Кот Пряник и его дурная семейка
21 members
1 photo
31 links
Если милый черный котик живет в доме с Писательницей, Старушкой, Программистом Герой и таксой Харликом, тоже считающим себя котом, то каждый день в этой семье - праздник идиотизма.
Download Telegram
to view and join the conversation
​​Уехала наша молодежь, остались я, Харлон и Старушка. Лохматик взял неплохой темп, с самого утра, как встал, так и принялся за урчание. Это было очень смешно. Он решил, что урчание и рычание - это одно и то же. Он усердно рычал на все: на шкафы, стулья, мусорное ведро и, главное, он рычал на Старушку. Он лез к ней на руки и рычал со страшной силой, пытаясь делать это напевно. К вечеру Старушка окончательно выпала в осадок и только измученным голосом сказала: «Всё Харлик, завтра пойдем к ветеринару». Я посоветовал ушастому сбавить обороты и заткнуться. Он согласился на условии, что экзамен по урчанию он сдал. Пришлось подтвердить. Вдруг Старушка впадет в такую панику, что забудет меня кормить, а впереди еще 5 дней. Надо поберечь даму, хотя есть мнение, что полиционерши стойкие. Завтра будет следующая серия испытаний на звание «кот» для ушастого.
​​Вчера были цветочки, сегодня созрели ягодки. Для испытания на втором туре Харлон выбрал "спанье в шкафу". И если вчера Старушку слегка поколбасило и отпустило, то сегодня мы немного перестарались. В шкаф с такими короткими ногами, как у нашего ушастого, никак не забраться. Пришлось слегка помочь сопляку, нечестно, в конце концов, уже со второго тура требовать слишком много. Я скинул с дивана подушку, Харлон по это подушке забрался в плательный шкаф. Подушку я предусмотрительно отпинал на средину комнаты, подальше от шкафа. Старушка через часок после этого обнаружила подушку на полу.
- Пряник, - возмутилась она, это для кота странно, играй мышкой, а не подушкой. Я примирительно поурчал, чтобы усыпить бдительность. Часа через два Старушка позвала: Харлона, чтобы вести его на улицу. А в ответ тишина, как в известной песне. Она искала ушастого два часа. Она причитала: «Господи, куда делась собака в закрытой квартире? Харлон, где ты, зараза?». Харлик не отзывался - крепкий малый. На исходе третьего часа, думаю, от безысходности, Старушка открыла шкаф. Этот тип и правда там уснул.
- Какой ужас! - сказала Старушка и пошла пить валерьянку.
- Ну ты могуч, - сказал я уважительно.
- Там так классно спать, - зевнул Харлик. - Мне приснился сон: маленькая собачка бегала вокруг огромного дуба и кричала: " Это неописуемо". Теперь буду каждый день в шкафу спать.
Что ж, ушастик перешел в третий тур, а я получил конкурента по шкафной тусовке. Вот так всегда: затеешь каверзу для кого-нибудь, и рикошетом сам получишь.
​​На третьем этапе тестирования у нас случились пострадавшие, и это была не Старушка. Если коротко, Старушка устроила экзекуцию - Харлик получил по жопе. Теперь по порядку. Третье испытание - "скидывание предметов с поверхностей". Поверхности у нас высокие, тут никакой трамплин не поможет. Ушастый сначала загрустил, Он не понимал, как подступиться к задаче. Потом подумал и выяснилось, что сообразительность у этого странного существа приличная. Ему, как и мне, разрешается спать на кровати, на старушкиной. Рядом с кроватью стоит тумбочка. Прикинувшись уставшим, Харлик запросился на кроватку и тихо ждал момента. Когда Старушка отчалила за покупками, он свернул с тумбы стакан, очки и две ручки. И в восторге от своего интеллекта он слегка погрыз очки. Стакан не разбился, это к несчастью. Старушка вернулась и ничего не подозревая, оставила сумку у порога. Пока она охала и ахала над очками и бардаком, будучи уверенной, что это я натворил, Харлон для закрепления своего успеха раскидал содержимое сумки по прихожей. После этого его и настигла рука правосудия в прямом смысле этого слова. Старушка набуцкала его по заднице со словами: «Ты портишься на глазах, говнюк».
