоящий, страдания изображал актер, но добровольцы этого не знали. Готовы ли добропорядочные граждане пойти на преступление только потому, что власть велела им так сделать?

Идея провести такой эксперимент возникла после окончания Второй мировой войны. Как люди вообще могли приветствовать античеловеческую идеологию, участвовать в создании фабрик смерти, уничтожать миллионы людей?

Не будет никаких угроз, никакого корыстного интереса, страха, кроме страха не подчиниться авторитету. Солидный, немногословный человек в лабораторном халате, ученый.
Экспериментатор объяснял, один из вас будет учителем, другой учеником. Кто кем станет, решит жребий. Участник эксперимента должен был верить, что учить он будет такого же человека, как он сам, добровольно пришедшего по объявлению. Учитель зачитывает ассоциативные пары слов. Ученик должен их запомнить, а затем учитель выбирает одну из пар и зачитывает оттуда лишь первое слово. После чего произносит несколько слов на выбор. Задача ученика – вспомнить, какое слово составляет пару. На аппарате было написано количество вольт и подписи: слабый разряд, умеренный, очень сильный, мощный и опасный для здоровья. На двух последних рубильниках написано 450 вольт. Между делом ученик вдруг вспоминает, что пару лет назад у него болело сердце. Учителю дают попробовать на себя разряд в 75 вольт. Тот понимает, все реально.
Ошибка – сила только повышается. Когда учитель доходит до 75 вольт, ученик пугается. 105 вольт – ученик стонет. У учителя нормальная реакция, сочувствие.
Учитель продолжает называть пары слов и наказывать ученика за ошибки.
У него начинается серьезный внутренний конфликт между базовой установкой, не причинять боль другому и потребностью подчиниться давлению. Человек функционирует в рамках определенных социальных механизмов, которые работают за счет распределения полномочий. В процессе эволюции этот механизм прочно в нас укрепился на подсознательном уровне. Есть ученый, он знает, что делает. Есть я, который согласился поучаствовать, то есть назначил себя подчиненным.

Чем дальше заходит эксперимент, тем больше мучается его участник. Внутреннее напряжение требует выхода и выглядит, например, как непроизвольный смешок. Он в панике, он растерян. 150 вольт, 195 вольт. Ученик кричит от боли. Учитель не выдерживает и вновь пытается отказаться. Учителя успокаивают, сообщают о безопасности эксперимента. Это действует. Новый удар током. Ученик переходит к крайней форме сопротивления, напоминает о своем больном сердце. Испытуемые, доходившие до этой стадии, то есть большая часть, в этот момент категорически отказывались продолжать. Конфликт становится непереносимым. Но авторитет усиливал давление и говорил, что он ответственный за всё, что происходит. Удивительно, но в большинстве случаев эти слова действовали магически. Слегка поспорив, люди соглашались. Выбора-то нет, что ж поделаешь. Ученик продолжает кричать и в какой-то момент замолкает. Из динамика не доносится ни звука.
Экспериментатор говорит, что отсутствие ответа засчитывается за ошибку. А значит, надо нажимать и увеличивать степень наказания. Может ученик вообще умер? Кто за это понесет ответственность? И вот тут следует финальный аргумент. Экспериментатор говорит, вся ответственность на мне. Поразительно, но это работает. Внутренний конфликт испытуемого разрешен. Испытуемый находит для себя спасительную лазейку. Он просто винтик, исполнитель. Какие к нему могут быть вообще вопросы? После преодоления яркой вспышки сопротивления, дело шло легче. Они спокойно зачитывали задачи, равнодушно нажимали на кнопки и шли до конца, до 450 вольт.
После трекратного нажатия на последнюю кнопку им сообщали, что эксперимент закончился. И сообщали правду. Все это было постановкой.