Я пересидел это буйство на книжных полках. Побитый, но довольный Харлон лежал под полками и поднывал о несправедливости в жизни и недооценке его героизма. Третий тур был зачтен, осталось два этапа, но я посоветовал лохматине взять паузу на пару дней - полиционерша устала, ябедничать будет, надо сделать перерыв.
​​Сделав перерыв для успокоения старушки, Харлон приступил к последнему этапу борьбы за звание кота, осталось немного: орать от обиды и драть обои. Мне за обои регулярно попадает, но про это я решил не рассказывать. Ушастый прямо с раннего утра потребовал жрать. Старушка возмутилась: «Ты обалдел? Всему свое время. Жрать по расписанию и никаких гвоздей!». Харлик взвыл как иерихонская труба и попробовал скребануть стену, но ноги короткие, и он навернулся. Разозлившись, и боясь проиграть в последней схватке, ушастый заорал еще громче, ухватил обоину за слегка надорванный край и дернул со все силы. Мне таких солидных кусков отрывать не приходилось, я даже позавидовал немного, но тут Старушка заорала как подорванная: «Ах ты песий сын!» и погналась за Харлоном с тапком. Я не успел отскочить, и эта фурия наступила мне на хвост. Ор стал тройным, причем я орал больше от неожиданности. Тапок полетел в одну сторону, старушка отпрыгнула в другую, Харлик успел залезть под кровать писательницы. Залазить под кровать и нычковаться в дальнем углу Харлона научил я, о чем быстро пожалел. Этот крендель нашел мою мячиковую заначку, и теперь мои игрушки стали его игрушками. Только часа через два старушка очухалась, и только тогда Харлик решил вылезти из укрытия. Кусок обоины приклеился на место, старушка пила чай вместе с валокордином, Харлона и меня покормили, хотя мы оба уже начали сомневаться.
- Ну что? - гордо спросил ушастый. - Я кот?
Я был вынужден капитулировать и признать этого ушастого типа котом. Он не кот, конечно, но надо устанавливать теплые отношения - нам вместе жить и это ясно окончательно и бесповоротно.
- Да кот ты, кот, черт с тобой, - согласился я.
- Правильно, а черт – это ты.
И тут я позволил лизнуть себя в нос. Стыдно - то как, но вы никому не говорите про это.
​​Вернулась домой «молодежь». Это не мои слова, так называет их старушка.Их впечатления от отдыха не выдержали конкуренции с рассказами старушки о поведении меня и ушастого. В особо драматические моменты повествования Старушка хваталась за сердце и за голову. Гера подхихикивал про себя, но внешне сдержанно кивал головой. Писательница нас активно оправдывала: «Мама! Они ведь в первый раз остались с тобой и неизвестно, кто больше нервничал. Относись к их закидонам спокойнее». Старушка обиделась: «Больше ничего про них рассказывать не буду», но тут же сделала хитрую физиономию и сказала: «А главная новость совсем не про этих мохнатых идиотов. Главная новость - нашла себе работу». «О как!» - искренне удивился Гера, а писательница озабоченно спросили: «Ну и …?». И старушка гордо сообщила: «Я буду работать консьержкой в нашем подъезде, сменю на этом посту Октябрину Жаковну». «А Жаковна куда же?» - хором спросила «молодежь». «Поперли ее, - ответила Старушка. -Точно не знаю, но говорят, за пьянство. Проснулись испанские гены, и она пристрастилась к Кальвадосу».
- Ничего себе новости, - сказала писательница.
- Прекрасные новости, - радостно сообщила старушка.
Ну и ну, подумал я. Я пока не представлял, чем это обернется для нас всех, но почему-то сразу утвердился в мысли, что жизнь нашей семейки станет еще веселее.
​​У нас тут третьего дня конфуз случился, и теперь никто ни с кем не разговаривает. Путаница сплошная, да и только. Вот как это было. После нашего сближения с ушастым я ему торжественно объявил, что будет процедура посвящение его в коты, но это сюрприз. Харлон обрадовался и сел ждать. Гера рано ушел на работу, писательница уехала в издательство. Я с самого утра, на бодрячке, устроил игру: бегаем и кусаемся. Это самая веселая игра, которой может одарить один кот другого. Харлик активно участвовал, но на пике веселья явилась Старушка. Она как раз первый день вышла на работу и была в решительном полицейском настрое. И в момент, когда я жевал харлоново ухо, а он пытался отгрызть мне хвост и приперлась Старушка. Как она потом объяснила: «Проведать зоосад». Вот че нас было проведать, не понимаю? Пожрать оставили и катитесь, в смысле, займитесь своими делами. Когда нас застали врасплох, был учинен допрос: меня называли "укуситель", а Харлона " - укусомый". Мы, конечно, скромно молчали. Я молчал на книжной полке, а Харлон молчал под столом. Старушка грозно прочитала нам лекцию, потом ушла на свой боевой пост, а вечером нажаловалась Гере. Гера, не подумав, сказал: "Да фигня-вопрос, живые же оба». Старушка огорчилась, писательница обиделась на Геру, Гера строго на нас посмотрел, и сказал, что мы "животнодеры какие-то". Теперь все дуются. Ну вот что за люди эти люди. Надеюсь, что к завтра их отпустит.
Вы меня потеряли, конечно. Простите. Я сильно заболел. Но в этом печальном событии плюсов оказалось больше, чем минусов. Минусов-то всего два: я чуть не сдох, и я не мог писать. Я и есть-то начал нормально не так давно. Теперь я бодр, как блоха и могу рассказать про плюсы. Их много. Во-первых, Гера позвал писательницу замуж. Они про свои отношения всё поняли, когда носились со мной и убирали поочередно мои фекалии. Во-вторых, Харлон, действительно, кот. Он всё это время был моими глазами и ушами, все подслушивал и подсматривал, потом рассказывал мне длинные истории на ночь и пел колыбельные. Люди решили не вмешиваться в его ежевечерний скулеж возле меня. Им не нравилось, но терпели. А в-третьих, я понял, что не могу отказаться писать вам свои глупости. Я соскучился по черным мушкам. Харлон сказал, что я графоман. Красивое слово, мне понравилось. Так что я снова в эфире, а историй у нас накопилось - вагон. Тут полагается написать: «Продолжение следует», но я не понимаю эту фразу. Куда продолжение следует? Как далеко? Не заблудится ли? И почему оно такое важное, что не просто "идет", а "следует", прямо король. Напишу так: «То ли еще будет».
​​Многое у нас случилось за это время: от большого и важного до мелкого, но интересного. Начну я, пожалуй, с убийства. Эта история номер один затмевает остальные. Про такие истории Гера всегда говорит одно слово, но это слово не любит Старушка, поэтому я скажу так: история - полный «истец». Наша пожилая леди (с энергией роты солдат) начала трудиться на посту консьержки в нашем же доме. Дом сам по себе тоже изрядный «истец», про него можно отдельный роман писать - соседи веселые и креативные. В роли консьержки Старушка наша стразу обрела, по ее собственным словам, былой боевой дух. Во второй день дежурства она прискакала домой в середине дня, аккуратно держа в руках огромный топор со следами крови. Писательница заинтригованно спросила:
- Кого замочила, мама?
- Это улика, - гордо ответила Старушка.
- Улику я вижу, а труп кто? - резонно спросила Писательница.
- А трупа пока нет, – загадочно сказала Старушка и пояснила. - Этот топор упал на наш газон у дома с какого-то этажа. Я думаю, не ниже 5-го. Об этом говорит характер ямы на земле под топором. Я предполагаю, что кого-то замочили и ночью будут выносить труп. Я непременно прослежу.
Всю ночь эта ненор… наша леди караулила преступников, а утром рано сосед с 9-го этажа вышел на газон и со стонами и причитаниями обыскивал траву и кусты. Увидев Старушку, сосед очень обрадовался и с надеждой кинулся к ней:
- Вы топорик тут не находили?
Старушка сглотнула удивление, а сосед продолжал:
- Вчера мясо рубил, а ножища коровья такая тугая попалась, топором бахнул, а он возьми и отскочи прямо в окно, да еще и женину бегонию своротил. Мы пол ночи с женой ругались, почти что развелись. Хорошо, что топора в доме уже не было, а то бы и до греха недалеко
Старушка топор, конечно, отдала, но на Геру и Писательницу обиделась за то, что они ржали как кони, когда это слушали. Я сам то событие пропустил, потому что помирал. Спасибо Харлону, что рассказал мне эту историю, было бы жуть как обидно пропустить такое.
Вороны, все -таки, мерзкие животные. Постоянно вижу три тупые особи. Их размеры, я вам скажу, впечатляют - разжирели на помойке напротив моего телевизора. Я бы ни с одной не справился. А нынче летом мы кондиционер поставили, и теперь за окном висит ящик, на котором регулярные тусы-джусы местных летающих. Голуби –то ерунда, я на них только шикну, и все разбежались, а вороны - фигушки. Одна меня изрядно напугала на днях. Я сплю на окне, солнышко - все дела, и тут она приперлась, да как гаркнет. Шутница престарелая. Ну я от неожиданности начал драпать, да не в ту строну, и стукнулся прямо об "экран". Разозлился - жуть. Но справедливость торжествовала уже на следующий день. Прилетели на наш ящик сразу две эти стервы и как давай орать: «Вы слыхали - вы слыхали, вы слыхали - вы слыхали». Я тихонечко на мягких лапках за шторочкой, потом по столу, и как прыгну на подоконник с криком: «Вы слыхали, что Му-Му откачали!» Одна даже взлететь не успела, упала камнем. Голуби потом рассказали, как товарки долго ее откачивали. Я порадовался - нормалек вышло. Рассказал Харлону, он очень впечатлился, тоже захотел со мной ворон пугать. Теперь думаем, как бы его доставить на подоконник.
​​Да, я люблю мясо и что тут такого. Не бананы же любить, хотя мой дружбан Харлон почему-то любит бананы. А еще я люблю рыбу и курицу. Здесь главное не прокараулить, пока продукт сырой, иначе они быстро испортят его на сковороде или в кастрюле. Они почему-то считают, что сырое мне вредно. Гера говорит, что в дикой природе коты не едят рыбу и не пьют молоко. Они уже пытались давать мне вместо молока воду, но я объявил сухую голодовку. На вторые сутки они сдались – слабаки! Молоко я отвоевал, а вот за всякое сырое мясо приходится вести войну по мере его появления. Взять хотя бы вчера – бой со слезами на глазах в прямом смысле этого слова. Дело было так. Писательница принесла фарш и быстро спрятала его в холодильник, но я учуял. Занял позицию на кухне. Лучше два часа подождать на месте действия, чем проспать свою пайку. Но тут в процесс встряла Старушка с шинковкой капусты, а потом и лука. Что-то на этот раз она сильно разогналась с луком, рыдала и резала. Я никак не мог покинуть занятую позицию, поэтому пришлось рядом с этим проклятым луком рыдать самыми настоящими слезами вместе со Старушкой. Когда Писательница увидела меня в реальных слезах, она запаниковала и выдала двойную порцию мяса. Про то, что виноват лук, они сообразили поздно, я уже все сожрал. Говорю же – слабаки!
​​Вчера у нас с Харлоном случился сначала тандем, а потом тындым. Оно бы не случилось, если бы Гера не оставил на кухонном столе свои наушники. Но он оставил и ушел на работу. Остальные тоже ушли – самое время походить по столу в поисках интересного, например, наушников. У них тоненькие длинные веревочки и прикольные пупочки, я не удержался. А потом так всё закрутилось… В итоге веревочки с пупочками оказались на полу, и Харлон их пожевал, хорошо так пожевал, то есть, совсем. Я считаю, что пиздюлей нам дали зря. Мы делаем благородное дело – приучаем людей к порядку, а они сразу орать.
​​Сегодня мы с Харлоном услышали стихи древнего поэта Корнея Чуковского. Там ужас, треш и угар, прям шерсть дыбом. Сильнее всего меня потрясло начало -котята у него отказались мяукать и захотели хрюкать. Убойный триллер, страшнее не придумать. Наверное, автор с котами совсем не знаком или их ненавидит, потому что мяукать и урчать ни один кот не откажется никогда. Остальная живность в этих стихах тоже неадекватная. Не иначе эпидемия случилась. Я резко высказался о таких стихах, а Харлик начал мне задвигать про какие-то метафоры и аллегории. Я, конечно, разберусь, откуда такие заразы могут прилететь, потому что отказ котиков издавать родные звуки привел меня в глубокое раздумье, как можно рассказывать детям про такие ужасы. В этой поэзии одно радует – happyend. Все вылечились и стали нормальными. Я лично стихов писать точно не буду, как бы чего не вышло.
​​К Писательнице пришла девочка –соседка. Она в последнее время приходит часто, потому что собирается поступать в театральный институт и задает Писательнице разные вопросы про литературу. Обычно они сидят на кухне, пьют чай с печеньем и разговаривают. В этот раз на кухне была еще и Старушка. Девочка спросила: «Как понимать строчку Пушкина «Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман»? Это о чем?». Писательница и рта открыть не успела, как Старушка уже всё объяснила; «Это значит, что, если тебе говорят, что у тебя совсем нет актерского дарования и поступать в театральный не стоит, то тебе это не нравится, хотя это истинная правда. Но тебе очень нравится, когда тебе говорят, что ты будешь великой театральной актрисой и звездой кино, хотя это абсолютная ложь, и ты об этом тоже догадываешься». Интересно, подумал я, если нам с Харлоном говорят, что мы любимые пушистики, то что это может означать по Пушкину?
​​У кого-то праздники, а у нас дурдом. Во-первых, мы с Харлоном всю ночь были в страхе, потому что люди под окнами устроили жуткий грохот, яркие вспышки света и при этом громко орали. Я точно знаю, в такой ситуации лучше сидеть под кроватью. А во-вторых, как говорит Гера, на нас неожиданно свалилось наследство. Это на самом деле не наследство, а треш, угар и садомия. Всё началось так. Вечером в прошлую субботу все были дома, кроме Старушки. Никто не понимал, где она может быть так поздно, не предупредив. Писательница волновалась, звонила, не дозванивалась и т. д. Наконец наша леди явилась. С неестественно растерянным лицом Старушка сначала как будто не находила слов, потом сказала коротко: «Я встречалась с Бенигно» и замолчала. У Писательницы лицо стало точь в точь, как и Старушки, и она спросила: «Мама, что случилось, где подробности?». Старушка остановила вопросы: «Подожди, я очухаюсь» и ушла к себе. Пока она чухалась, Писательница, размахивая руками, что-то шепотом рассказывала Гере. Я ничего не понял из ее шипения, слышал только восклицания Геры: " Да ну!", "Фигасе!", "Вот это да!". Замучившись в информационном голоде, я пошел к Харлику.
- Ушастый, ты в курсе, что за крики?
- А как же, - спокойно и немного издевательски ответил Харлик. – Мы скоро переедем в Италию.
- Кто "мы"? Ты и Старушка?
- Нет, мы все, - ответил Харлик, и рассказал мне главное. Интересно, откуда он всегда все знает? Оказывается у пожилой леди был еще более пожилой брат, которой много лет жил в Италии, лет 50, а может и больше. У этого брата осталась одна единственная родственница - наша Старушка. Теперь брат умер и оставил Старушке наследство. Даже Харлик не смог мне понятно объяснить, что такое наследство. Я понял, что наследство - это то, что у тебя вообще есть. Свое дорогое тебе имущество надо отдать кому-то, кто тебе нравится. У меня, например, есть миски, мышки, шарики и домик с когтеточкой. Я думаю, это все пусть получит Писательница, такое мое завещание. А с Италией завтра разберемся.
​​В Италию ехать мы еще на начинали, а страсти разгораются сицилийские. Все ругаются целый день, уже уши болят. Писательница кричит: «Я не хочу ехать, я не заказывала. Чем я там буду заниматься? Вино не пью, виноград не люблю и вообще». Старушка кричит: «Ты не уважаешь память предков и мою старость, у тебя нет сердца, какая разница где книги писать, там хоть тепло и фрукты».
Гера держит нейтралитет - отчалил утром на работу и все. Харлон сидит под кроватью, он вообще не любит громких звуков, а тут такой шалман, что и беруши не помогут. Я послушал - послушал, и ушел в шкаф спать. Интересно, конечно, что за Италия такая. Какие там подоконники, шкафы и рыба. Говорят, там вся рыба и живет, море рыбы. А за рыбу я…, что уж тут. Но только в тишине. Если они там перестанут орать - надо ехать.
​​Гера все таки умный мужик. Сработал, как профессиональный рефери. Девушки сошлись на том, что слетают на разведку в Абруццо - это так место называется, где им наследство перепало. Что уж они там будут выяснять, я не очень понял, слишком много умных слов про какие-то бумаги сказали, но главное - они посмотрят место и чего-то решат. Нас не берут. Как выяснилось, кошке не так просто за границу скататься, надо какие-то паспорта выправлять, какие-то прививки, бр-р-р - ужОс просто. Мы останемся с Герой. Харлон предложил устроить истерику перед отъездом, вдруг поможет. Я отговорил, мы же мужики все таки. Страшновато, но ничего. Надо сделать запасы питания за шкафом, а то Гера та еще нянька.
​​Наши дамы укатили за бугор. Это не я так говорю, это Гера. Он с нами регулярно общается, наверное, видит, какие мы грустные. Непривычно до жути сидеть с Халоном вдвоем. Не, в первый день мы конечно оторвались. Гера жарил огромные куски мясо, называя их стейками и щедро с нами поделился. Потом мы втроем на одном диване "парили сериал". Я всегда думал, что парить это что-то про баню, оказалось, что кино тоже "парят". Харлика обычно на диван около телика не пускают, и вдруг ему свезло. Как Гера будет выкручиваться через пять дней - посмотрим. В понедельник Гера отвалил кодить - это его работа такая. Я не знаю, что это. Если бы было коТить, тогда понятно – что-то с котами, а иначе - мрак. Мы с Ушастым остались одни. Дуэтом поиграли в мандарин: я скинул со стола, а дальше понеслось. Поспали, понятное дело. Даже болтать не хотелось - грустили. Италия или не Италия, а нам нужен присмотр. Пусть уже все соберутся, а то обнять некого.
​​- Харлон, а что там в Италии, кроме рыбы?
- Я знаю об Италии немного, - занудно начал Харлик.
Он конечно наш зверь, и вообще родной уже, но очень нудный, да еще эти паузы драматические.
- Давай уже, рассказывай интересно, а то я завою, - пригрозил я.
- Может лучше вместе повоем, я тоже умею, - обрадовался Ушастый.
- Нет, соседи Геру проклянут, а он у нас единственный источник питания. Давай про Италию.
- На самом деле я знаком из тамошних только с Буратино и Чиполлино.
- О, это твои кореша, и они там живут?
- Ну типа того. Буратино это... такой парень из полена, а Чиполлино, если по правде, то просто лук.
Я вытаращил глаза.
- А чо ты удивляешься, вечное лето, плодородная почва, вот и начинают дрова и овощи разговоры разговаривать.
- Ты прикалываешься?
- Почти нет, они там правда живут, я читал.
- Где ты читал-то про это, грамотный наш? - усмехнулся я.
- В сказке.
Я так хохотал, что Харл меня даже куснул слегка - обиделся.
- Да ладно, все, отпустило уже.
Маскируя смех усами, я миролюбиво предложил: ну расскажи мне про своих друганов. И Харлон рассказал. Нормальные такие чуваки, оказались, с понятиями.
​​Вот что я вам скажу: телевизор - зло. Сегодня Гера оставил включенным их телевизор, человеческий. Мы с Харлоном такого насмотрелись – мама, не горюй!Истории про какие-то войны роботов – это вообще жесть. Но там и настоящие люди были, они так громко спорили и нападали друг на друга, я думал, дело дойдет до драки, громко орать и не подраться – это большая выдержка, партийные дебаты называется. В общем, насмотрелись мы с Харлоном, и под впечатлением придумали свою сказку про Буратино и Чиполлино «Охотники за голосами». Всё началось с того, что в их государстве объявили парламентские выборы. Тогда Чиполлино организовал партию ОЗС – «Овощи за справедливость». Лозунг партии: «Каждому овощу суверенная грядка». А Буратино собрал свою партию ЛДП – «Либерально демократическое полено»Лозунг партии: «Мы знаем путь к полю чудес». Они каждый день громко спорили на телевизионных дебатах. Ой, всё! Мы с Харлоном очень устали придумывать – спать хочется. Остальное завтра.
​​Завтра наши девицы возвращаются, ждем активно. Гера решил сделать уборку, но кажется, он не очень это умеет, матерился, но мыл. Из примечательного - нашел мою заначку за шкафом, я туда кусочек мяса положил на случай голодной жизни. Гера, надо сказать, нашел ее по запаху. Я и не знал, что люди способны разнюхать, видимо, запах слишком сильный был. Дать мне люлей за это он не смог, я залез под кровать. Харлик потешался и глумился, пока Гера не всосал в пылесос его хвост. Мы оба сидели под кроватями, пока бушевало это уборочное свинство. Уф, завтра станет легче - приедут
с̶о̶ц̶и̶а̶л̶ь̶н̶о̶ котуально более ответственные люди.